Глава 192.0

— Только сейчас... только сейчас ты говоришь, что ошиблась...

Император всем своим существом чувствовал приближение смерти. Его и без того иссохшее сердце легко было ранить.

Он не мог позволить своей мести закончиться так бесславно.

Одних лишь слов "я не знала", "я виновата" и униженных молитв было недостаточно, чтобы удовлетворить его.

Император собрал все свои последние силы, чтобы выжать из себя слова, способные ранить её. В этот самый момент.

— Не умирайте. Я, я умру вместо вас.

— ……

От этих слов император оцепенел, словно сломанный.

Что такого она сказала, что она сказала, что умрёт, что такого, ‒ все его искажённые чувства, до этого момента владевшие им, разом утратили силу.

Это было до абсурда нелепо, до самоуничижения.

Несмотря на это, император не отказался от своего плана.

Кое-как открыв рот, он сформировал слова, способные оставить на ней неизгладимый шрам.

— Знаете, регентша, мне не особенно больно от безумия. Потому что мое сердце разбилось ещё в тот день, когда вы обращались со мной как с жеребцом.

— Э-лиуин...

— Если подумать, это даже неплохо. Ненависти я вас не научил, но если научил любви... вам, регентша, в будущем будет ещё больнее.

Его остро отточенный взгляд и голос царапали её.

— Надеюсь, вам будет очень больно. Много сожалеть, много корить себя. Я от всей души желаю, чтобы вы мучились до безумия, вспоминая моё лицо в этот момент.

— ……

Это было не иначе как ужасное проклятие.

Каждый слог, словно удар грома с небес, заставлял регентшу трепетать под тяжестью наказания.

Но в самом конце император исказил проклятие.

— Только недолго. Месяц, не больше.

— ……

— Было бы хорошо...

— …Элиуин?

— Страдайте месяц... и живите дальше. После этого можете быть счастливы. Я разрешаю...

Тело императора склонилось к регентше.

Оставив ей в наследство тепло, он навсегда ушёл туда, куда не могла добраться даже безграничная власть.

✦✦✦

Началась эпоха регентши.

При её свирепом, коварном, но справедливом правлении аристократы полностью подчинились, и империя неуклонно процветала.

Подданные не скупились на хвалу и поклонение регентше.

Вся империя пела о её славе.

Но у этой, казалось бы, ниспосланной богами, совершенной правительницы была глубокая тьма.

С того дня, как император исчез из мира, регентша была охвачена лёгким безумием и часто творила безумства.

Периодически проливать кровь было обычным делом. Но поскольку наказывали приговорённых к смерти преступников с очевидной виной, она, можно сказать, держалась в рамках.

Безумства, выходящие за рамки, происходили вокруг тела императора.

— Дух покойного императора уже покинул нас! Очнитесь, регентша!

Видя, как регентша то и дело цепляется за саркофаг, где лежал император, министры падали ниц.

Регентша отвечала невозмутимо:

— О чём вы говорите. Его Величество всё ещё пребывает во дворце.

— Регентша...!

Видя, как все удручены, один из старых министров выступил вперёд.

Он пытался убедить её мягким голосом.

— Да, сейчас он здесь, но скоро уйдёт. Поэтому вам, регентша, пора отпустить покойного императора. Ради него самого.

— Скоро уйдёт...

— Таков естественный порядок вещей.

— …Вот как.

Министры обрадовались, подумав, что она поддалась на уговоры.

Но она жила в совершенно иной системе координат.

— Тогда нужно сделать так, чтобы он не смог уйти.

— Простите?

— Переделайте гробницу в лабиринт и запечатайте её. Чтобы его душа блуждала в поисках выхода и заблудилась. Чтобы он вечно оставался во дворце.

В приказе, продиктованном безумием и одержимостью, не было и намёка на шутку. Любой, кто не подчинится, будет уничтожен.

Авторитет регентши в то время был таков, что построить за несколько десятилетий новый роскошный дворец или возвести величественную гробницу было ей под силу.

Превратить окрестности подземной гробницы в лабиринт было сущим пустяком.

Множество имперских инженеров были приведены в движение безумной любовью регентши. За десять с лишним лет подземная гробница превратилась в подземный лабиринт.

