Глава 260.0

Когда не можешь определиться с выбором, остаётся лишь методично исключать варианты один за другим. Бай У понимал, что в разговоре между Бай Юанем и Хунъинь таилось нечто большее, но сейчас ему действительно требовалось принять решение.

Первым он обратил внимание на Се Синчжи. «Его преимущество в том, что среди всех Правителей его позиция наиболее близка к моей и коротышки», — размышлял Бай У. «Но недостаток очевиден — недостаточно силён... Пусть в реальном мире его мощь сравнима с Янь Цзыцзаем, но в духовном мире он не сможет материализовать пулемёт из воздуха». Не колеблясь, Бай У вычеркнул Се Синчжи из списка.

У Бай У была собственная система оценки духовной силы — чем крепче воля человека, тем лучше он способен сохранить свою истинную сущность перед натиском злых помыслов. Следуя этой логике, он перевёл взгляд на Каина. Без сомнения, Каин был сильнейшим среди них, но его непредсказуемость и неясная позиция вызывали опасения.

«Его главное преимущество в том, что среди нас у него, вероятно, самая мощная духовная сила. К тому же, в мире изнанки, где приходится сражаться с разной нечистью, у него должен быть богатый боевой опыт», — продолжал анализировать Бай У. «Но он невероятно опасен... Это тело Цзян Сюаня — не его истинная оболочка. В обычном мире мы с капитаном ещё можем его сдерживать, но в духовном мире Каин становится абсолютно непредсказуемым».

Отвергнув и этот вариант, Бай У мельком взглянул на отражение Лю Ху в зеркале, но тут же перевёл взгляд на Янь Цзыцзая. «У него, как и у Янь Цзю, есть эмоциональный дефект, но не в положительном спектре. В мире изнанки это может сделать его неуязвимым для зла. Вдобавок его природный дар способен установить связь с Оком Прейлера...» — отметил про себя Бай У. «Однако его положение капитана надзорной группы — серьёзный недостаток. В грядущих битвах он не сможет сдерживать силу, да и совместное сражение может вызвать его подозрения. Привлечь внимание обитателей пятого этажа раньше времени — последнее, что нам сейчас нужно».

Наконец, его взгляд остановился на У Цзю. «С капитаном всё просто — так или иначе нам обоим не жить, мы должны сражаться плечом к плечу».

Выбор сузился до двоих: Каина и Янь Цзыцзая. Хунъинь не торопила с решением, лишь размышляя, совпадёт ли окончательный выбор брата с предсказанием Бай Юаня.

Бай Юань к тому времени уже исчез. Будучи наваждением, вызванным осколком головоломки конца света, он существовал не в этом внешнем мире, и Бай У редко мог его видеть. Его место было в мире изнанки Бай У, где всё лежало открытым, кроме трёх загадочных комнат.

Синяя, фиолетовая и красная комнаты — все три были наглухо заперты. Примечательно, что хотя каждая соответствовала определённой характеристике, между ними не существовало иерархии, в отличие от цветовой градации на каменной стеле, где синий, фиолетовый и красный означали возрастающую сложность. Эти комнаты существовали независимо друг от друга.

Бай Юань остановился перед красной комнатой, пытаясь открыть дверь. Тщетно — как и прежде, она не поддавалась ни на миллиметр.

...

...

Мир изнанки.

Когда сознание прояснилось, Бай У ощутил зуд на шее. Подняв глаза, он увидел, как сквозь панели потолка сочатся волосы, медленно обвиваясь вокруг него. Нахмурившись, он резко дёрнул и разорвал их. Оборванные пряди извивались, словно черви, и с невероятной скоростью уползали в тёмные углы, растворяясь в тенях.

Оглядевшись, он понял, что снова находится в подвале. Вокруг по-прежнему стояло множество кувшинов и горшков, но бумажных талисманов не было. Вместо них на каждом сосуде росли глаза, покрытые красными прожилками.

【Здесь всё живое: часть уже превратилась в проклятых созданий, часть — в причудливые фантазии. Ты проник в глубочайшие слои духовного мира человека или Падшего, так что не удивляйся ничему увиденному.】

Появление диалогового окна немного успокоило Бай У — значит, последовательность всё ещё работала.

— Где мы? — раздался голос Янь Цзыцзая. — Помню, как погрузился в озеро, но почему вдруг оказался здесь?

Только тогда Бай У заметил присутствие коротышки и Янь Цзыцзая. Любопытно, что в мире изнанки этого слияния заметки о них изменились: вместо сопутствующей силы и последовательности Янь Цзыцзая появился новый параметр — процент заражения.

【Должен сообщить тебе кое-что важное: твоя бедняжка не может поддерживать использование последовательности для всех нас, твой инструмент Янь уже лишился силы своих глаз. Но есть и хорошая новость — его вторая способность, природный дар 20 — обмен полюсами, всё ещё при нём. Процент заражения злыми помыслами — 0.04%】

Эта последовательность была настолько близка к началу, что даже Бай У не знал её точных свойств. Исчезновение последовательности глаз Янь Цзыцзая подтверждало, что Хунъинь и остальные действительно достигли предела своих возможностей.

