Второй магазин

Карлос вышел из императорского дворца и направился прямиком в Святой Храм. Отослав сопровождавших его рыцарей, он проследовал по тихой, безмятежной галерее в самые недра здания.

— Хнык-хнык… у-у… хнык-хнык…

Остановившись перед гигантскими священными вратами, Карлос еще не успел войти, как услышал жалобные всхлипы.

Стоило ему толкнуть створки, как светильники из магических камней вспыхнули все разом. Мрачный зал в одно мгновение озарился светом, ярким как день, и Великий жрец шагнул внутрь.

Всхлипы на секунду затихли, а затем раздались с удвоенной силой.

Уголки губ Карлоса едва заметно дрогнули в подобии улыбки, и он прошел в самый конец зала.

На вершине постамента, сложенного из белого магического камня, стояла золотая птичья клетка.

В каждый ее прут было вправлено по несколько магических самоцветов. Сливаясь воедино, они образовывали сложный магический массив, надежно удерживающий пленников внутри.

В этой роскошной золотой клетке на качелях сидела рыцарь фейри Мелулу и горько плакала.

Крупные слезы градом катились на пол, так что вокруг клетки уже натекла изрядная лужа.

Услышав шаги вошедшего Карлоса, фейри украдкой скосила на него огромные, похожие на мандарины глаза и зарыдала еще истошнее.

Пусю, трепеща прозрачными крылышками, кружил вокруг Мелулу. Его изящные брови сошлись на переносице, а лимонно-желтые глаза были полны безысходности:

— Мелулу, ты же сейчас выжмешь себя досуха и превратишься в старуху.

Мелулу свирепо зыркнула на него, закрыла лицо маленькими ручками и принялась рыдать с еще большим усердием.

Карлос, уже подошедший к птичьей клетке, откинул полы мантии, уселся на ступени и произнес низким голосом:

— Пусю прав, будешь и дальше так реветь — точно состаришься.

Мелулу вспорхнула с качелей, вздернула подбородок и громко обвинила его:

— Так выпусти нас отсюда, ты, самозванец!

Пусю тоже подлетел поближе и со всей серьезностью уставился на мужчину:

— Порождение зла, мы никому не расскажем о тебе. Пожалуйста, отпусти нас, хорошо?

Маленькие фейри были ростом не больше большого пальца человека. Задрав крошечные личики, они изо всех сил старались говорить громче. На щеках Мелулу еще блестели дорожки слез, а Пусю хмурился, хотя и сохранял вежливость.

Карлос приоткрыл веки. В его рубиновых, лишенных всякого блеска глазах читалось равнодушие.

— Отпустить вас? Что ж, это вполне осуществимо, — холодно отозвался он.

Во взгляде Пусю вспыхнула радость:

— Правда? Ты и впрямь готов нас выпустить?

Мелулу лишь настороженно разглядывала жреца, не спеша подавать голос.

— Его Величество поручил вам одно задание, и я дал согласие, — продолжил Карлос.

С этими словами он щелкнул пальцами, и в воздухе возник магический договор подчинения.

— Подпишите этот контракт о неразглашении, и сможете выйти. Когда выполните задание и вернетесь, я больше не стану вас удерживать.

Двое фейри подлетели поближе, чтобы изучить свиток. Условие было лишь одно: поклясться душами, что они сохранят в тайне истинную личность Великого жреца Карлоса.

Мелулу вскинула голову, глядя на Карлоса. Она совершенно не понимала, что замыслило это порождение зла.

Настоящего Карлоса давно не было в живых, а сами они томились взаперти в Святом Храме вот уже десять лет. Получив шанс наконец-то выбраться на свободу, Мелулу и Пусю не стали колебаться.

Фейри скрепили контракт своими подписями и наконец покинули опостылевшую клетку.

Выпорхнув наружу, Пусю тут же принялся носиться по залу — он так давно не летал свободно!

Огромные мандариновые глаза Мелулу так и бегали из стороны в сторону: в голове фейри уже зрел хитрый план.

Карлос, казалось, ничего не заметил.

— Ходят слухи, что в приграничном городке Северного региона появился Черный дракон, Разрушитель Миров, — бесстрастно озвучил он суть миссии. — Его Величество глубоко убежден, что род Кинклай сможет вновь заключить договор с гигантским ящером. Вы должны сопроводить лорда Кинклая и помочь ему в расследовании.

Лицо Мелулу едва уловимо изменилось. «Черный дракон, Разрушитель Миров, снова объявился?» — пронеслось у нее в мыслях.

