Четвертый магазин

Вэнь Цзинъи вскинула взгляд на Лу Яо и, слегка приподняв бровь, усмирила свой гнев.

Будучи актрисой, по долгу службы она привыкла к объективам камер и вниманию публики, однако в личных делах проявляла крайнюю осторожность и терпеть не могла излишнего любопытства.

Несущая клетку девушка едва заметно кивнула в знак приветствия. Вопреки ожиданиям актрисы, в ее взгляде не читалось ни бурного восторга, ни удивления. Незнакомка проследовала прямиком к небольшим качелям и, присев, опустила свою ношу на пол.

Ши Бинь обернулся и потянулся к Вэнь Цзинъи:

— Уходим. Здесь нет врачей. Если начнется аллергия, лекарств мы не найдем.

У Вэнь Цзинъи была аллергия на кошек — стоило ей прикоснуться к животному, как кожа тут же покрывалась красной сыпью.

Обнаружив посреди морских глубин это удивительное котокафе, пара долго мялась на пороге, прежде чем все-таки решиться войти.

Они лишь хотели выяснить, где очутились и как отсюда выбраться, но стоило им переступить порог, как из-за пустяка вспыхнула ссора, и всю дорогу они ловили на себе любопытные взгляды зевак.

Поплутав по коридорам, они оказались в Комнате медуз.

Здесь не было ни кошек, ни толпы. В уединенной обстановке затаенные обиды вновь дали о себе знать, предвещая начало полномасштабной холодной войны.

Вэнь Цзинъи ничуть не остыла, просто из-за присутствия посторонних не стала устраивать скандал. Извернувшись, она уклонилась от руки Ши Биня и направилась прочь.

— Чик, чирик.

Лу Яо одну за другой сдернула с птичьих клеток тканевые накидки и открыла дверцы.

Пернатые пухляши выстроились в очередь, заступая на смену.

Вэнь Цзинъи остановилась и обернулась. По полу, радостно щебеча, прыгали разноцветные пушистые комочки. Ее глаза загорелись, и она спросила:

— А откуда тут птицы? Разве это не котокафе?

Лиловый неразлучник замер перед Лу Яо и покорно опустил голову, вежливо напрашиваясь на ласку.

Девушка протянула руку, ласково почесав пушок на шее птички, и ответила:

— Это «Магазинчик пушистиков». У нас есть и кошки, и птицы, а в будущем появятся и другие виды пушистых питомцев.

Глядя, как пернатый пухляш млеет под пальцами Лу Яо, жмурясь и вытягивая шейку от непередаваемого блаженства, Вэнь Цзинъи не удержалась и тоже присела на корточки:

— Ты здесь работаешь? Что это за место и как нам отсюда выбраться?

Не успела она договорить, как к ней подскочила бледно-желтая корелла и, вытянув голову, вежливо попросила ее погладить.

— Какая прелесть, — Вэнь Цзинъи осторожно дотронулась до птички.

Пух на грудке пернатого пухляша распушился, и пальцы провалились в него, словно в воздушное тесто — такое же легкое и пористое.

Наблюдая за тем, как питомец ластится к гостье, Лу Яо испытала прилив умиления и даже легкую гордость.

— Мы находимся посреди моря, — кивнула она. — Должно быть, есть причина, по которой вы сюда попали. Выбраться отсюда несложно: отбросьте тревоги, вкусно ешьте, отдыхайте, и когда придет время, вы сами сможете уйти.

— И когда же придет это время? Мы застряли здесь уже на несколько дней! — в голосе Вэнь Цзинъи проскользнули тревожные нотки.

Тем временем пташки, свободные от «рабочей смены», упорхнули на деревянную жердочку.

Яркие комочки расселись на разной высоте, напоминая развешанные после стирки плюшевые игрушки, только куда более живые.

Лу Яо собрала пустые клетки и поднялась на ноги:

— У каждого свой срок. Я не знаю точных цифр, но чем сильнее человек спешит, тем труднее ему отсюда выбраться.

Вэнь Цзинъи тоже поднялась:

— Я хочу увидеть владельца этого заведения. Не могла бы ты нас с ним свести?

Она не могла больше ждать и обязана была немедленно вернуться, иначе сорвутся все оговоренные сроки.

Если эта продавщица ничего не знает, то хозяин, сумевший открыть магазин в таком месте, уж точно должен быть в курсе, как вернуться назад.

Лу Яо обернулась со вздохом:

— Ни с кем сводить не нужно, я и есть владелица. Чем-то еще могу помочь?

— ??? — Вэнь Цзинъи лишилась дара речи.

Значит, не продавщица?

Актриса была уверена, что хозяином столь странной лавки в столь причудливом месте окажется какой-нибудь нелюдимый старец-отшельник, но никак не молодая девушка.

— Я… просто хочу узнать дорогу назад, — произнесла она. — Меня ждет работа, и задержки недопустимы.

