Пятый магазин

В Великой У настал полдень, тогда как на экране телефона значилось семь часов утра.

Обычно Фу Чи приходил в «Магазинчик пушистиков» примерно в это время.

Лу Яо велела ему сразу направляться сюда.

Черный «Бугатти Вейрон» выехал за пределы элитного поселка. Знакомые, однообразные пейзажи мелькали за окном. Лицо Фу Чи выражало лишь апатию и усталость. Он не питал никаких иллюзий по поводу этого так называемого лечения — всё вокруг вызывало у него глубокое чувство изнеможения.

Прошлый опыт и воспоминания непрестанно терзали его, тяжким грузом давили на плечи, превратившись в преследующий наяву кошмар.

Он словно барахтался в непролазной грязи, пребывая в постоянном оцепенении, но в конце концов всё же предпочел ничего не забывать.

В тот момент в душе Фу Чи царил настоящий мрак.

Владелица магазина на торговой улице предоставила ему два варианта. И для него, и для самой Лу Яо самым простым выходом было бы просто стереть эти воспоминания.

Ведь от таких эмоционально нестабильных людей, как он, лучше избавляться как можно скорее.

Но он из упрямства выбрал второй вариант: раз уж ему суждено жить в мучениях, пусть хоть кто-то разделит с ним эту ношу.

Лу Яо повесила трубку в прекрасном расположении духа.

К ней ехал старший администратор кинотеатра.

«…Неужели Фу Чи по доброй воле согласится работать старшим администратором? Что за абсурд!» — мысленно возмутилась Система.

«А что не так с администратором? Наш кинотеатр настолько потрясающий, что он придет и уже не захочет уходить, гарантирую», — мысленно ответила девушка.

«…Ты витаешь в облаках», — констатировала Системка.

Фу Чи в корне отличался от клана Цзи: он был всего лишь сказочно богатым смертным и не испытывал перед духами и божествами того трепета, что был присущ членам древней семьи. Системка считала, что на этот раз идеальный план хозяйки с треском провалится.

Проходивший мимо Ку Ба как раз застал Лу Яо за телефонным разговором. Не в силах оторвать взгляд от диковинного предмета, он поинтересовался:

— Госпожа, что это за вещица у вас в руках?

Девушка приподняла устройство:

— А, это? Телефон.

— Телефон? — недоуменно переспросил Ку Ба.

— Такое средство связи. Кстати, встань-ка вон туда, я тебя сфотографирую.

Парень растерялся еще больше:

— А что такое «сфотографировать»?

Лу Яо велела Ку Ба сесть в зоне отдыха где ему больше нравится, сделала пару снимков с разных ракурсов и протянула ему экран:

— Вот, смотри. Это твоя фотография.

Юноша обеими руками благоговейно принял телефон. Его глаза расширились от потрясения — человек на экране был его точной копией!

— Это… я?

Лу Яо кивнула:

— Ага. Ты же хотел покрасить волосы в фиолетовый? Вот я и решила сначала примерить цвет на твоем снимке.

Автоматически пропустив мимо ушей непонятные слова, Ку Ба умоляюще посмотрел на девушку:

— Госпожа, а можно мне забрать эту «фотографию»?

Опустив взгляд, она на мгновение задумалась, а затем ответила:

— Телефон я тебе отдать не могу, а вот фото — запросто. Завтра распечатаю для тебя несколько штук.

Ку Ба ничего не понял про распечатку, но, услышав, что получит портрет, так и просиял:

— Спасибо, госпожа!

Тем временем Фу Чи стоял перед входом в кинотеатр. Сквозь стеклянные двери он окинул взглядом интерьер и сидящую в зоне отдыха Лу Яо. Мужчина слегка нахмурился: похоже, бизнес здесь совсем не шел.

Он поднялся по ступенькам, легонько постучал по стеклу и громко произнес:

— Лу Яо, я приехал.

Услышав голос, девушка подняла голову, но никакого Фу Чи не увидела — в дверях толпились лишь входящие и выходящие жители Великой У.

Она поднялась, подошла ко входу, закрыла одну из створок, мысленно отдала приказ и снова потянула ручку на себя.

Звездные врата перенастроились на торговую улицу. За порогом стоял Фу Чи.

— Заходи, — пригласила она.

Ступив внутрь, мужчина тут же услышал гул множества голосов. Он обернулся, и его зрачки сузились от удивления.

За прозрачным стеклом простиралась вовсе не безлюдная и тихая старая аллея торговой улицы. На ее месте пролегала широкая, вымощенная серым камнем мостовая, по обеим сторонам которой возвышались здания старинной архитектуры.

Прохожие — как мужчины, так и женщины — щеголяли длинными волосами и носили просторные одежды из грубой ткани, неспешно и праздно прогуливаясь по своим делам.

В отличие от бутафорских декораций Хэндяня, эта улица дышала неописуемой реалистичностью и пульсирующей жизнью.

Учитывая опыт с «Магазинчиком пушистиков», Фу Чи давно строил догадки о том, в каком мире окажется кинотеатр, но он никак не ожидал, что это будет самая настоящая древность.

