Пятый магазин

Хотя на утреннем тестовом сеансе присутствовало всего тридцать зрителей, рекламный эффект превзошел все ожидания — казалось, будто пригласили триста человек, и каждый из них по собственной воле взялся расхваливать увиденное.

Задолго до начала дневного сеанса у дверей кинотеатра уже выстроилась очередь. Каждый посетитель сжимал в руках узкую полоску тонкой бумаги, дожидаясь проверки билетов, чтобы пройти внутрь.

Прямо над кассой висели электронные часы. За четверть часа до начала сеанса по громкой связи гостей попросили приготовиться к проверке билетов.

Во второй половине дня Чжу Чжу проверяла билеты у входа в зал, а Вэнь Цзянь помогал зрителям найти свои места.

Неожиданное объявление из динамиков изрядно напугало толпу у входа. Говорящего нигде не было видно, но его четкий и раскатистый голос, вещающий на безупречном официальном диалекте Лянцзина, велел всем готовиться к контролю.

Чэнь Цзиншань, пристроившись в хвост очереди, попытался прошмыгнуть внутрь, но поскольку билета у него не оказалось, на контроле его ожидаемо развернули.

Изнутри здание казалось еще более диковинным, чем снаружи. Интерьер совершенно не походил ни на один из известных ему театров — каждая деталь здесь дышала необъяснимой странностью.

И хотя путь ему преградила всего лишь юная девчушка Чжу Чжу, прорываться силой он не посмел. Раздосадованный, мужчина развернулся и побрел к выходу, как вдруг у самых дверей вестибюля до него донесся звон скрещивающихся клинков. Однако дерущихся нигде не было видно.

Чэнь Цзиншань ускорил шаг и уставился на широкий экран в зоне отдыха, где как раз крутили трейлер. Глаза его округлились, а лицо вытянулось от крайнего изумления.

Немного придя в себя, он на цыпочках подобрался поближе, постоял так какое-то время, завороженно глядя на изображение, а затем осторожно протянул руку и потрогал поверхность. Диковинная штуковина и впрямь была встроена прямо в стену.

«Но как же люди умудрились залезть внутрь? Она ведь такая узкая и тонкая!»

Чэнь Цзиншань никак не мог взять в толк.

Тем временем Лу Яо хлопотала справа от кассы, настраивая автомат для напитков и аппарат для попкорна.

Тестовые показы подходили к концу, завтра кинотеатр открывался официально, и девушка вознамерилась пустить в ход колу с попкорном.

Рецепт карамельно-сливочного лакомства разработали специально для закусочной, и оно оказалось куда более сладким и хрустящим, чем то, что ей доводилось пробовать в других кинотеатрах.

Попкорн в сочетании с колой по праву считались классическим набором любого киномана.

Жители Великой У наверняка не привыкли к столь необычному вкусу и сочетанию, поэтому для начала стоило предложить их на пробу. Благо, себестоимость обоих продуктов была совсем крошечной.

Лу Яо заправила автомат газировкой, а затем отмерила нужные пропорции масла и кукурузных зерен, засыпав их в предварительно разогретый аппарат. Буквально через несколько минут по залу поплыл манящий аромат.

Хрусь-хлоп! — раскрывшиеся хлопья начали переваливаться через край емкости, наполняя вестибюль густым сладковатым запахом.

Чэнь Цзиншань принюхался, повернул голову и заметил Лу Яо вместе с непрерывно выплевывающим белые комочки аппаратом. Его глаза снова округлились, и он поспешил подойти.

— Позвольте спросить, это вы готовите болоу?

В Лянцзине тоже существовало нечто похожее: обычно там обжаривали клейкий рис, пока тот не лопался. Получившееся лакомство называли «болоу» — воздушный рис.

Однако то, что готовили здесь, внешне совершенно не походило на привычный рис. И запах был иным — невероятно насыщенным, с отчетливыми сладкими нотками.

