Золотая жила

— Вознаграждение? Какое вознаграждение ты хочешь?

Не дожидаясь ответа и стремясь сразу сбить цену, Лю Чэнцзы торопливо проговорила:

— Братик Бай У, я же девушка, может, сделаешь скидочку? Или просто подари мне, я никогда не забуду твою доброту.

Эти слова напомнили Бай У историю из его прошлой жизни, когда на вторичном рынке какая-то девушка пыталась выторговать компьютер за сорок тысяч фэней всего за восемь тысяч, прикрываясь своим полом.

— Я не люблю девушек, — холодно ответил Бай У. — Для них цена выше. Но если прямо сейчас предъявишь что-нибудь стоящее, сделаю скидку пятьдесят процентов.

— ...

В последней попытке сопротивления Лю Чэнцзы выпятила грудь.

【Девушки любят обманывать себя, думая, что выглядят как на фото с фильтрами красоты, а большой бюстгальтер равен большой груди, но мы все знаем, что правда не выдержит "проверки".】

Пустышка, как и следовало ожидать.

Под спокойным взглядом Бай У Лю Чэнцзы невольно стушевалась. Не зная, как справиться с этим непробиваемым парнем, она удручённо произнесла:

— Я хочу сначала проверить товар.

— Делай что хочешь, — ответил Бай У, протягивая ей фотоаппарат. — Просто убери дату и время, мысленно произнеси цифры.

Лю Чэнцзы повертела фотоаппарат в руках, мысленно проговаривая цифры примерно десятиминутной давности. Ей не терпелось полюбоваться на растерянные лица двух Крыльев в момент их противостояния.

Бай У, заметив, куда направлен объектив, сразу догадался о её намерениях. Эта девушка, надо признать, была откровенной стервой, но хотя бы честной стервой.

— А ты не боишься, что однажды все раскроется? — внезапно спросил он.

Лю Чэнцзы, конечно, осознавала свою натуру, но её удивило, что Бай У, похоже, тоже это понимал, словно пропустив какой-то промежуточный этап знакомства. Впрочем, она отнеслась к этому философски:

— Я просто хочу, чтобы больше милашек познали сладость любви, разве я делаю что-то плохое?

Звучало настолько логично, что возразить было нечего.

Щёлк.

Вспышка озарила пространство, и из фотоаппарата медленно выползла фотография. Глядя на запечатлённые гневные, недоумевающие, полные неверия взгляды двух мужчин, Лю Чэнцзы радостно воскликнула:

— Ах! Правда получилось! Какая удача! Какая удача!

Дрожа от возбуждения, она предположила:

— Получается, если продолжать снимать, можно узнать всю историю?

Воодушевлённая этой мыслью, она снова мысленно произнесла ряд цифр, желая проверить предел возможностей фотоаппарата, на этот раз назвав время семисотлетней давности.

Бай У замер, поначалу даже не осознав всех возможностей. Точно, фотоаппарат можно использовать и так! Просто продолжать снимать, и фотографии, словно кусочки головоломки, сложатся в полную картину истории. Хотя затея казалась такой же безумной, как попытки птицы наполнить море камнями, она навела Бай У на интересные размышления.

— Ой, почему больше не снимает? — Лю Чэнцзы встряхнула фотоаппарат.

— Время Одержимости слишком короткое, меньше трёх часов, поэтому эффективность этой вещи пока очень низкая, — пояснил Бай У. — Снимать можно только дважды в неделю. За пределами Башни я использовал один раз, следующий раз сможешь использовать только через семь дней.

— А... вот оно что.

Лю Чэнцзы опустила голову, прикидывая ценность фотоаппарата. Даже если частота использования далека от ожидаемой, этот предмет при правильном применении всё равно мог стать отличным инструментом для сбора информации.

Она оказалась в затруднительном положении. С Бай У, который был равнодушен к женским чарам и всегда производил впечатление хладнокровного человека, торговаться будет очень сложно. Тем более что в её Лавке малышки Апельсинки не было предметов соответствующей ценности.

Только она собралась рискнуть и всё же попробовать, как услышала его неторопливый голос:

— Давай пропустим процесс торга. Не пытайся принизить его ценность, чтобы сбить цену, это только заставит меня думать, что ты дешёвка.

