Пятый магазин

В Академии Сунъань студенты отдыхали один день каждую декаду, то есть три дня в месяц.

Сегодня, накануне выходного, ученики расшумелись не на шутку, буквально ерзая на местах от нетерпения.

Учитель Линь сидел за кафедрой с весьма хмурым лицом.

Недавно на улице Сунъань открылся новый театр под названием «Кинотеатр», и это взбудоражило умы.

Эти сорванцы каждый день только о нем и болтали, дожидаясь выходного, чтобы туда сбегать.

И невдомек им было, что цены там кусаются — тридцать вэней за билет.

Обычной семье и так тяжело содержать ученика, где уж там найти лишние деньги на развлечения.

Учитель Линь много раз слышал об этом кинотеатре от своих коллег и поначалу сам подумывал сходить.

Но, узнав о баснословной стоимости билетов, оставил эту затею.

«Мирские соблазны лишь тревожат разум. Куда полезнее посидеть дома, прочесть пару свитков и обрести душевный покой», — рассудил он.

Едва дождавшись окончания занятий, ученик Сунъаня Чжан Цзыци и его приятель Лю Минъюань побросали кисти в сумки и пулей вылетели из класса.

— Наконец-то выходной! Идём в кино! — расплылся в улыбке Чжан Цзыци.

— Я скопил две монетки, завтра смогу купить ведерко попкорна! — Лю Минъюань едва поспевал за ним, быстро перебирая ногами.

Каждый день, проходя мимо кинотеатра, он вдыхал сладкий аромат, и у него уже давно текли слюнки.

— А у моего брата завтра как раз выходной. Я уговорил его сводить меня в кинотеатр и купить билет на полный сеанс! — похвастался Чжан Цзыци.

— Везет... Вот бы и мне старшего брата, — с завистью вздохнул Лю Минъюань.

— У тебя же старшая сестра дома, попроси её!

— Она шьет себе свадебный наряд, — покачал головой Минъюань, понурив плечи.

Его семья сильно отличалась от семьи друга. Брат Чжан Цзыци служил десятником в городской страже, и все уличные торговцы искали его покровительства.

К тому же он получал ежемесячное жалованье, так что потратиться на пару билетов для него не составляло труда.

— Ну... тогда я схожу, а потом расскажу тебе, что там было дальше, — после небольшой паузы предложил Чжан Цзыци.

— Договорились! — глаза Лю Минъюаня радостно блеснули.

***

Кинотеатр.

Когда закончился последний дневной сеанс, Лу Яо подозвала Чжу Чжу, Вэнь Цзяня и Гоуцзы. Указав на Ку Ба, она произнесла:

— Это Ку Ба, наш новый билетер. Вэнь Цзянь, как будет время, введи его в курс дела. Главные обязанности — проверка билетов, помощь гостям и уборка.

Подходящего уборщика найти пока не удавалось, поэтому заботы о чистоте временно распределили между всеми работниками.

— Знаете, я заметила, что многие посетители не понимают, как пользоваться уборной, — немного подумав, добавила Лу Яо. — Теперь, когда к нам присоединился Ку Ба, рабочих рук стало больше. Ближе к концу сеансов пусть кто-нибудь один дежурит у дверей уборной и подсказывает гостям.

Поначалу в уборной везде повесили таблички с надписями, затем добавили картинки, но многие гости все равно терялись. Приходилось выделять человека для помощи.

Ку Ба не выдержал и фыркнул. Он посмотрел на Лу Яо весьма странным взглядом:

— Хозяйка, вы шутите? Кто же не умеет нужду справлять? Или жители Лянцзина — сплошь идиоты?

Вэнь Цзянь, Чжу Чжу и Гоуцзы уставились на него с безмятежным и всепрощающим спокойствием.

— Чего вы так уставились? Разве я неправ? — опешил Ку Ба.

Лу Яо махнула рукой Вэнь Цзяню и Гоуцзы:

— Ребята, потрудитесь отвести его в зрительный зал и уборную. Покажите для начала, что ему предстоит делать завтра. У нас премьера «Маленькой кухарки из Шэнцзина», нельзя допустить, чтобы кто-то из гостей был оскорблен.

Пока двое парней под руки уводили Ку Ба, Лу Яо поманила к себе Чжу Чжу:

— У тебя есть подруги, которые хотели бы сходить в кино?

Чжу Чжу торопливо закивала:

— Очень многие! Сестрица Сяохуа, что живет по соседству, прознала о моей работе и теперь постоянно заходит поболтать. А сестра Сюэ'э, чей дом напротив, сегодня утром тайком сунула мне горсть арахиса, чтобы выведать побольше о Е Цинчжоу.

— Странно, — Лу Яо слегка нахмурилась. — Почему же тогда все эти дни к нам приходят исключительно мужчины? Я не видела ни одной женщины.

