Пятый магазин

Место для ужина выбрала Шэнь Сысы. Заведение находилось в центре города и называлось «Небесный сад».

Лу Яо проверила по телефону — средний чек там превышал четырехзначную цифру. Это был элитный ресторан, славящийся своей уединенной атмосферой и изысканной кухней.

Узнав, где они будут есть, Фу Чи на какое-то время загадочно замолчал.

— Тебе там неудобно? — спросила Лу Яо.

Фу Чи покачал головой:

— Нет.

-

Шэнь Сысы назначила встречу на семь вечера, так как днем у нее были дела. Однако она управилась раньше срока, а поскольку они с Лу Яо давно не виделись, девушка быстро собралась и приехала в «Небесный сад» заранее.

Забронированный ею столик находился у окна: с наступлением темноты стоило лишь поднять взгляд, чтобы насладиться сияющей ночной панорамой Яогуана.

Вскоре после того, как Шэнь Сысы заняла свое место, одновременно подошли продюсеры Чэнь Юйтун и Дуань Чжэнцзя.

Эти двое были ее хорошими друзьями в индустрии. Когда Лу Яо связалась с ней, девушка сразу же подумала о них.

Спустя еще минут десять появилась Сюй Сыцин. Шэнь Сысы изначально ее не приглашала, так как они были не особо близки.

Шэнь Сысы звала другую знакомую, коллегу Сюй Сыцин, но ту внезапно отправили в командировку. Не сумев прийти, она порекомендовала вместо себя Сюй Сыцин. Шэнь Сысы не расстроилась из-за отказа подруги и даже сказала, что замена не требуется. Однако прошлым вечером Сюй Сыцин сама вышла на связь, заявив, что коллега предложила ей присоединиться к ужину.

После таких слов Шэнь Сысы было неудобно отказывать. Сюй Сыцин было около сорока; по сравнению с Шэнь Сысы, а также Чэнь и Дуанем, она была значительно старше. У нее отличались взгляды на жизнь, она работала в другой сфере, и даже манера общения и поведение были совершенно иными.

Взять хотя бы этот случай: хоть встреча и предполагала обсуждение дел, по сути это был приватный ужин для своих. А Сюй Сыцин не только заявилась сама, но и привела с собой спутника — популярного молодого актера Ся Чжии.

Внезапное появление малознакомого человека и без того вызывало у Шэнь Сысы дискомфорт, а она и подумать не могла, что Сюй Сыцин притащит с собой еще и звезду. Едва войдя, Ся Чжии снял маску и кепку, чем немало удивил официанта.

Их столик располагался в углу у окна и был отделен живыми растениями — тихое местечко, идеально подходящее для деловой беседы за едой. Но теперь сохранить приватность не представлялось возможным.

С тех пор как в первой половине года выстрелил сериал с участием Ся Чжии, его карьера шла в гору, а популярность в сети била рекорды. После удивленного возгласа официанта многие посетители обернулись в их сторону.

Обеденная зона «Небесного сада» имела полуоткрытую планировку: приватность здесь присутствовала, но весьма условная. Лицо Шэнь Сысы помрачнело. Ся Чжии почувствовал легкую неловкость, однако отказываться от подвернувшегося шанса не собирался.

Услышав от Сюй Сыцин о небольшой встрече «для своих», где соберутся хоть и немногие, но весьма известные в индустрии продюсеры, Ся Чжии тут же загорелся этой идеей.

Сюй Сыцин, в свою очередь, слышала лишь о том, что Шэнь Сысы хочет представить какую-то подругу, и логично рассудила, что та просто хочет влиться в их тусовку. Ся Чжии был артистом ее компании и сам изъявил желание завести полезные знакомства, так что причин отказывать ему у нее не нашлось.

Возникла неловкая пауза, но Шэнь Сысы подавила раздражение и не стала устраивать сцену. Она предложила всем заказать чай, попросила принести еще закусок, и завязалась непринужденная беседа.

— Я раньше почти не слышала от тебя об этой госпоже Лу, — произнесла Чэнь Юйтун.

— Да, мы некоторое время не общались, — отозвалась Шэнь Сысы. — Когда она на днях вдруг объявилась, я аж испугалась. Решила, что стряслось что-то серьезное, а она просто сообщила, что открыла частный кинотеатр.