— Я...

Лю Чэнцзы осеклась.

— Равноценный обмен, бартер, — продолжил Бай У. — Можешь выбрать предметы равной ценности, информацию, услуги, или всё вместе — если я сочту это подходящим.

«Эти услуги, о которых ты говоришь, они приличные?» — хотелось съязвить Лю Чэнцзы, хотя интуиция подсказывала, что на соблазнение Бай У точно не купится.

Его взгляд пробежался по магазину. Прошло совсем немного времени, так что товары практически не обновились. Заметки показывали то же самое, что и в прошлый раз. Лю Чэнцзы не осмеливалась подсовывать ему поддельные товары под видом сокровищ — у него был слишком острый глаз.

Совсем не зная, что предложить, но страстно желая получить фотоаппарат, она сказала:

— Может... для начала скажешь, что тебе нужно?

Бай У удовлетворённо кивнул:

— Что за оборудование для прямых трансляций в центральной части Порта Находок?

— А?

Лю Чэнцзы не ожидала такого резкого поворота темы:

— Торговля через прямые трансляции? Говорят, она существовала ещё до эпохи Башни, простые люди очень падки на такое. Чем влиятельнее человек, тем больше людей он может привлечь — эффект знаменитости, он существовал испокон веков. Но с твоим-то зрением ты наверняка заметил... что это обман?

Боевая форма Корпуса расследований в некотором роде тоже была высокотехнологичным изделием с третьего уровня, способным в определённой степени регулировать температуру. Она явно отличалась от дешёвых костюмов для косплея из трансляций.

— Я знаю, что это обман, — покачал головой Бай У. — Я хочу узнать другое: существовало ли это изначально как обман, или трансляции из-за пределов Башни когда-то были настоящими?

Сообразительная Лю Чэнцзы сразу уловила истинный смысл вопроса:

— Тебя интересуют сами прямые трансляции?

— Если я не ошибаюсь, эти трансляции не могут быть фальшивыми каждый раз, потому что люди не настолько глупы. Среди подделок должны быть и настоящие, иначе это не продержалось бы долго. Я хочу узнать некоторые данные.

— Это можно считать информацией, частично покрывающей стоимость фотоаппарата?

— Можно. Для начала расскажи мне подробности о настоящих трансляциях.

Лю Чэнцзы заинтересованно подалась вперёд:

— Тогда ты обратился по адресу. Давай-ка присядем и поговорим.

Она радостно принесла маленькие табуретки, возбуждённая, как сплетница, заполучившая свежую сплетню. Как только Бай У сел, она затараторила о правилах работы на нижнем уровне:

— Люди, живущие на нижнем уровне, в основном выходят за пределы Башни под защитой Корпуса расследований, чтобы собирать руду и синюю траву в Белой зоне. Хотя они выходят каждый день, большинство из них очень мало знает о внешнем мире. Поскольку люди из Корпуса расследований заранее уничтожают Падших в определённых районах, тех, кто действительно видел их, тоже немного. Все боятся Падших, но ты, возможно, не можешь представить, что все одновременно жаждут их увидеть.

В этом не было ничего удивительного для Бай У. Когда он попал в этот мир, первыми людьми, с которыми он столкнулся, были именно такие. Те Аристократы с третьего и четвёртого уровней отправляли людей с нижнего уровня на тотализатор за пределами Башни именно для того, чтобы посмотреть, как Падшие пожирают людей.

— Дэвид Финчер говорил, что твёрдо верит — в душе каждого человека живёт извращенец, это и было источником его творческого вдохновения, — заметил Бай У.

Лю Чэнцзы не знала, кто такой Дэвид Финчер, но подумала, что если она и извращенка, то только в том, что касается любви.

— В общем, люди очень любят смотреть на то, что происходит за пределами Башни, — продолжила она. — Любят смотреть на кровавые и захватывающие вещи, жаждут узнать об огромном мире за её пределами. Башня огромна, но по сравнению с обширными территориями, которыми владело человечество до эпохи Башни, она очень мала. Для всех, кто не осмеливается выйти за пределы Башни, внешний мир — это место мифическое, и неважно, богатые они или бедные, Аристократы или простолюдины — все очень любопытствуют о том, что происходит снаружи, но заставить их отправиться туда — это то, на что они точно не решатся.

