Глава 197.0

✦✦✦

Принцессы, казалось, потеряли чувство времени. Они неподвижно застыли на месте, словно надеясь разглядеть что-то сквозь туман, если будут пристально вглядываться внутрь прохода.

Если бы их оставили, они, наверное, простояли бы так несколько часов. Но рядом с ними был Безумный император Акселион, который не выносил скуки.

— Ого, мои дочери, похоже, очень беспокоятся.

Ледяные глаза императора скользнули по Нанаэ и Лилиане, которые молитвенно сложили руки.

— Думаете, богиня услышит ваши молитвы из-под земли?

— …Прошу прощения, Ваше Величество.

Две принцессы, словно пряча руки, опустили их и бессмысленно поприветствовали. На самом деле, им хотелось спрятать свою тревогу.

Император, словно ему в голову пришла забавная мысль, усмехнулся.

— Давайте поступим так.

— ……

— Моих рыцарей достаточно, чтобы охранять это место. А для вас, принцессы, у меня есть другое задание.

"Задание" ‒ подумав, что это часть турнира, четверо принцесс напряглись.

— Таково моё повеление. Мои дочери немедленно отправятся в главный монастырь. Там вы встретитесь со Святой и вознесёте молитвы о благополучном возвращении ваших рыцарей.

— ……

Сана быстрее всех поняла намерение императора.

«Он умирает от нетерпения получить новое пророчество от Святой».

Чтобы изменить будущее, в котором его убьёт собственный ребёнок и отнимет трон, император только и ждал, когда же Святая ниспошлёт ему новое пророчество.

Но вот уже почти десять лет от Святой, которая его ненавидит, нет никаких вестей.

Первоначально он планировал сначала найти еретическую группировку "Тень богини" и оказать давление на монастырь, но это не удалось.

Поэтому он, прибегнув к избитому предлогу, решил отправить дочерей в монастырь.

Он хотел использовать их как шпионов, чтобы выведать намерения и настроения Святой.

— Выезжаете завтра на рассвете.

— Слушаемся.

Четверо принцесс, включая Сану, грациозно сделали реверанс, опустив подолы платьев. Их глаза под опущенными головами были холодны.

Решение императора, похоже, было импульсивным, и маркиз Осборн поспешил занять своё место.

— Поскольку турнир ещё идёт, я считаю своим долгом сопровождать принцесс. До монастыря я поеду с ними...

— Не знаю. Как бы Святая не брезговала запахом твоих грехов.

— ……

Хотя все эти грехи были совершены ради императора, теперь он отстранялся, напуская на себя благородство. Маркиз Осборн чуть не помрачнел лицом.

Сана естественно вмешалась:

— А что, если вместо маркиза Осборна поедет его сестра?

— Ты имеешь в виду Меврил Осборн?

— Да, Ваше Величество. Думаю, она достаточно компетентна как сестра маркиза Осборна. Она чистая, непорочная леди, так что и Святая, наверное, не прогонит её.

— Неплохо.

Хотя она рекомендовала самую неподходящую кандидатуру, прикрываясь благовидным предлогом, император тут же согласился. Потому что ему было не так уж важно.

Маркиз Осборн был растерян даже больше, чем ожидала Сана.

— Ваше Величество, прошу прощения, но моя сестра страдает хроническим заболеванием, ей нельзя пропускать приём лекарств. Она никогда не путешествовала на дальние расстояния без меня...

— Я прикажу служанкам особенно тщательно заботиться о ней.

— Вот видишь, маркиз Осборн.

— ……

Сана внимательно вгляделась в растерянное лицо маркиза .

Подумав, что даже у величайшего злодея должны быть слабые места.

✦✦✦

Метод левой руки ‒ вести рукой по левой стене ‒ это стандартный способ выбраться из лабиринта.

Но у него есть недостаток в лабиринтах с повторяющимися структурами.

Если стена, по которой ты ведёшь рукой, оказывается частью большого прямоугольника, можно бесконечно кружить по одному и тому же месту.

Чтобы это компенсировать, необходимо дополнительно помечать пройденные места древесным углём.

Следуя мудрости древних мифов, они также разматывали клубок ниток.

Ведь задачей этого турнира было не только пройти лабиринт, но и вернуться обратно, так что это была подготовка на тот случай.

Роль ведущего рукой по стене и оставляющего метки углём взял на себя Реген.

Роль разматывающего нитки клубка досталась Доминику.

— Вдруг вспомнил сэра Белинджера.

