Глава 64.0

Гвендолин, нервно выкрикнув, насмехалась над Саной.

— Ты что, думаешь, я дура? На меня это не действует. Хочешь умереть ‒ умри одна.

— ……

Сана не ответила.

Следующие по очереди Шумёль и Нанаэ тоже не пошли против общего настроения.

— Я тоже пас.

— Фолд.

— Ох, осталась только я.

Единственной игроком, дожившей до конца игры, была Сана.

Перед столом, на котором лежала стопка в 140 фишек, принцессы единым порывом желали одного:

«Только бы не №5».

«Любой номер, кроме пятого. Любой. Пожалуйста».

«Боже, сделай так, чтобы сестра Сана ошиблась».

«Уж лучше бы эти 140 фишек испарились. Не могу видеть, как она забирает их!»

Среди них Гвендолин выглядела самой отчаянной. Её глаза, уставившиеся в пространство и забывшие даже моргать, казалось, извергали проклятия из-за злобной ауры.

— Откроем правильный ответ.

Маркиз Осборн, явно наслаждавшийся ситуацией больше всех, открыл рот.

— Правильный ответ ‒ №5. Поздравляю. Все фишки достаются Вашему Высочеству принцессе Серебряной птице.

— Боже мой. Она угадала!

— Три победы подряд ‒ это уже слишком.

— Что за невероятное везение…

И тут.

— А-а-а-а-ах!

Звук, полный потерявшей рассудок ярости, разорвал воздух павильона. Это была Гвендолин.

— Г-Гвен, успокойся.

— Ваше Высочество принцесса Новолуния, сохраняйте достоинство.

Голоса окружающих не долетали до ушей Гвендолин. Она вскочила с места, оттолкнув стул, и смахнула всё, что было перед ней, на пол.

Она не могла быть в здравом уме. Все фишки, которые изначально были её, перешли к Сане, и она потеряла возможность поддержать тяжело раненого Хайнца.

Если с Хайнцем что-то случится, она выбывает не из игры с фишками, а из конкурса, где на кону жизнь.

Это отчаяние.

— Роксана!

Она смотрела на неё глазами, вобравшими в себя, казалось, всю злобу мира, а Сана, словно ждавшая этого, ответила:

— Скажите, какой яд вы дали сэру Регену.

Чем больше Гвендолин теряла самообладание, тем больше у Саны было шансов.

— Заткнись!

— Значит, не хотите говорить.

— Конечно! Разве я стану тебе рассказывать? Не скажу до самой смерти. Нет, даже после смерти не скажу.

Это было практически признание.

— Сестра Гвен… Неужели ты и вправду дала яд рыцарю сестры Саны…

— Как ты могла совершить такую подлость…

— Что в этом подлого? Я просто опередила её, потому что думала, что она отравит сэра Хайнца, вот и дала яд сэру Регену…!

У всех отнялся язык.

— …И это ты называешь объяснением.

Слова Арлетты выражали чувства всех остальных принцесс.

Тихий голос Саны нарушил атмосферу шока и растерянности, царившую за столом.

— Отправляю поддержку.

Сана выпрямила спину среди горы фишек, сложенной словно башня. И нанесла Гвендолин сокрушительный удар.

— Зелье шести рыцарям, кроме сэра Хайнца.

— ……!

Пока Гвендолин была в шоке, маркиз Осборн усмехнулся.

— Как и ожидалось от Вашего Высочества принцессы Серебряной птицы. Вы хорошо усвоили правила отправки поддержки.

— За каждые 50 фишек можно отправить один предмет личному рыцарю в качестве поддержки.

Нигде нет ограничения, что поддержку можно отправлять только своему личному рыцарю. Поддержку можно отправлять любому, кто является таковым.

В ситуации, когда выяснилось, что раненый рыцарь №5 ‒ это Хайнц, зелье было нужно больше всего именно ему, но Сана раздала зелье всем, кроме него.

Особое преимущество для шестерых равносильно наказанию для одного.

Это откровенная месть. Однако не нашлось принцессы, которая бы вступилась за Гвендолин.

Если сохранять нейтралитет, тоже получишь зелье, так зачем же становиться на сторону дуры и раздражать Сану?