Услышав это, хранивший доселе молчание Ши Бинь нахмурился:

— Ты всё-таки собираешься на эти пробы? Мы женаты меньше полугода, а ты снова рвешься на работу. И на этот раз как долго мы не увидимся?

Вэнь Цзинъи неловко покосилась на Лу Яо, подошла к Ши Синю и, взяв его за запястье, тихо произнесла:

— Такую роль предлагают раз в жизни. Если я её упущу, кто знает, сколько придется ждать следующего шанса.

— А кто в нашу первую брачную ночь клялся, что отныне будет лишь госпожой Ши? — холодно усмехнулся мужчина.

— Как можно верить тому, что сказано в постели? — невинно похлопала ресницами Вэнь Цзинъи.

Ши Бинь лишь лишился дара речи.

Лу Яо опешила:

«И такие откровения я слушаю абсолютно бесплатно?»

Лу Яо молча подхватила клетки и направилась к выходу.

Услышав красочный рассказ Цинмэй, она ожидала стать свидетельницей грандиозного скандала.

«Да они же просто милуются! Заставили меня давиться их приторной романтикой, вот же досада!»

Две косатки прижались мордами к прозрачной мембране стены. Их черные блестящие глазки-бусинки так и горели — казалось, они тоже грели уши.

Лу Яо замерла, узнав детеныша косатки и Эя, принявшего облик животного.

«Малыш Эй» — так она прозвала того самого мужчину, которого постоянно встречала в разных мирах. Они сталкивались уже столько раз, но она до сих пор не знала его настоящего имени.

— Что привело вас сюда? — тихо спросила Лу Яо, подойдя к стене.

Косатка издала тонкий свист, словно ища ее внимания.

Лу Яо последовала за ними, свернув в туннель, ведущий в Комнату-кит.

Закончив перепалку, Вэнь Цзинъи обернулась к Лу Яо, но той и след простыл:

— А где владелица?

Ши Бинь уселся на пол, скрестив ноги:

— Без понятия.

Вэнь Цзинъи присела рядом и потянула его за руку:

— Пошли, нужно ее найти.

— И зачем? — отозвался тот.

— Разве ты не хочешь вернуться домой?

— Она же сказала: вкусно ешьте, отдыхайте, и тогда сможете уйти. Так давай останемся и отдохнем. Места тут предостаточно.

С этими словами он поманил рукой пернатых пухляшей на жердочке. Целая стайка тут же вспорхнула и с шумом опустилась ему на плечи и голову.

Ши Бинь резко подскочил, судорожно отмахиваясь от птиц:

— Быстрее, сними их с меня!

Прямо у него на макушке уютно устроился желтый неразлучник, похожий на круглый пушистый шарик.

Вэнь Цзинъи покатилась со смеху:

— Ши Бинь, ты такой милашка!

Наследник семьи Ши опешил, и кончики его ушей залил густой румянец.

—

Первичное обновление «Магазинчика пушистиков» было завершено. Места теперь хватало с лихвой, но Лу Яо не покидало ощущение, что чего-то недостает.

В отсутствие посетителей заведение казалось слишком холодным и пустым.

Туннель в Комнату-кит тянулся долго, его стены густо обросли водорослями. Туда почти не проникал солнечный свет, отчего дорога казалась мрачной.

— И-и, — снаружи мембраны плыл Эй. Он поддерживал одну с ней скорость, словно преданный компаньон.

Каждые несколько метров он издавал короткий писк, словно напоминая: «Я рядом».

Лу Яо уже изучила все окрестные воды, поэтому страха не испытывала.

Она лишь размышляла над тем, как с помощью декора и мелких деталей сделать «Магазинчик пушистиков» уютнее и привлекательнее. В Комнату-кит пока никто из посетителей по своей воле не заглядывал.

Детеныш косатки уплыл уже далеко вперед. Он то и дело оборачивался, проверяя, не отстает ли Лу Яо, и с энтузиазмом продолжал путь, явно куда-то торопясь.

В самой Комнате-кит царила тишина. Возле одинокого черного рояля не было ни души.

Внутри царил полумрак. Лу Яо извлекла из Хранилища четыре прозрачных магических камня и, закрепив их на стенах с помощью магического массива, влила в них ману.

Камни вспыхнули ярким, но мягким светом, в мгновение ока залив просторное помещение.

— И-и…

— И-и-и…

— Клик-клац…

В ту же секунду, как зажегся свет, со всех сторон на Лу Яо обрушилась волна оглушительных звуков.

Девушка вскинула голову. Ноги предательски подкосились, и она, прислонившись к стене, медленно сползла на пол.

Киты. Повсюду были киты.

Косатки, горбатые киты, кашалоты, синие киты… Целые стаи исполинов повернулись мордами к Комнате-кит. Они парили в толще воды, словно громадные субмарины, и лишь слегка пошевеливали плавниками и хвостами. Казалось, одно неосторожное движение — и этот хрупкий прозрачный домик разлетится вдребезги.