Рано утром следующего дня рыцари-близнецы фейри в свите Мики Кинклая, а также отряд рыцарей-храмовников и группа королевских магов отправились в приграничный Изумрудный городок.

Мики Кинклай приходился младшим братом герцогу Босу Кинклаю, а значит, был родным дядей леди Хелены.

Наученные горьким опытом предшественников, Мики и его люди не стали по прибытии в Изумрудный городок заявляться в салон с шумом и помпой. Вместо этого они сняли комнаты в местной гостинице и для начала решили собрать информацию.

Слухов о маникюрном салоне ходило множество, так что рыцарям-храмовникам и магам удалось кое-что разузнать.

Одни утверждали, будто в заведении держат дракона, другие клялись, что владелица и есть дракон, а третьи уверяли: никаких ящеров там нет, зато полным-полно прирученных монстров.

Мнения жителей Изумрудного городка кардинально разделились. Многие дамы заявляли, что Маникюрный салон Лу Яо — прекрасное заведение с высококлассными мастерами, и хотя у них в самом деле работает слайм, он отличается кротким нравом и невероятным трудолюбием.

Однако хватало и тех, кто распускал слухи о свирепых чудовищах: дескать, помимо дракона и слайма в салоне обитают демоны и даже некромант.

Мики Кинклай, капитан рыцарей, командир отряда магов и близнецы фейри собрались в комнате, чтобы обобщить полученные сведения.

Присутствие дракона и слайма новостью не стало, а вот демоны и некромант оказались недавним пополнением в штате.

Если капитан и маг лишь в недоумении разводили руками, то Мики Кинклаю все было кристально ясно: это дело рук его драгоценной племянницы. Вместо того чтобы наладить отношения с драконом, она умудрилась снабдить врага двумя могущественными прихвостнями!

Да и с самими монстрами творилось неладное: отправляли одного за другим, и каждый раз провал. Мало того, что никто не выполнил задание, так они еще и добровольно остались в салоне на правах подмастерьев!

«Красить ногти клиентам… Даже звучит смешно!» — раздраженно думал Мики.

— Это всё, что удалось выведать в городке, — первым нарушил молчание маг. — Если хотим узнать больше, придется идти прямо в салон.

— Вопрос в том, кого послать, — отозвался капитан рыцарей. — В этом месте даже авантюристов героического класса ни во что не ставят. Стоит рыцарям или рядовым магам себя выдать, как их выставят за дверь.

Пусю, сидевший на перевернутой глиняной кружке, захлопал полными наивности лимонно-желтыми глазами и поднял руку:

— Маркиз, позвольте нам с Мелулу сослужить вам эту службу. Мы, фейри, хрупкие и милые создания, и легко завоевываем симпатию человеческой расы. Даже если в салоне есть другие чужаки, им и в голову не придет, что мы — рыцари-храмовники.

Мелулу, порхавшая над соседней чашкой, приземлилась рядом с Пусю и, надув губки, зашептала:

— В такое жуткое место, где собрались драконы, демоны и некромант? Да кто в здравом уме туда сунется?! Пусю, у тебя совсем мозги отсохли?

Мики Кинклай не спешил с ответом, явно сомневаясь.

Капитан и командир магов переглянулись. Никто из них не горел желанием лезть на рожон.

Если слухи хотя бы наполовину правдивы, этот салон пострашнее Бездны — тот, кто туда отправится, обречен.

Раз уж наивные рыцари фейри сами вызвались добровольцами, мужчины решили не упускать шанса и горячо поддержали идею Пусю.

Спустя мгновение Мики хлопнул по столу, одобряя план.

Мелулу в сердцах пнула чашку так, что та перевернулась. Во взгляде Мики промелькнуло довольное выражение: похоже, его подозрения были беспочвенны.

Эти близнецы хоть и принадлежали к расе фейри и долгое время служили Карлосу, но все же хранили безраздельную преданность Его Величеству.

Получив дозволение Мики, Мелулу и Пусю сбросили доспехи рыцарей священного ранга, приняли облик обычных лесных фейри и вдвоем полетели к маникюрному салону.

По пути Пусю тихонько спросил подругу:

— Когда будем сбегать?

Мандариновые глаза Мелулу блеснули хитринкой:

— Для начала осмотримся и проверим, правда ли там прячется Черный дракон. Даже если надумаем бежать, нельзя допустить, чтобы род Кинклай снова завладел гигантским ящером.

Пусю замолотил прозрачными крылышками чуть медленнее и с грустью спросил:

— А если дракон и впрямь существует... нам обязательно возвращаться?

