Глава 371.0

Когда уцелевшие в бывшей тюрьме Шуду, не понимая происходящего, уже готовились броситься в чёрный туман вслед за врагом, перед ними возник Линь Жуй. Этот человек, уже не раз спасавший их жизни, преградил всем путь и спокойно произнёс:

— Не преследуйте бегущего врага. Согласно расчётам старшего, сейчас самое время всем отдохнуть.

— И что, просто дать им уйти? Получается, я зря умирал? — возмутился Цянь Исинь, который очень опасался этих тварей. Ему пришлось умереть несколько раз, прежде чем удалось найти способ их одолеть, а теперь враг просто взял и сбежал — с этим было трудно смириться.

Юань Е испытывала схожие чувства — после того, как Пьяница несколько раз разнёс ей голову, гнев захлестнул её, и она жаждала взять реванш. К счастью, путь преграждал именно Линь Жуй.

Он стоял в центре площади, где некогда возвышалась каменная стела, теперь разрушенная. Все здания вокруг тоже лежали в руинах — такие мощные удары не пощадили даже постройки, защищённые правилами. Центр города Байчуань превратился в полнейший хаос.

— Не прикасайтесь к этим чёрным штукам. Им всё равно не уйти, — предупредил Линь Жуй.

— Что это такое?

— Можете считать это чем-то, что искажает удачу существ. В общем, просто поверьте мне — им не выбраться.

Две минуты назад Линь Жуй тоже беспокоился, что план старшего доверить Цзян Ими перехват может оказаться ненадёжным, но сама Цзян Ими была весьма уверена в себе. Она даже чувствовала некоторую неловкость.

— Что это? — спросил тогда Линь Жуй.

— Несчастье, — ответила она. — В последний раз столько несчастья высвободилось во время болезни слияния. Это уже за пределами того, что я могу контролировать. Всё, что я сейчас могу — это с трудом не дать ему распространиться в сторону школы.

— К каким последствиям это может привести? Выглядит впечатляюще. Хоть я всегда знал, что твоя сила особенная, но впервые вижу, как ты её используешь.

На самом деле Цзян Ими сама не знала точно, какие изменения произойдут в области, накрытой таким количеством несчастья, и что случится с Падшими, живущими в этом районе.

— Я и сама не знаю, что произойдёт, — призналась она, — но могу сказать наверняка: моя сила способна изменять некоторые правила, делая окружающие правила более искажёнными и деформированными.

— Страшно, но надёжно, — отметил Линь Жуй, который знал, что правила — это нечто, стоящее над многими силами. Даже ему приходилось строго соблюдать правила каждого района, а Цзян Ими могла искажать их — это уже было поистине пугающей силой.

— Похоже, старший тоже хотел это проверить? Такое чувство... что суть несчастья — в искажении причинно-следственных связей...

— Нет... не знаю, кажется, это уже чересчур.

Цзян Ими впервые использовала силу несчастья в таком масштабе. Она не осмеливалась даже предположить, что случится с теми, кто попал под её воздействие. Линь Жуй смотрел на неё и чувствовал, что она даже несколько ослабла.

Затем несчастье начало опускаться подобно чёрным облакам, преграждая путь всем. Линь Жуй удерживал охранников, молча ожидая. Если бы несчастье не остановило врагов, он придумал бы, как разобраться с ними самому. Но все почувствовали... некоторые ауры постепенно исчезали.

...

Западный район.

Все Падшие, притаившиеся в западном районе, внезапно почувствовали, как ночь сгустилась ещё сильнее. Недавно прошедшая мимо величественная армия начала наступление, но, к их удивлению, спустя всего около часа эти войска отступили обратно.

Древние говорили, что почернение межбровья предвещает кровавое бедствие. В глазах нейтральных Падших Байчуаня эти твари, прошедшие через какую-то чёрную туманную стену, словно были окутаны тёмной аурой. Падшие не осмеливались приближаться.

Хотя четверо командиров были равны по положению, Пьяница был сильнейшим из них. Он шёл впереди, держа свою булаву с волчьими клыками. Пройдя через этот чёрный туман, Пьяница всё время чувствовал какое-то беспокойство, но не мог понять его причину.

