Глава 110.0

— ……

От друга, чьё лицо было скрыто мешком, ответа не последовало. Не осталось и предлога тянуть время дольше.

Эмилио, терзаясь душевной болью, широко взмахнул топором.

Он помнил каждое мгновение того момента без единого пропуска.

Варварский звук рассекаемой плоти. Жестокое ощущение, поднимавшееся по мышцам кричащей руки. Брызнувшая ярко-алая кровь.

И своё лицо, отразившееся в гладком лезвии топора…

— …Ха-ха.

Он улыбался.

Регенхарт Роэнхэрин. Всё в этом любимом всем миром принце, и то, что он сам ‒ лишь тлеющая, мрачная тень рядом с ним, ему до смерти надоело.

От его смерти сердце болело.

Потому что сердце колотилось так, что было больно.

День падения Роэнхэрина стал и днём освобождения Эмилио Хвибрика.

Очнувшись от раздумий, Эмилио поставил чашку и довольно свежо улыбнулся.

— Мною двигало лишь искреннее желание преподнести его голову Его Величеству Императору. При выполнении необходимого нет места личным чувствам.

— Скучный ответ.

Ответ, лишённый какой-либо человечности, наскучил императору.

Будучи в положении, требующем доказательства искренности, Эмилио решил немного развлечь императора.

— Позвольте мне объяснить причину, по которой я смог действовать без колебаний и сделать всё возможное?

— Позволяю.

— Ваше Величество, меня не интересует мир после моей смерти.

— ……

— Будет ли моё решение названо лучшим и воспето, или же худшим и осуждено ‒ всё это имеет значение, только пока я жив, не так ли? С моей точки зрения, мир существует лишь постольку, поскольку существую я.

— В высшей степени эгоцентричная мысль.

— А разве Ваше Величество не таков?

— Что?

Брови императора взлетели вверх.

Обычный человек подбирал бы слова, чтобы не прогневить правителя, но язык Эмилио стал ещё более дерзким.

— Я слышал, Ваше Величество ищет эликсир бессмертия. Во дворце осталось лишь пять принцесс. Внешне проводится турнир за наследование трона, но на самом деле Ваше Величество ведь не намерен уступать трон, не так ли?

Атмосфера за столом стала тяжёлой.

Но Эмилио вёл себя так, будто у него несколько жизней.

— Ваше Величество не думает о будущем. Осмелюсь предположить, это не просто равнодушие к тому, как пойдут дела в империи после того, как Вы исчезнете. Это нечто большее.

— Что значит "большее"?

— Ваше Величество считает, что, когда Вы исчезнете, вместе с Вами должен исчезнуть и этот мир, разве не так?

— ……

Это было настолько экстремальное заявление, что даже церемониймейстер, державший чайник, вздрогнул.

Это можно было назвать поистине психологической геоцентрической теорией.

— Это... немного забавно.

Жёсткие уголки губ императора приподнялись вверх. По сути, это было согласие.

— Молодой человек с характером. Ты не боишься так дерзко языком молоть даже передо Нами.

Эмилио склонил голову, словно извиняясь.

На этом разговор закончился. Интерес и внимание императора, ненадолго прикованные к нему, быстро рассеялись.

Смотреть в собственную бесчеловечную бездну было не так интересно, как наблюдать за человеческим адом другого.

В этот момент церемониймейстер, ненадолго отлучавшийся из оранжереи, принёс приятную новость.

— Ваше Величество.

— Что такое?

— Её Высочество принцесса Серебряная птица просит аудиенции.

— Ого, удачный момент. Маркиз Хвибрик, самое время познакомить тебя с Нашей дочерью.

— Для меня честь, Ваше Величество.

Император довольно рассмеялся.

Нужный человек для поручения принять докучающего гостя сам явился по своей воле.

К тому же, услышав имя Роксаны, можно было рассчитывать на забавное зрелище ‒ как Доминик со всех ног примчится с плаца.

— Впустите.

По такой легкомысленной и небрежной причине император разрешил Сане войти. Однако последовавшее за этим превзошло его ожидания.

— Бесконечная слава правлению Великого Императора. Роксана Серебряная птица приветствует Его Величество Императора.

— ……!

В этот миг император не упустил того, как глаза Эмилио расширились от удивления.

— Эта... леди.

Хладнокровный стратег, у которого, казалось, не было слабых мест, не мог скрыть волнения.

Его взгляд не мог оторваться от прекрасной принцессы.

