Глава 150.0

Пока в 59-м разбирались с отчетами о разведке города Сюаньхуэй, Бай У, завершив приготовления, отправился на третий уровень. В его планах было хорошенько отдохнуть и в течение двух дней снова выйти за пределы Башни, поэтому каждое возвращение он старался использовать с максимальной эффективностью, быстро разбираясь со всеми накопившимися делами.

На этот раз их было два: навестить Янь Цзю и допросить Лилит. Хотя укрепление дружбы с Янь Цзю было второстепенным, главной целью визита оставалось получение информации о Правителях пятого уровня. Что касается Лилит, Бай У намеревался выведать у неё информацию о Каине и постараться заставить его сделать выбор. Поскольку он отказался передать информацию о Янь Цзю гарнизону, статус "временный" все еще не был снят.

Поднимаясь в лифте на третий уровень, Бай У, чьи способности восприятия усилились благодаря улучшенной Сопутствующей силе, начал прислушиваться к разговорам окружающих. Шахтеры самого нижнего уровня обсуждали привычные темы: насколько опасен был сегодняшний район работ, не было ли проблем с членами различных ассоциаций, не берут ли взятки надсмотрщики из Корпуса расследований.

Но стоило этим же людям подняться по социальной лестнице, став рабочими с зарплатой в 3000 таси и обслуживая аристократов третьего уровня, как темы их разговоров кардинально менялись. Теперь они обсуждали важные события четвертого и пятого уровней Башни: недавнее военное состязание двух армий, будущее Башни, распределение энергоресурсов, планы по захвату красной зоны. Все это неизменно сопровождалось критическими замечаниями о некомпетентности нынешнего Корпуса расследований и низком уровне управляющих, приправленными рассуждениями о том, как бы они сами справились с этими обязанностями.

Прорабы со второго уровня, чей заработок составлял от 6000 до 8000 таси, вели совсем другие беседы. Они увлеченно обсуждали преимущества новых средств связи, попутно делясь подробностями своего быта: большинство снимало жилье на втором уровне и каждое утро, нацепив временные метки, отправлялось на работу этажом выше. Несмотря на очевидную пропасть между ними и аристократами-капиталистами, эти люди упорно экономили, копя таси на "доступные предметы роскоши", стремясь всячески подчеркнуть свое отличие от обычных рабочих.

Были здесь и те, кто зарабатывал существенно больше, уже добившись определенного положения среди аристократов. Их доход значительно превышал заработки представителей двух предыдущих уровней, но они почти не разговаривали, погруженные в хмурые размышления. Око Прейлера подсказывало через Заметку, что мысли большинства из них вращаются вокруг способов заработать еще больше денег.

Единственным исключением оказались двое членов гарнизона, ехавшие в том же лифте. Будучи настоящими аристократами, они, тем не менее, из-за своей профессии обсуждали детали недавнего военного состязания.

— Командир и командир Корпуса расследований очень серьезно относятся к этому происшествию... Но похоже, что наверху собираются замять это дело, говорят, уже ищут способы его подавить.

— Да, говорят, это потому, что хотя раненых много, погиб только капитан 13-го отряда Корпуса расследований, так что достаточно просто извлечь урок. Что касается правды, говорят, всем дадут объяснения.

— Какие там объяснения, капитаны и элита всех отрядов не согласны. Хоть мы всегда были на ножах с Корпусом расследований и недолюбливали друг друга, но в этот раз, во главе с капитаном Юанем из первого отряда, поднялся большой шум. Говорят, обязательно нужно провести тщательное расследование.

— Эх, и не только капитан Юань, капитаны других отрядов тоже, особенно те ребята из Корпуса расследований. Если на этот раз дело действительно раздуют, неизвестно, как верхушка с этим разберется.

Этот разговор подтвердил догадки Бай У. Смерть Каина была лишь сменой оболочки, но его самоубийство могло заставить некоторых людей направить острие критики на Правителей. Бай У испытывал неприязнь к Правителям не из-за Каина, а из-за системы Башни и того, что сам испытал во внешнем мире. Впрочем, сейчас людям не хватало сил даже на то, чтобы бросить вызов 50-му уровню, не говоря уже о 51-м.

