Глава 110.0

Воплощение злобы, одно из редких свойств Мутации, позволяло напрямую использовать злобную энергию для создания призраков, наделённых частью способностей как противника, так и самого носителя.

Едва Бай У закончил говорить, как рядом с Хунъинь материализовалось несколько призрачных копий, в точности повторяющих его облик. Сам Бай У тоже оказался окутан злобной энергией. Если сравнить злобу Хунъинь с радиацией, то сама она была подобна атомной электростанции — источнику этой силы.

Находясь так близко к Хунъинь, любой обычный человек, за исключением присутствующих трёх монстров девятого уровня Мутации, давно бы уже испытывал такой шквал негативных эмоций, что стрелка на наручных часах действительно могла бы взорваться. Но Бай У оставался невосприимчив ко всему этому.

Поэтому в глазах остальных Хунъинь казалась просто одиноким ребёнком, создавшим себе для компании несколько странных игрушек в плащах и масках. А присутствие Бай У не вызывало подозрений — он выглядел лишь как очередной призрак, сотворённый ею.

Это очень удивило Бай У — маленькая девочка оказалась весьма сообразительной. Мгновенно поняв, что он человек, она тут же придумала, как замаскировать его под Падшего. Судя по тому, как теперь к нему обращалась Хунъинь, он вроде бы ничего особенного не сделал, но почему-то... она стала относиться к нему более тепло, называя его не по имени, а братом.

Он пока не осознавал, что для существа, поглотившего слишком много злобы монстров и прожившего семьсот лет, впервые появилось чувство, будто у неё есть друг. Как Бай Сяоюй, который представлял себе медсестёр, уборщиц, других пациентов... Но фантазии меркнут перед реальностью. Бай У не был воображением Хунъинь — он стал настоящим лучом света, проникшим в это больничное здание отчаяния. Проще говоря, Хунъинь очень скучала по Бай У.

Для Бай У встреча с Хунъинь здесь тоже оказалась приятной неожиданностью. Однако он оставался настороже — большого E не было.

«Состояние Хунъинь становится всё хуже. Мне кажется, если бы я не пришёл... она могла бы потерять контроль? Кто хозяин пещеры? Почему он смог призвать столько Падших девятого уровня?»

Четыре Падших девятого уровня может и не казались большим количеством, но Бай У ни секунды не сомневался, что эти три монстра вместе с Хунъинь могли бы уничтожить все отряды гарнизона и Корпуса расследований раз тридцать пять подряд.

В чёрном тумане глаза Хунъинь отражали часть её эмоций, и все эти взгляды были полны жажды убийства и алчности.

【Я не хочу есть этого человека... но все заставляют меня съесть его...】

В иллюзорном мире Хунъинь сидела на корточках в углу, обхватив колени и уткнувшись в них головой, явно встревоженная и напуганная. Основное сознание боролось с инстинктами высшего хищника, и от неё исходила яростная аура.

Только в глазах Бай У девочка в красном платье, окутанная чёрным туманом, выглядела милой. На самом деле... она производила жуткое впечатление. Особенно сквозь слои злобной энергии — даже трое других существ девятого уровня понимали, что эта маленькая девочка непроста.

Глядя на Хунъинь в иллюзии, пытающуюся сдержать себя, Бай У подумал, что нужно отвлечь её внимание. Кстати, у него тоже были вопросы.

— После того как я покинул больницу, где ты находилась, я попал в один лес. Там жил огромный монстр, вся территория была его желудком. После нескольких опасных, но удачных приключений я встретил одного человека — такого же, как я, он тоже не может стать Падшим.

Бай У говорил о Бай Сяоюе, в душе которого на самом деле было много одиночества и печали. Его эмоции были более полноценными, чем у Бай У, просто каждый раз, сталкиваясь с тяжёлыми душевными страданиями и мучениями, они постепенно притуплялись другим защитным механизмом.

— Думаю, вы могли бы стать хорошими друзьями. Он, как и я, человек, но с добрым сердцем, прямо как ты. Хунъинь, ты не всегда будешь Падшей, поэтому держись.

Хунъинь повернула голову, посмотрела на Бай У и легонько кивнула.

— Потом я узнал, что существует нечто, способное нормализовать правила внешнего мира и даже превращать Падших в людей. Правда, пока у меня есть только зацепки, и я ещё не могу собрать их все воедино, но я обещаю тебе — однажды ты примешь облик, который тебе нравится, и другие будут любить тебя такой.

Надежда позволила основному сознанию Хунъинь снова взять верх. Человек на столе словно мгновенно утратил свою привлекательность. Когда злые помыслы Хунъинь немного утихли, Бай У спросил:

— Расскажи мне, как ты оказалась здесь?

【Какой-то странный человек, окружённый тремя воронами, нашёл меня. Он спросил, не хочу ли я покинуть больницу. Он очень сильный, сильнее того человека, которого брат приводил раньше, и того, кто оставил вещи два дня назад.】

«Человек, которого я приводил раньше? Видимо, речь о коротышке. А тот, кто оставил вещи — это Каин, оставивший Диск притяжения», — подумал Бай У.

