Глава 223.0
✦✦✦
Пять дней спустя состоялась казнь под названием "Траурный банкет".
Внутренний двор, окружённый голыми зимними деревьями. Вопреки названию банкета, аристократы, одетые в мрачные, тёмные одежды, собрались в большом количестве.
Даже самые легкомысленные языки в этот день не смели издавать ни звука. В торжественной атмосфере лишь беспорядочно блуждали многочисленные мысли.
«Я думал, он проявит милосердие даже к дочери…»
«Даже к Её Высочеству принцессе Аметисту…»
Нынешние центральные аристократы были теми, кто достаточно привык к безумным выходкам императора.
И всё же казнь Арлетты, принцессы, пользовавшейся благосклонностью императора и обладавшей сильными правами на наследование, потрясла аристократическое общество.
Одна за другой во внутреннем дворе появлялись важные фигуры.
Нанаэ, появившаяся вместе со своим личным рыцарем, устраивала своего рода протест своим видом. Её платье было простым чёрным, без всяких украшений.
Она даже отказалась от сопровождения Киллиана и шла, неся в обеих руках по букету белых цветов.
Это был наряд похорон, в котором не было и намёка на желание угодить отцу.
Некоторые аристократы, с удивлением смотревшие на неё, встретившись с её яркими зелёными глазами из-под вуали, поспешно отводили взгляд.
Следующей прибыла Сана, чей вид был разительно противоположен сестре.
Сана была облачена в тёмно-красное, соблазнительное платье, которое она обычно не носила. Украшения и макияж тоже были выдержаны в густых красных тонах, резко привлекая внимание.
Сегодня от неё исходила дешёвая красота, более подходящая для самого упаднического банкета во дворце. Аристократы были сбиты с толку.
«Не похоже на принцессу Серебряную птицу».
«Неужели слухи о том, что она сошла с ума, правдивы…»
Как раз в этот момент Сана лениво улыбнулась тем, с кем встретилась взглядом. В этот миг сомнения некоторых аристократов переросли в уверенность.
— Бесконечная слава правлению Великого Императора! Приветствуйте великого императора империи Магнароуд, Его Величество!
Места для членов императорской семьи были устроены на возвышении с хорошим обзором.
Безумный император Акселион, пройдя мимо Саны и Нанаэ, опустился на роскошный стул. Как всегда, по бокам от него стояли церемониймейстер и Доминик.
Маркиз Осборн, организатор казни, находился внизу, у подножия помоста, и наблюдал, хорошо ли его подручные справляются со своими ролями.
Рядом с ним постоянно находилась Меврил. Это была гиперопека, возникшая с тех пор, как он вернул её. Благодаря этому женщина могла наблюдать за процессом подготовки вблизи.
— Ой, как страшно!
Мимо прошли подручные в поясных сумках, волоча рыцаря, чьё тело было в ужасном состоянии.
На него надели кляп, привязали железной цепью и тащили, обращаясь скорее как с собакой, чем с человеком.
Меврил склонила голову набок.
— Он сильно ранен. Ему, наверное, больно. А кто это?
— Личный рыцарь принцессы Аметиста. Нужно позволить ему присутствовать при последних минутах своей госпожи.
— Какой вы заботливый. Я тоже хочу поскорее увидеть. Когда начнут?
Маркиз Осборн протянул руку к голове Меврил. В последнее время он часто гладил свою лже-сестру.
— Скоро. Я покажу тебе очень красивое и великолепное зрелище, так что жди, Меврил.
— Ура! Как здорово. И красивое, и великолепное ‒ всё это я люблю.
Меврил сложила руки вместе и невинно улыбнулась. Удовлетворившись её реакцией, маркиз снова сосредоточился на наблюдении за подручными.
Поэтому он упустил из виду, как за его спиной улыбка Меврил холодно увяла.
— Время пришло.
Когда слуга в поясной сумке объявил точное время, дррррр ‒ земля внутреннего двора содрогнулась от грубого шума.
Нечто, накрытое тканью, скрывающей его сущность, прибыло на роскошно украшенной повозке. Оно остановилось в центре внутреннего двора.
Когда несколько механизмов опустили на землю и закрепили, роскошная повозка сама по себе стала сценой. Затем подручные маркиза Осборна перерезали верёвки, и ткань спала.
— Ах…!
— Боже мой!
Аристократы, забыв о торжественной атмосфере, восхищённо выдохнули.
Это была прекрасная статуя богини. Прямо стоящая богиня вонзала меч вертикально вниз, в змею, лежащую на земле.
Удивительным было то, что вся поверхность статуи была покрыта драгоценными камнями.
Кожа была из гладкого белого жемчуга, сияющие глаза и пылающие, взметнувшиеся вверх волосы ‒ из фиолетового аметиста, а соблазнительные губы ‒ из розового сапфира.
