Глава 97.0

Что касается эмоциональной сферы, У Цзю, подобно Бай У, был довольно невосприимчив к собственным чувствам, но необычайно внимателен к переживаниям окружающих. Как Бай У заметил тайную влюблённость высокой девушки в У Цзю, так и сам У Цзю догадывался о чувствах, которые барышня Янь, похоже, питала к Бай У. С того момента, как ему удалось установить связь с Янь Цзю через половинку сердца, он понял, что какие-то слова Бай У в самолёте глубоко тронули эту девушку. Впрочем, Бай У определённо всё выдумал.

— У тебя нет парня. Он не твой парень. И тебе пора возвращаться.

К Янь Цзю У Цзю не испытывал ни малейшей симпатии — эта девушка была связана со слишком серьёзными семейными тайнами. Дочь Правителя Пятого уровня, способная чувствовать территории за пределами Башни и, возможно, даже имеющая какую-то загадочную связь с Падшими... От одной мысли об этом ему становилось не по себе. Изначально он предполагал, что столкнулся с очередным политическим скандалом, но реальность превзошла все его ожидания.

И хотя в конечном счёте во всём был виноват Каин, видя, как Янь Цзю сожалеет о нём, У Цзю едва сдерживал гнев. Ради спасения этого человека он чуть не потерял одного из своих лучших бойцов.

— Ах... значит, я снова должна вернуться в психиатрическую лечебницу? — произнесла девушка. — Почему меня спасаешь ты, а не мой парень? Кто ты ему, почему он отдал тебе морскую раковину?

Морской раковиной Янь Цзю называла ту самую половинку сердца.

— Пытаясь спасти тебя, он чуть не погиб снаружи, — холодно ответил У Цзю, — а когда вернулся в Башню, был тяжело ранен. И ты всё ещё хочешь, чтобы он пришёл спасать тебя?

Сердце Янь Цзю забилось чаще, она широко раскрыла глаза:

— Значит, он всё-таки любит меня и поручил тебе спасти меня только потому, что был тяжело ранен. Ах, теперь я понимаю!

У Цзю нахмурился, совершенно не понимая хода мыслей этой девушки. Может быть, проблема в том, как он выразился? Разве его слова не должны были упрекнуть её в том, что она приносит несчастья?

Лю Му стоял в полном недоумении, совершенно не понимая, как разговор принял такой оборот.

— Люди из гарнизона скоро будут здесь, давайте свяжемся напрямую с главой корпуса? — Лю Му достал телефон.

У Цзю молча кивнул. Хотя бойцы Корпуса расследований обычно имели более низкий статус, чем солдаты гарнизона, главы обоих корпусов были управляющими четвёртого уровня. Это состязание с Гарнизоном Башни, в конечном счёте, было противостоянием между двумя главами корпусов. Возможно, у Мин Чэ и других членов гарнизона хватило бы смелости перехватить У Цзю, но никто из них не осмелился бы связываться с главой Корпуса расследований Цинь Цзуном.

После получения ответа от Цинь Цзуна это состязание с гарнизоном можно было считать завершённым.

— Потрясающе, мы наконец-то одержали победу, — сказал Лю Му. — Глава корпуса приказал нам отвести барышню Янь прямо в психиатрическую лечебницу. В этот раз гарнизон будет усиленно охранять её.

У Цзю согласился с этим планом. Янь Цзю, слушая их разговор, безучастно моргнула. На самом деле всё шло именно так, как она и предполагала: без помощи Каина она вернётся в психиатрическую лечебницу. Но внезапно её охватило чувство глубокой подавленности.

— Если я вернусь в психиатрическую лечебницу, ты с ним придёте навестить меня? — спросила она. — Я хочу его увидеть...

Она, конечно же, говорила не о Лю Му. Тот понимающе пожал плечами и сознательно отступил на несколько шагов. Он всё ещё не мог понять, почему эта девушка разговаривает с У Цзю так фамильярно, словно пропустив первый этап социального взаимодействия. Впрочем, он и не хотел знать слишком много, особенно о делах Пятого уровня.

— Ты что-то не так поняла? — произнёс У Цзю. — Он не любит тебя.