«Изначально Каин хотел разжечь конфликт между коротышкой и верхушкой, и хоть это не удалось, зато теперь разгорелся конфликт между элитой двух армий и Правителями. Хотя меня удивляет, что люди из гарнизона тоже так активны, видимо, капитан Лю тогда... ушел очень трагично», — размышлял Бай У.

Если это дело продолжит раздуваться, вероятно, Правители с пятого уровня вмешаются. Впрочем, это легко решить — он уже придумал, как с этим справиться.

Добравшись до психбольницы на третьем уровне, Бай У, не теряя времени, направился прямиком к Янь Цзю. Ему было не до того, чтобы наблюдать, как Чжэн Дуоси и та медсестра поменялись ролями, или какую очередную партию разыгрывают два старика.

Когда он постучал в дверь, Янь Цзю как раз тренировалась улыбаться перед зеркалом. Ее улыбка уже стала намного естественнее — она старательно училась у Лю Чэнцзы, у которой была особенно красивая улыбка. Услышав стук, она прервалась на полуулыбке, потерла лицо, широко раскрыла глаза и встала открыть дверь.

— Ты пришел навестить меня.

Лю Чэнцзы всегда стучала торопливо, а Бай У — размеренно, поэтому Янь Цзю сразу поняла, кто пришел.

Девушка спокойно смотрела на Бай У, тот кивнул и сказал:

— Хочу проконсультироваться с тобой по некоторым вопросам.

— Хорошо.

Янь Цзю была послушной, словно робот с уровнем покорности 200, хотя в последнее время она уже научилась отказывать другим. Например, объяснять соседям, что она не путешественница во времени. Но отказать Бай У она все еще не могла.

Бай У подумал, что нужно сказать что-нибудь еще, чтобы разрядить атмосферу, но, поразмыслив, решил, что это слишком хлопотно, и перешел прямо к делу:

— Сколько ты помнишь о пятом уровне?

— О пятом уровне Башни? Я помню все, что случилось в детстве.

У Янь Цзю была "стандартная комплектация" — фотографическая память, позволявшая ей точно воспроизводить увиденное, словно человеку-камере.

— Сколько всего семей Правителей в Башне?

— Этого я не знаю... прости.

— За что тут извиняться, просто расскажи мне то, что знаешь.

Янь Цзю ненадолго задумалась, вспоминая события из детства и то, что видела, глядя из двора. Систематизировав воспоминания, она взяла бумагу и ручку и нарисовала для Бай У схему расположения Правителей на пятом уровне, как она ее себе представляла.

— В детстве я могла получить очень мало информации... я знаю только это.

На схеме было пять объектов. Там было много пирамидальных черных башен, как на четвертом уровне, но они располагались не так плотно. Большую часть занимали огромные здания, похожие на черные башни — поместья. Клан Янь располагался на севере, на северо-востоке находился клан Чжун, на северо-западе — клан Пан. На юге, прямо напротив клана Янь, находился тот самый клан Се, который искал Бай У. На востоке, ближе всего ко входу в лифт на пятый уровень, располагался клан Цинь. Бай У предположил, что это должен быть клан Цинь Цзуна, ведь говорили, что он был из семьи какого-то Правителя.

«Похоже, Цинь Цзун не обладает бессмертием, Око Прейлера показывает, что и Янь Цзю тоже не бессмертна. То есть, эти потомки с пятого уровня такие же, как обычные люди, значит то, что позволяет Правителям пятого уровня жить по 700 лет, должно быть какой-то внешней силой?»

Бай У прищурился, а Янь Цзю, подперев подбородок руками, не отрываясь смотрела на него.

— Кстати, что ты знаешь о клане Се?

— Знаю немного... поскольку наш клан Янь отвечает за энергоресурсы, а клан Се — за производство оружия. У нас часто бывает сотрудничество, и иногда я тайком подслушивала их разговоры.

