Глава 198.0

— Что за приказ?

— Если обнаружите того, кто представляет непосредственную угрозу безопасности Его Величества, уничтожить любой ценой.

— ……

— Понял? Раз уж мне всё равно предстоит тебя убить, я хочу сделать это по своей воле, так что следи за языком.

Реген задумался. Теперешнее предупреждение казалось не столько проявлением верности императору, сколько находилось в прямой оппозиции к ней.

Это было сродни тому, как он намекнул на снятие клятвы с Белинджера.

Сегодня Реген наконец убедился.

Доминик сопротивляется императору в той мере, в какой ему позволяет клятва, балансируя на грани дозволенного.

— Сэр Доминик, у меня есть вопрос.

— Какой же.

— Какова военная мощь личной гвардии, не считая вас?

На такой вопрос с очевидным намерением нормальный рыцарь не стал бы выдавать информацию.

Но Доминик, словно только этого и ждал, сверкнул глазами и ответил:

— Придётся похвастаться величием Его Величества. Другие трое рыцарей, кроме меня, примерно одного уровня. Таких элитных ‒ человек тридцать. Остальные сто ‒ уровня того паренька, сэра Сиэля, который выбыл на Арене.

— Впечатляет.

Подавляющая военная мощь. И это ещё не считая Доминика.

Неудивительно, что император с такой уверенностью правит железной рукой тирана.

Перед лицом варварской силы кто осмелится подумать о сопротивлении?

Внутри неприступного дворца он чувствует себя в безопасности, в то время как всех остальных он может топтать, как букашек, лишь кивком или взглядом приводя в действие силу.

Чувство собственного могущества, испытываемое императором, должно быть, сравнимо с божественным.

Однако сейчас, волей судьбы, внутри дворца находится третий принц Роэнхэрина, полностью восстановивший своё мана-ядро.

Внезапно Реген понял, что числа не сходятся.

— И это всё?

— А что, мало?

— Странно.

— Что именно?

— Вы назвали только 130. Насколько я помню, когда я попал во дворец, у императора было подчинено более 200 личных гвардейцев.

— ……

— ……

Требуя информацию об оставшихся семидесяти, Доминик лишь пристально посмотрел на Регена.

Странное, не свойственное Доминику молчание само по себе было многозначительным.

В глазах Регена мелькнуло подозрение, которое затем, словно переварившись, улеглось.

Ах, ‒ тихо выдохнув, он кивнул.

— Понял.

— ……

Доминик наконец издал смешок, похожий на выдох, и отвернулся. Его шаг ускорился.

— Сэр Доминик.

— Что ещё?

Когда Доминик обернулся на отставшего Регена, ему в руки прилетело что-то, описав дугу.

Поймав это рефлекторно, он увидел большую, твёрдую, похожую на бисквит, галету.

— Вы заслужили свой паёк, так что ешьте.

— ……

В руках Доминика была не просто еда. Это несло в себе нечто большее.

Негласное предложение о перемирии.

Наконец, Доминик нагло потребовал:

— И как я буду есть этот безвкусный кирпич? Давай сюда соус.

✦✦✦

На следующий день кареты принцесс отправились в главный монастырь.

Путь от дворца до монастыря занимал четыре дня в одну сторону.

Чтобы выполнить приказ императора и как можно быстрее вернуться во дворец, принцессы выехали затемно, торопясь с рассвета.

Они очень хотели успеть к возвращению своих рыцарей.

Но в то же время надеялись, что рыцари вернутся раньше, пока они будут в отъезде.

— Зачем ехать в моей карете, если у тебя своя?

— Чтобы сестричке не было скучно, я пришла составить ей компанию.

Сана, глядя на Нанаэ, которая выгнала служанку и с важным видом уселась на её место, невольно усмехнулась.

Как бы нахально она ни говорила, перед её милым и красивым лицом невозможно было не расслабиться.

— Кстати.

Голос Нанаэ понизился, став холодным. Её ласковость распространялась только на сестёр.

Яблочно-зелёные глаза устремились в сторону.

— Я и не знала, что леди Осборн тоже поедет в карете сестрички Саны.

— Да! Я же выполняю роль наблюдателя!

Меврил Осборн энергично закивала.

Её пушистые, пышно распущенные рыжие волосы бешено заколыхались.

