Бай У — человек особенный

Нет пути назад...

Бай У с интересом изучал предупреждение, появившееся в заметке.

«У Цзю достаточно силен, чтобы выбраться самостоятельно, но для возвращения необходимо использовать диск возврата. Без этого действия пути назад действительно нет. Бедняжка находится в Четвертом корпусе... Похоже, я начинаю понимать её методы».

Бай У, не колеблясь, нажал в лифте кнопку третьего этажа. У Цзю вновь задал вопрос:

— Почему именно третий этаж?

— Там находятся подсказки.

— У меня странное ощущение, будто ты уже бывал здесь раньше. Такой вывод невозможно сделать простой дедукцией. Мне нужно объяснение.

Предыдущий разговор с Падшим и деталь о ключе в его желудке заставили У Цзю заподозрить, что у Бай У есть какой-то иной источник информации.

Бай У давно предвидел, что из-за заметок ему, возможно, придется делать выборы и совершать действия, непонятные для других, поэтому решил объяснить:

— Обычно я не любитель объяснений, но раз уж капитан так искренне спрашивает, придется ответить. Когда мы находились на одиннадцатом этаже Первого корпуса, вы услышали зов Падшего, что вызвало эмоциональное колебание и привлекло его злобу. Тогда я отправился на поиски источника и вошел в ту угловую комнату.

— Почему ты решил, что источник находился именно там?

У У Цзю была безупречная логика, но в мире, полном сверхъестественного, Бай У оставался невозмутимым:

— Возможно, потому что мои эмоциональные колебания были минимальными, и я слышал нечто иное, отличное от того, что слышали вы.

— И что же ты обнаружил в той комнате? — продолжил расспрашивать У Цзю.

— Задачу с выбором: из трех предметов нужно было взять два. Голос Падшего шептал в моей голове, вынуждая сделать выбор. Самого Падшего в комнате не было, он оставил ключ, документы и расческу, сказав, что я должен выбрать две вещи из трех.

Лифт уже прибыл на третий этаж, но все внимательно слушали рассказ Бай У о предыдущих подсказках.

Бай У с серьезным видом продолжил свою наполовину правдивую, наполовину выдуманную историю:

— Я выбрал документы и расческу.

— Почему не взял ключ? И почему нельзя было взять все? — поинтересовался Линь Ужоу.

— После выбора двух предметов оставшийся исчезает. А ключ я не взял потому, что он соответствует замку, а то, что заперто во внешнем мире, всегда несет в себе риск, независимо от того, хорошее оно или плохое.

Все согласно кивнули, рассуждения Бай У казались вполне логичными. Только выражение лица У Цзю становилось все более напряженным.

Дело было не в недоверии к Бай У – наоборот, именно потому, что он доверял своему товарищу по команде, он все острее чувствовал, что упомянутый Бай У Падший обладал поистине огромной силой.

— В документах содержалось много информации, например, о различных устройствах Второго корпуса и некоторые стратегии касательно Третьего корпуса. То, что я смог вести диалог с тем Падшим по имени Илия, основывалось именно на данных из этих документов.

— Где сейчас эти документы?

— Исчезли. Как и ключ – после того, как я прочитал их содержимое, они растворились. Осталась только эта расческа, хотя думаю, что и она исчезнет после выполнения своего предназначения.

Рассуждения Бай У были настолько логичными, что никто не усомнился в его словах.

— Ты пробыл там совсем недолго, как успел запомнить все из документов?

Учитывая, что речь шла о документах, содержания должно было быть немало, беспокойство Линь Ужоу было вполне оправданным.

Вспомнив, как придирался Линь, Бай У спокойно ответил:

— Разве фотографическая память не является стандартным требованием для этой группы?

Линь Ужоу замолчал, точнее говоря, вся группа погрузилась в молчание.

— Что еще было в документах? — спросил У Цзю.

— Подсказки находятся на третьем этаже, давайте начнем поиски оттуда. И еще – держитесь ближе ко мне, ни в коем случае не отставайте.

— Это все?

— Конечно, есть и другое, но я расскажу, когда это понадобится. Кроме того...