— Главу клана Се зовут Се Инцзе?

— Не знаю, изв...

— Не смей извиняться, — перебил Бай У. — Запомни, это я прошу тебя о помощи, ты можешь быть вежливой, но не должна быть униженной.

— Поняла, — кивнула Янь Цзю.

— Что ты знаешь о клане Се?

— У каждого клана своя специализация. Основная специализация клана Се — это физическое оружие массового поражения, но поскольку оружие нельзя использовать во внешнем мире, создается впечатление, что клан Се хочет держать в страхе обитателей Башни. Хотя клан Се никогда этого не демонстрировал.

Помолчав, Янь Цзю продолжила:

— Это слова отца и брата. Похоже, клан Се обладает способностью держать в страхе остальные кланы, но не проявляет большего интереса к борьбе за власть в Башне, это делает их положение особенным. Когда те люди приходили к нам с визитом, также поднимался этот вопрос — брат спрашивал, почему клан Се так одержим производством оружия.

— Как ответили люди из клана Се?

— Они сказали, что однажды это оружие можно будет использовать и во внешнем мире.

Бай У слегка удивился — похоже, глава клана Се действительно мог быть Се Инцзе...

— Кстати, еще один вопрос, в клане Янь высший человек, принимающий решения — твой отец?

— Наверное? Хотя я не уверена. У каждого клана, кажется, есть свои секреты, в нашем клане тоже есть запретная зона... говорят, туда категорически нельзя ходить, если пойдешь, случится что-то очень страшное.

— Что за страшные вещи? Знаешь подробности?

Глаза Янь Цзю немного остекленели, она изо всех сил пыталась вспомнить детали из детства. Она всегда была послушной и не осмеливалась ходить туда, куда запрещали, но ее брат был другим.

— Мой брат однажды пошел туда, но после этого... он исчез на неделю. Это была шестиэтажная пирамидальная черная башня. Когда брат вернулся через неделю, он совершенно не помнил, что произошло, только иногда, увидев эту черную башню, он пугался до немоты, и все его тело долго дрожало.

Запретная зона... Бай У глубоко задумался.

«Похоже, это и есть место, где прячутся эти монстры, прожившие 700 лет? Возможно, это полуоткрытая тайна — можно знать, но нельзя распространять. А если вторгнуться в запретную зону, есть риск потерять память».

— О чем ты думаешь? — спросила Янь Цзю.

— Ни о чем, спасибо за информацию. Я планирую через день-два снова выйти из Башни, поэтому сейчас еще не закончил с делами.

Янь Цзю кивнула. Лю Чэнцзы тоже говорила, что Бай У — ее деловой партнер и друг, но его почти никогда не видно. Если бы не необходимость выживать, никто бы не хотел выходить из Башни, но Бай У другой, кажется, у него зависимость от выхода из Башни.

Когда Бай У встал, Янь Цзю вдруг вспомнила слова Лю Чэнцзы: "пригласи его!" Она резко вскочила, все с тем же отрешенным выражением лица, но решительно сказала:

— Бай У, я хочу пригласить тебя на ужин.

Боясь отказа, она поспешно добавила объяснение своих мотивов:

— Чэнцзы сказала, что совместные обеды сближают друзей!

Бай У замер и спросил:

— А что еще она сказала?

— Она еще сказала, что разных парней нужно водить в разные рестораны, запоминать их вкусы и не путать. Если у двоих одинаковые вкусы, нужно отсеять того, у кого условия хуже.

— Это забудь.

— Ох, хорошо, я забыла.

Бай У стало немного смешно, но Янь Цзю была серьезна:

— Она сказала, что это должна быть романтическая обстановка, тогда после ужина ты будешь больше меня любить.

Бай У внимательно посмотрел на Янь Цзю, помолчал немного и произнес:

— То, что ты хочешь пригласить меня на ужин — это хорошо. Но я отказываюсь.

— Почему?

