Глава 220.0

— ……

В детстве, едва пробудив силу, Сана поклялась перед матерью.

Из глаз Нанаэ ушла вся собранная было злоба.

Рука, сжимавшая запястье Саны, тоже обессиленно соскользнула.

Нанаэ прижала другую руку к своему искажающемуся лицу, словно прикрывая его.

— Прости. Прости. Я не хотела быть такой злой…

— ……

— Потому что я ничего не могу сделать.

— ……

— Мне сейчас… так… так плохо, что я, кажется, умру…

Она всё знала. Ведь они сёстры, которые вместе выносили гнёт чудовища-отца до этого дня.

Сана молча обняла Нанаэ обеими руками.

Считая плачущую младшую сестру частью себя, она снова и снова гладила её жалко дрожащую спину.

✦✦✦

Для того чтобы плакать, нужно много сил.

Нанаэ, рыдавшая, как ребёнок, обессилев, уснула в моей постели.

— Спи спокойно.

Я коротко поцеловала Нанаэ в лоб и вышла из спальни.

Разогнав тьму ночи свечами, я направилась в кабинет.

Раз сестра выплакалась и за меня, я должна использовать сэкономленные силы на другие дела.

В кабинете меня ждал человек.

Высокий рыцарь в чёрном мундире, словно отделившись от темноты, появился из тени.

— Сана.

Его низкий голос звучал глубже обычного. В нём с высокой плотностью сгустились разные чувства и смыслы.

Я нарочно не смотрела на Регена.

— Всё в порядке.

— ……

— Я не хочу быть слабой. По крайней мере, не сейчас.

Реген охотно принял мою волю. В его голосе вместо утешения прозвучал доклад.

— Я тихо проверил место, где содержится Её Высочество принцесса Аметист.

— …Ты проник в подземную темницу? Ну и как там?

Я быстро водила пером по бумаге, слушая доклад.

— Условия ужасные. И, что хуже всего, маркиз Осборн проводит ненужные допросы. Её Высочеству напрямую он вреда не причиняет, но вместо неё страдает сэр Ноа.

— Она уже призналась.

Не может быть, чтобы допрос был обычным. Ясно, что маркиз Осборн мучает Ноа на глазах у сестрички Арлетты. Если так пойдёт дальше, она может сойти с ума.

— Жакен Осборн…

Кончик пера проткнул бумагу. Расплывающиеся чёрные чернила были словно моё сердце.

— Помоги сэру Ноа продержаться. Только не попадись.

— Положитесь на меня.

У Регена был и другой доклад.

— Киллиан ждёт в приёмной покоев Серебряной птицы.

— Нана только что уснула. Сегодня она переночует в моей спальне. Передай сэру Киллиану, чтобы возвращался.

— Простите, но он не уйдёт.

— Тогда пусть остаётся. Он, наверное, тоже не в себе.

Киллиан, должно быть, тоже в шоке и нестабилен.

Вероятность стать козлом отпущения была одинакова для всех трёх принцесс.

Одной мысли о том, что на месте сестрички Арлетты, которая сейчас заточена, могла бы оказаться Нанаэ, достаточно, чтобы у него перехватило дыхание.

…Хорошо бы с Регеном всё было в порядке.

— К утру я приведу Киллиана в чувство.

— Хорошо. Тогда я снова смогу доверить ему Нану.

Как я была сестрой для Нанаэ, так Реген был братом для Киллиана.

Я отложила перо. Закончив писать, я вложила письмо в конверт и запечатала его печатью принцессы.

Я позвонила в маленький колокольчик, и в кабинет вошла моя самая верная служанка и адъютант.

— Сестре Тессес. Как можно быстрее.

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Когда Хамель вышела за дверь, в сумрачном кабинете снова остались только я и Реген.

Реген не стал спрашивать о письме.

Словно не желая меня ни к чему принуждать, он просто молча стоял рядом, и я заговорила первой:

— Надежда ещё есть. Поэтому я буду бороться. До конца.

— Эта борьба станет взмахом крыльев.

— ……

Меня захлестнули эмоции, но я сдержалась.

Глядя на свечи, колеблющие тени на стенах, я вознесла короткую молитву:

— Богиня, я принесу жертву, так даруй же нам чудо.

✦✦✦

Прошла неделя с момента "неофициального пятого турнира".

