Глава 245.0

В мире Башни, как ни странно, существуют любовные романы. Особой популярностью среди аристократической элиты Третьего уровня пользуются офисные истории, где главный герой, благословлённый золотым пальцем, словно рыба в воде плывёт по течению карьеры. Будь то рентгеновское зрение, чтение мыслей, невидимость или другие причудливые способности, или же выдуманные писателями последовательности вроде: последовательность 1025 — избранный небесами, последовательность 1026 — воплощение любовного гения, последовательность 1027 — остановка времени и прочие сверхъестественные дары.

Впрочем, в таких историях герой продвигается лишь от аристократа до... управляющего. В эпоху Башни городские романы не пользуются особой популярностью именно из-за этого низкого карьерного потолка. Даже в художественной литературе никто не осмеливается писать о том, как простой житель становится правителем.

Потому история Бай У казалась совершенно невероятной. Менее чем за полгода этот новичок из Корпуса расследований, увлечённый вылазками за пределы Башни, никогда не льстивший начальству, не участвовавший в интригах и не заводивший полезных связей, готовился подняться на Пятый уровень. Как он сам говорил, если в этот раз всё получится, он, возможно, обретёт очень влиятельного покровителя. Для сравнения, Каину потребовались долгие годы, чтобы вернуться на Пятый уровень и получить возможность влиять на решения Правителей.

Перед восхождением на Пятый уровень Бай У решил навестить Янь Цзю. Не потому, что она знала что-то об этом уровне — такую информацию он мог получить от Цинь Цзуна. Он пришёл в психбольницу лишь потому, что Лю Чэнцзы снова давала Янь Цзю уроки "чайного мастерства". К тому же ему нужно было рассказать Лю Чэнцзы о Личжи и Шэнь Шуюэ.

В психбольнице царила безмятежная атмосфера, и Бай У с интересом отмечал, что каждый визит открывает ему что-то новое. Комментарии Ока Прейлера об этих людях оставались неизменными — все они были настоящими сумасшедшими. Но после нескольких наблюдений Бай У начал замечать любопытные детали в их поведении.

Книголюб по-прежнему держал книгу вверх ногами, но теперь это была уже не "Эпоха до появления Башни", а "Эпоха Башни". Это наводило на мысль, что он не просто притворялся читающим, а действительно мог воспринимать текст только в перевёрнутом виде.

Слабоумный с пузырём соплей под носом, обычно встречавший Бай У глупой улыбкой, на этот раз плакал. Проследив за его взглядом, Бай У заметил причину: два старика, привычно игравшие в шахматы, теперь перешли на карты. Для сопливого это, похоже, было настоящим предательством, равносильным страшному землетрясению.

Доктор Чжэн Дуоси и сумасшедшая медсестра продолжали свой вечный спор. Чжэн Дуоси пытался доказать свою вменяемость, убеждая в этом явного психа, чьим условием было... притвориться психом.

Если Чжэн Дуоси играл убедительно, медсестра заявляла:

— Ты просто псих, тебе всё ещё нужно лечение.

Если же он отказывался, она парировала:

— Ты даже психа сыграть не можешь, и ещё утверждаешь, что нормальный?

Эти двое явно попали в замкнутый круг.

Когда открылся лифт, Бай У снова встретил ту "управляющую", которую видел здесь раньше. Как и в прошлый раз, увидев его, она произнесла:

— Этот лифт сломался, раньше он поднимался на 900 метров.

Очевидно, она принимала лифт психбольницы за подъёмник на один из уровней Башни. Бай У решил подыграть:

— Вы тоже направляетесь на Пятый уровень?

— Пятый уровень... — в глазах женщины мелькнуло замешательство.

— Этот лифт уже починили, мы поднялись на высоту 900 метров. Я направляюсь на встречу с Правителями на Пятый уровень, вы тоже? Я иду к клану Се, а вы к какому клану?

Бай У просто развлекался — кто знает, какой именно лифт имела в виду эта женщина: тот, что поднимался с Третьего уровня на Четвёртый, или с Четвёртого на Пятый? Но когда они достигли шестого этажа психбольницы, он замер, услышав её неожиданную фразу:

— Хозяин говорил, что нельзя разговаривать с людьми из клана Се.