Последнее время она внимательно наблюдала за посетителями, и в самом деле: порог кинотеатра не переступила ни одна дама.

Изредка какие-нибудь женщины останавливались поодаль, с любопытством заглядывая внутрь, но стоило Лу Яо выйти и попытаться заговорить, как они тут же пугливо шарахались в сторону.

За те десять с лишним дней, что Чжу Чжу проработала здесь, она успела понять: хозяйка совершенно не придает значения строгим правилам приличия между мужчинами и женщинами.

Более того, казалось, для Лу Яо между полами вообще не существовало никакой разницы.

Все эти полмесяца хозяйка относилась к ней абсолютно так же, как и к остальным сотрудникам.

Чжу Чжу никому не рассказывала, но на самом деле многие соседи шептались за ее спиной о работе в кинотеатре.

Ее родители, терзаемые сомнениями и страхами, одно время даже требовали, чтобы дочь уволилась.

Хоть Чжу Чжу и была юна, но, с малых лет помогая тетушке Чжу, она прекрасно видела, как тяжело приходится тем, кто зарабатывает на жизнь чужим трудом.

На ее взгляд, место в кинотеатре было куда лучше доли служанки в богатом доме, поэтому девушка стояла на своем.

Как бы ни уговаривали ее отец с матерью, она наотрез отказывалась уходить, да еще и набралась у Лу Яо умных словечек, чтобы парировать их упреки.

Вряд ли родители прониклись ее доводами, но возразить им было нечего, и Чжу Чжу продолжала ходить на работу день за днем.

Немного поразмыслив, девушка ответила:

— Они не то чтобы не хотят... Просто девушкам не пристало ходить по таким местам. К тому же все деньги обычно находятся в руках родителей. Ой, я вовсе не хочу сказать, что билеты слишком дорогие!

Она сама смотрела кино и искренне считала цену более чем оправданной.

Тот трепет и потрясение, которые дарил фильм, невозможно было описать никакими словами.

Даже сейчас, вспоминая о Е Цинчжоу и младшей сестре-наставнице Ниншуан, Чжу Чжу чувствовала, как сжимается сердце от горькой несправедливости.

Лу Яо опустила взгляд, погрузившись в раздумья.

Она с самого начала понимала, что эта эпоха полна ограничений. Но, видя на улицах женщин-торговок, решила, что нравы здесь не столь суровы. Похоже, она была слишком оптимистична.

Двери ее заведения открыты для всех, и каждый вошедший — желанный гость.

Ей не было дела до пола, возраста или статуса посетителей.

И раз уж кинотеатр появился в этом времени, Лу Яо в глубине души очень хотела, чтобы местные женщины тоже смогли приобщиться к искусству или хотя бы получили такой шанс.

Она потянула Чжу Чжу за собой за стойку кассы, распечатала на аппарате сорок билетов, записала их номера и нанесла на бумагу магические метки, незримые для обычных людей.

Повернувшись, Лу Яо протянула пачку девушке:

— Здесь по двадцать билетов на «Лучшего в Поднебесной» и «Маленькую кухарку из Шэнцзина». Сделай мне одолжение — раздай их своим знакомым девушкам. Скажи, что кинотеатр приглашает их на бесплатный пробный сеанс.

Чжу Чжу нервно сцепила пальцы и не спешила брать бумажки:

— Хозяйка... вы отдаете их даром?

— Да, — кивнула Лу Яо. — Сеансы завтра: второй утренний и второй дневной. Пусть просто покажут билет на контроле. Вдобавок каждая получит бесплатный набор из колы и попкорна. Но запомни: эти приглашения только для женщин. Мужчин по ним я не пущу.

Билет на «Маленькую кухарку из Шэнцзина» стоил дешевле «Лучшего в Поднебесной» — двадцать вэней. Сорок штук в сумме составляли целую связку монет, да еще и бесплатное угощение в придачу!

Чжу Чжу показалось, что хозяйка проявляет неслыханную щедрость, и она совершенно не понимала причин такого поступка.

Залы и так ломились от зрителей каждый день, люди выстаивали огромные очереди и все равно оставались ни с чем. Зачем же с таким размахом завлекать новых клиентов?

Девушка не находила ответа, но она всецело доверяла Лу Яо.

Взяв билеты, она неуверенно помяла их в руках и робко спросила:

— Хозяйка, а можно я дам один билет своей матушке?

Ее мать каждый день изводила себя тревогами, но наотрез отказывалась покупать билет. Это был отличный шанс доказать ей, что кинотеатр — вполне приличное заведение.

— Разумеется! — улыбнулась Лу Яо. — Можешь заодно дать несколько штук тетушке Чжу, пусть позовет своих знакомых, и они придут все вместе.

— Спасибо вам, хозяйка! — Чжу Чжу присела в благодарственном поклоне, сияя так, что глаз не было видно.