Вдобавок Чэнь Цзиншаня жутко заинтриговала сама чудо-печь, безостановочно извергающая из себя воздушные хлопья. Выглядело это куда удобнее их традиционного способа обжарки болоу.

Лу Яо приметила этого мужчину еще раньше: он долго крутился вокруг рекламного экрана, то и дело меняясь в лице — от глубокой задумчивости до крайнего недоумения.

— Верно, только это воздушная кукуруза, или попкорн. На вкус просто восхитительно! — с улыбкой ответила девушка. — Во время просмотра фильма есть попкорн и пить колу — это уже классика.

Чэнь Цзиншань ткнул пальцем в сторону мерцающего неподалеку экрана:

— Фильма? Это вы про ту штуку?

Лу Яо вновь кивнула.

— Да. Сегодня у нас тестовый показ, а уже завтра картина «Лучший в Поднебесной» официально выйдет в прокат. Я заметила, с каким интересом вы разглядывали рекламный экран. Там крутят лишь короткие отрывки, а сам фильм длится целую стражу. Завтра можете купить билет и посмотреть его от начала до конца.

— Вы продаете билеты? И сколько стоит один? — оживился мужчина.

Как раз в этот момент первая порция воздушной кукурузы была готова, и аппарат автоматически прекратил работу.

Лу Яо чуть сдвинула прозрачную створку, и наружу тут же вырвалось плотное облако сливочно-карамельного аромата. Стоящий напротив Чэнь Цзиншань рефлекторно сглотнул, не в силах оторвать взгляд от свежеприготовленного лакомства.

— Билет на завтрашнюю премьеру «Лучшего в Поднебесной» обойдется вам в тридцать вэней, — Лу Яо вытащила небольшой картонный стакан, доверху наполнила его попкорном и протянула собеседнику. — Свежайшая воздушная кукуруза — самая вкусная. Угощайтесь.

«Тридцать вэней?!»

Чэнь Цзиншань обомлел от такой возмутительной дороговизны, однако все же опустил взгляд на протянутый ему стакан.

Сладковатый пар так и щекотал ноздри, окутывая приятным теплом.

Мужчина медленно протянул руку и принял угощение, украдкой сделав глубокий вдох.

— Благодарю. И сколько же стоит такой стакан болоу… то есть попкорна?

— Попкорн — два вэня за стакан, а кола — один вэнь, — ответила Лу Яо.

— А что такое кола? — Чэнь Цзиншань чувствовал, что окончательно завяз в этом заведении, полном невиданных диковин.

Лу Яо наполнила бумажный стаканчик и подала его гостю.

— Вот это и есть кола. Разновидность газированного напитка.

Темно-коричневая жидкость шипела, а по стенкам стакана то и дело бежали мелкие пузырьки. Напиток не пах ни вином, ни чаем, издавая лишь легкий кисловатый аромат.

Чэнь Цзиншань бросил взгляд на Лу Яо, сделал осторожный глоток и тут же нахмурился.

Кончик языка странно защипало. Жидкость оказалась ледяной и очень сладкой.

Вкус не особо пришелся Чэнь Цзиншаню по душе, но само ощущение изрядно удивило.

Лу Яо внимательно следила за его реакцией. Судя по всему, местным жителям требовалось время, чтобы привыкнуть к газировке.

Отставив колу, мужчина забросил в рот горсть воздушной кукурузы, и его лицо моментально просветлело.

— А вот этот попкорн очень даже хорош!

Хлопья оказались невероятно хрустящими, сладкими и душистыми.

Распробовав как следует, он уловил легкую нотку жженой карамели вперемешку с редким для Лянцзина сливочным послевкусием. Ничего общего с тем болоу, к которому он привык.

Чэнь Цзиншань отсчитал три вэня, положил их на стойку, подхватил свои угощения и устроился за столиком в зоне отдыха. Он неспешно жевал попкорн, запивая его колой, и завороженно пялился на экран.