За это время юная принцесса выросла настолько же.

Чтобы обеспечить стабильность императорской власти, регентша заставила принцессу подчинить всех отпрысков влиятельных семей и взять их в супруги.

Заключив брачные союзы, близкие к заложничеству, регентша выполнила свою роль.

К тому времени силы регентши были уже на исходе. Копившееся годами безумие разъедало её, рассудок был постоянно нестабилен.

Днём её удерживали грёзы, ночью ‒ кошмары, утягивая в ад. Конечно, любой сон был лучше реальности без императора.

Уже само то, что она продержалась более десяти лет, было чудом.

Крайне измученная психика в конце концов повлияла и на мана-ядро. Если бы мана вышла из-под контроля и она, обезумев, начала буйствовать, в империи не нашлось бы никого, кто мог бы её остановить.

Настало время принимать решение.

В конце концов, с тех пор как она потеряла императора, её жизнь была медленным самоубийством.

Получив наконец оправдание, чтобы облегчить страдания, регентша направилась под землю. Она вошла в место, созданное её одержимостью и безумием, и начала запечатывать дверь.

— Матушка!

В сужающейся щели двери показалась принцесса.

Принцесса, которой предстояло унаследовать всё императора, выросла настолько же, насколько была мала та девочка, которую регентша встретила впервые.

Почувствовав, что не сможет остановить мать, юная принцесса застыла на месте и заплакала.

Регентша, глядя на лицо, наполовину похожее на неё, наполовину на императора, внезапно ощутила странную ностальгию.

Сквозь закрывающуюся дверь они обменялись словами:

— Ваше Высочество принцесса, я хочу вас кое о чём спросить.

— Спрашивайте, матушка.

— Вы чувствовали, что вас любили?

— ……

— Дарила ли я вам, Ваше Высочество, любовь?

Принцесса горячо закивала.

— Да. Вы любили меня. Нет в мире никого добрее вас, матушка.

Из уст регентши вырвался долгий вздох облегчения.

Затем она ответила:

— Повезло.

Бух, массивная каменная дверь закрылась. Подземный лабиринт поглотил регентшу вместе с её улыбкой.

✦✦✦

— ...Вход в лабиринт может открыть только император. Один раз закрывшись, изнутри его открыть невозможно.

— Значит, регентша...

— Умерла внутри. Десятый император взошёл на трон и снял печать с двери только спустя несколько лет после того, как регентша вошла в лабиринт. Но останков не нашли.

Закончив долгий рассказ, Лилиана добавила своё мнение:

— Я часто думаю, как бы всё сложилось, будь у них побольше времени. Если бы император не заболел безумием. И чего оно так обострилось сразу после рождения детей? Богиня, видно, не милосердна.

— Думаю, это из-за рождения детей.

— А? Это что значит?

Реген объяснил:

— Безумие поражает члена императорской семьи, когда он больше не может выдерживать ману личного рыцаря. Мана рыцаря усиливается каждый раз, когда он доказывает верность и преданность члену императорской семьи. А девятый император, сразу после подчинения, приказал регентше отдать ему всё.

— Так вот почему регентша становилась сильнее, чем больше власти теряла?

— Да. А в конце, когда она отдала и детей, сердце императора уже не выдержало.

— Боже...

Чем раньше и чем исключительнее было подношение, тем сильнее оно доказывало преданность.

Перворождённый из двойни, которого она вынашивала десять месяцев в своём чреве, рискуя жизнью. Это существо было, несомненно, одним из величайших сокровищ в мире.

Даже Реген не смог бы отдать такое Сане.

Сана с горечью добавила:

— Жаль, что если бы он снял клятву раньше, у него был бы шанс выжить.

— Верно. Раз проблема была в даре господства, то снятие клятвы... А, погоди.

Внезапно Лилиана выдвинула подозрение:

— Откуда вы знаете то, чего не знают даже лекари? Разве безумие ‒ это не болезнь с неизвестной причиной и лечением?

— …Я немного изучал этот вопрос.

— Источник надёжный? Кто сказал, что снятие клятвы помогает? Пробовали?

— ……

То ли от чтения книг, то ли ещё от чего, но Лилиана стала остро внимательной.