— Сорок билетов... Сможешь раздать все? — уточнила Лу Яо.

— Будьте покойны! На нашей улице многие мечтают попасть в кинотеатр. А уж если это бесплатно, они точно не откажутся.

— А как же предрассудки? Разве им будет удобно? — удивилась Лу Яо.

— Неудобно в основном незамужним девицам. Но если они придут в сопровождении матерей или старших родственниц, никто и слова дурного не скажет.

— Вот и славно, — на душе у Лу Яо потеплело. — Потрудись на славу. Справишься — завтра угощу тебя чем-нибудь вкусненьким.

При упоминании о вкусностях Чжу Чжу обрадовалась еще больше.

Еда, которой угощала хозяйка, была приготовлена каким-то неведомым способом, и от нее можно было язык проглотить.

Пока они беседовали, Ку Ба, Вэнь Цзянь и Гоуцзы как раз вернулись.

Ку Ба выглядел притихшим и больше не балаболил без умолку. Он искоса бросил взгляд на Лу Яо, а затем, решив, что она не заметила, зыркнул еще раз.

За все восемнадцать лет своей жизни он впервые видел уборную, которая была чище, чем кухня в хорошем трактире!

Но это еще полбеды. Сама яма оказалась невероятно странной: стоило присесть, а потом встать, как откуда-то бралась вода и с шумом смывала все нечистоты. И поди угадай, куда оно все девалось!

А бумага! Мягчайшая, куда приятнее бамбуковых дощечек!

Ку Ба пришлось в корне пересмотреть свои прежние убеждения. Это заведение и впрямь таило в себе множество загадок, а юная хозяйка была особой весьма подозрительной.

Не обращая внимания на билетера, Лу Яо подозвала Гоуцзы:

— Завтра приходи пораньше, покажешь мне, как справляешься с автоматами для попкорна и напитков. Если не ошибешься, будешь официально принят в штат.

Глаза мальчика загорелись:

— Благодарю за доверие, хозяйка!

Все работники были молоды, а потому схватывали все на лету.

Оказавшись в кинотеатре, Гоуцзы, казалось, растерял свою былую нищенскую изворотливость. Теперь он вел себя тихо, скромно и работал до седьмого пота.

Впрочем, уличное прошлое порой давало о себе знать грубоватыми манерами — особенно это бросалось в глаза во время еды.

Замечая это и боясь, что от него отвернутся, он тайком перенимал манеру речи у Лу Яо, Вэнь Цзяня и остальных.

В последнее время его говор приобрел неожиданную солидность и даже некоторую книжность.

Лу Яо все это видела, но предпочитала не вмешиваться.

Раздав указания, она отпустила сотрудников по домам — час был уже поздний.

***

Покинув кинотеатр, Ку Ба спешно снял комнату в гостинице, настрочил длинное послание и той же ночью отослал его в павильон Линсяо.

Поскольку ему предстояло задержаться в Лянцзине надолго, о других вещах он особо распространяться не стал.

Даже если и придется выводить эту девчонку на чистую воду, то лишь после того, как он обзаведется длинными фиолетовыми волосами!

С самого детства он питал слабость к вызывающему фиолетовому цвету. Носил фиолетовые одежды, фиолетовые сапоги, даже кисточка на эфесе его меча была того же оттенка. Но ему и в голову не приходило, что в этот цвет можно выкрасить шевелюру!

Сегодня в кинотеатре он повидал немало диковин, но больше всего на свете ему теперь хотелось иметь фиолетовые волосы.

***

Чжу Чжу, прижимая к груди сорок заветных билетов, вернулась домой и прямиком направилась на кухню, где хлопотала тетушка Чжу.

— Матушка, я дома!

— Иди мой руки, сейчас будем ужинать, — отозвалась та, даже не обернувшись.

— Мам, мне нужно кое-что тебе сказать, — Чжу Чжу подошла поближе.

Тетушка Чжу вскинула голову, предчувствуя недоброе:

— Что стряслось?

— Хозяйка дала мне немного билетов в кино, — девушка извлекла из рукава пухлую пачку бумажек.

— Каких еще билетов? — не поняла мать.

Чжу Чжу пересказала ей поручение Лу Яо.

Тетушка Чжу, сидевшая на низкой скамеечке у очага, растерянно всплеснула руками:

— Да сдались нам эти ваши картины! К тому же нам торговать надо!

— Сеансы есть в полдень и после обеда! — горячо принялась убеждать дочь. — Наша лапша с утиной кровью всегда лучше расходится в обед. А после полудня покупателей мало, вот тогда бы и сходила! Позови тетушку У, матушку Лю — вместе-то веселее!

Но тетушка Чжу все еще колебалась:

— Ох не знаю... С чего бы это твоей хозяйке раздавать билеты даром, да еще и только женщинам? Уж нет ли тут какого подвоха...