Шэнь Сысы и вправду была ошарашена: кто бы мог подумать, что Лу Яо бросит свой маникюрный салон и втихую откроет кинотеатр. Правда, на ее профессиональный взгляд, у простого человека в этом бизнесе не было особых перспектив — уж лучше бы и дальше ногти пилила. Но раз уж связь прервалась и восстановилась только сейчас, читать нотации было поздно. Лу Яо нуждалась в помощи, и Шэнь Сысы собиралась сделать все возможное.

Сюй Сыцин слегка раздраженно фыркнула:

— Что-то твоя подруга слишком много о себе мнит.

Шэнь Сысы бросила взгляд на телефон — до семи оставалось еще двадцать минут.

— Семи еще нет. Она только что написала: на дороге пробки, так что немного задержится.

Сюй Сыцин скрестила руки на груди, нервно барабаня пальцами по предплечью. Затем она резко повернулась и указала подбородком на сидящего рядом парня:

— Ся Чжии, все же его знают? Он только что закончил съемки в новом проекте. Если у вас есть на примете подходящие сценарии, можете дать ему шанс попробовать.

Ся Чжии с улыбкой поднялся и поднял бокал, приветствуя собравшихся. Шэнь Сысы шумно выдохнула, едва сдерживаясь, чтобы не закатить глаза. Ладно еще притащить звездульку на закрытые посиделки для своих, но пытаться перетянуть одеяло на себя, пока главная гостья даже не пришла — это уже ни в какие ворота. Ее терпение было на исходе.

Лу Яо и Фу Чи вышли из лифта и по застекленной галерее направились ко входу в «Небесный сад». Заметив девушку, дежуривший у дверей официант тут же шагнул навстречу, чтобы поприветствовать её, но, увидев за её спиной Фу Чи, слегка опешил.

Фу Чи едва заметно покачал головой, продолжая держаться позади спутницы. Официант всё понял и молча пошел вперед, показывая дорогу. Лу Яо тем временем незаметно осматривалась.

Интерьер ресторана оказался весьма любопытным: прозрачные стеклянные перегородки в сочетании с живыми растениями создавали полузакрытые, стильные зоны. Правда, обилие зелени в помещении чревато появлением насекомых, а уж открывать ресторан прямо посреди таких зарослей… Владелец явно был человеком с фантазией и не боялся трудностей.

Обогнув пышный куст цветущей розовой плетистой розы, Лу Яо сразу заметила Шэнь Сысы. Скользнув взглядом по компании, она с удивлением обнаружила еще одно знакомое лицо. Люди сидели за столом и увлеченно о чем-то беседовали.

Шэнь Сысы заметила подругу лишь когда та подошла вплотную, и, поднявшись, махнула рукой:

— Лу Яо, мы здесь!

Услышав это имя, Ся Чжии на мгновение замер. Он повернул голову, и хмель от выпитого алкоголя, согревавший его еще секунду назад, мгновенно испарился. Юношу бросило в холодный пот. Как это может быть она?

Лу Яо заняла свободное место и мимоходом представила своего спутника:

— Это Фу Чи, мой коллега. Сегодня он составил мне компанию.

Она заранее предупреждала Шэнь Сысы, что придет не одна.

Вот только Шэнь Сысы никак не ожидала, что этим загадочным коллегой окажется сам Фу Чи. Знаменитый старший молодой господин корпорации Фу! Кто в высшем обществе Яогуана не знал этого имени? Ходили слухи, что после несчастного случая за границей у него случился нервный срыв, и теперь он тайно проходит лечение в Санатории. Никто и представить не мог, что он, оказывается, даже не покидал город.

Чэнь Юйтун и Дуань Чжэнцзя тоже были поражены. Они переводили взгляды с Лу Яо на Фу Чи, силясь понять, что связывает эту парочку, и предвкушая, что ужин обещает быть крайне занимательным.

С того момента, как новоприбывшие сели за стол, Ся Чжии не проронил ни слова. Лу Яо обменялась со всеми любезностями, затем они сделали заказ и приступили к трапезе — всё шло своим чередом.

Фу Чи искренне удивлялся: казалось, владелице совершенно не требовалась его помощь. Лишь когда ужин подошел к концу, Лу Яо перешла к делу.

Сытые и довольные, собеседники успели немного узнать друг друга, поэтому разговор о бизнесе потек легко и непринужденно. Чэнь Юйтун и Дуань Чжэнцзя прониклись к девушке симпатией и обменялись с ней контактами.

