Глава 49.0

«Что у них у всех такие недовольные лица? Я заставила их слишком долго ждать?»

К слегка оробевшей девушке обратилась одна графиня с каменным лицом.

— Ваше Высочество, кажется, тогда не было нужды говорить такое.

— Говорить такое…?

— Что не нужно так делать, потому что это не нравится молодым аристократам.

Что в этом такого?

Гвендолин не понимала и моргала, но стоявшая рядом маркиза, торопливо вмешавшись, отчитала графиню.

Это была попытка защитить подругу-графиню.

— Что это за невежливые слова? Ваше Высочество, эти высказывания были оплошностью, не обращайте на них внимания.

— П-правда…?

— Да. Ваше Высочество ведь хорошо понимаете своё положение. Вы просто преподали урок младшим принцессам.

Однако до сих пор безучастное выражение лица Гвендолин вдруг переменилось.

— Какое у меня положение?

— Ваше Высочество…?

— Какое оно у меня, положение? Попробуй сказать.

— ……

Гвендолин откровенно набычилась, уставившись на маркизу.

Смущённая незнакомым поведением, маркиза вскоре почувствовала себя глубоко оскорблённой.

Упоминание о "положении" было дословной цитатой одного из тех вульгарных аристократов, что окружали Гвендолин.

А ведь тогда Гвендолин восприняла это как комплимент и сияла от улыбки.

— Я, я просто повторила то, что сказал виконт Пико…

— Но виконт Пико ‒ мужчина!

Невольно вырвавшаяся правда.

Не было слов, которые бы лучше описывали суть Гвендолин.

Повисло неловкое молчание. Оправившись от шока, аристократки быстро сделали выводы.

— Я, я ненадолго в дамскую комнату…

— Я тоже…

— Позвольте откланяться, Ваше Высочество.

Нет для женщины ничего опаснее, чем другая женщина с двойными стандартами по отношению к мужчинам и женщинам.

За широким уличным столиком осталась одна Гвендолин. Хотя с ней такое случалось и она привыкла, она всё равно не понимала, в чём проблема.

Спросить было не у кого, кроме молчаливого рыцаря с каштановыми волосами, стоявшего по стойке смирно неподалёку.

— Сэр Хайнц, что я сделала не так?

— Рыцарь не судит о правильности или неправильности поступков своего господина.

Это была реплика не столько о соблюдении границ, сколько о том что их провели. Сопротивление рыцаря, вынужденного служить госпоже, которую он не выбирал.

— Понятно. Рыцарь действительно верен. Совсем не то, что аристократки.

— ……

— А, я не хочу сказать про них плохо…! В-в общем, ясно, что тут недоразумение. Мне нужно поговорить с ними.

Гвендолин отправилась в дамскую комнату, устроенную для гостей пикника, но не нашла их.

Упорно побродив по территории пикника, она наконец обнаружила аристократок, собравшихся в уединённом месте у озера.

«У всех такие серьёзные лица. О чём это они беседуют без меня?»

Гвендолин решила, что нужно естественным образом подслушать.

— Ваше Высочество принцесса Новолуния поступает слишком жестоко. Сказала то же самое, но реакция на слова женщины и мужчины совершенно разная…

— Более того, виконт Пико и по статусу ниже аристократки. У него даже нет прав наследования.

— И это ещё не всё? Он же один из тех глупцов, что только что расставляли принцесс по порядку предпочтения.

— А Ваше Высочество восприняла это не как оскорбление, а как комплимент. Она же улыбалась, говоря, что и её имя включили.

— Право, образ мыслей…

Слушая, как без конца и беспощадно судачат о ней самой, Гвендолин почувствовала, как слёзы готовы хлынуть из глаз.

«Что же я сделала такого ужасного?»

Было обидно и несправедливо. Наверняка, окажись эти аристократки на её месте, в положении, где им, возможно, предстоит участвовать в торгах за приданое, они бы вели себя так же.

И всё же она злилась и ненавидела их за то, что они ни капли не понимали её печальных обстоятельств и тревоги.

«Неужели они завидуют, что я привлекла внимание стольких аристократов?»

Тут всё наконец встало на свои места, и настроение улучшилось.

Подумав, что с мужчинами всё же проще из-за отсутствия ревности, она всё равно хотела быть среди женщин.

