Глава 188.0

Хотя истина ещё не была раскрыта полностью, одно лишь осознание того, что люди, в чьей смерти она себя винила, живы, пусть и в облике чудовищ, повергло Цзян Ими в пучину скорби и ярости. Её полу-Падшая сущность делала её особенно уязвимой к подобным душевным терзаниям.

Пытаясь отвлечься, она заставила себя думать о других вопросах:

— Что значит "до того, как время истечёт"?

— Это болезнь, — ответил Человек в маске. — У тебя такая же предрасположенность, так что в будущем ты тоже можешь ею заразиться. А может быть, уже больна.

— Я не совсем понимаю.

— Пойдём во Второй корпус, по пути всё объясню.

Когда они с Человеком в маске проходили мимо одиннадцатого этажа, он неожиданно остановился.

— Что-то случилось? — встревоженно спросила Цзян Ими.

— Почувствовал присутствие девочки с потенциалом, похожим на твой... Нет, даже более сильным. Не могу решить, стоит ли её забрать.

Цзян Ими чувствовала, как с каждым мгновением Человек в маске становится всё более загадочным и непостижимым.

Бай У знал, что девочка, о которой говорил Человек в маске — это Хунъинь, находившаяся в то время на одиннадцатом этаже. «Если он спасёт Хунъинь... изменятся ли мои воспоминания? Изменится ли цепочка причин и следствий?» — эта мысль внезапно промелькнула в голове Бай У. Но вскоре он осознал — это не телефонная будка, он находится в воспоминаниях Цзян Ими. То, что уже произошло, не может внезапно стать причиной новых событий.

— Ладно, — произнёс Человек в маске, — разберусь с ней после того, как закончу твоё дело.

Они прошли мимо, не встретившись с Хунъинь. В то время она всё ещё томилась в одержимой собачьей клетке, где ей ежедневно вводили различные препараты. Хотя она ещё не превратилась окончательно в чудовище, окутанное чёрной злобой, Хунъинь уже обладала мощной духовной силой. Именно её колебания и привлекли внимание Человека в маске.

Бай У отчаянно хотел, чтобы Человек в маске изменил эту линию судьбы, но понимал, что это может остаться лишь несбыточным желанием.

По пути на девятнадцатый этаж Человек в маске начал рассказывать Цзян Ими о загадочной болезни.

— Что ты имеешь в виду под болезнью? — спросила она.

— Неважно, кто ты – Падший, использующий последовательность, человек, владеющий характеристиками, или полу-Падший как ты. Любой, кто пользуется обеими силами, рискует заболеть. Назовём эту болезнь "реакцией слияния".

— Она очень опасна?

— Не обязательно. Вероятность заболеть в основном зависит от того, насколько схожи последовательность и характеристики. К тому же разные характеристики вызывают разные реакции слияния.

Заметив непонимание на лице Цзян Ими, Человек в маске пояснил:

— Твои две последовательности позволяют отнимать чужую удачу, а твоя нынешняя полу-Падшая форма пробудила Катастрофический хаос и Катастрофический удар – способности, также рассеивающие чужую удачу. Эти силы слишком похожи и в твоём особом состоянии начинают сливаться, что приводит к нестабильности. Ты можешь потерять контроль над мерой поглощения чужой удачи.

Он продолжил:

— Проще говоря, ты можешь довести последовательность до высокого уровня мастерства, и характеристики тоже могут достичь эффективности в двести единиц. Чем больше ты используешь эти силы, тем лучше учишься их контролировать. Но при реакции слияния, как бы искусно ты ими ни владела, во время приступа полностью теряешь над ними контроль.

Пока Цзян Ими пыталась осмыслить услышанное, Бай У уже всё понял. «Значит, вот как это работает. Если предположить, что последовательность и характеристики соответствуют друг другу, то овладение схожими их видами приводит к слиянию. В этом состоянии могут появиться новые способности, но они становятся неподконтрольными... Эта неконтролируемость проявляется либо периодически, либо с нерегулярными интервалами».

Бай У внимательно посмотрел на Человека в маске. «Получается, этот человек в маске, как и Цзян Ими, способен владеть двумя силами. На данный момент известно, что двумя силами могут пользоваться: моя Падшая форма, обманщик Каин, полу-Падшая Цзян Ими и сам Человек в маске. Возможно, люди с фамилией Цзин тоже на это способны, но я пока не уверен».

«Если симптом болезни слияния у Цзян Ими — это неспособность контролировать меру поглощения чужой удачи, то болезнь Человека в маске должна быть как-то связана со временем. Он упомянул, что убьёт директора до истечения времени. Возможно, он владеет и последовательностью, и характеристикой, связанными со временем. Их слияние... породило какую-то новую неконтролируемую способность?»

«Кстати... в моей Падшей форме появляется множество Очей кошмара. Считаются ли эти глаза способностью, похожей на Око Прейлера? Вроде бы нет... Наверное, они не вызовут реакцию слияния».

