Глава 184.0

Бай У находился в общежитии, глядя из окна возле стиральной машины. Других корпусов видно не было — всё вокруг казалось погружённым во тьму, которая становилась всё гуще с каждой минутой. Он сознательно избегал смотреть на происходящее через щель в двери, опасаясь снова увидеть неестественные цвета, что мелькали в ней раньше. Вероятность этого была высока — с того момента, как он вошёл в эту комнату, его не покидало навязчивое ощущение чужого пристального взгляда.

Вместо того чтобы лечь на кровать, Бай У сел за стол, внимательно изучая несколько найденных записок. «Четверо столкнулись со сверхъестественными явлениями, четыре записки... нет, если быть точным — пять записок, и все написаны одним почерком. Кто их оставил? К чему он пытается подвести меня?»

Первым подозреваемым был Каин — всё-таки это территория находилась под влиянием Диска притяжения. Однако количество странных историй в этой школе казалось чрезмерным. «Похоже, все эти загадочные происшествия в четвёртом корпусе мужского общежития могут быть делом рук одной группировки. Но до этого пропавшие парни, вероятно, сталкивались и с другими сверхъестественными явлениями. Расстановка сил в школе невероятно запутанна: плохие учителя, хорошие учителя, плохие ученики, хорошие ученики, и тот самый загадочный источник проклятия».

«В одной из записок упоминалось, что уход из школы приведёт к несчастью. Получается, если школьное проклятие уже коснулось человека, бегство не поможет?» — размышлял Бай У. «Необходимо также проверить источник проклятия. Но сначала нужно убедиться, случится ли что-нибудь сверхъестественное в этой комнате сегодня ночью».

Темнота опустилась рано. Приведя в порядок постель, Бай У беспечно улёгся на кровать и стал наблюдать за течением времени. Спустя час снаружи послышались звуки — кто-то стучал в дверь, хотя звука открывающихся дверей не последовало. Личность стучавшего оставалась загадкой, но Бай У почему-то был уверен, что это старик. Медленные, размеренные шаги и поскрипывание, будто от старого фонаря, создавали жуткую атмосферу.

Каждый стук был методичным — строго три удара по двери. Школа погрузилась в мертвенную тишину, и у Бай У появилось странное ощущение, словно его изгнали в беззвучное параллельное измерение. Кроме зловещих шагов и скрипа старого фонаря, не было слышно ни единого звука.

«Должно быть, это патрульный, причём исключительно сильный Падший. Остальные Падшие затаились, вероятно, опасаясь быть обнаруженными им. Может быть, он один из Учеников?»

Шаги приближались, и вскоре, судя по звуку, патрульный остановился у двери комнаты 405. Однако на этот раз стука не последовало. Бай У знал причину: в 405 никого не было. Комнаты 405 и 403 считались особыми — даже Падшие не осмеливались там селиться. Поэтому патрульный старик просто прошёл мимо двери 405.

Но то, что произошло дальше, озадачило Бай У. Достигнув двери 403, патрульный начал стучать — медленно и методично:

Тук-тук-тук.

Бай У молчал, надеясь, что патрульный вскоре уйдёт.

Тук-тук-тук.

К его удивлению, старик продолжил стучать. В отличие от других комнат, где он ограничивался тремя ударами, здесь патрульный проявлял необычное упорство. Возможно, он заметил что-то подозрительное в этой комнате.

Тук-тук-тук.

Стук повторялся сериями по три удара, после каждой серии следовала короткая пауза, а затем всё начиналось снова. Это напоминало телефон в будке Города Пищи — раз зазвонив, он не умолкал, пока кто-нибудь не снимет трубку.

Бай У решил не открывать дверь. В его голове роились мысли: «Он обнаружил меня? Но почему тогда не входит... Может, опасается чего-то другого в этой комнате? Нет, если он боится, разве постоянный стук не потревожит любую потустороннюю сущность точно так же?»

Не находя ответа, Бай У попытался представить картину происходящего: старик с безжизненным лицом, испещрённым глубокими морщинами, в которых мог бы затеряться комар, медленно стучит в дверь, держа в руке старый фонарь.

«В 405 не стучал, а в 403 стучит... Разница между комнатами должна быть во мне... Или в 403 прячется Падший?»

Тук-тук-тук...

Человек за дверью продолжал стучать с неизменным ритмом — не быстрее и не медленнее. «Здесь что-то не сходится: в 405 никого нет — он не стучит, в 403 есть я, в других комнатах живут Падшие — он стучит. Значит, он способен чувствовать присутствие живых существ, но тогда зачем стучать? Что он пытается проверить?»

После множества повторений стука патрульный наконец двинулся к следующей комнате. Бай У заметил, что там он вернулся к прежнему порядку — три удара и дальше.