Сюй Сыцин несколько раз тщетно пыталась вернуть внимание к Ся Чжии. Наконец, она покосилась на Лу Яо:

— А какие отношения связывают госпожу Лу и президента Фу?

Лу Яо изобразила на лице искреннее недоумение:

— Простите, я не знаю никакого вице-президента.

Сюй Сыцин насмешливо скривила губы:

— Вы не знаете президента Фу, который сидит прямо рядом с вами?

Фу Чи чуть согнул пальцы и опустил бокал с вином, намереваясь вмешаться. Но Лу Яо, не меняясь в лице, скользнула взглядом по Ся Чжии:

— Господин Ся, давно не виделись.

Актер мгновенно вскочил и дрожащим голосом выдавил:

— Г-госпожа Лу…

— Оставьте эти церемонии, присаживайтесь, — осадила его девушка.

Ся Чжии в страхе опустился обратно на стул. Лицо Сюй Сыцин резко изменилось:

— Вы знакомы? Что вас связывает?

Уголки губ Лу Яо слегка дрогнули в усмешке. Она вновь посмотрела на юношу:

— Доводилось однажды пересекаться.

В памяти Ся Чжии всплыли события нескольких месяцев давности: не успел он прославиться, как узнал, что дни его сочтены. Не желая мириться с судьбой, он нашел на форуме способ купить Кольцо Иллюзий. Он даже питал абсурдные надежды подкупить администратора Парка, чтобы тот помог ему пройти игру и продлить жизнь. В итоге в день передачи кольца местный НИП напугал его до полусмерти. Даже сейчас при одном лишь воспоминании об этом у него подкашивались ноги.

И тем самым администратором была девушка, сидевшая сейчас прямо перед ним. Он-то думал, что они больше никогда не встретятся. Ся Чжии опустил голову и искренне произнес:

— Госпожа Лу, простите за то, что произошло сегодня.

Сюй Сыцин с недоверием уставилась на них, совершенно не понимая, что происходит, а в следующую секунду едва не взорвалась от гнева. Лу Яо же с невинным видом добавила:

— Не нервничайте так, я просто поздоровалась.

«И чего ты так испугался?»

Однако Ся Чжии больше не мог усидеть на месте. Он поспешно поднялся:

— Прошу прощения за беспокойство, госпожа Лу. У меня появились срочные дела, так что я, пожалуй, пойду.

Сюй Сыцин лишилась дара речи:

— …

Шэнь Сысы, Чэнь Юйтун и Дуань Чжэнцзя переглянулись. Да что здесь, черт возьми, происходит?

Фу Чи с легкой досадой молча поднял бокал и сделал глоток. Сфера интересов владелицы, похоже, была куда шире, чем он мог себе представить. И ему тут явно не находилось применения.

— И правда хозяйка! А я-то думаю, голос очень знакомый, — внезапно из-за зеленой стены вышел юноша. Заметив Лу Яо, он расплылся в радостной улыбке, обвел взглядом присутствующих и снова посмотрел на девушку: — А почему только ты и брат Фу? Где молодой господин Цзи?

Сидящие за столом подняли головы — и снова знакомое лицо. Этим юношей оказался Ло Хуань. На его счету числилось немало ролей и несколько весьма достойных проектов. Чэнь Юйтун как раз недавно с ним работала, так что они знали друг друга. Но о чем это он говорит? Неужели о том самом старшем молодом господине из клана Цзи?

Лу Яо с улыбкой поздоровалась в ответ:

— Чжисинь взял отпуск и вернулся в Тяньцзи. Ты тоже пришел сюда поужинать?

Чжисинь. Тяньцзи. Этих двух кодовых слов было более чем достаточно, чтобы все окончательно убедились: речь идет именно о наследнике клана Цзи.

Оказалось, Ло Хуань ужинал здесь вместе с матерью и никак не ожидал встретить Лу Яо. Перекинувшись с ней парой фраз, он попрощался, пообещав на днях заглянуть в гости. Чэнь Юйтун и Дуань Чжэнцзя вновь переглянулись — объем полученной за этот вечер информации явно зашкаливал.

Внезапное появление Ло Хуаня немного разрядило обстановку за столом. После позорного бегства Ся Чжии Сюй Сыцин словно в рот воды набрала. Оставшись, она оказалась никому не нужной, а уйти в одиночестве было бы слишком унизительно. Повиснув в этом подвешенном состоянии, она чувствовала себя крайне скверно.