У Цзю тоже пришёл в себя. Бай У взглянул на него и заметил, что последовательность коротышки тоже, похоже, исчезла.

【Хоть последовательности и нет, зато он усилен! Процент заражения злыми помыслами — 0.015%】

Необычайно краткое сообщение.

— Где мы находимся? — спросил У Цзю.

— А куда подевались Лю Ху и Се Синчжи? — добавил Янь Цзыцзай. — Почему здесь только вы двое?

Бай У терпеливо объяснил:

— Считайте, что они выбыли. В это место могут войти только трое. Если мы не найдём способ одолеть здешнего большого босса, погибнем все — и они, и мы.

У Цзю оставался спокойным — он всегда безоговорочно доверял Бай У. А вот Янь Цзыцзай с подозрением уточнил:

— Разве мы не в чьём-то сознании?

Его проницательность не удивила Бай У:

— Верно, но духовный мир тоже делится на внешний мир и мир изнанки. До этого мы находились во внешнем мире.

Клан Янь, будучи экспертами в исследовании человеческого тела, прекрасно знал об этих феноменах. Правда, мир изнанки Падших обычно был полон искажений и уродства, что подтверждал даже беглый взгляд на потолок.

Когда Бай У открыл потолочную панель, они увидели бумажные фигурки, покрытые кровавыми пятнами.

【Безумные бумажные фигурки: отличаются невероятной ловкостью и способностью ассимилировать противников.】

В прошлой жизни Бай У читал романы о людях, проникающих в глубины сознания преступников для расследования преступлений. Он знал, что даже обычное сознание душевнобольных и преступников таило в себе огромную опасность. Что уж говорить о Падших, да ещё накопивших тысячелетнюю злобу — это было в разы опаснее.

Не успел Бай У объяснить ситуацию спутникам, как им пришлось вступить в бой. Бумажные фигурки словно ожили: все они имели облик детей, но передвигались, как ящерицы, причём их тела казались вывернутыми — животом вверх, спиной к земле, но с головами, обращёнными вперёд.

Шестьдесят семь бумажных фигурок мгновенно хлынули в подвал, рыдая и крича пронзительными детскими голосами:

— Папочка... папочка... почему ты не играешь со мной!

Их вопли эхом разносились по подвалу, а искажённые лица с выражениями злобы, страдания и жуткого веселья неумолимо приближались. Хотя фигурки не были особенно сильными, от них исходила волна нарастающего ужаса.

Янь Цзыцзай, оказавшись в первой же комнате мира изнанки и столкнувшись с таким извращённым кошмаром, почти затосковал по предыдущей сцене. Тогда, погружаясь в ледяные воды озера, он испытывал удушье, холод и отчаяние, но хотя бы точно знал, что находится в духовном мире. Теперь же, отбиваясь линейкой от бумажных фигурок, он ощущал пугающую реальность происходящего.

У Цзю обнажил меч, Бай У размахивал топором, а Янь Цзыцзай, несмотря на потерю Ока Проницательности и Ока Весов, всё ещё мог положиться на свою силу. Втроём они без особого труда расправились с бумажными противниками, но Янь Цзыцзай не заметил, как разорванные в клочья фигурки продолжали шевелиться.

Одна из них незаметно прилипла к его ноге, и вдруг, словно по команде, все разбросанные обрывки устремились к нему. Бай У и У Цзю, решив, что битва окончена, не успели среагировать. Им пришлось спешно отбиваться от новой волны атакующих Янь Цзыцзая бумажных фигурок.

— Янь Цзыцзай, твоя левая голень, — наконец заметил причину Бай У.

Тот глянул вниз и увидел на прилипшем обрывке иероглиф «печать». Как только он сорвал бумагу с ноги, парящие в воздухе клочки словно потеряли жизненную силу и безвольно осыпались на пол.

После этого случая все трое настороженно осматривались, не решаясь позволить этим созданиям прикоснуться к себе. Бай У заметил изменение в показателях Янь Цзыцзая: процент заражения злыми помыслами подскочил с 0.04% до 1.055% всего за несколько секунд контакта. При этом показатели У Цзю остались прежними.

— Запомните главное, — произнёс Бай У, — нельзя позволять здешним монстрам касаться нас. Длительный контакт может привести к поглощению. Мы существуем здесь в виде личностей, и нас вполне могут уничтожить другие сущности.

— Я пойду впереди, вы держитесь сзади, — кивнул У Цзю.

Бай У отметил про себя надёжность капитана, который даже не насторожился из-за присутствия Янь Цзыцзая. Впрочем, как мозговой центр команды, он всё равно собирался приглядывать за ним вместо коротышки.