Бай У понял: огромный сенсорный спрос порождает огромный рыночный спрос. А люди, как известно, не против рискнуть.

— Почему бы не обратиться к Корпусу расследований? — спросил он.

— Потому что в Корпусе расследований, кроме главы корпуса и шестнадцати капитанов отрядов, никто не может подать заявку на выход за пределы Башни.

Вполне разумно — Корпус расследований является оружием Правителей, и никто не хочет, чтобы его клинок был одолжен торговцам. В некотором смысле это тоже поддержание порядка. Если официальная армия превратится в частную, все силы Башни будут перетасованы.

У Бай У от природы не было особой симпатии к этим небожителям с третьего, четвёртого и пятого уровней. «Во время свободной деятельности мне нужно только скрыть свою личность», — размышлял он. Нераскрытое преступление — не преступление, необнаруженный любовник остаётся хорошим соседом.

— В общем, поскольку слишком много людей хотело узнать о внешнем мире, это дело было поставлено на поток по всеобщему требованию, — продолжала Лю Чэнцзы. — Чтобы решить проблему невозможности использования технологических предметов за пределами Башни, люди перепробовали разные способы, хотя на самом деле способ был только один.

— Одержимость предметов.

— Верно, только предметы Одержимости можно использовать за пределами Башни, и этот процесс, говорят, довольно долгий. Люди брали с собой много предметов за пределы Башни, но почти ни у кого не было функции записи изображений. Даже если и была, это не могло обеспечить эффект прямой трансляции. Примерно через семь лет, после того как один богач потратил огромные средства, нанимая людей для выноса различных предметов за пределы Башни, наконец удалось добиться Одержимости наручников. Внешне это были наручники...

— А на самом деле — устройство слежения, верно?

— Эй, какой ты сообразительный.

Бай У усмехнулся, похоже, он уничтожил тогда настоящее сокровище.

— Такую хорошую вещь почему не использует Корпус расследований? — спросил он. — И к тому же, если Одержимость — дело чистого везения, как тот торговец гарантировал, что следующие наручники тоже получат Одержимость?

— Гарантировать нельзя, но во время той Одержимости человек, вышедший за пределы Башни, взял с собой не одну пару наручников. Все рассуждали так: раз вероятность Одержимости для одного предмета очень низкая, нужно взять много предметов.

Лю Чэнцзы сделала паузу и продолжила:

— И знаешь что? Тринадцать пар наручников, и все получили Одержимость, причём с одинаковыми способностями. Это явление назвали распространением Одержимости. Как некоторые люди хорошо владеют двумя мечами, при Одержимости оружия оба меча получают её. Правда, явление распространения Одержимости встречается очень редко.

Бай У примерно понял: в момент Одержимости есть определённая вероятность того, что подобные предметы тоже получат Одержимость, хотя эта вероятность очень таинственна.

— Так что потом появились наручники-монитор, способные каким-то странным образом соединяться с мониторами внутри Башни? — уточнил он.

— Да, а что касается того, почему Корпус расследований не использует эту вещь — потому что они не могут её купить. Тот богач не собирался продавать наручники.

Если во всём мире только ты можешь вести прямые трансляции, и в этот момент кто-то хочет купить твоё оборудование, конечно, ты не станешь его продавать. Прибыль от монополии невообразимо велика. Но у всего этого есть предпосылка — у тебя должна быть сила для поддержания монополии.

— Похоже, этот богач — личность незаурядная.

— Именно, люди из Корпуса расследований открыто не смеют его обижать, некоторые предполагают, что он может быть с Пятого уровня.

«Уровень Правителей...» — пронеслось в голове Бай У, чьи мысли были куда сложнее, чем у Лю Чэнцзы. Ещё бы — ведь она даже не подозревала, что совсем недавно он сам носил те самые наручники. Его мысли стремительно неслись вперёд, пока он невольно хмурил брови.