В сочетании с попкорном газировка оказалась не такой уж и плохой, особенно за просмотром фильма. Сам того не заметив, он уговорил половину стакана хлопьев и почти допил шипучку.

Поболтав остатками напитка на дне, мужчина обернулся к Лу Яо.

— Госпожа управляющая, а в какое время завтра начнутся сеансы?

В Великой У действовал комендантский час, и после восьми вечера выходить на улицу строжайше запрещалось.

К тому же в кинотеатре пока был оборудован всего один зал, рассчитанный от силы на тридцать зрителей.

Прикинув время в уме, Лу Яо поняла, что за день удастся провести максимум пять сеансов: два утренних и три вечерних. Расписание выходило более чем плотным.

— Билеты будут продаваться на время с часа Дракона до часа Собаки. Всего планируется пять показов.

Выяснив расписание, Чэнь Цзиншань поднялся, подхватил остатки угощения и направился к выходу.

Завтра с утра пораньше он непременно вернется. После всего увиденного любопытство просто не даст ему спокойно спать.

Хозяин чайной «Чуньси» Лэ Хань, несколько припозднившись, столкнулся с Чэнь Цзиншанем у самого входа. Скользнув взглядом по странным стаканам в его руках, он переступил порог кинотеатра и тут же ощутил густой сладкий аромат. Ноги сами понесли его к источнику запаха — прямиком к аппарату с воздушной кукурузой.

— Почем продаете? — поинтересовался Лэ Хань, неторопливо покручивая в руках крошечный чайничек из исинской глины и незаметно оценивая Лу Яо.

Слухи не врали: наряд этой молодой управляющей и впрямь выглядел крайне диковинно — даже чужеземки не позволяли себе столь смелых фасонов.

Лу Яо приготовила попкорн лишь на пробу и никак не ожидала такого наплыва покупателей. Наполняя стакан воздушной кукурузой и наливая колу, она мысленно сделала пометку: нужно срочно составить прейскурант и нанять продавца за стойку.

Купив свои порции лакомства, Лэ Хань неспешно предъявил билет на входе и проследовал в темный зал.

Фильм уже начался. На экране маленький Е Цинчжоу, забившись в чан с рисом, в ужасе наблюдал за тем, как жестоко убивают его мать.

Зрители сидели в крайнем напряжении, поэтому, когда в полумраке прохода внезапно вырос темный силуэт, сидевший с краю гость едва не взвизгнул от страха.

Бросив взгляд на огромный экран, Лэ Хань изумленно приподнял бровь.

«Неудивительно, что этот старый лис Жун Шэнхуа посоветовал мне самому взглянуть на это чудо. Такое и впрямь не опишешь словами», — подумал мужчина.

Отыскав свое место, Лэ Хань с комфортом устроился в кресле и тут же нащупал на подлокотнике небольшое углубление. Он попытался пристроить туда стакан с колой — и тот идеально вписался в отверстие.

«Неужто эта деталь создана специально для напитков?»

Материал, которым обили кресла, тоже поражал воображение: гладкий и приятный на ощупь, сидеть на нем оказалось куда удобнее, чем на дорогих подушках в личных кабинетах его чайной.

Оставив колу и крошечный глиняный чайник на подлокотниках, Лэ Хань принялся за попкорн. В звенящей тишине темного зала хруст раздавался особенно отчетливо, а в воздухе начал стремительно распространяться карамельно-сливочный аромат.

Остальные зрители разрывались между захватывающим зрелищем на экране и манящим запахом чужого лакомства.

Сидевший по соседству завсегдатай чайной «Чуньси» не выдержал:

— Господин Лэ, где вы раздобыли эту прелесть? Уж больно вкусно пахнет.

— Прямо в вестибюле, — шепнул Лэ Хань. — И на вкус это так же хорошо, как и на запах.