— П-подло…

Плечи Гвендолин грубо вздрогнули. Сана снова надавила.

— Ещё не поздно. Скажите, какой это яд.

— Нет, поздно.

Гвендолин поджала дрожащие уголки губ. Это была не просто бравада или упрямство.

— Скоро ты сама узнаешь, какой это яд.

— Что вы имеете в виду?

— Прошёл уже час, так что скоро можно будет проводить вскрытие.

— Следите за словами, Гвендолин.

Как раз вернулось время для репортажа. Слуги в поясах меняли позиции фигур на доске.

Гвендолин была уверена, что конь №3 всё ещё стоит на том же месте.

Это был слишком дорогой яд, чтобы использовать его на каком-то военнопленном. Говорили, его действие безошибочно, и сейчас, когда прошло уже больше часа, должен был быть результат.

«Неважно, что сэр Хайнц ранен. Неважно, даже если его жизнь висит на волоске. Главное, чтобы этот Реген умер первым!»

Однако ситуация на обновлённой доске разрушила ожидания Гвендолин. Чёрный конь №3, хоть и медленно, но неуклонно продвинулся до Моста Клятвы.

— К-как? Почему он ещё жив?

— ……

— Он д-должен был умереть…!

В её растерянном крике не было даже намёка сдержаться.

Принцессы смотрели на неё с ужасом. Даже Сана наконец показала накопившуюся внутри ярость.

— Кажется, я просила следить за словами.

Её рука опрокинула лежавшую перед ней стопку фишек. Почему-то этот звук привлёк всеобщее внимание больше, чем исступлённый крик Гвендолин.

— Маркиз Осборн.

— Да, Ваше Высочество принцесса Серебряная птица.

— Дайте нам небольшой перерыв. Хочется подышать воздухом.

— Устроим перерыв на 10 минут.

Шут, гонящийся за развлечениями, пошёл Сане навстречу. Хотя его поведение, словно он сам был приспешником, вызывало отвращение, нужно было использовать всё, что можно.

Сана поднялась с места, не обращая внимания на неодобрительные взгляды сестёр.

Однако, выходя из павильона, она не забыла похлопать по стулу одной из присутствующих.

✦✦✦

Реген передвигался, всё ещё находясь во власти приступов действия яда.

Обычно размеренная походка и сдержанные манеры стали, словно у усталого путника. Даже его глаза, хотя и смотрели вперёд, были несфокусированы.

Вид у него был явно не в полном сознании. Сейчас он скорее тащил своё тело инстинктами, как обузу.

«Нужно вернуться к Сане…»

Казалось бы, его можно было счесть лёгкой и беззащитной добычей. Но в действительности всё было наоборот.

На лёгкий шорох Реген мгновенно занёс меч. Хотя он и не использовал магию, земля глубоко вспахалась, и комья грязи жестоко обрушились на кусты.

Солдаты, устроившие засаду, вздрогнули от града земли и пригнулись. Они сразу поняли, что Реген ‒ не их противник.

— ……

Реген снова зашагал. Словно после того предупреждающего удара в нём включился переключатель, от его тела исходила более грозная аура, чем когда-либо.

Вообще-то, именно сейчас проявлялась его истинная сущность. У него не было сил, чтобы, как обычно, сознательно и кротко сдерживать магию и ауру, поэтому, наоборот, они вырывались наружу беспрепятственно.

Солдаты из засады отказались от атаки и отступили. Это был мудрый выбор. Человеческий инстинкт следует выживанию, а не рыцарскому долгу.

Тем более Регенхарт Роэнхэрин был рыцарем, которого вполне можно было назвать богом войны, и у него не было причин оставлять в живых врага, который на него напал.

Вскоре Реген достиг каменной арки водного канала под названием "Мост Клятвы".

Пока опущенный кончик меча скрёб по каменной мостовой, издавая неприятный звук, шаги Регена вдруг резко остановились.

— ……

Туман рассеялся с его золотых глаз.

Перед ним разворачивалась ситуация, способная хоть на мгновение вернуть ему фокус и сознание.

— …Сэр Хайнц.