Существо сильнее их обоих...

— Что ещё он тебе сказал?

【Он сказал, что я не должна запирать себя в этой больнице, что у него есть способ помочь мне выбраться, что у меня такой же потенциал, как у него, что во внешнем мире скоро произойдут изменения, и я должна получить место с большим количеством ресурсов.】

【Сначала я отказалась, потому что боялась навредить другим, оказавшись снаружи. Но я... я не смогла сдержаться, голоса в моей голове все кричали, чтобы я покинула палату...】

Хунъинь была похожа на маленькую девочку, совершившую ошибку. За семьсот лет и злая воля Падших в её голове, и её собственная воля хотели покинуть это место. Бай У мог представить, что когда Хунъинь отказала тому человеку, он на самом деле не стал принуждать её.

Как и многие Падшие из красных зон, которые не пришли участвовать. Потому что они не были одиноки. В тюрьме, школе, парке развлечений было множество Падших, и они отличались от Хунъинь — возможно, эти существа до превращения в Падших успели побывать во многих местах.

Но Хунъинь была другой — она всё ещё оставалась ребёнком, постоянно находившимся в больнице и жаждущим увидеть внешний мир. Тот человек, пришедший уговаривать её, оставил что-то вроде телепортационного круга — словно положил еду перед голодающим. Для Хунъинь искушение покинуть больницу было куда сильнее, чем желание съесть шахтёра на столе.

— Ничего страшного, выйти посмотреть — это хорошо. Видишь, мы же встретились? И ты ведь не сделала ничего плохого.

Бай У утешил её и спросил:

— Он сказал тебе, зачем пригласил столько Падших?

【Я не очень понимаю. Он только сказал, что многие районы, где мы находимся, под влиянием колодца становятся всё более искажёнными. Эти изменения раньше происходили раз в двести пятьдесят лет, потом стали происходить раз в двести лет, затем раз в сто лет, потом раз в восемьдесят лет, а теперь — раз в семьдесят лет. Я не очень понимаю. Просто он надеется на моё участие, ведь только в ближайшие несколько дней ограничения зон будут сняты.】

Количество информации в этих словах снова заставило Бай У почувствовать перегрузку. Колодец? Он снова услышал это слово, но имеющихся знаний было недостаточно, чтобы понять, что это такое. Однако судя по словам Хунъинь, похоже, колодец усиливал искажение внешнего мира.

К тому же эти слова раскрывали ещё одну важную информацию — мир за пределами Башни продолжал постепенно искажаться. А это означало, что Белых зон будет становиться всё меньше, а зон других цветов — всё больше.

— Есть ещё какая-нибудь информация? Когда всё это произошло?

【Больше ничего. Три дня назад.】

Бай У кивнул. Хоть ему и было очень любопытно узнать об информации, принесённой хозяином пещеры, очень интересно, что такое колодец, но сейчас он не мог узнать больше, оставалось только ждать. В ожидании Бай У также систематизировал имеющиеся зацепки:

«Похоже, этот человек собирается собрать множество Падших, чтобы обсудить распределение территорий. Из того, что известно сейчас — в течение семидесяти лет будет как минимум три дня, когда ограничения зон исчезнут. Однако сам хозяин пещеры благодаря Билету на путешествие может свободно перемещаться в любую зону даже вне этих трёх дней. У него огромная сила, вероятно, он тоже Падший девятого уровня, но возможно, обладает какими-то невероятно мощными свойствами. Он хочет перераспределить силы во многих зонах, но пока неясно, какую выгоду он получит от этого. Также неизвестно, произойдут ли какие-то серьёзные перемены на предстоящем собрании».

Падшие пятого уровня были смертельно опасны для Бай У. Но в глазах Падших девятого уровня Падшие пятого уровня, вероятно, были действительно лишь планктоном под волнами, неспособным даже управлять собственной судьбой. Бай У интуитивно чувствовал, что этих Падших пятого уровня позвали сюда... и возможно, их ждёт незавидная участь.

...

...

Время шло минута за минутой. Бай У думал, что Падших немного, но узнав, что Хунъинь ждала здесь уже семь часов, он вдруг засомневался. Семьдесят лет подготовки — кто знает, сколько Падших из разных зон объединил этот хозяин пещеры.

Бай У ждал целых шесть часов, прежде чем это собрание перешло к следующему этапу. За эти шесть часов произошло три события.

Первое — шахтёры наконец столкнулись с опасностью. Женщина с внешностью, которую даже Бай У считал идеальной, разбудила шахтёра на столе, но она не собиралась есть его, а хотела, чтобы шахтёр убил её. В итоге шахтёр не сделал этого, потому что этот шахтёр с Сопутствующей силой первого ранга третьей ступени даже не мог пробить её защиту.

Это очень расстроило прекрасную Падшую:

— Люди, расчленявшие меня раньше, все были такими сильными и могучими, как же ностальгично.