Бросив взгляд на часы, Лу Яо поняла, что время позднее. Она попрощалась со всеми, собираясь уходить. С Сюй Сыцин под боком нормального разговора все равно бы не вышло — лучше потом обсудить дела с Чэнь Юйтун и Дуанем с глазу на глаз.

Остальным же казалось, что за этот ужин они вдоволь наелись сплетен, разжившись эксклюзивом, который еще даже не успел просочиться в индустрию. Кто вообще такая эта подруга Шэнь Сысы? Ладно еще семья Фу, но тут ведь и клан Цзи замешан!

Раз Лу Яо собралась уходить, остальные тоже начали подниматься, намереваясь покинуть ресторан вместе. Девушка и Шэнь Сысы потянулись за кошельками, но им сообщили, что босс заранее распорядился не брать с них денег. Владельцем «Небесного сада» оказался Фу Чи.

«…» — мысленно протянула Лу Яо.

Неудивительно, что у официанта на входе было такое странное выражение лица.

Из-за заминки со счетом компания немного задержалась у входа. Шэнь Пинцзинь, как раз закончив свой ужин, столкнулся с ними в дверях. Заметив его, Шэнь Сысы радостно подбежала:

— Брат, ты уже освободился? Я поеду с тобой!

Лу Яо удивилась — этого человека она тоже видела. Так он, оказывается, брат Шэнь Сысы. Поистине, мир тесен. Шэнь Пинцзинь поднял глаза и, заметив Лу Яо, обошел сестру и остановился прямо перед ней:

— Госпожа Лу.

— Вы меня помните? — слегка опешила девушка.

Шэнь Пинцзинь посмотрел на нее с выражением «вы что, шутите?»:

— Такого выдающегося человека, как вы, госпожа Лу, увидев однажды, забыть невозможно.

Шэнь Сысы подозрительно прищурилась:

— Брат, ты тоже знаешь Лу Яо?

Девушке оставалось лишь неловко улыбаться.

Выйдя из «Небесного сада», Фу Чи отвез Лу Яо обратно на торговую улицу. По дороге домой девушка успела утвердить контракт с Чэнь Юйтун на покупку фильма о молодежи. Оставалось лишь уладить формальности, выпустить картину в официальный прокат в кинотеатре, и задание будет выполнено.

Проводив взглядом Лу Яо, скрывшуюся в маникюрном салоне, Фу Чи постоял немного, затем развернулся и прошел чуть дальше по улице, остановившись перед закусочной. Лу Яо знала Шэнь Сысы, была знакома с Шэнь Пинцзинем и даже с тем актером. Причем и Шэнь Пинцзинь, и Ся Чжии вели себя по отношению к ней довольно странно. Хозяйка скрывала слишком много тайн.

Фу Чи невольно вспомнил о Ци Чэне. Действительно ли он прячется в этом заведении? Почему члены клана Цзи говорят об этой лавке с такой опаской? Подойдя ближе к закусочной, мужчина медленно вдохнул и осторожно постучал в дверь. Никто не ответил. Какой же мир скрывался за фасадом этого маленького магазинчика?

Простояв так долго, что носки пропитались ночной сыростью, а колени онемели, Фу Чи размял затекшие лодыжки и побрел обратно к машине. Вернувшись к себе, он долго ворочался в постели, но так и не смог заснуть. Наконец он нащупал телефон, сел и набрал номер. Трубку сняли лишь после нескольких гудков.

— Алло, — раздался сонный голос.

— Ци Цзюэ, это Фу Чи, — произнес он. — Ты знаешь Лу Яо?

-

В воскресенье днем Цзи Чжисинь вернулся на торговую улицу. Цзи Фэйжун изначально планировала поехать с ним, но из-за навалившейся работы не смогла вырваться. Несколько дней в Тяньцзи хоть и назывались отпуском, но парень ни минуты не сидел без дела. Связавшись со старыми друзьями и задействовав связи, он по весьма выгодной цене приобрел авторские права на фильмы, которые ранее приглянулись Лу Яо.

За день до отъезда из Тяньцзи он вычистил ряды клана Цзи от «паразитов», отказался от предложенной старейшинами власти и в одиночестве сел на самолет до Яогуана. Вернувшись в комнату для рыбалки «Магазинчика пушистиков» и взяв на руки Билетика, который, казалось, стал еще толще, он почувствовал невероятную легкость. Как ни крути, здесь ему было комфортнее всего.