Ниже гигантских китов теснились акулы, китовые акулы, манты, медузы…

Лу Яо так и осталась сидеть на полу, запрокинув голову и с трепетом взирая на это потрясающее зрелище.

Косатка Эй подплыл ближе и легонько хлопнул хвостом по мембране:

— И-и.

Лу Яо пришла в себя. Почувствовав, что силы понемногу возвращаются, она попыталась встать и мысленно обратилась к Системе:

— Что здесь происходит?

Система:

— Кажется, у них к тебе дело.

— Я и сама вижу, — огрызнулась Лу Яо.

Система:

— А зачем тогда спрашиваешь?

— Просто… при таком раскладе выходить наружу не опасно?

Система:

— Ты серьезно собралась туда выходить?

— А как иначе я узнаю, зачем они здесь собрались?

Системка выпала в осадок.

У хозяйки от страха дрожали поджилки, но она все равно порывалась выйти.

Эта безрассудная смелость даже немного ее растрогала.

Система:

— Иди. В виде исключения я защищу тебя абсолютно бесплатно. В случае опасности я тут же перенесу тебя обратно в магазин.

— Так у тебя и правда есть функция защиты? — прищурилась Лу Яо. — И при каких же условиях ты активируешь ее сама?

Система:

— …

Попалась на уловку.

В Комнате-кит имелся боковой выход. Предполагая, что ей придется спасать других китов, Лу Яо специально пристроила к двери пару ступенек, чтобы было где сложить инструменты.

Облачившись в гидрокостюм, девушка вышла наружу. Гигантские киты по-прежнему оставались на своих местах, застыв в торжественном молчании, словно армия перед генералом.

Лу Яо медленно поплыла наверх. Из общей стаи выскользнули самые массивные особи — кашалот и синий кит — и направились к девушке.

Оба исполинских морских зверя окружили ее, издавая протяжные, жалобные стоны.

Любой человек, оказавшись в океанской бездне лицом к лицу с двадцатиметровым кашалотом весом в двадцать тонн и тридцатиметровым синим китом под двести тонн, почувствовал бы дрожь в коленях. А уж при столь тесном контакте — и подавно.

Когда Лу Яо показалось, что кашалот намеревается подплыть еще ближе, ее окончательно покинули силы, и она начала неумолимо погружаться на дно.

«Кажется, у меня развилась мегалофобия…»

Они были слишком огромными, а вокруг расстилалась лишь пугающая толща воды.

Выпустив изо рта стайку пузырьков, Лу Яо почувствовала, как каждая клеточка ее тела вопит о спасении.

— И-и.

Ее спина внезапно уперлась во что-то твердое. Это подплыл Эй — круглоголовая косатка подставила свою спину, не давая девушке пойти ко дну.

Это был Эй.

Опираясь локтями на гладкую спину косатки, Лу Яо вцепилась в высокий спинной плавник и, тяжело дыша, прижалась к своему спасителю.

— Все-таки ты куда милее, — выдохнула она.

Эй лишь многозначительно промолчал.

Похоже, морские гиганты что-то поняли и больше не пытались приблизиться.

Немного переведя дух, Лу Яо протянула руку, чтобы коснуться замершего перед ней кашалота.

Через несколько секунд в ее голове раздался низкий, четкий мужской голос, пропитанный горьким разочарованием:

«Она… не мать… Мать… не вернулась…»

Самец кашалота был так подавлен, что лишь без конца повторял эти слова. Сгорая от отчаяния, он медленно отплыл от девушки.

Пухлая молочно-белая морская звезда, чьи щупальца и центральный диск были усеяны темно-коричневыми бугорками, отлепилась от кожи гиганта и, плавно покачиваясь, опустилась прямо в ладонь Лу Яо.

Затем к ней приблизился синий кит. Сжимая в одной руке морскую звезду, свободной рукой она коснулась исполина, чтобы прочесть его мысли.

Человеческий страх по большей части рождается из неизвестности. Поняв, что киты просто ищут свою мать, Лу Яо окончательно успокоилась.

Это был пожилой синий кит необъятных размеров. В его бездонных, чистых глазах читалась мудрость, а голос звучал с хрипцой, выдающей прожитые годы:

«Мать всё ещё здесь… О, человек, сыгравший Мелодию призыва Божества, умоляю, найди её, спаси её… Мы… мы не можем её найти…»

«Божество?»

«Снова божество».

Киты, появившиеся с таким размахом, отступили в абсолютной тишине.

Осталась лишь небольшая группа косаток — та самая стая, чьего детеныша Лу Яо спасла во время своего погружения.

Лу Яо соскользнула со спины Эя и ступила на порог. Продолжая цепляться за его прямой плавник и опираясь на массивное тело, она заглянула в его круглые глазки-бусинки и осторожно спросила:

— Ты знаешь, где находится их «мать»?

Косатка приоткрыла пасть и с самым невинным видом выдала:

— И-и?