Бай У задумался: может, эта женщина действительно бывала на уровне Правителей? То, что Янь Цзю заперли в психбольнице, было понятно — всё-таки она принадлежала к роду Янь. Но эта женщина была всего лишь управляющей, и, учитывая жестокость Правителей, разве не логичнее было бы просто выбросить её за пределы Башни, когда она сошла с ума, чтобы избежать утечки секретов?

— Кто ваш хозяин? — спросил он.

Женщина промолчала, и Бай У сменил тактику:

— Ладно, на самом деле я не из клана Се, я из клана Цинь.

— Хозяин говорил, что нельзя разговаривать с людьми из клана Цинь.

— Тогда вам повезло найти правильного собеседника, я вообще-то из клана Пан.

— Хозяин говорил, что нельзя разговаривать с людьми из клана Пан.

— Какое совпадение, я не из клана Пан, я из клана Чжун.

— Хозяин говорил, что нельзя разговаривать с людьми из клана Чжун.

— Хорошо сказано, но я вообще-то из клана Лю.

Бай У методично перебирал варианты: после клана Лю — клан Ван, потом клан Янь, пока наконец не назвал клан Чжэн. Тут женщина уставилась на него широко раскрытыми глазами:

— Я тебя не знаю, в клане Чжэн тебя нет.

— Я недавно пришёл.

— Все новички под моим началом. Ты лжец, я запру тебя в психбольнице! — воскликнула она и нажала кнопку первого этажа.

Бай У не стал настаивать. Пятый уровень Башни — обитель Правителей, где у каждого из восьми кланов есть своя территория. Интересно, каково живётся там тем, кто не принадлежит к касте Правителей? Наверное, каждый день ходят как по тонкому льду.

«Эта женщина, похоже, была дворецким... все новички были под её началом. Как же она вдруг сошла с ума?» — размышлял Бай У. Новое открытие в психбольнице его обрадовало, но он решил пока отложить эти мысли и сначала поговорить с Лю Чэнцзы.

По своему обыкновению, он немного послушал урок чайного мастерства из-за двери, желая убедиться, не учит ли Лю Чэнцзы снова Янь Цзю каким-нибудь странным способам соблазнения мужчин.

Голос Лю Чэнцзы доносился в коридор:

— Эмоциональный интеллект — очень важная вещь. Он проявляется в способности незаметно разрешать самые острые конфликты и исправлять ошибки. Люди с высоким эмоциональным интеллектом даже могут обратить поражение в победу. Сестрица повысит твой эмоциональный интеллект, и ты заполучишь Бай У в два счёта.

— О, а как его повысить?

— Давай сделаем упражнение. Я дам тебе задачу. Предположим, у меня есть два парня, А и Б, я держу их обоих про запас. И вот однажды...

— Сестрица Чэнцзы, мне не нужны два парня, я хочу только Бай У! — перебила её Янь Цзю.

— Да нет же! Это просто пример! Смотри-ка, Бай У же нет рядом, чего ты так разволновалась?

Янь Цзю промолчала, а Бай У за дверью невольно улыбнулся.

— Ну так вот, — продолжила Лю Чэнцзы, — однажды вечером А и Б оба пригласили меня на встречу. Я придумала причину и отказала Б, сославшись на плохое самочувствие, а сама пошла ужинать с А. Хотя мне показалось, что А очень скучный — специально повёл меня в место, где подают питательный рацион, просто ради атмосферы, но чтобы продолжать водить его за нос, я должна была сделать вид, что мне очень понравилось. Поэтому отправила сообщение: "Спасибо за угощение, мне очень понравилось, сегодня было так весело". Но я случайно отправила его не тому и послала на телефон Б, и тут Б прислал мне кучу вопросительных знаков. Как мне быть?

Янь Цзю задумалась:

— Ну, тут точно придётся расстаться... Ему наверняка очень больно, ведь ты отказала ему, сказав, что плохо себя чувствуешь, а он узнал, что ты ужинала с другим.