Только когда они с основными силами дошли до перекрёстка трёх дорог и заметили, что все местные Падшие держатся подальше, он разразился громким смехом:

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха...

Ледяная птица, которая без крыльев теперь передвигалась, как цыплёнок, подпрыгивая при ходьбе, не поняла:

— Ты чего смеёшься?

— Смеюсь над тем, что люди ничего особенного собой не представляют. Им понадобилось трижды использовать правило воскрешения, чтобы отбросить нас назад, да и то еле справились. Господин Кузнец считает этих людей хитрыми, но по-моему, они даже основ ведения боя не знают.

Крепость тоже не понимала:

— Почему?

— Будь я на месте этих людей, я бы устроил здесь засаду с двадцатью четырьмя железными всадниками. Это место куда удобнее для засады, чем центр города. Вот и всё, на что способны люди!

Ледяная птица и Крепость задумались — похоже, и правда так. В этот момент все очень устали, и если бы здесь действительно устроили засаду, наверное, их потери были бы огромны. Они решили продолжить отступление.

Но вскоре после слов Пьяницы вдалеке появилось десять полностью чёрных, окутанных туманом монстров. По очертаниям они напоминали гигантских людей, их тела были полностью покрыты чёрным слоем.

Это были нейтральные обитатели Байчуаня, изначально — жители этого района, более миролюбивые по характеру, чем другие Падшие. Но всего несколько минут назад, когда правила изменились из-за силы несчастья, эти Падшие тоже начали искажаться, претерпевая серьёзные мутации. Их прежде тщедушные тела стали огромными, а слабый характер — агрессивным.

Они услышали надменный смех, почувствовали странное волнение. Неизвестно почему, но они, недавно напуганные могущественными захватчиками, едва получив эволюцию, внезапно ощутили желание сражаться. Они больше не боялись этих захватчиков и даже решили, что разрушение зданий в округе как-то связано с ними.

Гнев требовал выхода, и тут как раз раздался насмешливый хохот Пьяницы. Этот смех, казалось, нёс в себе некое презрение, мгновенно выведшее из-под контроля уже бушующий гнев! Гигантские человекоподобные Падшие, окутанные чёрным туманом, в безумии бросились на отряд под предводительством Пьяницы.

Разведчики в отряде, почувствовав мощную ауру, начали кричать:

— Враги! Враги!

Эти слова заставили всех Падших, только что расслабившихся, мгновенно напрячься. Пьяница вздрогнул — неужели люди действительно устроили здесь засаду с монстрами? Не может быть такого невезения? Только сказал — и сразу получил по лицу?

— Прорываемся! Вперёд! — скомандовал он.

Измотанные захватчики вступили в бой с внезапно атаковавшими Падшими. Хотя сражение длилось недолго, всего несколько минут, но оказалось для захватчиков крайне тяжёлым — почти пятая часть Падших с Чёрного Золотого острова погибла в бою.

Ледяная птица, хоть и с ограниченной подвижностью, всё ещё могла убивать врагов своим ледяным дыханием. Крепость, изрешечённая и покрытая ранами, всё же оставалась непобедимой благодаря своим огромным размерам.

Пьяница размахивал булавой с волчьими клыками, и когда наконец разделался с последним гигантом, измождённые захватчики продолжили отступление. Внушительный отряд медленно отходил от района перекрёстка трёх дорог к заводскому району.

Добравшись до заводского района, Пьяница проверил ауры вокруг, убедился в отсутствии засады, его дыхание уже стало прерывистым:

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха... Как смешно, как же смешно!

Ледяная птица растерялась:

— Над чем ты теперь смеёшься?

— Смеюсь над тем, что вся хвалёная хитрость людей — пустой звук. Пусть мы только что и попались из-за своей беспечности, но они всё же недооценили нашу силу. А ведь если бы сейчас устроили здесь засаду, то наш отряд после предыдущего боя, хоть и прорвал окружение, но все измотаны до предела, и чтобы выбраться, пришлось бы потерять немало. Они всё-таки недостаточно умны!

Ледяная птица задумалась — вроде бы так, но что-то всё равно казалось неправильным? Она быстро поняла, что именно не так.

В ночной тьме перед всеми появился толстяк в монокле, с сигарой, в костюме, опирающийся на трость и в высоком цилиндре.