— Матушка! — Чжу Чжу в сердцах топнула ногой. — Хозяйка просто добрая душа, а ты вечно надумываешь невесть что! Ты же сама боялась, что кинотеатр — дурное место. Вот тебе и повод сходить и убедиться во всем лично, да еще и ни медяка не потратив!

Тетушка Чжу задумалась. Девчонка вцепилась в эту работу мертвой хваткой, ни ее, ни отцовских уговоров слушать не желает. Так почему бы и правда не сходить на разведку, тем более что платить не придется?

Она спросила дочь, на какой сеанс лучше пойти, и та, поразмыслив, посоветовала «Маленькую кухарку из Шэнцзина».

Сама Чжу Чжу полный фильм еще не видела, но в отрывках кухарка творила настоящие чудеса, а ее матушка тоже любила возиться со стряпней.

Чжу Чжу отсчитала матери десять билетов — по пять на каждую картину. Один оставила себе — на «Маленькую кухарку», а остальные раздала знакомым женщинам.

До наступления комендантского часа она успела пристроить всю пачку.

У Сяохуа, что частенько к ней заглядывала, была младшая сестра — им досталось два билета на «Кухарку». А Лю Сюэ'э, угостившей ее утром арахисом, она вручила пропуск на «Лучшего в Поднебесной».

Поболтав с Чжу Чжу у порога, Лю Сюэ'э радостно вернулась в дом, сжимая в руке драгоценную бумажку.

На звук ее шагов из комнаты вышел Лю Минъюань. Его взгляд сразу упал на билет, который показался ему смутно знакомым.

— Сестрица, неужто это билет в кино? — мальчик широким шагом подошел ближе, не веря своим глазам. Откуда у сестры деньги на такую роскошь?

— Это Чжу Чжу дала, — ответила та. — Говорит, хозяйка кинотеатра хочет бесплатно показать фильмы женщинам.

— А почему только женщинам? — озадачился Минъюань.

— Сама не знаю, — пожала плечами Лю Сюэ'э.

Брат посмотрел на нее умоляющим взглядом.

На бумажке было четко написано: «Лучший в Поднебесной». С этим билетом он смог бы пойти на сеанс вместе с Чжан Цзыци!

Лю Сюэ'э крепче сжала билет и опустила голову:

— Чжу Чжу велела передать, что пропускают только женщин. Мужчинам от них проку не будет.

Лю Минъюань не проронил ни слова, лишь сердито развернулся и зашагал обратно в свою комнату.

Сестра так и осталась стоять посреди комнаты, не зная, как поступить.

А в спальне Лю Минъюань упал на стол, роняя крупные слезы обиды.

Вскоре со двора вернулась госпожа Лю. В руках она тоже держала билет и буквально лучилась от радости. Увидев застывшую на месте дочь, она удивилась:

— Ты чего тут столбом стоишь? А где Минъюань?

Лю Сюэ'э повернулась к ней и безрадостно произнесла:

— Матушка... Чжу Чжу подарила мне билет в кино.

— А мне тетушка Чжу только что дала вот этот! — госпожа Лю помахала своей картонкой. — На какую-то «Кухарку»! То-то я радуюсь!

— Минъюань тоже хочет пойти...

Госпожа Лю нахмурилась:

— Ему в академию надо, какие еще картины?

— Завтра у него выходной.

Мать ненадолго умолкла, а потом решила:

— Ну, тогда идите вдвоем. Отдам ему свой билет. Мне все равно торговать надо, только голову ломала, где время выкроить. Вот вы вдвоем и сходите.

***

На следующий день кинотеатр открыл свои двери точно по расписанию. Настал день премьеры «Маленькой кухарки из Шэнцзина».

Стеклянная стена рядом со зрительными залами была поделена надвое: по одну сторону красовался плакат «Лучшего в Поднебесной», а по другую повесили афишу «Маленькой кухарки из Шэнцзина».

Перед входом с раннего утра выстроилась длиннющая очередь. Билеты на первый сеанс «Кухарки» разлетелись в мгновение ока — не успела бы остыть и чашка чая.

На второй сеанс изначально выделили на десять билетов меньше, но и оставшиеся тридцать раскупили столь же стремительно.

Чэнь Цзиншань, прослышав о выходе нового фильма, прибыл ни свет ни заря и, к своей радости, сумел урвать пропуск на самую первую трансляцию.

Хозяин книжной лавки «Жунси» и владелец соседней чайной «Чуньси» тоже отстояли очередь с самого утра.

Премьера «Маленькой кухарки» проходила во втором зале. Зрители, миновав контроль, заняли свои места. После показа рекламы и правил безопасности наконец начался сам фильм.

С первых же кадров те, кто уже видел «Лучшего в Поднебесной», затаили дыхание от восторга — эта история оказалась совершенно иной!