«Как странно...»

Он не рискнул открыть дверь, чтобы проверить, соответствует ли патрульный его представлению — жуткий старик с фонарём.

Именно в момент стука Бай У получил свой первый негативный эффект — Злая почва. С таким он столкнулся впервые. Хотя эффект не причинял физического дискомфорта, в бою с Падшими это могло стать серьёзной проблемой.

【Ого, так ты тот самый предатель, который ведёт врага в тыл? Падшие рядом с тобой будут восстанавливать 102 единицы максимального здоровья в секунду, а 125 урона, который ты наносишь Падшим, будет временно конвертироваться в их максимальное здоровье. Теперь ты настоящий целитель Падших.】

«Вот уж действительно предательская способность...» — подумал Бай У. Если бы союзники сражались с Падшим, а он бы подбежал поближе и начал атаковать, то потенциально выигрышная ситуация превратилась бы в безнадёжную. «Хорошо, что я один, этот негативный эффект действительно отвратительный, нужно по возможности избегать сражений».

Время тянулось медленно. Бай У прикинул: он покинул Башню в предрассветные часы, а в среднюю школу при университете Байчуань прибыл уже вечером. За четыре часа пребывания здесь ему предстояло пережить ещё один негативный эффект до четырёх утра.

Спустя несколько часов появился второй негативный эффект. На этот раз Бай У повезло больше — достался почти безвредный эффект: Слабый огонь. «Хм... ничего страшного, главное держаться подальше от источников огня».

Лёжа неподвижно, словно мертвец, Бай У размышлял о странных событиях сегодняшнего дня. Когда до четырёх часов четырёх минут оставалось десять секунд, произошло нечто неожиданное: из зеркала донёсся звук трескающегося стекла, будто оно раскалилось от высокой температуры, но звона падающих осколков не последовало.

Краем глаза он заметил множество чёрных теней. Они имели очертания обычных учеников, но двигались с невероятной скоростью — словно весь мир существовал в обычном темпе, а они жили в полуторакратном ускорении.

«В записке говорилось, что когда Чан Юань был в туалете, чёрная тень молниеносно забралась на его кровать. Это случилось в четыре утра, в темноте, и человек, оставивший запись, возможно, видел именно такие тени. Но почему... их так много?»

Ситуация напоминала случай, когда в жаркий летний день кто-то, получив внезапный вызов в командировку, в спешке убрал недоеденную пиццу в коробку и забыл выбросить. А через несколько дней, случайно задев эту коробку, обнаружил полчища отвратительных тараканов. Именно такие чувства испытывал сейчас Бай У.

Тени были разнообразны: высокие и низкие, полные и худые, мужские и женские силуэты. Единственное отличие от описания в записке — они не пытались забраться на кровать. Будучи призрачными, без материальных тел, тени свободно проходили друг сквозь друга.

После звука разбившегося зеркала Бай У даже боковым зрением различил, как бесчисленные тени хлынули оттуда подобно тёмному потоку. Он затаил дыхание, наблюдая за происходящим. Тени, двигавшиеся в полтора раза быстрее обычного, напоминали проворных тараканов, снующих туда-сюда по комнате.

В четыре часа четыре минуты пространство наполнилось какофонией звуков. Бай У словно очутился посреди оживлённого рынка: плач смешивался с яростными криками, возгласы удивления — со смехом. Подобно теням, звуки наслаивались друг на друга, создавая в сознании жуткую симфонию блуждающих душ.

«Что всё это значит? Откуда столько теней? Неужели призраки? Будто в преисподней образовалась брешь». Око Прейлера молчало, не давая подсказок, и Бай У предположил, что это связано с происхождением теней из зазеркального мира.

Внезапно его зрачки слегка сузились — не от страха или удивления, а от сознательного усилия контролировать восприятие. На мгновение Бай У словно перестал замечать происходящее вокруг.

«Нужно сохранять спокойствие. Если даже я начну считать происходящее сверхъестественным... загадку этой школы точно не удастся разгадать. Спокойно, спокойно...» На долю секунды Бай У тоже поддался искушению считать чёрные тени призраками, но быстро осознал ловушку шаблонного мышления — неспособность объяснить явление толкала к мистическим интерпретациям.

Тут же он заставил себя мыслить иначе: «С имеющимися уликами я не могу определить природу происходящего в этой комнате. Ещё не время делать выводы».

Ожидая появления новых подсказок, Бай У наблюдал, как теней становится всё больше: одни сидели, другие стояли, некоторые бесцельно бродили по комнате. Их призрачные тела накладывались друг на друга, превращая отдельные участки в сплошные чёрные пятна.