— Рабочие... мои рабочие день и ночь трудились не покладая рук, они зарабатывали мне деньги! Почему вы их убили?! — возмутился он.

Ледяной птице было очень странно — кто этот толстяк? Конечно, она не знала, что когда Сороконожка проходила через этот район, она встретила группу рабочих-Падших.

Хотя рабочие-Падшие погибли, хозяин завода выжил, и теперь он был в ярости. Когда правила мироздания исказились, его охватил гнев из-за потери рабочих — точнее, из-за потери богатства, которое они могли создать.

«Вы можете убить моих рабочих, но кто теперь будет зарабатывать мне деньги?» — думал он.

— Сверхурочные! Сверхурочные! Сверхурочные! Я заставлю вас работать сверхурочно вечно! И без всякой оплаты! — разъярённый лысый выплюнул сигару изо рта.

Пьяница рассвирепел, уже готовясь размахнуться булавой с волчьими клыками, чтобы разбить голову этому толстяку. Но в этот момент... многие Падшие в отряде начали двигаться в глубь завода, бормоча безжизненными голосами, словно ходячие мертвецы:

— Сверхурочные... Я хочу работать сверхурочно... Я хочу работать...

Сначала этот голос издавал один, потом всё больше и больше.

Ледяная птица в ужасе воскликнула:

— В этом месте очень странные правила! Быстрее прорываемся!

Пьяница тоже понял — похоже, в этом месте действовали какие-то правила промывки мозгов. Их суждения действительно оказались верны. Сороконожка ещё раньше заметила, что если оставаться здесь слишком долго, её подчинённые начинали переходить в заводской район и наслаждаться работой. Но тогда для этого требовалось определённое время.

А когда Пьяница и остальные проходили здесь, правила этого района из-за силы несчастья исказились и усилились. В сочетании с гневом заводского босса эти искажённые правила теперь действовали мгновенно!

Благодаря сильной воле Пьяница, Ледяная птица и часть Падших вырвались из этого района. Но большинство Падших, включая огромную Крепость, уже стали рабами заводского района.

На окраине западного района города Байчуань показалась шатающаяся фигура — это был Пьяница, в панике сбежавший с поля боя. Его некогда могучая аура теперь походила на рваное полотно, а из груди вырывалось тяжёлое дыхание. Рядом с ним, прихрамывая, брела Ледяная птица, которая никогда не могла себе представить, что однажды ей придётся преодолевать такие расстояния пешком вместо того, чтобы парить в небесах.

Их некогда грозная армия захватчиков понесла сокрушительные потери: двадцать процентов пало в центре города, ещё столько же — у развилки, а в промышленной зоне они лишились тридцати процентов своих сил. Жаба нашла свою смерть от руки Кэ Эра, а крепость, получив тяжёлые раны и утратив волю к сопротивлению, поддалась коварному влиянию завода.

Из четырёх прославленных военачальников двое уже не увидят следующий рассвет, а выжившие пребывали в столь жалком состоянии, что от их былого величия не осталось и следа. От могучей армии, отправившейся на покорение города Байчуань, уцелела лишь жалкая треть.

Но даже в этой беспросветной ситуации забрезжил луч надежды — они достигли окраины западного района. Теперь достаточно было совершить последний рывок, покинуть этот проклятый город, и долгожданная безопасность станет реальностью.

Эта мысль настолько воодушевила Пьяницу, что он разразился громким смехом:

— Хахахахахаха... люди в конце концов...

— Да заткнись ты, придурок! Нашёл время ржать, чтоб тебя! — в ярости прошипела Ледяная птица.

«Неужели этот Пьяница — предатель? Его смех — сигнал к атаке? Или он просто ходячий бог неудачи?» — пронеслось у неё в голове.

Пьяница на мгновение растерялся, но тут же осознал весь ужас ситуации. Ведь оба раза его смех словно притягивал сильнейших врагов, и каждый раз расплата следовала незамедлительно. Казалось, его удача достигла такого дна, что дальше падать уже некуда.

Поэтому он мгновенно посерьёзнел и произнёс с нарочитой торжественностью:

— Мы непременно вернёмся к вождю...