Шахтёр умер. Идеальный исход был невозможен. Бай У и не надеялся на это. Он даже не решался оценивать вероятность своего возвращения живым выше пятидесяти процентов, не говоря уже о спасении других.

Второй погибший шахтёр, точнее сказать, был не убит, а запечатан. Падший, чьё тело было подобно зеркалу, внезапно исказил свои зеркальные поверхности, и пространство вокруг шахтёра тоже исказилось. Когда искажения в поле зрения прекратились, Бай У обнаружил, что шахтёр уже находился внутри зеркала. Он яростно стучал по зеркалу, но не мог издать ни звука.

У этого Падшего было много зеркал, и после поглощения шахтёра в каждом зеркале отражалось что-то своё. В основном это были события из жизни шахтёра: родители со второго уровня, которые бросили его в детстве из-за врождённого дефекта, жизнь в приюте второго уровня, где его никто не усыновил, и в итоге при получении гражданского номера его определили на нижний уровень. Были там и обманутые любовные истории, и случаи притеснения другими шахтёрами.

Все это отражалось в зеркалах. Эти прошлые горести и отчаяние, казалось, стали изысканным лакомством для Падшего-зеркала. Он издал удовлетворённый радостный смех и даже спросил у Хунъинь:

— Если ты не будешь есть, может, отдашь мне?

Бай У был уверен, что люди, поглощённые Падшим-зеркалом, не умирают сразу, а медленно превращаются в питание для Падшего, переживая заново все свои прошлые страдания. Он инстинктивно почувствовал сильную враждебность к Падшему-зеркалу. По крайней мере, он точно не хотел снова пережить то, что случилось в детстве.

Хунъинь окутала шахтёра злобной энергией, словно заявляя, что этот шахтёр — её добыча. Падший-зеркало выразил сожаление, но не стал грубить Хунъинь. А вот демоноподобный Падший вообще не удостоил вниманием возможность съесть такого слабого человека.

Глядя на него, Бай У подумал, что этот Падший, возможно, некогда был воином Корпуса расследований — несмотря на демоническую сущность, его осанка выдавала куда более благородное происхождение, чем у остальных.

Из всех шахтёров в живых осталось только двое, судьба ещё десятка оставалась неизвестной. Бай У понимал, что не сможет идеально выполнить задание, но если была возможность спасти хоть кого-то, он не считал это пустой тратой сил — главное, самому остаться в живых.

Вторым событием стало появление у Бай У нового негативного эффекта — дисбаланса характеристик, своеобразной мутации Хаоса. Если обычный Хаос вызывал нарушение ориентации в пространстве, то дисбаланс приводил к хаотичному изменению способностей. Пять видов Сопутствующей силы теперь менялись случайным образом каждые тридцать секунд.

Полминуты назад Бай У был универсальным воином, сочетающим атаку и защиту, с упором на Силу и скорость восстановления жизненной силы. Теперь же все его характеристики могли в любой момент сместиться в сторону восприятия, делая его невероятно чутким, но ослабляя все остальные показатели. Более того, одна характеристика могла уйти в минус, в то время как другая получала дополнительный бонус. Например, Сила могла взлететь до небес, но при этом скорость восстановления жизненной силы становилась отрицательной, из-за чего жизненные показатели неуклонно снижались с каждой секундой.

После заражения общая сумма характеристик оставалась неизменной — 175, как и прежде, но предугадать значение каждой отдельной характеристики стало невозможно.

«Не самый смертельный эффект, — размышлял Бай У. — Хотя общие характеристики и снизились на 125... но, может быть, если повезёт, этот негативный эффект принесёт какие-нибудь неожиданные преимущества?» Прежде он был уверен в своей удаче, но встреча с рисоваркой заставила его пересмотреть свои взгляды на реальность.

Третье событие началось, когда Бай У достал морскую раковину — половинку сердца, позволяющую поддерживать связь с Янь Цзю. Время пребывания в Башне подходило к концу, и если не сообщить о своём благополучии, коротышка мог наделать глупостей и попытаться прорваться сюда. Эта территория была настолько опасной, что даже ему пришлось бы искать обходные пути, и Бай У не хотел, чтобы друг пришёл сюда на верную смерть.

До сих пор морская раковина лежала в рюкзаке почти без дела, накопив множество пропущенных вызовов от Янь Цзю. По мнению Бай У, главная польза этого предмета заключалась в возможности сообщать о своём благополучии через разные районы и служить экстренной линией помощи.

Этот момент оказался даже опаснее, чем пожирание шахтёров и появление негативного эффекта, потому что Бай У упустил из виду одну важную деталь. Когда он использовал морскую раковину для связи с Янь Цзю, духовная сила Хунъинь проникла внутрь артефакта. Казалось, она мгновенно разделила его зрение, и в тот же миг через раковину Янь Цзю увидела рядом с Бай У девушку в красном платье, держащую его за руку. А Хунъинь, в свою очередь, увидела Янь Цзю, которая в своей комнате рисовала портрет Бай У.

— Кто она? — прозвучали одновременно два голоса в ушах Бай У.

(Конец главы)