Он щедро протянул соседу свой стакан. Тот зацепил небольшую горсть, забросил в рот и от неожиданности аж выпрямился. Мужчина порывался было вскочить с места, но оторваться от происходящего на экране оказалось выше его сил. Сокрушенно вздохнув, он откинулся на спинку кресла и принялся смаковать угощение по крошечному кусочку.

Воздушная кукуруза оказалась невероятно хрустящей и тающей во рту, с идеальным балансом сладости.

Причем вкус не был просто приторно-сладким — в нем угадывались легкие, едва уловимые нотки благородной жженой карамели в сочетании с потрясающим сливочным послевкусием.

Для жителей Великой У подобные деликатесы были в диковинку.

Тем временем Лу Яо оставила небольшую часть попкорна подогреваться в аппарате, а остальное расфасовала по маленьким коробочкам, добавив к каждой по небольшому стакану колы.

Вся тара представляла собой иллюзорные упаковки, перенесенные прямиком из Страны Снов. Срок их действия составлял ровно семьдесят два часа, после чего они бесследно растворялись в воздухе.

Выйдя на улицу, девушка осмотрелась по сторонам. Заметив в узком переулке между кинотеатром и Книжной лавкой «Жунси» стайку оборванных мальчишек-попрошаек, она поманила их рукой.

Самый старший из оборванцев нерешительно приблизился.

— Вам чего-то нужно, госпожа управляющая?

Пробыв здесь всего несколько дней, Лу Яо уже успела приметить этих ребятишек, которых постоянно шпыняли и гнали прочь местные торговцы.

Вероятно, поняв, что новая хозяйка не собирается спускать на них собак, в последнее время они все чаще околачивались неподалеку.

Все эти беспризорники были круглыми сиротами и выживали исключительно за счет милостыни.

Впрочем, порой им удавалось заработать пару медяков, выполняя мелкие поручения: передать весточку, сбегать на посылках или помочь с поклажей.

— Верно, у меня есть для вас работенка. В награду получите жемчуг русалки.

Услышав о столь щедрой награде, перепачканное грязью лицо мальчишки вмиг озарилось радостью.

— Какая работа? Мы все сделаем в лучшем виде!

Лу Яо подвела их к дверям кинотеатра и вытащила объемистую коробку, доверху набитую подарочными наборами.

— Вам нужно всего лишь раструбить мои слова на всех перекрестках в окрестностях улицы Сунъань и раздать эти гостинцы случайным прохожим. Ничего сложного.

Подоспевшие к тому времени остальные мальчишки недоверчиво захлопали глазенками.

— И это все?

Заметив, как голодная ребятня жадно косится на попкорн, Лу Яо вручила каждому по коробке.

— Угощайтесь. Чтобы как следует расхвалить товар, нужно для начала самим его попробовать.

Мальчишки смущенно замялись и принялись усердно вытирать перепачканные сажей руки о свои лохмотья, прежде чем трепетно принять угощение.

Самый младший из них не выдержал и, едва заполучив заветную коробочку, тут же набросился на еду. Оторваться он уже не смог.

— Братец Гоуцзы, это самое вкусное, что я ел в своей жизни! — его изможденное, землистого цвета личико так и светилось от неподдельного счастья.

Юноша, которого назвали Гоуцзы, оказался тем самым старшим мальчишкой. Попробовав лишь одну щепотку хлопьев, он бережно закрыл коробку и сунул ее за пазуху, после чего перехватил у Лу Яо здоровенный ящик с угощениями.

— Будьте уверены, мы все сделаем в лучшем виде! — бросил он на прощание и повел свою ораву прочь, на ходу затягивая звонкую кричалку на весьма своеобразный мотив.

Текст, который Лу Яо велела им зачитывать, гласил: завтра состоится официальное открытие кинотеатра и премьерный показ фильма о боевых искусствах «Лучший в Поднебесной». Каждому купившему билет полагается бесплатный набор из попкорна и «воды радости» для просмотра.