— Я впервые получила такое важное задание. У меня аж сердце трепещет!

— Вот как?

— Да! Я тоже много готовилась. Я спросила у своей служанки, и она сказала, что Её Высочество принцесса Серебряная птица ‒ человек, за которым нужно следить. Поэтому я решила всегда быть рядом!

— Ах, вот как.

— Служанки отговаривали меня, но я настояла на своём! Я хочу хорошо выполнить задание и заслужить похвалу Его Величества Императора! Как мой брат!

— Ага.

Нанаэ, сощурившись, улыбнулась.

Улыбка, способная растопить чьё угодно сердце, но Сана сразу поняла, что её сводная сестра испытывает сдерживаемую ярость.

Сана прервала неловкий разговор.

— Кстати, леди Осборн.

— Да, Ваше Высочество!

— Я слышала, у вас хроническое заболевание, и вам нужно ежедневно принимать лекарство. Мне следует о нём позаботиться?

Это была всего лишь попытка сменить тему, достаточно годная для этой цели. Но эффект превзошёл ожидания.

— А? Какое лекарство? Я совершенно здорова! Кто это сказал?

— …Вот как?

Глаза Саны сузились.

Наиболее вероятным было то, что маркиз Осборн, чтобы уберечь любимую сестру, придумал эту отговорку на скорую руку.

Но почему-то интуитивно она чувствовала, что здесь есть что-то большее.

— Хм-м, значит, маркиз Осборн солгал...

Сана носком туфли под пышной юбкой слегка стукнула Нанаэ, заставив её замолчать.

Её глаза всё так же ласково смотрели на Меврил.

— У вас совсем нет лекарств, которые вы принимаете регулярно?

— Нет.

— А есть ли еда или напитки, которые вы употребляете каждый день в одно и то же время?

— Тоже нет. Я ем, когда захочу.

Сана уже собиралась отбросить подозрения, подумав, что всё это было напрасно.

— Повар в особняке маркиза ужасно готовит! Еда ‒ это лотерея. То невыносимо сладко, то безумно остро, то пересолено. А иногда даже горько!

— …Горько?

— Да! Так часто бывает.

Уголки губ Саны изогнулись в мягкую линию.

— Спасибо за интересный рассказ.

— А? Вам было интересно?

— Конечно. Я бы хотела, чтобы вы и впредь не отходили от меня, человека, за которым нужно следить, и рассказывали много историй. Это вам маленькая награда.

Сана достала из отделения кареты стеклянную баночку.

Собственноручно достав конфету, похожую на драгоценный камень, она поднесла её к губам Меврил.

— А-а, откройте ротик.

— А-а...

— …Сестричка?

Пока Нанаэ пребывала в шоке от этой нежной сцены, Сана вытерла кончики пальцев, слегка смоченные слюной Меврил, и убрала баночку в недоступное место.

— Сестричка, а мне?

— А тебе что.

— ……

— ……

В глазах Нанаэ появилась сила, но Сана сделала вид, что ничего не замечает.

Нанаэ, явно обидевшись, уставилась в окно, и карета погрузилась в тишину.

Внезапно на её плечо опустилась тяжесть.

— Хм-м... М-м-м...

— …Леди Осборн?

Меврил, безмятежно уснувшая, вызвала у Нанаэ невольный смешок.

Сана, ничуть не удивившись, осмотрела состояние Меврил.

— Наконец-то уснула.

— Неужели та конфета была снотворным?

— Если бы это было так, я бы сначала дала тебе.

Лицо Нанаэ, ещё мгновение назад хмурое, расцвело, словно цветок.

Она уложила корпус Меврил на сиденье и пересела поближе к Сане.

Сделав вид, что берёт её под руку, она крепко обняла сестру.

— У сестрички всё продумано. Может, отправим леди Осборн обратно в её карету? Чтобы нам побыть вдвоём.

— Я намерена держать её под своей защитой все пять дней.

Сана хотела не допустить контакта служанок из особняка маркиза с Меврил.

— Тьфу, как же это мешает. Хочется поговорить спокойно.

— Она не проснётся как минимум два часа, так что ничего страшного. Если так беспокоишься, говори иносказательно.

— Ладно.

Кивнув, Нанаэ сразу задала вопрос:

— Зачем, интересно, отец отправил сэра Доминика на турнир?