Игра со смертью — не моя стихия
В конце безлюдной улицы из пожарного гидранта бил мощный водяной столб. Бай У озадаченно наблюдал за этим явлением, отмечая про себя две странности.
«Семьсот лет здесь не ступала нога человека, а оборудование до сих пор в рабочем состоянии. По всем законам физики за десять лет всё должно было превратиться в бесполезный металлолом. Похоже, в этом городе всё-таки теплится жизнь... если не человеческая, то хотя бы какая-то иная».
«При температуре в шестьдесят четыре градуса эта вода остаётся ледяной. Она поступает из подземных источников, но почему такая холодная? В такую невыносимую жару даже грунтовые воды должны быть как минимум тёплыми. Стоп, заметка подсказывает: температура повышается на ноль целых две десятых градуса в минуту. Получается, изначально она была экстремально низкой и меняется с невероятной скоростью. Вода в глубине просто не успевает нагреться».
Бай У всё больше погружался в размышления об этом загадочном мире. Судя по всему, здесь наблюдаются колоссальные перепады температур между днём и ночью.
Согласно предыдущей заметке, семьсот лет это место пустовало, да и условия явно не располагали к жизни. Возникал логичный вопрос: где же тогда обитают все люди?
«Ладно, сейчас главное — выжить. Ещё пять минут под этим испепеляющим солнцем, и я потеряю сознание от обезвоживания».
План действий уже сформировался в его голове. Раз подземная вода такая холодная, значит, хотя бы в канализации температура должна быть более щадящей.
Возле пожарного гидранта, у края дороги, Бай У быстро обнаружил спуск под землю. Крышка люка была уже сорвана — явный признак того, что кто-то побывал здесь раньше.
«Кто-то уже исследовал это место до меня», — мелькнула мысль, но Бай У не стал долго размышлять над этим. Его измученное тело было на пределе, требовалось срочно найти убежище с более сносной температурой.
Спустившись в канализационную трубу, он с удивлением отметил отсутствие привычного зловония. Когда свет стал совсем тусклым, Бай У попытался всмотреться в окружающую темноту:
【О, мой старый друг, когда ничего не видно — нечего и анализировать. Ради всего святого, может, ты всё-таки разовьёшь дар последовательности 929: усиленное зрение? Если нет, то в такой обстановке придётся двигаться помедленнее, иначе, клянусь, я хорошенько пну тебя сапогом под зад — это не пустая угроза.】
Бай У сделал мысленную пометку: похоже, заметки появляются только о том, что можно чётко разглядеть. В кромешной тьме от них никакого толку. И что ещё за загадочная последовательность даров?
Впрочем, он не стал замедлять шаг — как только тьма сгустилась окончательно, его наручники начали испускать мягкое свечение. Это не вызвало удивления: он уже догадывался, что является своего рода актёром в чьём-то спектакле, и сейчас за ним наверняка наблюдают аристократы. При таком раскладе наручники просто обязаны были обладать функцией ночного освещения. Заметка оказалась права — действительно не стоило торопиться их уничтожать.
При свете наручников Бай У смог детально рассмотреть внутреннее устройство канализационной трубы. Какие-то неизвестные науке растения оплели всё вокруг — их корни и стебли образовывали причудливую сеть, полностью покрывающую стены. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, как по этим жутковатым растениям струится фиолетовая жидкость. На земле валялись останки странных существ — судя по скелетам, это были какие-то невиданные шестиногие звери.
В центре прохода располагался водосток. Поверхность воды оставалась неподвижной, а её качество разительно отличалось от того, что обычно ожидаешь увидеть в канализации — она была кристально чистой.
Благодаря холодной воде температура здесь была значительно ниже, чем снаружи. Осмотревшись и убедившись в относительной безопасности, Бай У сфокусировал взгляд на водной глади. В свете наручников на поверхности воды отразилось его лицо.