— Ты что, собрался его поминать ни с того ни с сего?

— На его месте он бы попытался стереть метки или перерезать нитки, чтобы сбить с толку окружающих. В этом смысле сэр Доминик, кажется, лучше, чем сэр Белинджер.

— Ещё бы. С кем ты сравниваешь этот мусор?

Хотя он и делал вид, что спокойно принимает это, Доминику были в диковинку эти странные доверительные отношения.

Больше всего его раздражало расслабленное отношение Регена к нему.

«Ишь, спиной ко мне поворачивается».

Реген, держа в руке древесный уголь в кожаной перчатке, оставлял на стенах цифры и простые рисунки.

Чтобы отличаться от пометок многочисленных поисковых отрядов, проходивших здесь за долгие годы, он придумывал специальные знаки, и на это уходило несколько секунд, каждый раз поворачиваясь к Доминику спиной.

Глядя на это, глаза Доминика инстинктивно сужались, как у хищника на охоте.

Насколько опасно поворачиваться к нему спиной, должен знать и этот сереброволосый рыцарь.

Было ясно, что одна из ситуаций, на которую рассчитывал император, бросая Доминика в лабиринт, ‒ это чтобы он убил Регена и навлёк на себя ненависть Роксаны. И Доминик, честно говоря, чувствовал желание так и сделать.

Быть ненавидимым ‒ это было привычно и не ново, но вот отнять у Роксаны место личного рыцаря ‒ это было бы острым ощущением, которого он ещё не испытывал.

— Сэр Доминик, вы опять хотите дать волю своему инстинкту?

— ……

Предупреждение, напомнившее о поражении на "Скачках рыцарей", тихо вонзилось в уши Доминика. Похоже, он невольно проявил убийственную ауру.

«Пронырливый щенок», ‒ выругавшись про себя, Доминик вытянул свои длинные ноги.

— Иди вперёд. А то будешь бояться за свой затылок.

— Бесполезная рыцарственность.

Они стали идти рядом.

— Не толкайся? Коснёшься плеча ‒ убью.

— Я иду очень ровно.

— Ха, почему именно с таким типом пришлось… Раз уж надо было использовать носильщика, лучше бы тот красный, как помидор, ‒ от него хоть какая-то польза была бы.

— Прекратите интересоваться Киллианом.

— А ты, я смотрю, за него заступаешься? Вы что, братья?

— И мной прекратите интересоваться.

Так, с лёгкой перепалкой, они продолжали путь.

Время от времени по стенам лабиринта струилась вода. Тогда Реген и Доминик набирали её в ладони и пили.

— Хорошо, что здесь есть грунтовые воды. Вода ‒ самая большая проблема. Еду, ну, можно и отнять.

Когда Реген не ответил, Доминик повысил градус провокации.

— И аварийный запас еды прямо перед глазами?

— ……

Наконец Реген прищурился и посмотрел на него. Доминик, обрадовавшись, стал ещё сильнее раздражать.

— Знаешь ведь? Я тебя рядом держу, чтобы в случае чего использовать как аварийный запас еды.

— Я тоже.

Неожиданная контратака вернулась.

— Сэр Доминик ‒ не что иное, как аварийная реликвия. Раз вас можно будет хранить в сокровищнице после смерти, то вы будете считаться реликвией. В случае чего я воспользуюсь вами с пользой.

— Ну, этот хоть слов в карман не лезет.

Доминик усмехнулся.

Его уже не удивляло, что Реген говорит так, будто может его одолеть.

Когда Доминик на некоторое время замолчал, Реген заговорил первым.

— Сэр Доминик.

— Что.

— Вы не злитесь на то, как с вами обращается император?

В его тоне, скорее, чувствовалась серьёзность, а не провокация. Но Реген и серьёзным тоном умел мастерски выводить Доминика из себя, так что нельзя было расслабляться.

— Нет? Я очень благодарен за возможность усилить свою ману. Я должен быть ему всецело предан.

— Судя по вашим словам, ваше поведение, когда клятва ненадолго снялась, было впечатляющим.

Он напомнил о случае, когда Доминик бросился к трону, чтобы свернуть императору шею.

При этом ленивая улыбка, бывшая неотъемлемой частью лица Доминика, вмиг исчезла.

— Предупреждаю на всякий случай: разговор становится слегка непочтительным.

Атмосфера вокруг Доминика изменилась. Он говорил серьёзно, без малейшего намёка на раздражение.

— Знаешь, какой приказ я получил первым, когда меня снова подчинили?