Открыть подобное заведение в такую эпоху… Неужели владелица не боится, что ее сочтут порождением тьмы и отправят на костер?

Сам того не ведая, своим появлением Фу Чи тоже немало шокировал жителей Великой У.

Хотя он планировал лишь «заскочить на минутку», из профессиональной привычки к рабочим местам мужчина оделся весьма формально. На нем был сшитый на заказ деловой костюм, дополненный идеальной рубашкой и галстуком. Туфли, зажим для галстука и наручные часы — всё это также было эксклюзивной работы.

Перед выходом из дома, заметив бледность лица, потухший взгляд впалых глаз и тяжелые темные круги, он надел имиджевые очки с серыми стеклами в оправе из розового золота.

Его наряд бросался в глаза ничуть не меньше, чем одежда Лу Яо. А короткая стрижка и очки окончательно повергли посетителей кинотеатра в ступор.

Мало того, что хозяйка сама по себе чудачка, так откуда взялся еще один настолько странный тип?

Вань Баочжу в облике богатого молодого господина изящно переступила порог заведения. Облаченная в шелка, с нефритовым венцом на голове и резной подвеской на поясе, она неспешно обмахивалась складным веером.

Не успев даже осмотреть убранство помещения, ее взгляд мгновенно зацепился за Лу Яо и стоящего рядом с ней мужчину.

Одежда этой парочки выглядела донельзя диковинно, но при этом непостижимым образом гармонировала друг с другом.

Вань Баочжу поймала себя на мысли, что эти двое в интерьерах кинотеатра смотрятся куда органичнее, чем суетящиеся вокруг обыватели. От них исходила какая-то непередаваемая аура.

Хунъюй тоже была в мужском костюме, но уже в роли телохранителя, с притороченным к поясу коротким мечом.

Проследив за взглядом своей госпожи, девушка изо всех сил прищурилась, но так ничего толком и не разглядела. Сделав пару шагов вперед, она смутно различила стоящих рядом мужчину и женщину в весьма легких — как ей показалось — одеждах. Решив, что они забрели в какой-то бордель, Хунъюй развернулась и потянула Вань Баочжу за рукав:

— Молодой господин, нам лучше уйти!

Но Вань Баочжу не сдвинулась с места:

— Любопытно… До крайности любопытно. Идем, для начала купим билеты.

Не смея перечить хозяйке, Хунъюй с тяжелым сердцем развернулась и пошла к кассе.

Билеты на полуденные сеансы уже были распроданы, поэтому они взяли проходки на второй и третий дневные показы: один на «Лучшего в Поднебесной», а другой — на «Маленькую кухарку из Шэнцзина».

До начала оставалось ждать почти целый час. Не желая никуда уходить, Вань Баочжу устроилась в зоне отдыха. Она смотрела крутящиеся на экране трейлеры и рекламу, попутно хрустя подарочным попкорном.

Хунъюй сидела рядом и старательно щурилась, с трудом различая картинку на дисплее.

Лу Яо провела Фу Чи с экскурсией по кинотеатру. Выйдя из коридора с кинозалами и вернувшись в зону отдыха, она спросила:

— Ну как вам, господин Фу?

Тот повернул голову к застекленному фасаду, глядя на улицу, и сдержанно ответил:

— Весьма недурно.

— Тогда давайте для начала подпишем договор? — Девушка привычным жестом извлекла стопку контрактов о неразглашении.

— Опять подписывать? — изогнул бровь мужчина.

— Трудовой договор отличается от клиентского соглашения. Чтобы официально устроиться в кинотеатр, нужно заполнить еще парочку бумаг.

Фу Чи взял документы и пробежался по ним глазами: должность — старший администратор, срок контракта — полгода.

Всё это время зарплата и условия труда будут точно такими же, как у остальных сотрудников торговой улицы.

Уголки его губ едва заметно дрогнули. Мужчина подавил смешок:

— Полный соцпакет и оклад в шесть тысяч юаней?

Лу Яо глубокомысленно кивнула:

— Вы же пришли за новым жизненным опытом. Нужно, чтобы всё было максимально правдоподобно.

Фу Чи всё же не выдержал и тихо рассмеялся:

— Именно эта работа и есть самая нереалистичная вещь на свете.

Тем не менее, он опустил голову и поставил свою подпись.

Контракт о неразглашении вступил в силу. Лу Яо убрала бумаги и поднялась:

— Сяо Фу, позволь представить тебя остальному коллективу.

«Сяо Фу?»

Мужчина задумчиво постучал пальцем по стеклянной столешнице и тихо пробормотал:

— А это что-то новенькое.

Внезапное появление Сяо Фу в кинотеатре заставило Вэнь Цзяня, Чжу Чжу и Гоуцзы заметно напрячься.

Ку Ба незаметно изучал новичка, всем своим видом изображая такую же робость.

С первого взгляда было ясно, что этот человек — одного поля ягода с госпожой. Одет он был еще причудливее, к тому же явно старше Лу Яо. Выглядел этот тип так, словно с ним шутки плохи.

