Восьмиугольник судьбы

В то время как Бай У вел своих товарищей через смертельные испытания, в другой части Башни, в самом сердце Порта Находок, история принимала совершенно неожиданный оборот. Юноша, в совершенстве владеющий искусством чревовещания, демонстрировал поистине впечатляющее понимание ситуации.

Когда Бай У исследовал первое дупло и обнаружил женский скелет, Е Вэймин, с покрасневшими от слез глазами, надрывно произнес:

— Это останки нашего товарища! Прости, брат, что я опоздал, но я, Константин, клянусь честью свободного наемника! Я собственными руками уничтожу этого Падшего!

А в момент, когда Ян Чжэнь тащил Падшего, его голос прогремел:

— Бегите! Быстрее уходите! Я прикрою отход! Старина Кон, дальше все на тебе! Если выживу и вернусь, обязательно выпьем с вами как следует! Хахахаха, ну давай, тварь, дедуля ждет!

Удивительно, но эти слова идеально сочетались с брутальным образом Ян Чжэня. Пусть движения губ и не совпадали с речью, зрителям было все равно — они наслаждались представлением от всей души. Некоторые даже восклицали: "Черт, как же круто... Просто зажигает!"

В интерпретации Е Вэймина Ян Чжэнь, хоть и оставался в живых, уже был подан как обреченный герой. Зрители мысленно записали его в павшие за Башню. Оставалось только гадать, как Е Вэймин будет выкручиваться, когда обнаружится, что тот вовсе не умер.

Когда Бай У обнаружил записи, Е Вэймин воодушевленно воскликнул:

— Его жертва была не напрасна, мы нашли важнейшую зацепку! Мы на пороге великого открытия! Это настоящая карта сокровищ! С ней мы отыщем утраченные богатства, я уверен — это нечто поистине бесценное, способное привлечь внимание самих Аристократов!

Среди трех найденных предметов действительно была одна поистине бесценная вещь, но зрители об этом не догадывались. Они лишь думали, что этому хитрецу Кону несказанно повезло.

Наконец, когда Бай У добрался до домика на дереве и рассматривал три предмета внутри, дрожащий голос Е Вэймина произнес:

— Нашел, нашел! Я не дал вам погибнуть напрасно! Я оправдал ваше доверие!

Хотя в реальности Бай У сохранял полное спокойствие, но кто мог знать, что скрывалось за его маской? Зрители же видели в Константине живого, настоящего человека, и несмотря на редкое появление Падших, история захватывала с головой. Правда, сам Бай У находил это исследование даже более скучным, чем приключение в Девятой больнице.

Как бы то ни было, легенда о поиске сокровищ в Башне достигла своей кульминации, а спасательная операция во внешнем мире подходила к завершению.

...

...

Внешний мир, неизвестные джунгли.

Снова начался кислотный дождь. Густая листва на верхушке древесного дома надежно защищала от едких капель, а внизу под могучим деревом лежал Лян Юй с посиневшими от холода губами. Его душа изнывала от мучительных мыслей.

«Я умру здесь... Этого Падшего невозможно убить, нам не вернуться... Есть только одна Рулетка, кому же ее отдаст Константин? Наверное, Ян Чжэню?»

«Этот проклятый Ян Чжэнь, он погубил второго брата! Мы с братом оба были разведчиками — он превосходно разбирался в стратегии, я лучше чувствовал опасность. Если бы я пошел на разведку... возможно, брат остался бы жив... Но этот Ян Чжэнь настоял, чтобы пошел именно он...»

«А еще третий брат, как же жаль его... Всего лишь сказал за спиной, что его жена красива, только и всего! А когда напал тот Падший, его отправили прикрывать отход. Да и старина пятый не лучше — обычный везунчик, самый бесполезный из всех, а до сих пор жив... Почему у меня Падение, а у него всего лишь замедление?»

Падение было крайне редким негативным эффектом, который, возникнув однажды, порождал непреодолимую ненависть к себе подобным. Если вовремя не вернуться в Башню, можно было даже превратиться в Падшего. Свободные наемники были самоучками, без специального снаряжения Корпуса расследований, поэтому Лян Юй даже не осознавал, что его эмоциональное состояние уже достигло критически опасного уровня.

«Чем больше я общаюсь с людьми, тем сильнее понимаю, насколько они отвратительны... Глупые, уродливые создания, и эти Аристократы, восседающие на вершине и наслаждающиеся плодами нашего труда, пока мы рискуем жизнями во внешнем мире ради жалких денег... По какому праву? Когда я вернусь в Башню, я всех их...»

Его мысли оборвались на полуслове — после введения препарата мозг Лян Юя внезапно погрузился в пустоту. На несколько секунд он словно потерял всякую связь с внешним миром, затем пустота в сознании начала постепенно рассеиваться. Синева с губ медленно сходила, возвращая им естественный цвет.

— В дождливую погоду не стоит предаваться мрачным мыслям, — бесстрастно произнес Бай У, не вдаваясь в дальнейшие объяснения.

Когда он извлек шприц, и Лян Юй, и Цинь Линь облегченно выдохнули. Цинь Линь недоумевал, откуда Константин узнал о способности препарата подавлять негативные эмоции. Хорошо хоть это действительно оказалось успокоительное, а не какая-нибудь опасная субстанция.