Человек в маске не стал углубляться в объяснения. Цзян Ими даже базовых понятий о характеристиках и последовательностях не имела, так что ей было сложно постичь суть "болезни слияния". То, что Бай У понял с первого раза, она не могла осознать даже за семьсот лет. Она просто следовала за своим загадочным спутником, ощущая в нём какую-то необъяснимую силу и глубину.

По пути во Второй корпус они столкнулись с шестью охранниками. Бай У помнил их — Коротышка расправился с ними в мгновение ока. Он был быстр как молния, сверкающим клинком сражал противников. В каком-то смысле он был сильнейшим бойцом ближнего боя из всех, кого встречал Бай У.

Метод Человека в маске выглядел куда эффектнее — он просто щёлкнул пальцами, и все шестеро охранников застыли, словно время вдруг покинуло их. Что ни говори, а маги всегда выглядят впечатляющее воинов, полагающихся на физическую силу.

— Куда мы теперь идём? — спросила Цзян Ими.

— В комнату наблюдения.

Спустя семьсот лет, когда Бай У исследовал это место, комнаты наблюдения уже не существовало — Хунъинь демонтировала все камеры. Но в воспоминаниях Цзян Ими, в городе Байчуань того времени, комната наблюдения всё ещё функционировала.

Человек в маске быстро нашёл нужное помещение. По пути они встретили ещё несколько врагов — все они после щелчка пальцами словно оказывались в особом барьере, где их движения становились невероятно медленными.

Комната наблюдения располагалась на девятнадцатом этаже Второго корпуса. Ниже шли этажи с отрицательной нумерацией: минус первый, минус второй, минус третий... до самого минус восемнадцатого. Этот дизайн, символизирующий спуск в преисподнюю, существовал уже семьсот лет назад.

Человек в маске включил дневную запись с камер, и Цзян Ими увидела на экране жуткую картину: группа монстров выползала из массивных люков, после чего начиналась безжалостная бойня. Бай У отметил, что Илии либо ещё не было, либо он уже спустился на нижние уровни. Сами нижние этажи были настолько повреждены, что наблюдение за ними стало невозможным. На этажах с минус первого по минус пятый Илии видно не было.

Чем ниже располагался этаж, тем более чудовищными становились мутации людей. Оставалось загадкой, ради чего эти Падшие сражались. Едва открывались люки, они, подобно рабам на арене, бьющимся за славу своих хозяев, бросались в безумную резню.

— Они... все были людьми? — дрожащим голосом спросила Цзян Ими.

— Да, — ответил Человек в маске. — Я тоже недавно это обнаружил. Город Байчуань кажется нормальным снаружи, но внутри уже начал гнить. Стражи порядка, корпорации, больницы — все начали использовать любые средства в борьбе с Падшими. Грядущий конец света действительно требует, чтобы люди получили некоторые знания о Падших, но их цель не в защите человечества, а в получении большей власти. Хоть это и тщетно, но в человеческой истории было немало масштабных и бесполезных проектов.

Он сделал паузу, прежде чем продолжить:

— Теперь они добрались до школы. Эти молодые, полные жизни существа, по их мнению — лучший материал для изучения Падших. Но чтобы осуществить всё это, чтобы люди в городе продолжали исчезать, не вызывая слишком много внимания, нужен был козёл отпущения.

Человек в маске вдруг усмехнулся:

— Ты и стала этим козлом отпущения для школы. Любые исчезновения, несчастные случаи, смерти и прочие происшествия можно списать на тебя. Именно поэтому я и начал тобой интересоваться.

Цзян Ими не могла поверить в услышанное — из слов Человека в маске следовало, что город полностью прогнил.

— Но... у них же есть такой огромный мир, зачем им творить подобное?

Она завидовала тем, кто мог свободно ходить среди людей. Сама она не могла позволить себе такой вольности и была заперта в маленьком невзрачном здании. Всем казалось, что запретная зона, где она находилась — самое извращённое и злое место во всей школе, но по сравнению со многими местами за её пределами запретная зона оказалась самым нормальным местом.

На экране Падшие продолжали убивать друг друга, повсюду летели куски плоти и оторванные конечности. Глядя на эту бойню, Цзян Ими спросила:

— Учитель и Цзян Хуань тоже станут такими?

— Да. Под влиянием "доктора" в их сердцах формируется особая основа — убивать и пожирать других Падших, стать сильнейшим среди них, только так можно обрести счастье. Ты должна понимать лучше других — стремление к счастью невероятно сильно.

Человек в маске объяснил, что Падшие делятся на три уровня, причём эти уровни не связаны с боевой мощью. Первый уровень — это Падшие, поглощённые желаниями, готовые на всё ради их удовлетворения. Такие встречаются часто, они питаются страхом и отчаянием, как звери за пределами Башни.

Ко второму типу относятся Хунъинь, Путешественник, Родинка и другие, сохранившие разум. Они всё ещё обладают человеческим интеллектом, но у некоторых характер исказился, тогда как другие сумели сохранить доброту в сердце.

