Глава 25.0

Старшие сёстры, похоже, медленно реагировали на внезапную ситуацию, и никто из них не выступал вперёд.

Если бы сейчас Лилиана, как старшая принцесса, вмешалась и урегулировала ситуацию, показав пример, это принесло бы ей очки.

Лилиана вклинилась между Саной и Нанаэ на импровизированной сцене и напустила на себя строгий голос.

— Какая необдуманная выходка перед глазами Его Величества? Немедленно извинись, Роксана.

— Я не сделала ничего, за что нужно извиняться.

Лилиана внутренне ликовала. Разве она сама не даёт повод для нападок?

— Сана, сколько бы ты ни была старше Наны, так нельзя. Что это за безрассудное буйство от принцессы?

— ......

— Сейчас ещё не поздно. Извинись перед Наной за свою грубость.

— Я уже сказала, что не сделала ничего, за что нужно извиняться.

— Ха, неисправима. Сама навлекаешь наказание.

Лилиана, заручившаяся оправданием, сверкнула оранжевыми глазами.

Она даже не осознавала, что её лицо сейчас откровенно сияет от радости.

Лилиана придумала подходящее наказание, чтобы унизить Сану, не запачкав собственных рук.

— На платье брызги вина, Нана.

— А? А, да. Немного.

— Для того, кто не осознаёт своей вины, лучший способ ‒ поставить себя на его место. Ты тоже облей её вином.

Рука, протягивающая Нане бокал вина, была невероятно нежной. Нанаэ, взявшая бокал в замешательстве, была немало смущена.

— ...Не стоит до такой степени. Я не хочу раздувать скандал.

— Это твоё законное право. Я, как старшая принцесса, разрешаю, так что можешь.

— ......

Нанаэ бросила на Сану взгляд дрожащими глазами.

«Сестричка Сана, это слишком затянулось. Что теперь делать?»

Но Сана лишь бесстрастно опустила взгляд в пол.

Время затягивать дальше становилось неловко, когда на сцене появился новый персонаж.

— Не получается? Помочь?

— Ох!

Сехера схватила Нанаэ за запястье и резко дёрнула.

К тому времени, как принцесса успела моргнуть, ситуация была завершена. В её поле зрения предстала Сана, с вином, вылитым на лицо.

Пока Нанаэ была в шоке от произошедшего в мгновение ока, Сехера нагло заявила:

— Ой, что же делать. Хотела помочь Нане, но рука немного дрогнула.

— ......

Сана смогла открыть глаза лишь спустя некоторое время. С кончиков её ресниц капали красные капли вина.

Именно в тот момент, когда Сехера и Лилиана злорадствовали над её жалким видом, кто-то крикнул:

— Смо-смотрите на пол!

Белые лепестки роз, разбросанные по пролитому вину, таяли, словно разъедаемые.

— Яд! Это реакция на яд!

— В бокале, который принцесса Золотая лань предложила принцессе Серебряной птице, был яд...!

Сана отбросила влажную чёлку и сказала:

— Я же говорила. Не сделала ничего плохого.

Нанаэ, словно ждала этого, оттолкнула Сехеру за плечо и подошла к Сане. И повесила слёзинки на свои оленьи глазки.

— Се-сестричка...! Там был яд! Я совсем не знала...!

— Да, знаю. Я отказалась от бокала, а ты собиралась его выпить.

— Так вы помешали мне выпить...?

— Ты хоть и противная, но сестра.

При этих словах Саны Нанаэ преувеличенно прикрыла рот рукой.

Трогательный вид золотой лани с лицом, тронутым до слёз, было легко принять за искреннее волнение зрителей. Со всех уголков зала послышались возгласы восхищения.

Теперь атмосфера полностью перевернулась.

Сана и Нанаэ обменялись взглядами.

Это был расчётливый взгляд, далёкий от той трогательности, которую они сейчас изображали.

«Достаточно».

Теплота ‒ только до этого момента. Теперь можно стать немного холоднее.

Сана медленно повернула голову. Лилиана и Сехера, растерявшиеся и не знающие, что делать, вздрогнули под её взглядом.

Сана сказала:

— Когда старшие сёстры остаются в стороне, на то есть причина. Похоже, мудрые сёстры все выжидали, а вы, сестра Лили, могли бы тоже подождать, пока ситуация прояснится.