Император был ослеплен амбициями и ради собственных желаний не чурался нарушать любые запреты. Близнецы фейри давно утратили всякое желание служить ему.

Когда-то они вступили в Святой Храм и стали рыцарями Света исключительно из безграничного почтения к Великому жрецу.

Но теперь настоящего Великого жреца больше не было.

Они согласились на сделку с порождением зла лишь ради того, чтобы вырваться на волю.

Мелулу подлетела поближе и взяла Пусю за руку:

— С какой стати могучему дракону по доброй воле прислуживать человеку? В свое время Кинклаи сломили волю Дрекса лишь шантажом и угрозами. Я ни за что не поверю, что в этом салоне работают драконы. Мы просто проверим слухи, чтобы спать спокойно. Вот увидишь: как только убедимся, сразу же отправимся домой, в тайные земли.

***

В маникюрном салоне.

Амброуз усердно практиковался в начертании магических массивов для маникюра. То и дело раздававшееся над ухом тихое «цк» дико раздражало некроманта, мешая сосредоточиться.

Он поднял голову; в его пустых глазницах вспыхнуло алое свечение.

— Эдвард, какого черта ты все еще здесь? — с нескрываемым раздражением рявкнул он.

Вчера в полдень прародитель вампиров покинул заведение, и все решили, что он ушел насовсем. Но сегодня утром, к моменту открытия, он заявился вместе с Муму.

Эдвард сидел рядом с Гарольдом, держа в руках комикс. В углу обложки мелким шрифтом было выведено: «Романтическая история любви вампиров: удивительная связь между человеческой девушкой и вампиром». Прародитель вампиров неожиданно для себя открыл дивный новый мир, отчего то и дело хмурился и тихонько цокал языком.

Услышав гневную отповедь Амброуза, он медленно поднял взгляд и произнес с неподдельной радостью в голосе:

— Муму собирается здесь работать, поэтому я решил временно перебраться поближе. Ах да, я уже купил особняк по соседству с твоим домом. Мы снова будем соседями, мой старый друг.

Амброуз потерял дар речи.

Решение Эдварда привело Муму в полный восторг.

Проведя ночь в раздумьях, он, похоже, свыкся со своим новым именем и теперь даже на людях отзывался на «Муму».

Лу Яо было все равно. Эдвард оказался совсем не таким, какими она представляла себе вампиров — скорее он походил на одинокого отца, сопровождающего свое чадо на уроки.

Выгонять его на улицу казалось как-то бессердечно.

Тем более что вел он себя тихо: большую часть времени сидел в сторонке, почитывая комиксы, и ничем не мешал клиентам. Девушка решила пустить всё на самотёк.

К тому же, прародитель вампиров обладал выдающейся внешностью и благородной осанкой.

Его присутствие привлекало любопытные взгляды, и, как по волшебству, дела в салоне пошли в гору.

Клиенты, распуганные недавними дебошами авантюристов, постепенно возвращались.

На самом деле, все сотрудники салона были на редкость привлекательны, но большинство из них выглядели слишком юными — сущие подростки, полные бьющей через край энергии. Разве что Сыцзинь казался чуть старше.

Сыцзинь излучал аристократичную красоту юноши, только вступающего в пору зрелости. Прародитель вампиров же источал утонченную элегантность взрослого мужчины, а легкий налет меланхолии и хрупкости на его бледном лице приковывал к себе всеобщее внимание.

Утром Лу Яо приняла знатную даму, специально приехавшую из Брайбиса.

Вскоре после ее ухода одна за другой пожаловали еще несколько новых посетительниц.

Пока Муму и остальные обслуживали гостей, Амброуз и Кларисса были всецело поглощены учебой.

Эдвард на удивление гармонично влился в ряды бездельников — компанию Сыцзиня и Гарольда. Вся троица забилась в угол и с упоением читала комиксы.

Закончив с двумя клиентками, Лу Яо спряталась в лаборатории за книгой.

Почитав немного, она открыла Энциклопедию. Иконки вампиров, демонов, нежити, эльфов, полулюдей, людей и драконов уже светились. Оставались неактивными лишь иконки демонической расы, фейри и еще один совершенно черный, неразборчивый значок.

Девушка задумалась. Представителем демонической расы был Муму, так что искать кого-то еще не требовалось. Озаботиться стоило лишь поисками фейри и разгадкой последней иконки.

От Амброуза она слышала, что и эльфы, и фейри считаются любимыми детьми Матери-Земли. Однако фейри куда таинственнее и крайне редко показываются в людских поселениях. Возможно, эльфам известно о них чуть больше.

