Пятый магазин

— На что это они смотрят?

— Неужто в книжную лавку новые книги завезли?

— Пошли, пошли, глянем.

Двое студентов торопливо протиснулись сквозь толпу и, подняв глаза, увидели, что пустовавшее долгое время помещение рядом с книжной лавкой «Жунси» полностью преобразилось после ремонта.

Иссиня-чёрные стены отливали глянцем, пол выстилала гладкая тёмная плитка. Но больше всего поражала огромная прозрачная стена в самом центре фасада, сквозь которую прекрасно просматривалось нутро помещения. Прямо над входом красовалась огромная, бросающаяся в глаза вывеска.

Один из студентов не удержался и прочитал вслух:

— «Межпространственный кинотеатр Лу Яо»… И что бы это значило?

Кто-то из толпы добавил:

— Утром мимо проходил, всё было по-старому.

Хозяин книжной лавки «Жунси», Жун Шэнхуа, заложив руки за спину, задрал голову, разглядывая кинотеатр. В его глазах тоже читалось недоумение:

— Помещение пустовало почти два года, никто им даже не интересовался. И с чего бы вдруг у него появился новый хозяин?

Владелец чайной «Чуньси», стоявший неподалеку, поддакнул:

— Ремонт выглядит на редкость причудливо. Интересно, что за заведение тут откроют?

В толпе послышались перешептывания:

— У этого места плохой фэншуй. Какую лавку ни открой, больше трех месяцев не продержится.

Кинотеатр располагался на среднем участке улицы Сунъань, аккурат между книжной лавкой «Жунси» и чайной «Чуньси». По идее, место считалось весьма прибыльным.

Но по какой-то неведомой причине ни одному из дельцов, бравшихся за это помещение, не удавалось наладить бизнес. Проходило от силы три месяца, а порой и всего один, как на дверях появлялась табличка о передаче аренды, и хозяин спешно избавлялся от точки.

После нескольких подобных неудач поползли слухи о дурном фэншуе. Время шло, и в конце концов помещение оказалось заброшенным.

Студент, пришедший из академии Сунъань, не выдержал:

— Утром я видел, как внутрь вошла какая-то девушка.

Жун Шэнхуа тут же обернулся к нему:

— Девушка?

— С виду очень миловидная, только одета… несколько необычно. Утром многие её видели, — студент говорил уклончиво, но его уши предательски покраснели, а взгляд потупился.

Соседи по улице Сунъань сгорали от любопытства, гадая о странном заведении и его хозяйке. Но поскольку двери оставались закрытыми, зеваки, вдоволь насмотревшись, начали расходиться.

И всё же, проходя мимо, каждый нет-нет да и бросал на диковинный фасад любопытный взгляд.

***

Лу Яо поручила переговоры о покупке прав на показ фильмов Цзи Чжисиню.

Он обладал обширными знаниями и нужными связями.

Те несколько картин, что приглянулись девушке, по его словам, были вполне доступны для обсуждения. Если всё пойдет гладко, формальности займут от трех до пяти дней.

К обеду ремонт кинотеатра полностью завершился.

Лу Яо неспешно прошлась по залам.

Прямо напротив входа располагалась билетная касса. Слева обустроили зону ожидания: там стояли круглые стеклянные столики и мягкие кожаные кресла.

На стене зоны ожидания, обращенной к улице, висел пустой экран, предназначенный для показа трейлеров и рекламы. Прохожие могли видеть его прямо сквозь стекло.

Справа от кассы находился кинозал. Пока что работал только первый зал, рассчитанный на тридцать зрителей.

Если выйти из него и повернуть направо, можно было попасть в уборную.

Площадь, конечно, маловата, но отделка полностью соответствовала вкусам хозяйки. А расширить пространство можно будет позже, после повышения уровня.

— Пора нанимать персонал. Помоги мне составить объявление, — произнесла Лу Яо, вызывая интерфейс Системы.

Обычно девушка предпочитала набирать сотрудников прямо в Ином мире.

На этот раз требовались три человека: кассир, билетер и уборщик. Пара дней уйдёт на обучение, и как раз к началу киносеансов они смогут приступить к своим обязанностям.

Однако, оказавшись в древнем мире впервые, Лу Яо всерьез опасалась, что не сможет найти подходящих кандидатов.

Не прошло и часа после того, как объявление появилось на двери, как у входа начали собираться зеваки, с интересом заглядывавшие внутрь.

Вот только большинство из них, поглазев какое-то время, так и не решались переступить порог. Бросив нерешительный взгляд на облик и наряд Лу Яо, они разворачивались и уходили.