Третий тип — самая совершенная форма, почти не подверженная влиянию негативных эмоций и не привлекаемая ими. Это полу-Падшее состояние, позволяющее использовать как человеческие последовательности, так и характеристики Падших.

Сравнивая Хунъинь и Цзян Ими, даже не говоря о том, чей потенциал сильнее, сам факт, что одна могла жить в человеческом облике, а другая была обречена существовать в форме монстра, уже показывал огромную разницу между их состояниями.

Однако это не означало, что у Цзян Ими не было своих желаний. Побочным эффектом полу-Падшего состояния была повышенная эмоциональная чувствительность. Она острее реагировала на определённые эмоции, а её стремление иметь друзей и получать заботу стало намного сильнее.

Бай У постепенно начал понимать смысл заметок в своём Оке. Эта девушка действительно балансировала между ангелом и демоном. Стоило ей полностью поддаться тьме, как она могла в одно мгновение превратиться в яростного зверя, несущего бедствия. Но если бы смогла противостоять желаниям, то уподобилась бы ангелу, способному полностью отречься от себя ради других.

Появление Человека в маске действительно спасало её, освобождая от чувства вины и помогая осознать, кто истинный злодей. Это дало Цзян Ими новую цель в жизни — месть.

— Я... хоть и не очень понимаю некоторые слова в твоей речи, но значит ли это... что исчезновения людей, несчастные случаи на самом деле не я устроила, что я... что я не проклятие? — с надеждой спросила она.

— Конечно, ты не проклятие, — мягко ответил Человек в маске. — У тебя есть болезнь, болезнь, которая приносит людям несчастья. Эту болезнь нельзя вылечить, в человеческой истории было много подобных примеров. Некоторые изолировали себя, чтобы не создавать проблем миру, а некоторые бегали по всему свету, стремясь заразить весь мир — вот они-то и были настоящим проклятием.

Он повернулся к Цзян Ими и проникновенно сказал:

— Перед лицом всеобщего осуждения и оскорблений ты не пала и не возненавидела этот мир. Одним этим ты уже превзошла большинство людей.

Цзян Ими широко раскрыла глаза, не пытаясь скрыть слёзы. Она так боялась, что стоит ей моргнуть, и человек перед ней вдруг исчезнет. И окажется, что всё это лишь сон, просто иллюзия, порождённая её чувством вины. Что она по-прежнему то проклятие, тот ненавистный всем монстр.

— Твоего учителя, старшего товарища и друга уже не спасти, — произнёс Человек в маске. — Пусть останутся здесь, сейчас забрать их бесполезно, да и можем спугнуть врага. У нас впереди ещё одна важная задача.

— Какая задача?

— Проникнуть в кабинет директора и найти его план.

Он продолжил объяснять:

— Доктор и директор — две фигуры, которые необходимо устранить. Один служит могущественной силе, той самой, что отметила меня. Если удастся разобраться с ним, это будет полезнее, чем устранение директора. Я немало потрудился, чтобы выманить его — поймал немало Падших и отправил в больницу для его исследований.

Бай У вспомнил — в документах Девятой больницы действительно упоминалось, что какой-то человек в маске доставлял туда Падших. Больше всего его поразил доктор, который в документах всегда писал о пациентах с позиции исследователя, располагал их по фамилиям от А до Я и давал им цифровые имена.

Теперь, вспоминая об этом, он понял, что стиль именования у этого доктора очень похож на Цзин И — Цзин Лю. «Доктор, Торговец, Путешественник... Похоже, этот доктор тоже служил силам Цзинов. Тогда Хунъинь ещё не была сильной, она постепенно поглощала страдания других Падших. Но доктор, возможно, сбежал из-за появления Человека в маске».

В голове Бай У словно щелкнул переключатель, и разрозненные кусочки головоломки наконец сложились в единую картину времени.

— А что насчет директора? — подала голос Цзян Ими.

— Это была марионетка, жертва чужого коварства. За всем стоял ученик моего давнего противника — человек с извращенным характером, находивший удовольствие в манипуляции другими. Он видел в школе идеальную почву для взращивания Падших. Ведь именно там, где неокрепшие души еще не успели сформировать твердые жизненные принципы, малейшее разочарование может вызвать глубокие перемены в характере. Такие души особенно уязвимы для превращения в Падших.

— Он умело опутал разум директора, продемонстрировав ему всю мощь сил Падших. При этом заключил с ним особую сделку: все Характеристики, которые директор получал после превращения в Падшего, становились доступны и самому кукловоду. По сути, он остался темной фигурой в тени, пока директор играл роль явного злодея на сцене.

«Теперь все встает на свои места», — пронеслось в голове Бай У. Раньше, слушая речи человека в маске, он полагал, что ученик и директор — одно лицо. Но теперь картина прояснилась: директор был всего лишь одним из учеников Каина.

Это открытие породило новый вопрос, и Бай У произнес его вслух:

— Если Каин — ученик моего давнего противника... то кто же тогда сам противник?

(Конец главы)