— Теперь можно узнать, что происходит в этой зоне? — поинтересовался Янь Цзыцзай.

Бай У решил, что пора прояснить ситуацию для обоих спутников, которые наверняка пребывали в полном недоумении. Он быстро, но чётко изложил события, произошедшие в деревне.

— Значит, в первом акте сцена предоставила нам выбор между выходом и входом... Как ты это определил? — с любопытством спросил Янь Цзыцзай. Несмотря на наличие Ока Проницательности и Ока Весов, он не нашёл достаточно подсказок, тогда как Бай У быстро разгадал всю подоплёку. Более того, похоже, именно благодаря ему удалось выбраться со дна озера. Янь Цзыцзай ощутил укол досады — в наблюдательности и умении разгадывать загадки его превзошёл обитатель нижних четырёх этажей Башни.

— Всего лишь незначительная способность к анализу, — скромно ответил Бай У.

У Цзю усмехнулся, а Янь Цзыцзай, не желая зацикливаться на этом, спросил:

— Каков наш следующий шаг?

— Мы столкнулись с противником, которого практически невозможно победить, — ответил Бай У. — Однако он только что получил мощную силу, которая пока нестабильна. У нас есть шанс отобрать её, и если мы сможем это сделать, наши шансы на победу значительно возрастут.

У Цзю и Янь Цзыцзай переглянулись с мрачными лицами.

— Выжить в мире изнанки Падших и уничтожить сильнейшие злые помыслы... — Янь Цзыцзай подался вперед. — Каковы твои шансы?

— Если не отберём ту силу, вероятность успеха примерно один к ста.

Лицо Янь Цзыцзая мгновенно посерело — для него такие шансы означали верную смерть.

— Хоть я и не знаю, о какой силе ты говоришь, но что если мы её всё-таки отберём?

— Тогда шансы повысятся до одного к десяти.

Слушая равнодушный тон Бай У, Янь Цзыцзай сжал кулаки:

— И это твоё последнее сопротивление? Только такие жалкие шансы?

— Ты меня учить собрался? — парировал Бай У. — Я не заставлял надзорную группу идти со мной. Я направлялся в красную зону, каменная стела предупреждала об опасности — ты сам решил привести людей.

— Так зачем же ты всё-таки идёшь в красную зону?

— Я хочу умереть, — один этот ответ заставил Янь Цзыцзая замолчать.

У Цзю, внимательно наблюдавший за перепалкой, спокойно спросил:

— Вся деревня и даже берег озера входят в зону нашего расследования?

Бай У кивнул, но не спешил идти. Он знал, что прежде чем они официально начнут своё приключение, у Янь Цзыцзая накопилось множество вопросов.

— Почему не использовать Се Синчжи? — Янь Цзыцзай указал на У Цзю. — Духовная сила людей из семьи Се не обязательно ниже, чем у него.

В его голосе больше не было той уверенности и спокойствия, что отличали его при первой встрече. Однако он всё ещё считал себя сильнейшим в отряде по боевым навыкам, способности к оценке ситуации и наблюдательности.

— Духовная сила связана с силой воли, — терпеливо объяснил Бай У. — Здесь повсюду негативные эмоции. Ты считаешь сильным Се Синчжи, я считаю сильным капитана, но решение принимаю я, а не ты. Тебе придётся с этим смириться.

Эти слова особенно задели Янь Цзыцзая — он всегда считал себя самым подходящим на роль капитана.

Бай У выбрался из подвала и огляделся. Бумажных фигурок, которых было множество на втором этапе, не оказалось в спальне — теперь они бесцельно бродили по улицам. Несмотря на дневное время, всё вокруг было окрашено в кроваво-красный цвет, а солнце в небе казалось огромной кровоточащей раной.

Когда У Цзю и Янь Цзыцзай выбрались следом, последний, оглядывая знакомый двор, спросил:

— Где та сила, о которой ты говорил? Как нам её искать?

Бай У покачал головой. Хунъинь не упоминала об этом, поскольку для неё попытка отобрать такую огромную злобу была крайне опасным действием. Задумавшись, он отметил про себя: раз даже бумажные фигурки стали настолько пропитаны злобой, возможно, стоит проверить дом семьи Чжу.

В этом мире всё делилось на добро и зло — добрые помыслы Чжу Цзинь и Чжао Куаня были последним рубежом обороны против Хунъинь и других, но они также обладали злыми помыслами. Это напоминало изгнание дьяволов — процесс требовал постепенного, шаг за шагом, очищения.

Приняв решение, Бай У произнёс:

— Следуйте за мной. Мы направляемся к самому большому дому в деревне — дому семьи Чжу. Двигайтесь как можно тише: сейчас деревня наполнена мутировавшими монстрами. Лучше не привлекать лишнего внимания, иначе мы можем не справиться. И запомните главное — не позволяйте монстрам прикасаться к вам.

(Конец главы)