— Понимаешь, романтическая обстановка должна гармонировать с едой, которая всем по душе. Я не сомневаюсь, что это место можно украсить так, чтобы оно отвечало всем представлениям о романтике, но вот с едой такой фокус не пройдёт. Я не выношу питательный рацион.

Янь Цзю не совсем понимала, о чём он говорит. Да и Лю Чэнцзы, окажись она здесь, тоже бы не поняла. Зато Инь Шуан, Линь Ужоу и У Цзю наверняка бы уловили суть. Ведь большинство жителей Башни никогда не пробовали настоящих деликатесов эпохи до её появления. С самого рождения они питались стандартным рационом, воспринимая еду лишь как способ поддержания жизни, а не источник удовольствия.

Именно поэтому Янь Цзю и Лю Чэнцзы не могли понять, что для Бай У так называемый романтический ужин выглядел как сборище людей в изысканном интерьере, собравшихся вместе поглощать нечто отвратительное. В этом не было ровным счётом ничего романтичного.

Янь Цзю заметно расстроилась. Опустив голову и размышляя, что же предпринять, она растерянно произнесла:

— Но... ведь кроме этого есть больше нечего.

В её голосе отчётливо слышалось разочарование.

Дойдя до двери, Бай У обернулся:

— Я отказался только от еды, а не от твоего приглашения. Как только подготовлю что-нибудь действительно стоящее, сразу дам тебе знать.

Девочка мгновенно подняла голову, уставившись на него широко распахнутыми глазами.

— До свидания, — чётко произнёс Бай У и развернулся к выходу.

...

...

Получив необходимые сведения в психбольнице, Бай У без промедления направился в следственную группу филиала Корпуса расследований на втором уровне. Там его уже ждали Юнь Шу, Сюэ Цы и начальник группы Тянь Сюнь. Всего час назад они ввели Лилит мощное снотворное по настоянию Бай У.

Доза была настолько велика, что для обычного человека оказалась бы смертельной. Но Лилит явно не была обычным человеком — подобно Каину и Правителям, она обладала уникальной конституцией, позволяющей жить до семисот лет. Более того, Сопутствующая сила шестого ранга и выше помогла её организму нейтрализовать большинство побочных эффектов препарата. Учитывая всё это, Бай У намеренно использовал увеличенную дозировку.

Теперь же в этом не было необходимости — он собирался лично допросить Лилит.

— Есть какое-нибудь средство, чтобы нейтрализовать действие снотворного или простимулировать её пробуждение? Мне нужно, чтобы она пришла в себя.

Остановившись у временной камеры следственной группы, Бай У выжидающе посмотрел на Тянь Сюня.

Тот нахмурился:

— Мы провели анализ её Сопутствующей силы. Эта женщина невероятно сильна, не уступает некоторым капитанам отрядов. Ты уверен, что хочешь её разбудить? Может, всё-таки позовём капитана Гу?

— Не беспокойся, я знаю, что делаю. Такая мелочь не стоит внимания капитана.

Тянь Сюнь всё ещё колебался, но всё же подчинился и отправился готовить нужный препарат.

Когда он ушёл, Бай У обратился к Юнь Шу:

— Найдутся иглы? Подойдут трёхгранные или тонкие. Можно и потолще.

— Зачем тебе иглы?

— Для имитации и обучения.

В филиале Корпуса расследований действительно нашлись подобные инструменты, и Юнь Шу поспешила за ними.

Оставшись наедине с Сюэ Цы, который заметил, как странно изменилось выражение лица Бай У, тот спросил:

— Что с тобой?

— Ищу правильное состояние.

— Какое именно?

— Состояние, когда становишься отцом.

Погружаясь в воспоминания о своём прошлом, Бай У внезапно преобразился — его лицо стало добрым и приветливым, а улыбка, подобная весеннему ветерку, излучала какое-то необъяснимое дружелюбие. Но когда его взгляд остановился на Лилит, Сюэ Цы почувствовал, как по спине пробежал холодок.

(Конец главы)