Ограничившись кратким представлением, Лу Яо оставила их знакомиться самостоятельно.

На самом деле Фу Чи отнюдь не был так равнодушен к заведению, как пытался показать. Стоило хозяйке отойти, как он принялся неспешно осматривать каждый угол, попутно завязывая разговор с юными работниками.

Сяо Фу годами вращался в высшем свете, и его умение читать людей было ничуть не хуже, чем у Цзи Чжисиня. Безупречно чувствуя грань дозволенного, он в два счета выведал всю подноготную текущих дел кинотеатра.

Открылись они совсем недавно, в прокате крутилось всего два фильма.

Местные жители пока что воспринимали диковинку вполне благосклонно, так что опасность оказаться на костре владелице не грозила.

Скрестив руки на груди, Фу Чи застыл у входа, всматриваясь вдаль. Где-то глубоко внутри начало зарождаться крохотное, едва уловимое чувство. Оно всё сильнее заставляло сердце биться чаще, почти вырываясь из-под контроля.

Он просто не мог себе представить: когда на этом огромном экране начнут крутить документальные фильмы, триллеры, научную фантастику… Как отреагируют люди этой эпохи?

Именно из-за невозможности вообразить этот момент он ждал его с невероятным нетерпением.

Фу Чи внезапно вспомнил, что Цзи Чжисинь в последнее время с головой ушел в покупку авторских прав. Его скаредность уже успела прославить его в деловых кругах как невероятного скрягу. Поползли даже слухи, уж не близок ли клан Цзи к разорению, раз из-за каких-то жалких лицензий на сотни тысяч они торгуются до последней копейки. Похоже, владелица кинотеатра была сильно стеснена в средствах, вот молодому господину Цзи и приходилось считать каждый юань.

Нищий кинотеатр, открытый в древнем мире… Кажется, эта затея становилась всё увлекательнее.

***

Стоя за аппаратом для попкорна, Лу Яо внимательно наблюдала за гостями у столика в зоне отдыха.

«Те двое за столиком E — девчонки, верно?» — мысленно обратилась она к Системе.

«…Ты и это умудрилась разглядеть?» — отозвалась та.

«…Было бы странно не заметить», — мысленно фыркнула Лу Яо.

Несмотря на мужские наряды, их кожа была куда нежнее и светлее, чем у обычных мужчин Великой У. Особенно это касалось той, что изображала молодого господина: хрупкое телосложение, алые губы, белоснежные зубы. Лишь благодаря безупречно строгой осанке ей удавалось скрывать девичью мягкость.

Понаблюдав еще немного, Лу Яо добавила:

«Та девчонка-телохранитель постоянно щурится. У нее что, близорукость?»

«…Без понятия», — сухо ответила Система.

Ей было откровенно лень вникать в странные детали, на которые вечно обращала внимание хозяйка.

«Они купили билеты?» — не унималась Лу Яо.

«Да, сразу на два сеанса».

Вань Баочжу, в свою очередь, тоже приглядывалась к владелице. Разговор между ней и тем странным мужчиной она слышала от начала и до конца.

И хотя поняла она далеко не всё, каждое слово было бережно отложено в памяти — до тех времен, когда появится возможность всё прояснить.

Тем временем полуденные показы завершились, и зрители гуськом потянулись к выходу из кинозалов.

Примерно через четверть часа по громкой связи объявили о начале проверки билетов на вторые сеансы.

На этот раз пришло немало девушек и пожилых женщин с подарочными купонами. Они заваливались шумными компаниями, весело галдя, протягивали Лу Яо билеты для проверки и в предвкушении спешили занять свои места.

После этого кинотеатр еще четыре дня продолжал акцию по раздаче бесплатных билетов.

К пятому дню, когда состоялась премьера следующей части «Маленькой кухарки из Шэнцзина», акция уже закончилась, но желающих купить билет за свои кровные оказалось предостаточно, причем подавляющее большинство составляли женщины.

Лу Яо вновь остро ощутила нехватку кинозалов и решила в ближайшее время выпустить в прокат третью картину.

Изначально Цзи Чжисинь вел переговоры по одному сянься-сериалу, но он так сильно сбил цену, что договориться никак не удавалось.

Поэтому Лу Яо на ходу изменила планы и выбрала другой фильм.

Это была экранизация популярного романа. Сначала по нему сняли сериал, а затем выпустили полнометражный фильм, который в свое время произвел настоящий фурор.

Выбор Лу Яо пал именно на полнометражку, и, по счастливому стечению обстоятельств, права на нее принадлежали компании Фу Чи.

Узнав, что владелица хочет крутить этот фильм в своем кинотеатре, Фу Чи мгновенно дал зеленый свет.

Поскольку вопросом авторских прав занимался Цзи Чжисинь, на этот раз сделка прошла молниеносно, а итоговая цена оказалась более чем выгодной.

Цзи Чжисинь не удержался от подколки:

— Сяо Фу, а из тебя вышел отличный старший администратор.

— Сяо-сяо Цзи, рад стараться, — парировал Фу Чи.

— … — только и смог выдавить из себя Цзи Чжисинь.