Глава 196.0

Сана и Реген, выглядевшие более уравновешенными, чем другие, общались друг с другом спокойно.

— Реген.

— Да, Сана.

— Обещай мне. Что вернёшься ко мне живым и невредимым.

— Клянусь своим истинным именем.

Реген безупречным движением склонился и поцеловал тыльную сторону её ладони.

Даже после того, как клятвенный поцелуй завершился, он не отпустил её руки.

Между ними, связанными доверием, взгляды, говорившие больше слов, скрестились.

Нарушил тёплую атмосферу помехи.

— Если закончили, отойдите в сторону. Не мешкайте.

Доминик, вплотную приблизившийся к Сане, с лёгкой улыбкой посмотрел на неё, словно настала его очередь.

— Ваше Высочество.

— Мой рыцарь ‒ только сэр Реген.

— Мне и так обидно, что меня заставили участвовать внезапно, а если у меня даже не будет леди, которая пожелает мне удачи, насколько же мне будет обидно? Но раз уж мы с Вами связаны самыми глубокими узами, проявите снисхождение к нашей многолетней дружбе и подарите мне хотя бы носовой платок.

Вместо Саны Реген порылся у себя за пазухой.

— Вот носовой платок, выданный покоям Серебряной птицы из Внутреннего дворца. Это вещь, принадлежащая Её Высочеству, так что будьте так любезны принять его обеими руками.

— ……

Доминик с досадой скривился.

Головой он понимал слова Регена, но сердце, казалось, не могло их принять. Однако тело уже приняло платок.

— Доминик.

Сана окликнула его, но не сразу продолжила.

Желать ему удачи было трудно, учитывая их враждебные отношения, но и не желать было нельзя ‒ в конце концов, все они были жертвами императора.

Серьёзное молчание было несовместимо с Домиником. Он не стал терпеливо ждать её слов и заговорил первым.

— Я думал, у вас будет ко мне просьба.

— Какая просьба?

— Ну, ладно.

Доминик легко сменил тему.

— Скажу заранее. Я же не какой-нибудь, а лучший рыцарь империи, единственный в своём роде. Когда войду в лабиринт, я планирую убивать только тех, кто нападёт на меня первым. Так что если этот парень не вернётся, не вините меня.

— ……

Увидев его жест, когда он большим пальцем указал на стоящего рядом Регена, Сана поняла, какую "просьбу" ожидал от неё Доминик.

Он, видимо, думал, что она будет умолять его не убивать Регена.

Пока Сана глубоким вздохом заменяла слова, подступившие к горлу, Реген холодно пробормотал:

— Выходит, Арена была последним шансом...

— Что?

— Я говорю, жаль. Похоже, и на этот раз вы не дадите мне повода.

— Какого повода? Убить тебя? С чего это ты вечно говоришь то, что я должен говорить?

— Я бы посоветовал вам серьёзно задуматься над этим вопросом.

Голос маркиза Осборна эхом разнёсся по усыпальнице:

— Время вышло!

Рыцари, выстроившись плечом к плечу, встали перед гигантским входом.

— Итак, начинаем четвёртый турнир, "Упокой усопших". Пусть этот день запомнится вам как величайший праздник!

Чёткие шаги устремились вперёд.

Вскоре вязкий туман лабиринта поглотил спины пятерых рыцарей.

Принцессы, оставшиеся в усыпальнице, ещё долго не могли покинуть свои места.

✦✦✦

Туман окутывал только входную часть. Едва они углубились в лабиринт, как мешающая пелена перед глазами исчезла.

Видимость стала достаточной, чтобы передвигаться с факелом.

Высота лабиринта была довольно большой. Потолок находился на высоте, сопоставимой с трёхэтажным зданием.

Ширина прохода была такой, что маленькая тележка могла бы едва проехать, а двое взрослых могли более-менее идти плечом к плечу.

Пока дорога не разветвлялась и шла прямо, все пятеро двигались вместе.

Даже если бы это было не так, личные рыцари негласно намеревались идти сообща.

Учитывая безумную любовь и одержимость регентши, наиболее вероятным местом её последнего упокоения было рядом с саркофагом девятого императора.

Целью рыцарей не могло не быть самое сердце лабиринта ‒ подземная гробница. А поскольку существовал проверенный способ поиска пути в лабиринте, действовать поодиночке не имело смысла.

Вопрос о том, кто выбывает, можно было обдумать и после того, как найдут дорогу и реликвию.

Конечно, атмосфера среди спутников была неважной. Невозможно было чувствовать себя спокойно, зная, что самый верный меч императора следует за ними.