— ......!

Нет отравленной стрелы, ранящей больнее, чем сравнение. Лилиана, чьи качества как старшей принцессы были поставлены под сомнение, задрожала от обиды.

— И ещё, сестра Сехера.

— Чт-что?

— Стоит только появиться поводу, ваши руки сразу тянутся. Если вы будете вести себя высокомерно только потому, что принадлежите к императорской семье, как нижестоящие смогут доверять и следовать за вами?

— Ты...!

Аристократы, давно недовольные поведением Сехеры, кивнули. Одной этой фразой Сана добилась эффекта, заставив аристократов перенести на неё своё положение.

Аристократы зашептались.

— Давно ходят слухи, что принцессу Зарождающуюся тень трудно уважать из-за её высокомерия. Она способна оклеветать кого угодно, кто ей не понравится.

— Принцесса Серебряная птица держится величественно. Теперь и не разберёшь, кто старшая, а кто младшая.

— Вот именно. Одна, хоть и противная, помогает младшей сестре, а другая клевещет на младшую сестру...

— Как ни посмотри, похоже, принцесса Зарождающаяся тент просто завидует принцессе Серебряной птице? Говорят же, слухам верить нельзя.

Сехера, инстинктивно поняв, что полностью проиграла, широко раскрыла глаза. Сана, проходя мимо неё, тихо прошептала:

— Вот что бывает, когда постоянно переходите черту.

— ......!

В тот миг Сехера осознала всю подоплёку событий.

Дело было не во внезапной прозорливости. Просто её склонность винить других случайно наткнулась на истину.

— Сана! Это всё твои происки...!

Дзинь-дзинь! ‒ звон колокольчика раздавил её отчаянные попытки.

— Голосование скоро завершится!

Громкий голос маркиза Осборна навёл порядок в суматохе зала. Слуги засуетились, готовясь к предстоящему подсчёту.

Тем временем Сана, игнорируя убийственный взгляд Сехеры, впивавшийся ей в щёку, привела себя в порядок. После нескольких попыток вытереть вино платок быстро пришёл в негодность.

Подошедший, неведомо когда, Реген молча протянул свой.

— Спасибо.

— ......

Не было даже обычного "не за что". Действие было любезным, но упрямо сжатые губы и холодно застывшие щёки были на него не похожи.

«Рассердился. Сильно».

Сане захотелось вздохнуть.

Пока она, не решаясь использовать, лишь сжимала платок Регена к ней подошёл кто-то.

— Примите, Ваше Высочество.

— Сэр Юлис?

То, что протянул рыцарь с холодным выражением лица, было платком.

Быстрый взгляд показал, что Лилиана, казалось, была слишком занята перепалкой с Сехерой. Доброта Юлиса была независима от воли Лилианы.

«Извиняется за бестактность своей госпожи?»

Сана пересмотрела своё мнение о Юлисе. То, что он казался лишённым эмоций, подобно неодушевлённому предмету, не означало отсутствия собственной воли.

Она молча приняла платок, но Юлис, не дожидаясь слов благодарности, быстро вернулся к своей госпоже.

Платком Юлиса она вытерла шею. Наблюдавший за этим Реген невольно разжал губы.

— Зачем этим.

— Что?

— ......

Сана подняла голову, словно не расслышав, но он снова сомкнул губы. Он понял, что протестовать против того, что она использует платок другого, неуместно для рыцаря.

Однако недовольство не улеглось, и он не смог удержаться от того, чтобы на мгновение нахмурить брови. Конечно, он был настолько привлекательным красавцем, что даже это выражение заставило несколько окружающих сдержанно ахнуть.

Время голосования истекло. Монеты симпатий были стандартизированы, поэтому их было легко измерить. Не нужно было считать по одной ‒ достаточно было взвесить их, так что подсчёт быстро завершился.

— Объявляю результаты.

Знамёна с вышитыми символами каждой принцессы по одному поднимались на флагштоках. Высота поднятого знамени и была местом в состязании.

Выше всех было поднято серо-белое знамя с вышитой серебряной птицей.

— Первое место занимает личный рыцарь принцессы Серебряной птицы, сэр Реген.

Первое место принцессы Роксаны, в последний момент перевернувшее результат.

Драматичный поворот вызвал взрыв аплодисментов среди аристократов.