Бай У окинул внимательным взглядом всех присутствующих и, сделав небольшую паузу, серьезно произнес:

— В команде, где нет слабых мест, каждый должен иметь свою позицию, и все должны четко выполнять свои обязанности. Моя позиция – глаза, то есть наблюдатель, поэтому не подвергайте сомнению мои слова. Привычка требовать объяснений – это хорошо, но она неуместна в команде, где люди доверяют друг другу свои жизни. К тому же отказ от лишних сомнений может существенно повысить эффективность команды.

Что касается степени сработанности, у У Цзю и остальных сейчас действительно не было причин доверять Бай У. Все-таки это было их первое совместное задание, и сомнения были вполне естественной реакцией – Бай У прекрасно это понимал.

Но он все равно решил сказать это, преследуя две цели. С одной стороны, чтобы в будущем было удобнее использовать Око Прейлера, ему нужно было с самого начала приучить их к мысли "Бай У отвечает за стратегию, мы – за исполнение". С другой стороны, ему было интересно, как отреагирует капитан.

У Цзю сохранил полное спокойствие, что заставило Бай У повысить свою оценку капитана.

Когда они вышли из лифта на третьем этаже, всех охватило чувство необъяснимой жути. Кровавые узоры, которые они видели в регистратуре Первого корпуса, теперь зловеще покрывали стены Третьего корпуса.

Никто не понимал значения этих извивающихся символов. Заметка, которую видел Бай У, лишь кратко сообщала — 【Часть формации.】

Око Прейлера давало ограниченную информацию, но не предупреждало об опасности, поэтому Бай У приступил к поиску подсказок.

Третий этаж Третьего корпуса раньше служил хранилищем историй болезней в этой больнице. Планировка здесь отличалась от других этажей – вместо множества отдельных помещений здесь находился один большой архивный зал.

Когда группа приблизилась к входу в зал, Инь Шуан внезапно остановилась.

— Ты пришла за мной...

Нежный голос прошелестел возле её уха.

— Я снаружи, приходи ко мне, сестренка, я так скучаю по тебе...

Инь Шуан обернулась – этот голос словно обладал какой-то магической силой притяжения. Казалось, будто давно не виденная младшая сестра зовет её.

Но у Инь Шуан не было младшей сестры. С отрешенным видом она собралась идти обратно.

— Ты куда собралась?

Остальные члены группы изначально рассматривали окружающие символы, и только когда Бай У внезапно окликнул Инь Шуан, они с тревогой осознали, что она незаметно оказалась в конце группы, явно намереваясь отделиться.

— Я услышала какой-то голос, — Инь Шуан словно очнулась от забытья.

Зрачки У Цзю сузились – это была его ошибка как капитана, он позволил узорам на стенах отвлечь свое внимание.

— Никакого голоса нет. Сделай глубокий вдох и подави свои эмоции.

Двадцать девять.

Инь Шуан с изумлением заметила, что показатель на браслете резко подскочил с однозначного числа до двадцати девяти...

Но странным образом она не чувствовала страха.

Страх, гнев, печаль – три негативные эмоции проявлялись совершенно по-разному. Бай У быстро сделал вывод:

— Теперь мы знаем наверняка: люди превращаются в Падших при переживании экстремальных негативных эмоций. Неважно, гнев это или печаль – их прошлое неизбежно вызывает сопереживание, но они уже не люди.

Инь Шуан посмотрела на Бай У, удивленная его несвойственным юному возрасту хладнокровием.

— Все, слушайте внимательно: как только услышите любой посторонний голос, немедленно сообщайте об этом.

Бай У теперь был абсолютно уверен в правильности своей догадки: в Четвертом корпусе действительно заключена Бедняжка, но из-за близкого расположения Третьего и Четвертого корпусов способы атаки злобы стали гораздо более разнообразными.

Это были уже не просто атаки рук, как в Первом корпусе – весьма вероятно, что в Третьем корпусе они будут часто сталкиваться с галлюцинациями.

Он вдруг вспомнил о маленькой девочке в красном, которая время от времени мелькала на дороге в моменты крайнего ужаса.

...

...

Самым заметным сооружением на третьем этаже был архивный зал. После небольшого инцидента с Инь Шуан группа наконец достигла его.