Лю Чэнцзы сделала недовольное лицо:

— Сестрёнка! Суть этой задачи не в личной жизни твоей старшей сестры, а в том, как с помощью высокого эмоционального интеллекта разрешать жизненные кризисы!

— О, и как же это сделать?

Янь Цзю кивнула с отсутствующим видом. Она знала, что сейчас нужно изобразить неловкую, но вежливую улыбку, хотя улыбнуться у неё не получалось.

— Просто! — воскликнула Лю Чэнцзы. — Я отправила Б ещё одно сообщение: "Мне так одиноко дома одной, только что просматривала старые сообщения и нашла в черновиках письмо с нашего свидания, которое тогда постеснялась отправить, но и удалить было жалко. Думаю о себе тогдашней и так смешно становится, показываю тебе, я сегодня так по тебе скучаю".

Хотя Янь Цзю не испытывала радости, но изобразить удивление она всё же смогла. Она примерно поняла замысел высокого эмоционального интеллекта сестрицы Чэнцзы, хотя и была поражена этим незаметным, как весенний дождь, чайным мастерством.

Бай У покачал головой с улыбкой, подумав, что Лю Чэнцзы в искусстве заговаривать зубы не уступает ему самому. Он постучал в дверь, и услышав знакомый ритм стука, Янь Цзю мгновенно вскочила со стула.

Самодовольное выражение лица Лю Чэнцзы застыло — как это каждый раз, когда она учит малышку Цзю хитростям, Бай У ловит их с поличным?

Открыв дверь и увидев Бай У, Янь Цзю часто заморгала большими глазами, её улыбка становилась всё естественнее:

— Бай У, я только что училась у сестрицы Чэнцзы искусству общения.

Бай У кивнул, вошёл в комнату и сел напротив Лю Чэнцзы. Пока та думала, как бы объясниться, Бай У показал, что его это совсем не беспокоит — характер Янь Цзю невозможно испортить. Самое главное и фундаментальное в так называемых "морских царицах" и "морских царях" — не техника, а само отношение к любви. Лю Чэнцзы и Янь Цзю были совершенно разными людьми, и он не волновался, что Янь Цзю станет ветреной из-за влияния Лю Чэнцзы.

— Несколько дней назад я выходил за пределы Башни и встретил двух людей, — вместо обычных подшучиваний его тон был неожиданно серьёзным, и Лю Чэнцзы поняла, что Бай У собирается сказать что-то важное.

— Ты помнишь, как раньше за пределами крепости у тебя были видения, и ты выкрикивала имена Сяо Юэлян и Личжи?

Дыхание Лю Чэнцзы тут же сбилось, и она дрожащим голосом спросила:

— Ты... неужели ты встретил...

— Я встретил Шэнь Шуюэ и Цюй Ли.

Бай У не стал рассказывать всю историю целиком, намеренно умолчав о подробностях трагедии Шэнь Шуюэ и Личжи. Дело было не в том, что он боялся слёз Лю Чэнцзы — морская царица уже не могла сдержать рыданий, едва услышав эти два имени. Он просто не хотел, чтобы Лю Чэнцзы провела следующие несколько дней в пучине скорби и самобичевания.

И всё же, узнав о том, что две её подруги превратились в Падших, Лю Чэнцзы была безутешна. Даже в этой придуманной истории Бай У описал Шэнь Шуюэ совершенно иначе, нежели то безразличие и холодность, что она проявляла в действительности. Впрочем, это не было ложью — он уже пообещал Личжи, что однажды три подруги воссоединятся.

Янь Цзю, не в силах сдержать эмоции, тоже расплакалась вместе с Лю Чэнцзы. Заметив это, Лю Чэнцзы тут же попыталась скрыть свою печаль. Бай У молча наблюдал за этой сценой и вдруг осознал нечто важное.

Изначально он хотел, чтобы Лю Чэнцзы научила Янь Цзю правильно относиться к чувствам других людей. Ведь когда человек, обделённый любовью, получает подарок, он думает не о радости, а о том, как отплатить. Детство Янь Цзю было не просто лишено любви — всё было гораздо страшнее. Однако теперь, похоже, открытость Лю Чэнцзы в проявлении чувств спасла Янь Цзю, а чистота и доброта Янь Цзю заполнила пустоту в сердце самой Лю Чэнцзы.

