Глава 126.0

В этот момент раздался грохот.

У-у-у-у-у-

На том месте, где стояли два рыцаря, поднялось и осело облако жёлтой пыли.

Вновь появившиеся двое по-прежнему стояли неподвижно, охраняя свои позиции.

Но позади Регена на земле были глубоко вырезаны следы, словно от огромных когтей.

Это были следы мощной силы, сконцентрированной в одной точке, которую Реген рассеял в трёх направлениях.

Из-за разрушений на арене образовался хаотичный воздушный поток.

Вихрь, поднимавшийся от лодыжек до самого неба, безудержно развевал волосы и полы мундиров двоих.

Среди этого светло-голубая лента, готовая сорваться и улететь, была поймана левой рукой Регена.

— Заткнись. Чуть не убил тебя нечаянно.

— Разве вы вышли сюда не для того, чтобы убить меня?

— ……

— ……

Реген демонстративно и вызывающе снова привязал ленту к ножнам.

Доминик, готовый ослепнуть от ревности, смотрел на Регена с намерением разорвать на части.

Чувствуя на себе этот колючий, убийственный взгляд, Реген спокойно думал:

«Убить? Нет, слишком много свидетелей».

В нём тоже была убийственная ярость.

Если бы устранить одного только Доминика Мюзекаля, план Саны значительно продвинулся бы. Это было трудно выносимое искушение. Но, как ни думай, последствия были неразрешимы.

Сражаться, чтобы победить в бою, и сражаться, чтобы лишить противника жизни, ‒ это совершенно разные вещи.

В последнем случае, даже Регену, было бы невозможно не проявить свою истинную силу против Доминика.

Если император, наблюдавший за боем, почувствует угрозу от существования Регена, первой подвергнется опасности Сана.

«Неужели нет способа?»

В тот момент, когда его голова была полна скрытой, никогда не проявлявшейся вовне, рациональной убийственной ярости.

— Ха. Думаешь, я вышел тебя убивать?

— ……

— Нет, вовсе нет. Вышел покрасоваться?

Реген, слегка нахмурившись на эти непонятные слова, вдруг понял. Они оба, и он, и Доминик, даже не обнажили мечей.

«Неужели».

Доминик повернулся корпусом в сторону специальной трибуны. Реген сразу понял, куда направлены его красные глаза.

— Вон моя Роксана смотрит.

— ……

— Видишь? Глаз оторвать не может.

Реген в очередной раз воочию убедился, что принцесса ‒ его слабость. Потому что от одного этого слова его настроение стремительно испортилось.

Ему не хотелось позволять ему вести себя так, будто он сам является рыцарем принцессы.

Если он сейчас ляпнет ещё одно неуместное слово, Реген решил тут же устроить ему безобразную сцену.

В этот момент Доминик вдруг повернулся к маркизу Осборну.

— Сдаюсь.

— ……

Реген недоверчиво широко раскрыл глаза.

— Не может быть! Никто не ожидал такого результата. Сэр Доминик объявляет о поражении, даже не вступив как следует в бой с противником.

У-у-у-у-!

Уши оглушали комментарии маркиза Осборна и разочарованный шум толпы.

Доминик, словно призывая не заблуждаться, сказал Регену:

— Я решил это до того, как ты начал болтать про бесславие. Всё же бой на выбывание ‒ это не совсем то. Я же рыцарь.

— Тогда вам с самого начала не стоило выходить.

— Ну нет. Надо же показать контрастную привлекательность, чтобы тронуть сердца.

В конце концов, он решил, что, чтобы привлечь внимание принцессы, можно и подарить Регену, которого он так ненавидит, победу без боя.

Реген почувствовал неприязнь. Потому что, будь он в такой же ситуации, он, кажется, поступил бы так же.

В это время Доминик направился к выходу. Проходя мимо Регена, он фыркнул:

— Если бы мы сегодня сошлись, я бы тебя убил. В общем, тебе очень везёт.

— Рад, что вы это признаёте.

— ……

— ……

Взгляды двух мужчин снова яростно скрестились.

— Не даёшь закончить по-хорошему. В следующий раз надо будет действительно полоснуть по этой твоей глотке, что ли.

Как бы ни кипела ярость, Доминик уже был побеждённым, объявившим о поражении.

Не мог же он, переменив слова, снова броситься в низкую драку, поэтому он, скрежеща зубами, сдержался и повернулся.

Каждый раз перед Регеном его самообладание закалялось.

Как только Доминик повернулся спиной к арене, зрители, потеряв интерес, разразились улюлюканьем.

Церемониймейстер тоже покосился на императора. Но император, глядя на уходящего Доминика, не выглядел особо разочарованным.