Во второй половине дня хозяйка специально переоделась в рубашку с длинным рукавом и черные брюки, закрыв тело с ног до головы.

Но в глазах жителей Лянцзина это всё равно выглядело так, словно она разгуливала по улице средь бела дня в одном исподнем.

За весь день ей удалось записать имя лишь одной девушки по имени Чжу Чжу.

Чжу Чжу рассказала, что ее родители держат в Лянцзине небольшой бизнес. Она обещала поговорить с ними и вернуться.

Девчушке было всего тринадцать. Обычно она помогала семье по хозяйству и вела простые подсчеты, поскольку была немного обучена грамоте. Проходя мимо, она обратила внимание на приклеенный к двери листок.

Хотя слова «кассир» и «билетер» ни о чем ей не говорили, она прекрасно поняла цифры, обозначавшие жалованье. Сумма оказалась куда щедрее, чем за любую другую работу в городе, и девочка не удержалась от расспросов.

После её ухода в кинотеатр больше никто не заглядывал.

Небо начало темнеть, опустилась ночь, и прохожих на улице поубавилось.

Лу Яо заперла двери и вернулась на торговую улицу. Там всё ещё стоял день.

Поразмыслив немного, она заглянула в маникюрный салон за камерой, а затем направилась в комнату для рыбалки Магазинчика пушистиков, чтобы найти Цзи Чжисиня.

Тот уже закончил свои дела на телефоне и теперь сидел на деревянном пирсе, неспешно поглаживая маленького тюленя.

Фу Чи тоже был там. Он как раз потянулся к этажерке со сладостями, чтобы взять лунный пряник.

Ему безумно нравились цветочные лунные пряники из закусочной. Прошлой ночью, уходя, он порывался купить целую коробку.

Учитывая, что сразу после подписания контракта о неразглашении Фу Чи перевел на счет торговой улицы десять миллионов, Лу Яо великодушно подарила ему одну упаковку.

Впрочем, вынести коробку в свой мир было нельзя, так что режиссёру всё равно приходилось возвращаться.

Девушка втиснулась между мужчинами и повернулась к Цзи Чжисиню:

— Я хочу снять рекламный ролик. Поможешь?

— Что за реклама? — совершенно естественно отозвался тот, даже не думая отказывать.

— Объявление о найме сотрудников для кинотеатра, — пояснила Лу Яо.

Услышав это, Фу Чи едва заметно изменился в лице, но промолчал.

Цзи Чжисинь покосился на него и слегка улыбнулся:

— Чуть не забыл. Если речь заходит о съемках, у нас есть настоящий профессионал.

Лу Яо перевела недоуменный взгляд на соседа:

— Режиссёр Фу?

— Разве я не говорил? Фу Чи — весьма известный режиссер в киноиндустрии, — пояснил помощник.

Девушка покачала головой.

Она слышала только то, что Бай Цзин собирается прислать к ней какого-то пациента, и не вдавалась в подробности.

Фу Чи опустил глаза и глухо произнёс:

— Я давно уже ничего не снимаю. Теперь я просто бездельник.

Воспоминания о прошлом мгновенно лишили его остатков энергии. Его плечи поникли, аура пропиталась унынием, и продолжать разговор он явно не собирался.

Видя, что клиент замкнулся в себе, Лу Яо не стала настаивать.

Вместе с Цзи Чжисинем они перебрались на другой пирс в комнате для рыбалки и за пару часов отсняли нужные кадры.

Отнеся камеру обратно в маникюрный салон, девушка потратила еще несколько часов на монтаж.

Ей уже доводилось снимать простенькую рекламу, когда она открывала Магазин блайнд-боксов.

Простую склейку кадров и обработку Лу Яо брала на себя, а озвучку и субтитры поручала Системе.

Система умела переводить на языки Иного мира, а поскольку голос хозяйки был ей прекрасно знаком, она без труда накладывала нужную дорожку прямо поверх видео.

Провозившись до глубокой ночи и несколько раз перепроверив результат, Лу Яо убедилась, что видеоряд в полном порядке, и только тогда со спокойной душой легла спать.

***

Раннее утро следующего дня. Великая У.

На улице Сунъань горожане толпились между книжной лавкой «Жунси» и чайной «Чуньси», заглядывая в окна кинотеатра сквозь прозрачное стекло и возбужденно переговариваясь:

— Что это за чертовщина?

— Почему в этом маленьком ящике двигаются люди?

— И что она там говорит?

У входа собралось столько зевак, что пришедшая с родителями Чжу Чжу оказалась заблокирована снаружи, не в силах сделать и шагу.