По её опыту, находясь в компании своего пола, она почему-то чувствовала себя в безопасности, и это часто было выгодно.

Видимо, нужно найти новую компанию, не тех аристократок. Как раз вовремя её взгляд упал на одну особу.

— Прошу прощения, леди. Если можно, воспользуйтесь этим платочком.

Незнакомая кареглазая аристократка с выражением искренней заботы на лице оказала ей услугу.

Должно быть, это была добрая натура, не способная пройти мимо несчастной и слабой. Гвендолин, чего-чего, а распознавать таких людей умела превосходно.

— Спасибо за платочек. Но ты только что назвала меня "леди"?

— А? Да. Разве я ошиблась?

— Я принцесса Новолуния.

— Ах! Простите! Я, я, я впервые при дворе…! Рейна из баронского дома Фабиэтт приветствует вас.

Ошибка, которую иногда совершают недавно возведённые в дворянство провинциалы. Гвендолин кивнула, принимая приветствие.

— …Но, Ваше Высочество, отчего на таком прекрасном лице столь глубокие следы печали?

Тихонько подняв голову, Рейна внимательно посмотрела на Гвендолин.

Вопрос был ожидаемым, и ответ был готов.

— Знаешь принцессу Серебряную птицу?

— Я слышала, это принцесса, занявшая первое место на прошлом конкурсе.

— Я говорила глупости в её присутствии. А она ‒ любимица, так что все вокруг стараются ей угодить. Поэтому все меня избегают.

Это была версия событий, в которой почти не осталось правды.

— Как можно?

Редкий человек мог усомниться в печальной красавице, проливающей слёзы у него на глазах. Рейна не была из их числа.

— Если это правда, то это слишком жестоко… А Её Высочество принцесса Серебряная птица не заступилась?

— Нет… В конце концов, я и правда совершила оплошность…

— Ошибиться может каждый. Я же только что не узнала Ваше Высочество? Не печальтесь.

— Но всё же…

Рейна широко улыбнулась и протянула руку к Гвендолин.

— Ваше Высочество, вон там мои подруги. Не хотите ли присоединиться к нам и прокатиться на лодке?

— Но… можно?

— Конечно же!

Улыбка Рейны была яркой, как солнечный свет, заливающий всё вокруг.

Гвендолин, с одной стороны, утешалась этим сиянием, а с другой ‒ испытывала неловкое чувство, словно смотрела прямо против света.

Подруги Рейны тоже оказались добрыми девушками. Они, радуясь возможности общаться с принцессой, охотно поддерживали разговор, центром которого была Гвендолин.

Принцесса, получив столько внимания и доброты в женской компании после долгого перерыва, была готова расплакаться.

Потому что обычно, в отличие от мужчин, женщины не ставили её в центр внимания, как единственную девушку, что её огорчало.

К тому же в последнее время, конкурируя с другими принцессами, она чувствовала себя подавленной, будучи самой непопулярной и наименее ценной.

А сегодня эти милые и добрые девушки окружили Гвендолин и наполнили её самооценку. Она не могла не быть тронутой.

«Они так любезны со мной, которую всегда третируют…»

В её голове возник естественный вывод.

«Наверняка, они простоватые. Можно позволить себе с ними некоторые вольности».

✦✦✦

— Сестра Гвендолин нашла новое гнездо.

После ссоры с Лилианой я отправилась в уединённое место, где меня, словно поджидая, встретили сестра Арлетта и Нанаэ.

Поскольку место было у озера, было хорошо видно катающихся на лодках. Трудно было не заметить Гвендолин.

— Какое ещё гнездо?

— Какое гнездо? Ведь ты у нас серебряная птичка?

— ……

Я была шокирована чувственными словами сестры Арлетты, обращёнными ко мне, и моё лицо исказилось. А затем я снова была шокирована тем, что моё лицо исказилось.

«Перед сёстрами я и правда расслабляюсь».

— Ах, серьёзно. Что вы двое делаете без меня? — взяв себя в руки, спросила Сана.

— Ну, ты же называешь её ланёнком, так что.

Когда Нанаэ поморщилась, сестра Арлетта покраснела и стала оправдываться. Но это не сработало.

— Когда вы звали её, сестрица Арлетта, у вас не было такого игривого тона.

— Игривый? Какие грубые слова.

— Ладно вам. Словно я не серебряная птичка, а птенец.