Трагическая судьба Шэнь Шуюэ и Цюй Ли причиняла Лю Чэнцзы невыносимую боль, но присутствие Янь Цзю приносило утешение. Произнеся несколько утешительных слов, Бай У покинул их. Теперь ему предстояло отправиться на Четвёртый уровень для встречи с Цинь Цзуном, чтобы затем под его руководством подняться на Пятый уровень.

...

...

Башня, Четвёртый уровень, штаб Корпуса расследований.

Из окон Чёрной башни открывался вид на другие чёрные башни, которые напоминали костяные шипы и клыки. Когда прибыл Бай У, Цинь Цзун как раз созерцал этот мрачный пейзаж.

У Цзю, Цинь Цзун, Бай У — жизненный путь каждого из них был поистине легендарным. У Цзю стал самым молодым заместителем командира в Корпусе расследований, Цинь Цзун — самым молодым главой корпуса, а Бай У — самым молодым капитаном.

Лицо Цинь Цзуна было непривычно серьёзным:

— Ты хочешь подняться на Пятый уровень. Цин Юй сказал мне, что это связано с какой-то важной информацией, которую ты обнаружил во внешнем мире. Почему эти сведения можно передать только семье Се?

Бай У покачал головой:

— Командир, раз об этом можно говорить только с главой семьи Се, значит, и вы не можете об этом спрашивать.

— Тебе лучше убедиться, что твои сведения действительно ценны, и что эта ценность не повлияет на работу трёх нижних уровней, — произнёс Цинь Цзун. — Есть вещи, о которых я вам не рассказывал. На Пятом уровне Башни существует восемь сил, и семья Се среди них — самая скрытная и опасная.

— Бай У, я мало что о тебе знаю, но твои поступки и похвала Цин Юя убеждают меня в том, что ты незаурядный талант. Я верю, что в будущем мы втроём сможем изменить некоторые прогнившие порядки в Башне, но есть одно условие — мы не должны тревожить этих людей на Пятом уровне. Их влияние настолько велико, что они могут игнорировать всё, что происходит на четырёх нижних уровнях. Именно это даёт нам, тем, кто хочет помочь людям нижнего уровня, какое-то пространство для действий.

Бай У прекрасно понял смысл этих слов. Пока они не будут беспокоить Правителей на Пятом уровне, Цинь Цзун уверен, что сможет навести порядок на трёх нижних уровнях Башни. Это звучало довольно печально, ведь другими словами это означало: стоит Правителям что-то предпринять, и весь тот хрупкий порядок, который они так осторожно выстраивали, рассыплется в прах.

Теперь, когда Бай У собирался подняться на Пятый уровень, Цинь Цзун не мог скрыть своего беспокойства. Эти слова убедили Бай У в том, что у Цинь Цзуна действительно есть свои планы, просто как отпрыск Правителей он лучше других понимал пропасть между Пятым уровнем и четырьмя нижними.

Бай У хранил молчание, и наконец Цинь Цзун со вздохом произнёс:

— Я должен был помешать тебе подняться на Пятый уровень, даже если в твоих действиях нет никаких политических целей. Но Цин Юй все эти дни убеждал меня, и я решил оказать доверие своему самому надёжному подчинённому. Бай У, ты должен правильно использовать этот шанс.

Бай У кивнул, а У Цзю рядом с ним улыбнулся.

— Я уже подготовил все документы для посещения Пятого уровня. По некоторым причинам я не могу сопровождать тебя в дом семьи Се, но я укажу тебе их местоположение. Однако сможешь ли ты войти в их дом и встретиться с тем, с кем хочешь — всё это будет зависеть от твоего поведения.

Напоследок Цинь Цзун произнёс, и в его голосе звучала небывалая серьёзность:

— Семья Се очень опасна, и твой поход туда сопряжён с большим риском. Их технологии достигли такого уровня, что могут проникать в саму душу.

(Конец главы)