Глава 238.0

✦✦✦

Странное ощущение нарушило крепкий сон императора.

Император, лежа головой на подушке, уставился в темноту.

Исчезли пустота и голод, терзавшие его нервы, вместо них нахлынуло незнакомое неприятное чувство, словно у него украли нечто очень важное, вырвали с корнем.

Император нашёл название этому чувству, которое испытывал, пожалуй, впервые в жизни.

Чувство утраты.

«Кто посмел? И что именно?»

Императору, далёкому от такой высокоинтеллектуальной деятельности, как размышления, были заданы сразу два вопроса.

К счастью, проблема решилась прежде, чем у него разболелась голова.

Вместе с выдохом разгладились морщины на лбу. Пустота снова завладела его ощущениями.

Так даже лучше. Чувство утраты не подобает ему, солнцу империи и всемогущему императору.

Потому что это чувство бессильных и слабых.

Зато носить в себе голодного демона ‒ это хотя бы не похоже на слабака.

Разве вечно ненасытная пустота не символ алчности? Самый подходящий для хищника.

Не было причин копаться в уже решённой проблеме, поэтому он спокойно закрыл глаза. И с нетерпением стал ждать завтрашнего дня.

Сегодняшняя ночь, подаренная им Роксане и Доминику, станет очень знаменательным временем.

Какую реакцию покажут его игрушки? Проснувшись завтра утром, нужно будет выслушать доклад церемониймейстера…

Ах, церемониймейстер же умер.

Вспомнился церемониймейстер, чей труп, надругавшись, повесили у ворот гарема.

Похоже, что даже посмертная казнь не выглядела достаточно соразмерной его преступлению.

Всё же, проснувшись завтра утром, нужно будет приказать маркизу Осборну добавить художественности…

Ах, и маркиз Осборн умер.

Такими темпами в государственных делах образуется пробел. Нужно будет сказать герцогу Арондиту, который ведал кадровыми назначениями, чтобы заполнил места.

Это тоже завтра утром…

«Ха».

Голубые глаза, вмиг прогнавшие сон, стали острыми.

Подумать только, и герцог Арондит умер.

Нет, точнее.

Всех троих убил сам император.

Император закрыл глаза и сознательно принялся рационализировать.

«В конце концов, это были всего лишь детали, которые уже износились и пришло время их заменить».

Источник власти императора ‒ абсолютная верность и военная сила подчиненных рыцарей. Пока это цело, остальное можно заменить.

Вот почему он не чувствовал кризиса от того, что трое его приближённых выбыли.

Напротив, реальную угрозу представляли рыцари внутри дворца, которые не были подчинены императором.

Белая породистая собака с золотыми глазами особенно мозолила глаза, но она всё равно не ровня Доминику.

«Да, Доминик. Его достаточно».

Доминик подчинен императором, и вдобавок у него есть слабость ‒ Роксана.

Раз сегодня он дал ему попробовать сладкую наживку, тот и вовсе потеряет голову.

Проглотив крючок, он будет только трепыхаться, пока силы не оставят его.

Так что Доминик навеки останется подчинённым ему.

Император верил в это без тени сомнения.

Как только невроз утих, сонная охота снова навалилась на веки. Император спокойно погрузился в глубокий сон.

✦✦✦

Доминик стиснул зубы и сжал рот.

Тошнота подступала к горлу, было невыносимо трудно, но нельзя было ударить в грязь лицом перед любимой женщиной и ненавистным соперником.

— Прошу прощения.

Только выпустив из себя воздух вместе с тяжёлым вздохом, он смог взять себя в руки.

Но он выглядел так, будто едва терпит, а не пришёл в себя.

Даже такому человеку, как Доминик, нельзя было не посочувствовать.

Сана собственноручно наполнила стакан водой и поставила на стол, но Доминик почему-то лишь сидел смирно и смотрел, не притрагиваясь.

— Вы разорвали метку?

Спросил Доминик. Он имел право знать ответ.

— Да. То, что это временно, ты и сам знаешь лучше.

Тошнота, которая едва не вывернула его наизнанку, была вызвана отвратительным ощущением повторного подчинения императору.

Доминик попытался что-то сказать, но у него ничего не вышло.

Слово "император" снова наткнулось на принуждение и не смогло пройти через горло.

Вместо этого рвота снова и снова подступала к самому краю.