— В этом и есть забавная черта Доминика. То, что, пройдя мою тренировку, он сохранил в себе что-то не сломленное.

— ……

— В любом случае, кроме Доминика, есть ещё развлечения.

Как раз в этот момент маркиз Осборн подогрел атмосферу.

— Теперь остался только поистине последний бой. До сих пор ни одному личному гвардейцу не удалось захватить место личного рыцаря, но я уверен, что на этот раз результат будет иным.

Ожидание толпы возрождается.

Обратно пропорционально этому Сана, сидевшая на местах принцесс, насторожилась, а Реген безучастно ждал следующего противника.

— Итак, смотрите! Появление десятого претендента, который украсит финал этого боя на выбывание!

Лязг.

Тяжёлый металлический звук сопровождал каждый шаг.

На арену вступил рыцарь, закованный в чёрные доспехи, способные поглотить даже полуденный свет.

Это был тот самый, что совсем недавно стоял по левую руку от императора.

— Представляю! Новый меч Его Величества Императора, сэр Блэкхаунд!

✦✦✦

Рыцарь в чёрных доспехах обнажил меч и направил его на Регена.

Враждебность, убийственная аура, мана. Эти три острых, как бритва, начала нагло вторгались в чувствительную зону Регена, раздражая нервы.

— ……

Реген, игнорируя провокацию, спокойно наблюдал за противником.

Рыцарь начал вращать меч, используя кистевой сустав. Толстое лезвие, с шумом рассекая воздух, крутилось, как мельничное колесо.

Угроза разрубить всё, что попадёт в радиус досягаемости, заставила зрителей испуганно напрячься.

Конечно, чтобы запугать Регена, это было слишком ничтожно.

— Похоже, внушительность только снаружи. Ты любишь покрасоваться, что ли?

— ……

Ритмичный свист на мгновение сбился.

Закончив наблюдение, Реген сказал:

— Давай.

— ……

— Что, не можешь подойти, броня тяжёлая?

В тот же миг бум ‒ по земле прокатилась глухая вибрация. Ударная волна взметнула серебристо-белую чёлку Регена.

Когда открылся чистый лоб красавца, фигура рыцаря исчезла из поля зрения.

Реген повернул голову направо.

Он увидел противника, который, обойдя с мёртвой зоны, стремительно нёсся на него. Реген ждал, сохраняя прямую стойку.

С лязгом, грозившим разорвать барабанные перепонки, мечи столкнулись. Чудовищная сила, словно удвоенная гравитацией, обрушилась на Регена через меч.

Мужчина медленно повернул запястье, держащее меч, и отвёл эту чудовищную силу в сторону. Его меч наклонился, а затем и вовсе лёг.

В этот миг за скрещенными мечами он заметил, как нагрудник противника мелко колышется. Глаза Регена сузились.

— Улыбается.

Рыцарь в доспехах радовался, убедившись, что превосходит в силовом противостоянии.

Перестав улыбаться, рыцарь вложил взрывную силу в мышцы. Несмотря на мощный натиск, Реген не отступил ни на шаг.

Вместо этого, используя одну ногу как ось, он развернулся на пол-оборота. Резко повернувшись, он в мгновение ока оказался за спиной рыцаря.

Словно приводя приговор в исполнение, меч Регена обрушился на затылок рыцаря.

Бу-у-ум!

Произошёл взрыв, в который трудно было поверить, что это битва людей.

Грохот и вибрация сотрясли арену, а в центре густо поднялась пыль.

У-у-у-у-у-

Даже когда затихли возгласы, облако пыли не подавало признаков оседания. Целясь в эту мёртвую зону видимости, Реген в полную силу пустил в ход меч.

В облаке пыли ярко сверкали траектории ‒ изогнутые и прямые линии, сотканные из света. Беспрерывно раздавался звук ударов по цельному доспеху.

При каждом прямом попадании меча, напоённого маной, в голову, плечи и спину, рыцарь в доспехах шатался. Но тут же, словно ванька-встанька, вставал, мелко колыша нагрудником.

Доспехи, обёрнутые маной, сколько ни бей, не получают урона, поэтому он нарочно позволял себя бить.

Лишь когда пыль рассеялась, Реген прекратил атаки и увеличил дистанцию. Тогда рыцарь в доспехах широко раскинул руки и повернулся на месте.

Нагрудник колыхался ещё сильнее, чем раньше, казалось, даже слышно было кряхтящий смех.

Толпа загудела, видя этот жест, демонстрирующий невредимость. Но реакция Регена была далека от волнения.

— Эй.

От этого тихого оклика рыцарь в доспехах прекратил свои легкомысленные телодвижения. Реген, словно видя сквозь шлем, сказал:

— У тебя там что, кляп во рту?