【Надо же, простой попрошайка с нижнего уровня Башни, а обладает внешностью на девять баллов из десяти. Признаю, твоё лицо вызывает у меня непреодолимое желание посочувствовать. Будь я человеком, ты определённо стал бы моим заклятым врагом на всю жизнь.】
Информации, как и в случае с предыдущими объектами, было немного — заметки появлялись, но их содержание оставалось неполным. Башня, нижний уровень...
«Башня... люди укрылись в башне... снаружи настолько опасно, что выжить невозможно».
Память прежнего владельца тела была словно выжатый тюбик зубной пасты — сколько ни старайся, ничего не выдавишь. Бай У мог полагаться только на свои недавние наблюдения, чтобы составить общую картину происходящего. Его острый ум быстро собирал воедино разрозненные фрагменты информации, и вскоре он пришёл к выводу, который казался близким к истине.
«В заметках упоминались аристократы четвёртого уровня и попрошайки нижнего уровня. Видимо, в Башне существует строгая иерархия — чем выше уровень, тем благороднее статус обитателей».
«А я стал очередной игрушкой для развлечения аристократов, и эти наручники, похоже, записывают мою борьбу за выживание. Скорее всего, это часть какого-то пари о продолжительности моей жизни. И правда, я и азартные игры — заклятые враги».
«В заметках упоминались Падшие — должно быть, это какие-то монстры, обитающие за пределами Башни. Вероятнее всего, именно они и являются настоящими жителями этого заброшенного города».
«Как бы мне ни везло, долго я здесь не протяну, по крайней мере, не сейчас. Единственный шанс на спасение — найти путь обратно в Башню. Только там я смогу в кратчайшие сроки получить базовые знания об этом мире».
Всё это оставалось лишь предположениями, которые пока невозможно было проверить. Первоочередной задачей было найти способ вернуться в Башню.
Разглядывая наручники, Бай У пришла в голову дерзкая идея: «В заметках не упоминалось, могут ли наручники передавать звук, и неизвестно, на каком языке общаются люди в этом мире».
Без памяти прежнего владельца тела он, естественно, не мог знать местного языка. Поэтому Бай У просто показал средний палец, а его лицо преобразилось — оно больше не выражало абсолютного спокойствия, теперь в нём читалось откровенное презрение с явным вызовом. Смысл жеста был предельно ясен: и это всё, на что вы способны?
...
...
На четвёртом уровне Башни воцарилось всеобщее смятение.
— Какой дерзкий раб... Вы уверены, что он не из одарённых?
— Актёр, это точно актёр! Игра определённо подстроена!
— Я жажду его смерти! Где Падшие? Я хочу видеть, как он умрёт, умрёт!
— Хе-хе, неожиданно интересный поворот. Кто бы мог подумать, что моя ставка на тёмную лошадку сыграет — этот парень до сих пор жив.
Игроки были в ярости. Большинство из них поставили на то, что раб умрёт в течение часа, и все с нетерпением ждали его отчаянной борьбы за жизнь или появления высокоуровневых Падших из синей зоны. Но до сих пор они не увидели ни того, ни другого.
Более того, эти аристократы, считавшие себя выше других, подверглись откровенной насмешке от простолюдина с низшего уровня. Бай У не ошибся — международные жесты даже в другом мире остаются универсальными, их можно считать поистине вселенскими жестами.
На VIP-трибуне благородная дама в красном платье, чьё лицо наполовину скрывала бронзовая маска, схватила телефон и принялась яростно отчитывать подчинённых за недостаточно тщательную проверку источника товара.
Но на другом конце провода человек, ответственный за организацию игры, пребывал в не меньшей панике и отчаянно пытался убедить благородную даму, что товар действительно был доставлен с нижнего уровня, из числа нищих.
Повесив трубку, дама подавила клокочущий гнев. Постепенно её лицо приняло выражение неприкрытого недоверия.
За пределами Башни люди инстинктивно испытывают страх и другие негативные эмоции, а любые отрицательные чувства неизбежно привлекают нападения Падших. Эти создания — самые страшные охотники за пределами Башни, способные учуять малейший след эмоций.