— Просто заткнись! — рявкнула Ледяная птица. Будь у неё сейчас крылья, она бы уже вбила в этого болтуна немного здравого смысла.

Но существуют вещи, неподвластные простой логике "не трогай — и тебя не тронут". Когда измождённые беглецы собрались продолжить путь, земля под их ногами содрогнулась.

В искажённом мире за пределами Башни даже стихийные бедствия не подчинялись привычным законам природы, превращаясь в нечто намного более ужасное, чем можно себе представить. Температура здесь могла подниматься выше семидесяти градусов, а кислотные дожди не просто разъедали всё вокруг — они обжигали, словно кипяток. Торнадо раздирали само пространство, а чудовищные цунами могли перевернуть целый остров, как детскую игрушку.

Землетрясение тоже подверглось искажению. Находившийся вдалеке Цзин У Кузнец только успел почувствовать ауру основных сил, как мощная вибрация сотрясла окраину западного района. Вопреки ожиданиям, толчки не распространились дальше — в этом искажённом мире даже стихия играла по своим правилам. Разрушительная сила сконцентрировалась в одной точке, превратив обширную территорию в бездонную пропасть.

Ледяная птица, Пьяница и все оставшиеся захватчики рухнули в эту бездну, а западный район словно перевернуло вверх дном. Огромные валуны, поднятые искажённой силой, зависли в воздухе, а затем с пугающей точностью обрушились вниз. Казалось, будто сама смерть спустилась с небес, вырыла гигантскую могилу и теперь методично засыпает её, погребая обречённых под толщей камня и земли.

Пьяница, Ледяная птица и все их соратники оказались заживо погребены под землёй. Может быть, их тела уже превратились в кровавое месиво, а может, они ещё цеплялись за последние искры жизни, но одно было ясно — покинуть этот город им уже не суждено.

Сила несчастья поистине огромна, хотя одной лишь разрушительной мощи может быть недостаточно, чтобы уничтожить таких могущественных Падших, как Пьяница и Ледяная птица. Но истинный ужас Судьбы кроется в её коварстве — она всегда наносит удар именно тогда, когда жертва не способна дать отпор.

Убежище города Байчуань одержало блистательную победу во второй крупной битве против сил вторжения Чёрного Золотого острова! Некогда грозная армия захватчиков — четыре легендарных полководца и бесчисленные легионы Падших — была полностью уничтожена!

...

...

В школе Байчуань, в командном центре учебного корпуса, белые шелкопряды тихо переговаривались:

— Эта девочка... как же мы её недооценивали. Семьсот лет она тихо находилась здесь... не обрекла нас на неестественную смерть, лишь молча боролась со своей судьбой стремления без достижения. Теперь понятно... мы должны быть благодарны ей...

Бай У с трудом сдержал улыбку. Вот оно — торжество компромисса! Раньше все учителя и ученики видели в Цзян Ими лишь источник несчастий, считая, что само её присутствие в школе навлекает беды. Но стоило им узнать, что она способна не просто "открыть окно", а сорвать целый потолок, как прежние её "проступки" вдруг показались им сущей мелочью.

— Вполне естественно сомневаться в собственных силах, — заметил Бай У. — Вы должны хорошо её знать — Цзян Ими очень добрая.

Белые шелкопряды не стали возражать.

— Что будет дальше? — спросили они после паузы.

— Цзин У теперь ещё больше впечатлён нашей мощью, но не это заставляет его опасаться. Его тревожат чужаки — будь то силы острова Жёлтых источников или другая сила уровня Колодца. Он будет выжидать, пока не прибудут люди с острова Жёлтых источников. Считайте это перерывом между раундами битвы. Первый тайм остался за нами.

Бай У ненадолго замолчал, а затем продолжил:

— Во втором тайме лучшим для нас исходом будет, если противник бросит силы острова Жёлтых источников на верную смерть, сам оставаясь в тени.

— А худший исход? — встревоженно спросили белые шелкопряды.

Лицо Бай У стало предельно серьёзным:

— Худший исход... это если Цзин У и силы острова Жёлтых источников нападут одновременно. Тогда мы...

— Что тогда с нами будет?

— Нас жестоко потреплют... если только... кто-то не появится на сцене раньше времени.

(Конец главы)