Бай У думал, что это продлится долго, но внезапно снаружи послышались шаги, и все тени мгновенно исчезли в зеркале, словно тараканы, разбегающиеся от внезапно вспыхнувшего света. Он остался неподвижным, продолжая изображать спящего.

«Патрульный вернулся? Нет...» Лёгкие, быстрые шаги подсказали Бай У, что этот человек отличается от прежнего посетителя. «Может, это охрана?» — предположил он.

В отличие от того, кто недавно без устали колотил в дверь, новый гость передвигался стремительно. Падший, проходя мимо комнат 405 и 403, даже не замедлял шага. Казалось, его единственным предназначением было быть своеобразной метлой — стоило раздаться его шагам, как ночь, прежде напоминавшая шумный базар, мгновенно погружалась в гробовую тишину.

Лишь когда звук шагов растаял вдали, Бай У позволил себе медленно выдохнуть.

— Пожалуй, стоит проверить комнату 405!

Вокруг воцарилась абсолютная тишина — ни лёгких, ни тяжёлых шагов больше не было слышно. Внезапно Бай У охватило острое чувство сожаления.

«Надо было купить тот горшок с точностью попадания двести. Привёл бы сюда Линь Ужоу испытать всё это на себе — глядишь, больше никогда бы по ночам не вставал. А потом продал бы ему горшок втридорога. Эх, упущенная возможность».

Чувствуя себя так, словно упустил целое состояние, Бай У, убедившись в отсутствии движения вокруг, встал с кровати. Ранее, в области сердца Цзин Сы, он раздобыл особую пару обуви. Чтобы не потревожить таинственных обитателей этой школы, он надел эти ботинки, и его шаги стали совершенно беззвучными.

Медленно открыв дверь комнаты 403 и так же осторожно прикрыв её, Бай У двигался даже мягче, чем мать, укачивающая младенца. Под покровом предрассветной тьмы он проскользнул в общежитие 405. Все двери здесь были оснащены врезными замками, с которыми Бай У справлялся без труда. Войдя в комнату, он первым делом направился в ванную, чтобы проверить, симметричны ли комнаты и есть ли зеркало напротив входа.

Оказавшись в ванной, Бай У нахмурился. Благодаря Усиленному зрению он мог отчётливо видеть всё в комнате 405, но зеркала здесь не было... Тогда он решил обыскать всю комнату в поисках других зацепок, но обнаружил, что все Заметки об окружающих предметах были абсолютно идентичны.

【Хватит искать, у всех разная судьба. Они слева от 404, ушли в мир 404, а мы справа от 404, нас 404-нули. Ууу, даже когда призраки охотятся на тебя, всё делится на хорошее и плохое. Им повезло, а нам нет.】

— Они слева, ушли в мир 404... мы справа, нас 404-нули, — пробормотал Бай У. — Значит, обе группы исчезли, но из-за разных городских легенд?

Он широко раскрыл глаза, внезапно осенённый догадкой.

— Дух планшетки, зеркало, чёрный кот... Может, они защищают некоторых студентов? Используют городские легенды, чтобы перенести этих учеников в какое-то неизвестное пространство? И это именно защита, потому что иначе они разделили бы участь пропавших за пределами школы и исчезнувших из комнаты 405 — были бы убиты другой городской легендой?

Существовало два вида исчезновений: одни просто исчезли, но остались живы, другие были полностью стёрты из этого мира.

— Судя по информации от Глаз, обитатели комнаты 403 скрылись в зеркале? А жители комнаты 405 были стёрты?

Бай У вернулся в комнату 403. Он совершенно не боялся зеркала, даже после недавней встречи с необъяснимым сверхъестественным явлением. Зеркало выглядело безупречно — хотя он отчётливо слышал звук разбивающегося стекла, сейчас поверхность была абсолютно гладкой и целой.

Проводя рукой по зеркалу, Бай У чувствовал, что оказался в центре гигантской головоломки.

— Город Байчуань... Зоопарк, где работает Лоу Сяопин, Девятая психиатрическая больница, где находится Хунъинь, и даже первые сведения о человеке в маске — всё связано с Байчуанем. Похоже, в этом городе тайн ничуть не меньше, чем в Городе Пищи...

Часы показывали 4:30 утра. Глядя на своё отражение в зеркале, Бай У произнёс:

— Одна сторона хорошая, другая плохая. Если вы живёте в мире за зеркалом, то независимо от того, хотите вы убить меня или указать путь, дайте мне хоть какой-то знак.

Разумеется, зеркало не стало драматично раскалываться, чтобы указать Бай У направление. Но в этот момент лунный свет, косо падающий через окно ванной, отразился от зеркальной поверхности. Бай У проследил за отражённым лучом — он указывал туда, где, по подсказке Глаз, находился источник проклятия, самое опасное место.

(Конец главы)