Киллиан, которому надоел взгляд, направленный в затылок, раздражённо обернулся. Доминик, как всегда, нагло улыбнулся.

— Чего так нервничать? Теперь мы в одной лодке.

— Какая ещё лодка?!

Как и подобало вспыльчивому человеку, Киллиан выступил от лица рыцарей.

— Не смеши. Не может быть, чтобы император всерьёз загнал тебя в ловушку.

— Ого, ты ещё плохо знаешь императора. Сколько раз я был на волосок от смерти, прежде чем стал таким сильным? Наш император, если уж берётся за дело, доводит его до конца.

Ноа и Юлис уже почти поддались на уговоры, как вдруг Доминик резко сменил тему.

— Конечно, наказание ещё не определено. Если вас могут наказать так, что вы умрёте, то меня, наверное, накажут лишь до состояния, близкого к смерти? Но и для снисхождения нужно хотя бы всех вас тут завалить и выйти. Не так ли?

— ……!

— Так что не надо меня провоцировать.

Киллиан в бессильной злобе сжал кулак. В напряжённой атмосфере Реген и Ноа приготовились к худшему.

Неожиданный человек разрядил обстановку.

— Вы хотите сказать, что по возможности не хотите драться?

— Что?

— Я знаю таких, как вы. Вы говорите одно и то же, но в неприятной форме.

— ……

На бесстрастные слова Юлиса реакция Доминика была странной.

Выражение его лица было полно недовольства, но он не стал возражать.

Киллиан не поверил.

— Кто знает, не нападёт ли он потом исподтишка. Где это видано, чтобы верить рыцарю, который находится в сговоре с императором?

— Носильщик, а много болтаешь.

— Что? Носильщик?

Четверо рыцарей, готовясь ко входу в лабиринт, запаслись в дорожных мешках провизией на несколько дней.

А Доминик, брошенный в лабиринт по импульсивному решению императора, пришёл с пустыми руками.

Доминик, глядя на кожаный мешок, висевший на плече Киллиана, сказал:

— Так это ж ты мою поклажу несёшь?

Эту фразу можно было истолковать и как "я убью тебя и заберу припасы".

Атмосфера снова накалилась. В любой момент можно было ожидать обнажения мечей.

Если бы дело дошло до боя, то, естественно, Доминик сражался бы против четверых рыцарей, но он выглядел полным уверенности.

— Может, начнём, когда попадётся место попросторнее? Здесь же коридор, узко. Вы же знаете, что стены лабиринта поглощают ману и их не сломать?

В этот момент в лабиринте произошло нечто неожиданное.

Тр-р-р-рах!

Потолок открылся, и что-то огромное и тяжёлое рухнуло туда, где находились пятеро рыцарей.

— К стене!

С криком Регена все прижались к ближайшей стене. Бух ‒ раздался глухой удар, облако пыли рассеялось.

Когда взгляды прояснились, рыцари увидели чёрную железную решётку.

— Вот те раз.

Тюремная решётка разделила группу на две части.

— Оказывается, это лабиринт с ловушками.

— Промежутки узкие, телом не пролезть. И решётка не перерезается.

— Соединиться, похоже, не получится.

Ноа, Киллиан и Юлис, осмотрев решётку, сделали вывод.

Тем временем Реген и Доминик издали глубокие вздохи, полные сожаления.

— Как назло, опять с этим типом...

— Сожалею, что не прижался к правой стене...

Другие трое, естественно, эмоционально были на стороне Регена.

— С-сэр Реген, что же делать? Вы справитесь один?

Зелёные глаза Ноа смотрели на товарища, попавшего в клетку ко льву.

Оправившись от уныния, Реген откинул чёлку и произнёс с трагическим видом:

— Даже лучше. Раз я один способен выдержать это, то, наверное, правильно, что я пожертвую собой.

— …Вау, серьёзно? Выдержать? Пожертвовать? Даже не знаю, с чего начать. Ты что, с ума сошёл?

Доминик усмехнулся.

Ноа и Юлис тоже немного забеспокоились, уж не блефует ли Реген, но изменить ситуацию всё равно было нельзя.

Один Киллиан обрадовался.

— Отлично! Уморите его голодом!

Выглядело это так, будто он, приведя перед обидчиком своего сильного старшего брата, чувствовал себя победителем.

Как раз неподалёку показалась первая развилка. Если продолжать путь, им придётся расстаться.

Реген сказал остальным трём рыцарям:

— Давайте встретимся в пункте назначения живыми и невредимыми.