То же самое было и ниже шеи. Элегантное платье, ниспадающее по изгибам тела, было из голубого топаза, рукоять меча ‒ из золотистого цитрина, лезвие ‒ из прозрачного алмаза, а пронзённая мечом еретическая змея ‒ из тёмно-зелёной шпинели…
Вся статуя богини была искусно выложена драгоценными камнями, а промежутки были плотно заполнены золотом.
Окружение статуи тоже было необычным. Пять гигантских металлических цветов дурмана, блестящих, как зеркало, украшали пространство вокруг статуи.
Их стебли едва заметно соединялись со спиной статуи, и было похоже, что это не просто украшение, а имеет какое-то предназначение.
Кто-то из проницательных аристократов пробормотал:
— Медные духовые инструменты…?
В этот момент маркиз Осборн поднялся на сцену.
Бум!
Когда он привёл в действие скрытый механизм, статуя богини раскололась и широко распахнулась, словно платяной шкаф.
Открылись пространство, куда идеально поместился бы человек, и ужасающая внутренняя поверхность.
— У-у-у…
— О-о-о!
Аристократы, сразу понявшие функцию и назначение, либо болезненно застонали, либо засверкали глазами в предвкушении.
Маркиз Осборн представил своё творение:
— Название произведения ‒ "Труба богини". Я постарался изготовить прекрасный музыкальный инструмент, достойный того, чтобы на нём играла Её Высочество принцесса Аметист.
«Инструмент?» ‒ зашумели аристократы.
— В носу и во рту статуи богини встроены сложные акустические устройства. Эти устройства улавливают даже малейшее дыхание, усиливают его и заставляют звучать через медные трубы. В зависимости от типа издаваемого звука определяется, какая из пяти труб будет задействована. Дыхание, крик, стон, проклятие, мольба… Разве вам не интересно, какая гамма родится из их сочетания?
Объяснение, позволяющее в полной мере представить судьбу Арлетты, закончилось.
— М-м-м-ф! М-м-ф! М-м-м-м-ф-ф!
Ноа, стоявший на коленях на земле, с кляпом во рту, отчаянно кричал и бился в конвульсиях.
Его грубо усмиряли личные гвардейцы, пока он не потерял сознание и не затих.
Маркиз Осборн, осклабившись, посмотрел в сторону принцесс. Он ожидал, что они отреагируют не менее бурно, чем личный рыцарь принцессы Аметист.
«Что это?»
Его прогноз не оправдался.
Нанаэ просто сидела неподвижно, с отсутствующим взглядом и бесстрастным лицом. Казалось, все её чувства, включая зрение и слух, были блокированы.
До этого момента ещё можно было списать на то, что она оцепенела, не в силах вынести реальность. Проблема была в Сане.
Сана, скрестив ноги и подперев подбородок рукой, смотрела на маркиза Осборна с расслабленным видом.
Её надменная поза, напоминавшая императора, походила скорее на человека, пришедшего оскорбить смерть врага, а не сестры.
«Всё же она спятила».
Он с неприятным чувством нашёл этому оправдание и решил не обращать внимания. В конце концов, вскоре его ждала реальность, в которой реакция принцесс не будет иметь никакого значения.
«Ваше Величество?»
Маркиз Осборн перевёл взгляд на Безумного императора Акселиона и вздрогнул. Потому что ледяные глаза императора были устремлены прямо на него.
Это было странно.
Хобби императора ‒ наблюдать за реакцией людей, попавших в отчаянное положение. Поэтому сегодня объектом его пристального внимания должны были стать принцессы Серебряная птица и Золотая лань.
Этот жуткий, безумный взгляд ни в коем случае не должен быть устремлён на самого маркиза.
Почему же император смотрит на него?
Холодок, будто под подбородком лезвие меча. Хотя была зима, пот увлажнил его затылок.
— Маркиз Осборн.
Император окликнул его с довольным лицом. Маркиз, стараясь игнорировать зловещие признаки, обнаружившиеся повсюду, ответил:
— Да, Ваше Величество.
— Всё готово?
— Безупречно готово.
— Вот как, готово. И безупречно.
В голосе императора, лениво повторявшего его слова, было что-то странное.
— Каково твоё настроение сейчас?
— Я глубоко тронут тем, что могу представить Вашему Величеству свой лучший шедевр.
— Похвальный настрой.
И это было странно.
Такой пустой разговор не был свойствен императору, который не выносил скуки.
— Начнём сейчас?
— Я хотел насладиться этим неторопливо, но ты торопишься. Что ж, если тебе так хочется.
Это было неприятно, но он утешил себя: когда казнь закончится, это тревожное чувство тоже уйдёт.
— Начинайте!
Громкий крик маркиза Осборна разнёсся по внутреннему двору.
Вот-вот его подручные выведут Арлетту и поместят внутрь статуи богини.
И прекрасно исполненный траурный марш, разрывая голубое небо дворца, достигнет богини.
«Мой шедевр тронет и землю, и небеса…»
Но богиня, похоже, не одобрила его план.
— Ч-что это значит?!