Цзи Чжисинь связался с профессиональной командой постпродакшна, но те ответили, что сейчас загружены работой и пока не могут взяться за новый проект. Получив эти известия, Лу Яо не стала настаивать и просто опубликовала в интернете объявление о найме сотрудников.

-

Три дня спустя Фу Чи передал Лу Яо отснятый рекламный ролик. Выкроив минутку, девушка спряталась в подсобке, чтобы отсмотреть материал.

На экране брезжил рассвет. В тусклом свете свечей под звон посуды в воздух поднимался густой пар, а по кухне разносились зычные окрики шеф-поваров. Поварята драили столы и мыли овощи, мастера перетирали чайные листья, заваривали чай и лепили сладости… На заднем дворе чайной «Чуньси» кипела жизнь.

С протяжным скрипом распахнулись массивные красные деревянные двери главного входа, впуская свет в просторный зал и на второй этаж. В кадре появился юноша из Цзяннани. Выходец из благодатного края рек и озер обладал благородной внешностью и манерами, мягкими, как драгоценный нефрит.

Мерно обмахиваясь складным веером, он неспешно шел по улице со светящимся взглядом. Внезапно раздались тихие, печальные звуки цитры. Юноша замер, обернулся, и его взгляд упал на внушительную вывеску чайной «Чуньси». Сложив веер, он развернулся и шагнул внутрь.

На верхнем этаже молодой человек в лазурных одеждах играл на цитре. Мелодия лилась меланхоличная, полная глубокого смысла. Сын богатого купца из Цзяннани и одинокий музыкант прониклись друг к другу симпатией с первого взгляда, признав друг в друге родственные души. Когда мелодия стихла, гость с юга лично налил музыканту чай. Цитра нашла слушателя, чай скрепил дружбу.

-

Сцена сменилась. Наступил новый день. Юноша из Цзяннани ждал музыканта в чайной, когда там как раз кто-то предложил решить шахматную задачу. Он долго наблюдал за происходящим, но никто так и не смог разгадать головоломку. Ему это тоже оказалось не по зубам. Мужчина уже начал скучать, как вдруг сложную позицию с легкостью распутала девчушка в розовом платье.

Заинтригованный, юноша, сам не понимая почему, пригласил незнакомку подняться наверх и сыграть партию. Сцена их игры была смонтирована просто виртуозно. После съемок Ван Шэн и Чэнь Ляньлянь переживали, что этот эпизод получился слишком откровенным, и проскользнувшая между ними искра будет выглядеть непристойно.

Но стоило признать: у режиссера Фу было отменное чувство прекрасного. При съемке с нескольких камер накопилось много материала, и во время монтажа крупные и общие планы постоянно чередовались, а ходы на доске переплетались со взглядами и мимикой актеров.

По мере развития партии лица героев менялись: напряжение нарастало слой за слоем, пока в финале не достигло эмоционального пика. Ожесточенная битва на шахматной доске была лишь ширмой, скрывающей истинную суть — метафору зарождающихся чувств.

В этой сцене не прозвучало ни одной лишней реплики — атмосфера создавалась исключительно за счет картинки, игры света и тени, а также отдаленных звуков цитры на заднем фоне. Готовый эпизод кардинально отличался от того, как он выглядел на съемочной площадке. Тонко, сдержанно и невероятно эстетично. По окончании игры юноша налил красавице чаю. Достойный соперник в игре, чай как символ тоски.

-

Настал другой день. Музыкант с инструментом в руках пришел в чайную повидаться с другом, но рядом с юношей из Цзяннани уже сидела красавица. Искренне радуясь за товарища, музыкант лично заварил для них чай. По тому, как он управлялся с чайной утварью, девушка в розовом вдруг поняла, что перед ней, кажется, ее старший брат.

Здесь раскрывалась истинная причина, по которой юная дева в одиночку покинула дом и отправилась в столицу — она искала давно пропавшего родственника. Воссоединение брата и сестры стало истинным благословением небес. Троица уселась вокруг низкого столика, распивая чай и весело болтая до глубокой ночи. Чувства преодолевают тысячи ли, а чай рассеивает печаль.

Так чайная тема тонкой нитью связала все три сцены воедино.