Этот явно проявившийся шок был достаточно человечным, а хобби императора как раз и заключалось в наблюдении за человеческой натурой.

Уголки губ императора поползли вверх. Похоже, назревало развлечение.

✦✦✦

Повсюду распустившиеся цветы соблазняли зрение и обоняние. Место было непозволительно прекрасным для знакомства с врагом Регена.

Пока я, скромно придерживая подол платья, соблюдала этикет, Реген стоял чуть поодаль сзади, стараясь не привлекать внимания.

Я тщательно продумала его местоположение и угол. Так, чтобы он был скрыт от глаз императора, но отчётливо виден маркизу Хвибрику.

Подняв голову, я разглядела мужчину. Его серые глаза, цвета потускневшего металла, были заворожённо устремлены в мою сторону.

Всякий, кто сейчас увидел бы его, подумал бы: он выглядит так, будто встретил свою судьбу.

И действительно, Эмилио Хвибрик переживал судьбоносную встречу.

Не со мной, а с Регеном.

Я расплылась в улыбке, прекрасной, как цветок.

Чтобы император ошибся, приняв сосредоточенность Эмилио на мне за чистую монету.

— Ха-ха-ха! Маркиз Хвибрик. Глаз не может оторвать от принцессы Серебряной птицы.

Да, вот так.

— ……

Эмилио пришёл в себя с опозданием, но промолчал. Вероятно, решил, что лучше вытерпеть это недоразумение, чем прояснять истину.

Что ж, начинается.

Я, вкладывающая всю душу в игру, чтобы вызвать у императора это недоразумение.

Предатель, вынужденный принять неудобное недоразумение, чтобы скрыть прошлые ошибки.

Время разыграть совместный фарс.

— Сана, подойди поближе и познакомься с маркизом Эмилио Хвибриком.

Подражая женщинам из гарема, я лёгкой поступью подошла и встала перед Эмилио.

Сощурившись в улыбке, я нарочито медленно и мягко протянула тыльную сторону ладони.

Этот жест, как и те, был заучен мной при наблюдении за женщинами гарема.

— Я ‒ третья принцесса империи Магнароуд, Роксана Тринитэ Магнароуд.

— Эмилио из рода Хвибриков приветствует Её Высочество принцессу Серебряную птицу.

Его манеры были на уровне омерзительной пустой оболочки. Его губы без лишних движений коснулись тыльной стороны моей ладони и отстранились.

Но почему-то.

— ……

— ……

После поцелуя руки, когда мы выпрямились и встретились взглядами, он смотрел на меня неприлично долго.

«Неужели?»

Нет, если подумать, это не было "неужели".

До сих пор он, должно быть, был поглощён Регеном, так что моё лицо Эмилио видел сейчас впервые.

— Маркиз Хвибрик?

— …Ах, прошу прощения. Вы так прекрасны, что я засмотрелся.

Он быстро вернулся к безучастному виду.

Может, это была игра?

Если он, не ограничившись принятием на себя роли заинтересованного мной, решил активно усилить это впечатление, я бы назвала это мастерством.

Даже я чуть было не попалась.

— Вы слишком добры.

Ответив с лёгкой улыбкой, я взглянула на императора.

Императору, должно быть, уже наскучил разговор с Хвибриком. Я действовала как его язык во рту.

— Ваше Величество, мне было очень любопытно, что за человек тот, кто принёс великие заслуги на Восточном фронте, и я пришла повидать его. Если позволите, я бы сама показала маркизу Хвибрику дворец.

— Ого.

Конечно, император был как никогда сговорчив.

— А каково мнение маркиза Хвибрика?

— Для меня это честь.

— Ну вот, он так говорит. Сана, позаботься о почётном госте как следует.

Получив разрешение, император поднялся со стула.

Собираясь уходить первым, он нарочно упомянул, куда направляется.

— Мне нужно на тренировочный плац. Пришло время кормить недавно приобретённую собаку.

Похоже, у него появилось какое-то новое дурное увлечение. Я, придерживая подол платья, поклонилась, провожая императора.

Вскоре император скрылся из виду, но его глаза и уши ‒ личные гвардейцы ‒ всё ещё были повсюду, так что мы с Эмилио продолжали играть.

Эмилио, облачённый в маску мягкости, обернулся ко мне и улыбнулся.

— Приятно познакомиться, Ваше Высочество. И...

Серые глаза скользнули и устремились немного в сторону от меня.

— Ваш личный рыцарь.