Пользуясь временным затишьем в салоне, Лу Яо решила наведаться в Оунодун и расспросить Фэйшу.

Она предупредила сотрудников, что ненадолго отлучится. Гарольд молча отложил книгу и подошел к ней.

— Я пойду с тобой, — коротко бросил он.

Лу Яо отказываться не стала. Мир магии оказался куда более жестоким, чем она предполагала, и защита настоящего дракона была бы как нельзя кстати.

Они вышли на улицу. Заметив, что челка Лу Яо растрепалась, Гарольд потянулся, чтобы поправить ей волосы. В этот момент в его голове мелькнула неожиданная мысль.

Он замялся. В его сапфировых глазах промелькнули смущение и скрытая надежда.

— Не хочешь долететь до Оунодуна по небу? — тихо предложил юноша.

Лу Яо изумленно уставилась на него.

— Тебе хочется полетать? — так же тихо спросила она.

Гарольд отвел взгляд; на его скулах проступил легкий румянец.

— …Угу, — чуть заметно кивнул он.

Идея пришла спонтанно, а может, жила в нем уже очень давно.

Ему хотелось, чтобы Лу Яо увидела его настоящий облик.

Не облик юноши, а маленького черного дракона.

Испугается ли она? Или ей понравится?

Гарольд и сам не до конца понимал, чего именно ждет.

В конце концов, даже у слайма был отец. Почему же он родился на свет таким одиноким?

Лу Яо на мгновение задумалась, а затем ее глаза загорелись предвкушением:

— Мы полетим прямо отсюда? А я не свалюсь?

Гарольд взял ее за руку. Незаметно выдохнув, он постарался придать голосу как можно больше уверенности и надежности.

— Не свалишься. У меня очень широкая спина. Но нам лучше выйти за пределы городка.

Человек и дракон, держась за руки, постепенно скрылись из виду. В тот же миг из темного угла выпорхнули Мелулу и Пусю.

Изумление в глазах Пусю все еще не угасло.

— Это был Дрекс? — прошептал он.

Мелулу не сдержалась и закатила глаза.

— Когда мы познакомились с Дрексом, ему было почти две тысячи лет! А ты посмотри на этого мальчишку — ему же не больше сотни!

Пусю и сам это понимал. Просто этот черноволосый юноша с высоким хвостом оказался поразительно похож на Дрекса.

Как две капли воды — эдакий Дрекс в юности.

Вспомнив недавнюю сцену, Мелулу фыркнула:

— Как по мне, так в умении ластиться и выпрашивать свое он похож на Дрекса на все девяносто процентов!

Пусю наконец дошло. Его лимонные глаза расширились, а на лице застыло глуповатое выражение:

— Хочешь сказать, этот мальчик — сын Дрекса? Тот самый слух… Неужели Дрекс и впрямь влюбился в человека?

Мелулу потеряла дар речи.

Повисла неловкая пауза. Мелулу всерьез начала подозревать, что за годы заточения в Храме у Пусю отсохли последние мозги.

По мальчишке же сразу видно: стопроцентный дракон, к тому же невероятно сильный.

С какой радости он полукровка — дитя человека и дракона?!

В свое время она никак не могла взять в толк, какой именно компромат Кинклаи нарыли на Дрекса, раз тот добровольно пошел на подписание договора подчинения.

А уж когда поползли бредовые слухи, будто гигантский ящер втюрился в аристократку из рода Кинклай и ради любви согласился стать цепным псом, над этим смеялись все кому не лень.

Но сейчас, глядя на Гарольда, Мелулу вдруг осенила смутная догадка.

Кинклаи оказались куда гнуснее и омерзительнее, чем думал весь мир.

И тем не менее, ребенок Дрекса снова доверился человеку.

Сердце Мелулу сжалось от тревоги. Изначально она планировала пробраться в салон за информацией, но теперь это перестало быть приоритетом.

— Давай проследим за ними, — скомандовала фейри, взмахнула крыльями и устремилась вслед за удаляющейся парочкой.

Пусю поспешил за ней.

***

На пустынном холме за пределами Изумрудного городка Лу Яо забралась на большой валун.

Гарольд остановился на поляне метрах в двадцати от нее. Внезапно его магическая сила хлынула наружу. Одежда с треском разорвалась, а кожу дюйм за дюймом покрыла плотная чешуя.

На глазах девушки изящный, стройный юноша превратился в гигантского черного дракона, размером с небольшую гору.