Осознав произошедшие с ним перемены, Лян Юй был потрясен. Сколько же тайн хранит Константин? Неужели его негативный эффект действительно нейтрализован? В душе не осталось ни следа прежних упреков и ненависти, он даже удивлялся, как мог думать о подобном... те мысли казались теперь совершенно чуждыми, непозволительно мятежными.

Ценность такого препарата невозможно было измерить. Лян Юй представил: наладь они массовое производство того, что ему только что ввели, и Корпус расследований, возможно, смог бы проникнуть в Фиолетовую зону? Нет... если верить слухам, главный козырь Корпуса, тот самый коротышка, пожалуй, добрался бы даже до красной зоны.

Главным препятствием для людей всегда были именно негативные эффекты — эти могущественные законы внешнего мира. Но только что эти законы удалось временно подавить? Лян Юй внимательно осмотрел шприц в руке Бай У — никаких надписей на нем не было.

— Этот препарат вы нашли наверху?

— Да, господин Константин сразу определил назначение этих вещей. Брат Лян, тебе лучше?

Лян Юй растерянно кивнул:

— Да, намного лучше, спасибо. Я только что... чуть не совершил непоправимую ошибку.

Он понимал: позволь он тем мыслям развиться дальше, и он мог бы действительно утратить человеческую сущность. Хорошо, что Бай У сделал этот укол вовремя.

Лян Юй, конечно, догадывался, что препарат, возможно, принадлежал не самому Константину, но слова малыша пятого выдавали важную деталь: Константин знал назначение этой вещи. Значит, он сталкивался с ней и раньше. Лян Юй мысленно переоценивал этого загадочного спасителя, предполагая, что, возможно, это эффект Рулетки радости и горя — пусть они потеряли двух старых товарищей, но взамен обрели настоящего эксперта.

Бай У даже не подозревал о размышлениях собеседника. Его взгляд неустанно искал следующее укрытие. Все части головоломки почти сложились воедино, не хватало лишь одного ключевого фрагмента. Стоит найти его, и тайна Дандельера будет раскрыта.

В той потрепанной записной книжке были начертаны странные символы. Такие же символы покрывали все здание Девятой больницы. Там, в больнице, он однажды погрузился в воспоминания Хунъинь — возможно, это связано с ее способностью, а может... также и с теми проклятыми метками. Та записная книжка тоже могла быть входом в воспоминания, но ему не хватало ключа.

— Командир все еще сражается с тем Падшим, — произнес Лян Юй. Даже будучи мастером восприятия третьего ранга, он едва мог уловить энергию их лидера и Падшего.

Бай У молча кивнул. Его взгляд, пронизывая пелену кислотного дождя, продолжал искать подсказки — он чувствовал, что времени остается все меньше.

— Судя по расположению найденных укрытий, у Дандельера явно есть обсессивно-компульсивное расстройство. Каждый опорный пункт размещен по диагонали, охватывая все стороны света. Я обошел четыре угла, значит, должны существовать еще четыре точки по основным направлениям, где спрятаны подсказки.

Рассуждая об этом, Бай У отступил на несколько шагов назад и начал корректировать свое положение. В его сознании выстраивалась четкая геометрическая схема, он мысленно вычислял размеры всего пространства. Вся территория, подобно шахматной доске с черными и белыми клетками, развернулась в его сознании, и вскоре он определил точное расположение четырех укрытий.

Он посмотрел на юг:

【Там действительно есть могильник, внутри спрятан скелет наемника, но ты уже знаешь про маленькие хитрости Дандельера, так что нет смысла туда идти.】

Значит, на юге тоже есть укрытие — Дандельер расставил немало "ложных источников информации".

Бай У перевел взгляд на восток:

【Мужчина с густой бородой и существо, любящее полакомиться человечиной, ведут искренний и дружелюбный диалог. Дандельер заметил, что страх лысого и талисманчика ослаб, значит, мясо испортилось, он очень зол, скоро перейдет во вторую стадию, отсчет: 600 секунд.】

Восток — как раз то направление, где сражались Ян Чжэнь и Дандельер. Заметка не сообщила ничего об укрытии, видимо, потому что эта информация была второстепенной. Действительно, предчувствие не обмануло — у Дандельера был козырь в рукаве, но что такое вторая стадия?

В душе Бай У снова всколыхнулось тревожное предчувствие. Десять минут, осталось меньше десяти минут — если срочно не найти слабое место Дандельера, непременно случится что-то скверное!

Он посмотрел на запад:

【Этот путь действительно нужно пройти, после смерти Дандельера в этой зоне появится брешь... но сначала тебе нужно его убить. В общем, путь закрыт.】

Хотя эти слова не раскрывали никакой новой информации, они подтверждали одну важную деталь: сам Дандельер каким-то образом связан со всей территорией. Возможно, они даже представляют собой единое целое?

Наконец, Бай У устремил взгляд на север:

【Когда ты увидел записную книжку, полную проклятых меток, наверняка подумал то же, что и я: Загадочник, убирайся из Готэма. Но, к счастью, в той пещере неподалеку спрятана знакомая тебе вещь, в которой хранится секрет Дандельера. Правда, этот секрет может изменить твое мнение о Дандельере.】

(Конец главы)