Мелодия, часто звучавшая в ролике, была исполнена лично Сюань Ли на высочайшем уровне. Вдобавок великолепные внешние данные Ван Шэна, Сюань Ли и Чэнь Ляньлянь делали видео настолько притягательным, что Лу Яо пересматривала его снова и снова, и ей совершенно не надоедало. Убедившись, что всё безупречно, она позвала Лэ Ханя взглянуть на результат.

Увидев готовый ролик в подсобке, Лэ Хань молча прокрутил его не меньше дюжины раз. Даже выходя из кинотеатра, он все еще пребывал в прострации. Честно говоря, во время съемок он неотлучно присутствовал на площадке. Тогда процесс казался ему лишь забавной диковинкой, и он помыслить не мог, что из тех разрозненных, странных кусочков получится такой шедевр.

Не в силах описать бушующие внутри эмоции, Лэ Хань вернулся в чайную, молча вынес роскошную этажерку для закусок в форме птичьей клетки и провел весь день у окна, попивая чай. А посреди ночи он внезапно проснулся от непреодолимого желания помчаться в кинотеатр к Лу Яо, чтобы договориться о продлении сроков проката рекламы.

Съемки обошлись ему в пятьсот таэлей серебра, не считая гонораров трех актеров. Трансляция в кинотеатре оплачивалась отдельно. Существовало два варианта размещения: на большом экране перед входом (двадцать таэлей в день) и на малых экранах в зрительных залах перед началом сеансов (пятьдесят таэлей в день за все экраны сразу).

Лэ Хань подписал с Лу Яо контракт на двадцать дней проката на внешнем экране. И теперь эта мысль не давала ему покоя даже во сне. Реклама, созданная кинотеатром, пришлась ему по душе. Пятьсот таэлей ушло на производство, еще четыреста — на трансляцию, и всё это ради жалких двадцати дней? Как ни посмотри, сделка казалась ему невыгодной.

Мужчина поднялся с кровати, накинул халат и подошел к окну. Распахнув створки, он оперся на подоконник. На улице стояла кромешная тьма, лишь на небе слабо мерцало несколько звезд. Прохладный ветер обдувал лицо, но так и не смог остудить его разгоряченную голову. Ему нужно было срочно найти Лу Яо и продлить контракт как минимум на три месяца! Сколько еще ждать до рассвета?

-

— Разве это не актеры из сада «Байсян»? Как они оказались на светящейся стене кинотеатра?

— Это еще не все! Там дальше куртизанка из павильона «Цзинхун»! До чего же она прекрасна!

— Чайная «Чуньси»? Вслед за «Юйгуйчжай» теперь показывают чайную «Чуньси»?

Ранним утром у дверей кинотеатра вновь собралась толпа горожан. Как и всегда, проходя мимо, они по привычке бросали взгляд на экран, но на этот раз увидели кое-что новенькое.

На стеклянной стене красовалась вывеска чайной «Чуньси», за которой последовало неописуемое визуальное пиршество. В кадре появились Сюань Ли и Ван Шэн из сада «Байсян». Лишенные привычного густого сценического грима, облаченные в простые, неброские одежды, они предстали во всей своей утонченной, благородной красоте, от которой просто невозможно было оторвать глаз.

Появление Чэнь Ляньлянь и вовсе произвело фурор: даже без роскошных нарядов и сияющих драгоценностей куртизанка оставалась невероятно красивой. А сцена шахматной партии между Ван Шэном и Чэнь Ляньлянь тут же разлетелась по городу слухами.

Простые обыватели вряд ли понимали, почему при виде этого фрагмента их сердца начинали биться чаще, а глаза не могли оторваться от экрана. Но интуитивное восприятие эмоций и тяга к романтике заложены в человеческой природе.

Вход был плотно оцеплен толпой. На углу улицы бок о бок припарковались два экипажа: повозка с синими шторами и роскошная карета, украшенная ароматическими шариками. Ван Шэн и Сюань Ли теснились у окошка, издалека наблюдая за кинотеатром — они сами еще не видели готовую рекламу.

Чэнь Ляньлянь сидела в своей карете как на иголках, нервно теребя в руках шелковый платок. Выйти наружу она стеснялась, а толпа зевак всё никак не расходилась. В конце концов ей не оставалось ничего иного, кроме как отправить Сяо Тао на разведку, чтобы та хоть одним глазком взглянула на результат.