«Кажется, я слишком упростил ситуацию с этими ставками. Да и то, как У Цзю раньше отреагировал на пари — верный признак того, что за всем этим стоит весьма непростая личность. Но кто же всё-таки донёс обо мне Корпусу расследований? Ясно одно — этот человек как минимум из Аристократов. Вот только кто бы стал ради какого-то нищего наживать себе врага в лице хозяина этих ставок? К тому же если этот хозяин настолько влиятелен... Сможет ли У Цзю защитить меня, если моя личность раскроется? А если я начну вести трансляции из-за пределов Башни, не привлечёт ли это внимание организаторов ставок?»

Бай У решил продолжить расспросы:

— Значит, для настоящей трансляции необходимо связаться с этим богачом? Его бизнес проник даже на нижний уровень? У тебя есть возможность достать оборудование для трансляций?

Чем богаче человек, тем лучше он понимает истинную ценность рабочей силы нижнего уровня. Естественно, бизнес этого богача не мог ограничиваться лишь верхними тремя уровнями.

— Связаться-то можно, — протянула Лю Чэнцзы. — Мм, у меня есть парень со связями.

Бай У невольно усмехнулся про себя — обычно люди говорят "у меня есть друг", а она сразу перешла на "у меня есть парень". Что ж, это тоже своего рода талант.

Решив не ходить вокруг да около, он изложил свои требования:

— Мне нужны определённые предметы. Во-первых, маска Одержимости, способная изменять голос, желательно в стиле улыбающегося клоуна или что-то подобное. Если с изменением голоса не выйдет, то хотя бы достаточно прочная. И ещё оборудование для трансляций. Нельзя использовать моё имя — тебе придётся достать оборудование и гарантировать, что никто не сможет меня выследить.

Лю Чэнцзы нахмурилась, явно считая задачу сложноватой, но Бай У тут же поднял ставки:

— Камеру можно использовать только дважды в неделю, но если продолжать носить её с собой, её уровень Одержимости будет расти. Это позволит использовать её чаще, она даже может эволюционировать дальше. Если поможешь — камера твоя, а в будущем, когда появятся другие предметы, подходящие для Одержимости, я могу рассмотреть возможность вынести их за пределы Башни.

В глазах Лю Чэнцзы промелькнул живой интерес. Если сила Бай У действительно так велика, разве не станет он надёжным источником предметов Одержимости? А это определённо ценнее, чем все её ухажёры вместе взятые. Хоть она и не знала Бай У достаточно хорошо, но женская интуиция подсказывала — он очень способный, настоящая сильная опора.

— По рукам! — воскликнула она. — Я достану тебе оборудование для трансляций и гарантирую, что никто не выследит — уж такими-то талантами я обладаю. Но я должна стать твоим деловым партнёром. Со мной ты сможешь спокойно сосредоточиться только на трансляциях, а вопросами управления я займусь сама!

То, что она держала магазин в оживлённом районе нижнего уровня без каких-либо проблем, красноречиво говорило о том, что социальные связи Лю Чэнцзы были определённо богаче её груди. У Бай У не было возражений — для трансляций действительно нужен был кто-то, способный создать нужную шумиху, и Лю Чэнцзы идеально подходила для этой роли.

— Как быстро сможешь всё организовать?

— Очень срочно? Думаю, дня три уйдёт.

Это оказалось заметно быстрее, чем он ожидал. Обсудив оставшиеся детали, Бай У покинул Лавку малышки Апельсинки.

Вернувшись домой, он погрузился в изучение Диска притяжения, размышляя о следующем месте для исследования: отправиться в область, назначенную тем претендентом, или выбрать случайную зону? Но пока он строил планы касательно вылазок за пределы Башни, У Цзю неожиданно приготовил для него другое дело.

Тук-тук-тук — раздался стук в дверь, а следом за ним женский голос:

— Бай У, это Юнь Шу из следственной группы. Капитан прислал меня за тобой.

Следственная группа? Бай У примерно догадывался о причине визита. Эта группа занималась допросами преступников, владела информацией о нижнем уровне и параллельно расследовала местные происшествия. Неужели появилось новое дело?

Вспомнив о красноречивом стиле здешних вывесок, Бай У ничуть не удивился тому, что в таком месте происходят преступления. Правда, он ещё никогда не пробовал расследовать дела с помощью Ока Прейлера — наверное, это будет похоже на читерство?

(Конец главы)