Маркиз Осборн был занят, доставляя императору дурновкусные развлечения.

На этот раз материал был особенно прекрасен и ценен, поэтому он вкладывал много сил в подготовку.

Как только его "произведение" будет готово, его выставят на несколько дней во дворце, а затем отправят в монастырь в качестве утешительного дара.

Маркиз Осборн намеревался лично поехать за Меврил под предлогом передачи этого дара.

Благодаря этой целеустремлённости его приготовления к банкету продвигались необычайно быстро.

«Восточный отдельный дворец сегодня тоже тих».

Быстро шагавшие ноги маркиза Осборна замедлились, когда он приблизился к отдельному дворцу, где жили принцессы.

Вокруг восточного дворца ещё лежал неубранный снег, придавивший садовые деревья и клумбы.

Здесь, под тяжестью снега и льда, было тихо, словно всё затаило дыхание.

Конечно, настоящая причина, по которой восточный дворец потерял свою жизненную силу, была иной.

Оставшиеся две принцессы прекратили всю внешнюю деятельность, включая светскую жизнь и уроки.

Казалось, что их отношения, которые в начале года были не очень хорошими, стали более тёплыми благодаря турниру.

Принцессы Серебряная птица и Золотая лань заперлись в своих покоях и не выходили ни на шаг.

Аристократы, которым было любопытно, что происходит с принцессами, пытались разузнать, но служанки в покоях были немногословны, а служанки в восточном дворце отвечали, что ничего не знают.

Но всегда находились те, кого можно подкупить деньгами.

Несколько служанок, получив плату, выдавили из себя информацию, которая могла бы сойти за полезную.

В основном она касалась принцессы Серебряной птицы.

Говорили, что видели, как служанки из покоев Серебряной птицы вносили целую охапку лекарств, предположительно успокоительных.

Говорили, что в покоях Серебряной птицы часто слышны звуки разбиваемого и ломающегося.

Говорили, что в последнее время по ночам многие служанки не могут уснуть, потому что постоянно слышат то ли смех, то ли плач.

Их беспочвенные показания обрастали жирком и обретали крылья.

Слухи о Сане по дворцу распространились мгновенно.

— О-хо-хо…?

Змеиные глаза маркиза Осборна загорелись интересом.

Потому что прямо перед ним, куда был устремлён его взгляд, появилась героиня этих слухов.

Принцесса Серебряная птицы, опираясь на руку своего рыцаря, медленно шла.

Дорога была прямой, так что направление, куда она шла, вело прямо к маркизу Осборну.

Неужели первым, кого встретит принцесса Серебряная птица, выйдя из добровольного заточения, будет он?

Маркиз Осборн, посчитав это забавным совпадением, поклонился.

— Жакен Осборн приветствует Её Высочество принцессу Серебряную птицу.

Наряд Саны был роскошен.

Плотный кремовый атлас был искусно простеган ромбами, а мелкие драгоценные камни вышивали узоры.

Воротник был жёстко поднят, плечи заострены, придавая ей резкое величие, а украшения из кроваво-красных рубинов и слезоподобного жемчуга были нанизаны слоями на шее и в волосах.

Макияж был темнее обычного. Глаза были подведены тёмным так, что её можно было принять за другого человека, а губы окрашены в тот же красный, что и рубины на ожерелье.

Это была красота, которая притягивала на инстинктивном уровне.

Маркиз Осборн с опозданием понял, что уже довольно давно стоит, приветствуя её.

— Вы гуляли?

Только когда он спросил, подгоняя, Сана отреагировала.

Она подняла свои отсутствующие глаза к небу.

— Сегодня небо снова серое.

— ……

Небо было ясным.

Принцесса Серебряная птица, бормочущая что-то невпопад, была непривычной.

Маркиз Осборн вспомнил недобрые слухи, ходившие в последнее время по дворцу.

«Неужели она и правда сошла с ума?»

Чтобы проверить это, достаточно спровоцировать. Маркиз Осборн заговорил о том, что должно было заставить принцессу очнуться.

— "Усопший банкет" в честь упокоения души Святой Деборы готовится без задержек. Я смею надеяться, что вскоре смогу представить результат, который удовлетворит всех.

— ……

— Тогда настанет последний момент, чтобы сёстры могли попрощаться.