Несмотря на прошедшие семьсот лет, архивный зал удивительным образом не выглядел особенно грязным или неопрятным.

У Цзю впервые видел такое количество документальных материалов во внешнем мире. Хотя и не было гарантии, что здесь содержится историческая правда, которую он искал, но появился шанс узнать больше о том, что происходило до эпохи Башни.

Однако когда он потянулся к документам, Бай У резко остановил его:

— Капитан, не трогайте их!

— Что такое?

— Эти документы... с ними что-то не так. Вам лучше не просматривать их.

Бай У не преувеличивал опасность. Когда его взгляд сфокусировался на документах, заметка не давала объяснения отдельным томам:

【Здесь собраны записи множества экспериментов над Падшими, но лучше не открывать их просто так, потому что Бедняжка добавила в эти книги кое-что особенное~ При просмотре документов вы будете в полной мере ощущать боль, которую испытывали подопытные. Не кажется ли вам, что Бедняжка использовала свои способности не по назначению? Петиция за экранизацию, острову восходящего солнца тоже нужно это (1/10000)】

Проще говоря, документы представляли информацию не в виде текста, а в виде воспоминаний, которые напрямую вливались в мозг читателя. Чтение этих документов заставило бы читателя прочувствовать все описанное на собственной шкуре.

После того как Бай У кратко объяснил ситуацию, команда снова погрузилась в тяжелое молчание.

Любой, у кого есть хоть капля способности к сопереживанию, любой нормальный человек мог представить, какие ужасные мучения пережили эти пациенты до того, как стали Падшими.

Даже самый стойкий Ван Ши не был уверен, что сможет читать эти документы с невозмутимым сердцем. Если это действительно внедрение воспоминаний, то оно равносильно тому, чтобы испытать такую же боль – нет никакой гарантии, что читатель не превратится в Падшего прямо на месте.

— Значит, самым опасным все-таки оказался этот корпус... Если бы не информация, которую Бай У получил раньше, и мы бы сразу начали просматривать эти документы... — Ван Ши содрогнулся от запоздалого страха, осознавая, что рука капитана уже почти коснулась обложки документа.

Бай У тоже не ожидал обнаружить здесь такую коварную ловушку. При внедрении воспоминаний действительно не было бы даже шанса использовать диск возврата – превращение в Падшего произошло бы мгновенно.

— Есть ли вообще смысл в чтении этих документов? — У Цзю убрал руку и задал вопрос предельно серьезным тоном.

Бай У медленно кивнул:

— Это тоже часть истории, пусть и в микромасштабе. Эта больница исследовала Падших, и даже если здесь не записано их происхождение, мы можем найти важные результаты исследований особенностей Падших через эти... извращенные экспериментальные записи.

— Так что же нам делать? Документы говорят, что подсказки на третьем этаже, но прочитать их невозможно, — произнесла Инь Шуан с нотками беспокойства в голосе.

— Только самый бесстрашный, самый бессердечный и самый спокойный человек может просмотреть эти истории болезней, — многозначительно намекнул Линь Ужоу.

Бесстрашный человек не будет бояться, бессердечный не будет грустить и переживать, спокойный не будет злиться.

Бай У не стал придираться к неточному выбору слов Линя и очевидной подмене понятий. Ему было лень объяснять истинную причину своего отсутствия способности к сопереживанию, поэтому он молча вытащил одну историю болезни.

Перед тем как открыть её, Бай У произнёс:

— Оставайтесь здесь и не двигайтесь. Что бы вы ни услышали, постарайтесь сохранять спокойствие.

Медицинская карта находилась в архивной комнате на втором ряду, на верхней полке первого стеллажа. Здесь хранилась ровно тысяча медицинских карт, и Бай У не был уверен, что нашёл именно ту, которая ему нужна. Пришлось просматривать их по порядку в поисках закономерности в расположении.

«2025.0407. При обмене сыворотки между Дин Цзю и И Лю возникли некоторые проблемы. Мы с доктором Лю решили тайно обратиться за помощью, хотя главврач категорически запретил просить её у того человека. Но мы все знаем, что его исследования Падших намного превосходят наши. Однако прежде чем обратиться к нему, я должен хотя бы сделать Дин Цзю сильнее, чтобы произвести на того человека должное впечатление».