Но этот молодой человек всё время сохранял поразительное спокойствие, именно поэтому Падшие до сих пор не напали на него. Такого никто никогда не слышал... Казалось, будто он вообще не испытывает никаких эмоциональных колебаний перед лицом враждебного мира за пределами Башни.
...
...
Что делать, если тебя пытаются унизить?
Стиль Бай У заключался в том, чтобы всеми возможными способами сделать жизнь обидчиков ещё более невыносимой, при этом хватаясь за любую возможность для решительного контрудара.
Он не испытывал ни малейшего гнева, но и не собирался покорно принимать смерть. В жизни нельзя выбирать сценарий, но какой бы сценарий ни достался — нужно сыграть его наилучшим образом.
Потревожив водную гладь, Бай У снова всмотрелся в рябь на поверхности воды.
【От этой воды у тебя, конечно, заболит живот, но не переживай — уровень загрязнения не настолько высок, чтобы ты умер на месте. Падшим не требуется ни испражняться, ни пить воду, поэтому они не прикасаются к источникам воды. Так что пить её — не самая безрассудная затея.】
То, что воду можно пить, очень удивило Бай У. Не обращая внимания на боль, он начал жадно зачерпывать воду израненными руками и пил, пока не утолил жажду. После изнурительного пребывания под палящим солнцем каждый глоток воды дарил ощущение возвращения с того света — невероятно освежающее чувство.
Утолив жажду, Бай У приступил к тщательному исследованию местности.
«Среди всех предположений версия с азартной игрой выглядит наиболее правдоподобной, а раз это игра — устроители должны полностью контролировать ситуацию», — размышлял он. В мире не существует казино, которое действительно позволяет клиентам играть исключительно на удачу — это было бы равносильно благотворительной организации.
«Значит, время моего выживания определённо будет зависеть от вмешательства устроителей. После недавней провокации они наверняка попытаются разобраться со мной».
Но даже эта мысль не вызвала у Бай У ни капли паники — на его лице даже появилась странная улыбка. Возможно, он вообще не сможет противостоять методам устроителей, но оставаться здесь тоже означало верную смерть от холода. Ситуация «либо жизнь, либо смерть» значительно повышает выработку адреналина, и это возбуждённое состояние странным образом завораживало Бай У.
Он начал внимательно осматривать окружающую обстановку: «С методами устроителей мне точно не справиться, но в этом месте существую не только я».
Пройдя некоторое время по канализации и постоянно всматриваясь в различные трубы, Бай У наконец зафиксировал взгляд на чём-то интересном:
【Двадцатилетний Падший элитного уровня находится всего в трёхстах метрах от тебя. В этом радиусе любая твоя негативная эмоция может привлечь его внимание. Может, споём «Пусть придёт удача»?】
Падший. Содержание заметки заставило Бай У подумать, что ему довольно везёт — из трёх составляющих успеха: времени, места и людей, у него как минимум были преимущества места и людей.
Он ни капли не волновался, в его голове даже зазвучала навязчивая мелодия «Пусть придёт удача».
«За пределами Башни действительно трудно выжить — окружающая среда это одно, но если бы не было ужасающих монстров, то человеческие технологии не должны были бы оказаться бессильными перед этими проблемами. Упомянутые в заметках здания семисотлетней давности похожи по стилю на здания из моего прошлого мира. Существование рабов говорит о возможном регрессе общественного строя, но технологии не должны были так сильно деградировать».
«Отрицательные эмоции привлекают Падших, причём радиус их обнаружения довольно широкий. То, что я до сих пор не встретил ни одного... Похоже, я настоящий мастер позитивного мышления».
Впрочем, именно здесь Бай У столкнулся с первой серьёзной проблемой. Дело в том, что печаль, страх, гнев и прочие негативные чувства были для него крайне редкими, почти неизвестными эмоциями. Другими словами... Падшие просто не могли его почувствовать.
«Интересно, а если притвориться испуганным — это будет считаться за настоящий страх?»
(Конец главы)