— Ах, подожди минутку.

Янь Цзю полностью проигнорировала его слова и, словно внезапно что-то вспомнив, побежала к кладовой, которую наполовину разрушил гигант Каин. Когда она нашла тот рисунок, в её сердце что-то дрогнуло, но она не могла описать это чувство. Инстинктивно она снова указательными пальцами обеих рук слегка приподняла уголки губ, изображая улыбку.

— Нашла, — произнесла она, держа по рисунку в каждой руке.

Подойдя к У Цзю, она протянула рисунок из левой руки:

— Спасибо, это подарок тебе.

У Цзю не понимал, что происходит. Он взял рисунок и посмотрел на него — его лицо невольно смягчилось. На этом рисунке были изображены они с Бай У у входа в первый экономический салон, сражающиеся спина к спине. Детализация была потрясающей. Это было своего рода свидетельство их дружбы, и У Цзю, кажется, уже не так сильно недолюбливал Янь Цзю.

— Спасибо, но мне нужно тебя увести, — спокойно сказал он.

— О-о, хорошо, тогда передай ему и это, — Янь Цзю протянула рисунок из правой руки.

На втором рисунке был изображён Бай У, превратившийся в Падшего, расправивший свои изломанные костяные крылья и врезающийся в стену первого экономического салона. Рисунок был столь же детальным, на нём даже можно было разглядеть решительное выражение его лица.

— Никто никогда не делал для меня такого, — тихо произнесла она. — Когда я оставляла тот рисунок, я на самом деле не думала, что кто-то сможет разгадать загадку в нём, потому что ни отец, ни брат, ни другие члены семьи не особо любят меня. Они не хотят, чтобы я разговаривала с той женщиной, не хотят, чтобы я сочувствовала ей.

У Цзю внезапно понял, почему девушка влюбилась в Бай У. Раз Каин позволил Янь Цзю оставить подсказки к тому рисунку, например, указание улыбающегося лица в зеркале, значит, Каин признал, что Янь Цзю — человек, которого никто не любит.

Представьте, что в жизни есть такой человек, чудак с эмоциональными нарушениями, который что бы ни делали другие, никогда не улыбается, или чья улыбка всегда выглядит неестественной и нарочитой, с оттенком насмешки. Человек, чей образ мышления сильно отличается от обычных людей, кто может даже говорить странные вещи вроде того, что не все Падшие такие уж отвратительные. Особенно те люди, которые знали секреты семьи Янь, видя, что она не хочет прерывать связь с той женщиной-Падшей, наверняка ненавидели её ещё больше. Ведь за семьсот лет для семьи Янь женщина с распоротым животом, ставшая Падшей, возможно, стала своего рода проклятием.

Кто захочет полюбить такого человека?

Но Янь Цзю всё ещё мечтала о том, чтобы её кто-то полюбил, иначе она бы не оставила подсказку с номером района. На самом деле, даже если бы она прямо написала номер района, гарнизону было бы трудно представить, что подсказка, оставленная этой девушкой, никогда не покидавшей Башню, была номером района за её пределами. Она оставила её так осторожно, что само по себе это было проявлением униженности.

Возможно, когда никто действительно не пришёл бы её спасать, она могла бы обмануть себя: «Ах, дело не в том, что никто не пришёл меня спасать, а в том, что я оставила слишком неясную загадку».

Но в такой ситуации внезапно появился Бай У, который в самолёте наговорил кучу красивых слов, демонстрируя свои актёрские способности, и, сам того не желая, предстал в глазах этой девушки настоящим героем. У Цзю мог даже представить, что даже если бы Бай У действительно превратился в Падшего, девушка не отступила бы ни на шаг.

— Пойдём в психиатрическую лечебницу, — произнёс он.

— Мы ещё увидимся? — Янь Цзю смотрела на У Цзю широко раскрытыми глазами с безучастным выражением.

Сам не зная почему, У Цзю кивнул:

— Да, если снова будет опасно, в следующий раз пиши ответ более прямо.

Янь Цзю кивнула и, чтобы выразить свою радость, с тем же безучастным взглядом приподняла уголки губ указательными пальцами.

(Конец главы)