Он едва сдержался и задал следующий вопрос:

— Как вы это сделали?

— Я пробудила шестую ступень дара господства.

— …Потрясающе.

— Я тоже удивлена. Я достигла уровня, которого не видел даже Безумный император.

— Во-первых, поздравляю. Но я удивился не поэтому.

— А чему же?

— Разве можно говорить мне такие важные вещи?

— Ах, это.

Легко ответив, Сана отпила глоток чая.

Её вид был обыденным, словно она обсуждала какие-то личные мелочи за чаем.

Пока Доминик пребывал в замешательстве, она серьёзно встретила его взгляд.

— Я решила довериться тебе.

— ……

— Возможно, это и есть доверие.

— ……

Сана первой протянула руку Доминику.

В красных глазах, словно заворожённо впитывающих Сану, мелькнул чистый свет. Кадык Доминика дёрнулся.

— Я…

Но в тот миг, когда он попытался произнести слова благодарности, из него едва не вырвалось кое-что другое, а не слова.

Потому что снова подкатила тошнота.

Увидев, как его плечи содрогнулись, взгляд Саны похолодел.

— Тебе это явно не нравится.

— Сана, если он вам неугоден, я сейчас же разберусь с ним.

Тут и Реген вмешался, и Доминик поспешно возразил:

— Ах, нет, дело не в этом. Просто это почти как заново быть подчиненным, меня укачало, чёрт… Ах, проклятье, собачья жизнь…

К счастью, его горячая искренность была принята Саной.

Она снова стала спокойной и проявила интерес к состоянию Доминика.

— Сразу после разрыва метки человек не должен быть в своём уме, а ты сейчас несешь меньше чепухи, чем обычно. Раз метка была снята временно, то и последствий, видимо, нет?

— Зато, кажется, есть другие последствия.

— Реген?

Опять Реген в неподходящий момент проворно вмешался и смутил Доминика.

Рыцарь кончиком ножен мгновенно направил их на кадык Доминика.

Затем попытался оскорбительно приподнять его подбородок.

Только тогда Доминик дрожащей рукой отбил ножны и прорычал:

— Ублюдок.

Реген проигнорировал его и сухо доложил Сане:

— Похоже, у него паралич.

— Паралич?

— Шея ещё более-менее двигается, но конечности одеревенели.

— Правда?

Сана взглядом спросила у Доминика.

Следовало бы ответить на вопрос, но Доминик не хотел встречаться с глазами принцессы, которая видела его физически ослабленным.

Он, делая вид, что сверлит взглядом рыцаря принцессы, прорычал ответ:

— Только и умеешь, что быть глазастым. Как ты догадался?

— Потому что вы не стали пить воду, которую дала Её Высочество.

— Проклятье, опять это.

— Это всё из-за вашего обычного поведения.

— Слышали, Ваше Высочество? Я из тех, кто и яд с благоговением выпьет, если дадите. Цените мою добродетель.

Доминик демонстративно взял стакан с водой.

Дрожь в руке быстро утихала, и к тому моменту, когда он поставил пустой стакан на стол, его движения стали совершенно естественными.

— Теперь я в полном порядке.

— Похоже на то. Хорошо, что ты быстро восстанавливаешься.

— Благодарю. Это один из тех комплиментов, которые я хотел услышать сегодня ночью…

— Доминик.

Окрик Саны оборвал его болтовню. Она серьёзно сменила тему:

— Раз ты посмотрел мою спальню, надо заплатить за вход.

И тут мужчина снова увидел возможность повернуть дело по-своему.

— О, и как же? Телом?

— Да. Телом.

— ……

Когда Сана подыграла его болтовне, Доминику стало не по себе.

И такие предчувствия, как правило, сбывались.

— Понимаешь, способность шестого уровня немного неудобна для применения в реальном бою. Сегодня ночью ты будешь моим партнёром по тренировке.

В другое время он бы, возможно, всполошился, сказав, что это заманчиво, но сегодня нет.

— Снова… вы собираетесь это делать?

— Снова?

— Ах, нет?

— Иначе получается, будто всего один раз.

— …Ха.

На губах Доминика, издавших горький смешок, тут же появилась самокритичная улыбка.

Он не мог отказаться, даже когда она говорила, что собирается делать с ним подлые вещи.

Это всё было расплатой за то, что он отдал своё сердце жестокой принцессе.