Не успев дочитать первый абзац, Бай У погрузился в галлюцинации. У Цзю, Инь Шуан, Линь Ужоу, Шан Сяои, Ван Ши — все исчезли, окружающие книжные стеллажи тоже внезапно растворились в пустоте.

Он оказался на больничной койке, глядя на спину врача, который одновременно что-то записывал и готовил какой-то реагент. Бай У обнаружил, что не может пошевелиться, а его тело бросало то в жар, то в холод. В этот момент первоначальный пациент — точнее, подопытный — испытывал невыносимые муки: ему ввели сыворотку Падшего более высокого уровня, и тело подвергалось мутации. Это было похоже на балансирование между жизнью и смертью.

Если бы кто-то другой погрузился в эти воспоминания, не обладая притуплённым болевым порогом Падших, он испытал бы ещё более сильные страдания, неизбежно погружаясь в пучину негативных эмоций. Но не Бай У. Он нахмурился не из-за боли — такие ощущения только обостряли работу его мозга. Его беспокоило лишь то, что, находясь в воспоминаниях Падшего, он не мог использовать Око Прейлера.

«Таким образом, я могу получить только ограниченную информацию...»

Поскольку Бай У не мог сопереживать эмоциям Падшего, он очнулся довольно быстро, даже не дождавшись, пока врач закончит свои записи. Окружающая обстановка вернулась в прежнее состояние. Он усмехнулся, подумав, что опыт был действительно любопытным, только пациент в медицинской карте оказался чересчур крепким.

Он начал читать второй абзац.

«2025.0409. Я очень хотел до встречи с тем человеком использовать выведенную мной формулу, чтобы наделить Дин Цзю обонянием Бин Сы. Но, чёрт возьми, от сыворотки Бин Сы у Дин Цзю выросла чешуя! Все мои выводы оказались неверными! Неверными! Мутации Падших... в них нет никаких закономерностей, они совершенно неконтролируемы! Какая сила превращает их в Падших — тоже остаётся загадкой...»

Воспоминания нахлынули снова. На этот раз Бай У увидел, как "он сам" в припадке ярости и страха срывает с себя выросшую чешую, чешуйку за чешуйкой. Когда нечто, проросшее в твоё тело, с силой отрывают, это, естественно, причиняет нестерпимую боль.

Бай У снова нахмурился, но не от боли, а от жалости к этой чешуе. Вспомнив, что во время общения с Илией он видел в Заметках редкое свойство Мутации: Блокирование, Бай У предположил, что, возможно, именно чешуя давала такое свойство.

Поэтому он попытался образумить подопытного:

— Хватит срывать, что плохого в том, чтобы отрастить чешую? Кто же не хочет иметь чешую? В нашей стране все гордятся способностью отращивать чешую. Те, у кого нет чешуи, даже не достойны искать себе пару.

Такие нелепые утешения, конечно, не возымели никакого эффекта и могли бы даже спровоцировать буйство. Однако этого не произошло лишь потому, что обладатель чешуи не мог слышать голос Бай У. Читатель лишь находится в воспоминаниях обладателя чешуи, ощущая ту же боль, но общаться с людьми из воспоминаний невозможно.

Бай У решил, что эта функция всё же несовершенна — даже если бы Бедняжка действительно использовала эту способность для просмотра фильмов с острова, можно было бы только следовать сюжету, не имея возможности заставить актёров сменить позу посреди действия. Какое в этом удовольствие? План массовой петиции отменяется.

Он снова вынырнул из воспоминаний и начал листать следующую страницу. В этот момент У Цзю и остальные действительно почувствовали некие энергетические колебания Падших, словно какая-то сила тянула Бай У. Но показатели на его наручных часах... всё ещё оставались на нуле.

Как элитная группа элитного отряда, У Цзю и остальные пережили превращение товарищей в Падших... Они знали, насколько ужасны могут быть эти воспоминания, поэтому невозмутимое спокойствие Бай У казалось им чем-то непостижимым.

Инь Шуан всегда считала, что все в отряде, кроме неё, — монстры. Но теперь она поняла... что монстров нельзя мерить одной меркой: по сравнению с Бай У они были просто нормальными людьми.

(Конец главы)