Первая лавка

— Ты правду говоришь? — Ли Шаша, наносившая макияж, замерла, услышав слова подруги, и в её глазах мелькнуло удивление.

В этом мире не существовало косметики, да и сам процесс не имел никакого смысла.

Будь ты писаной красавицей или сущей дурнушкой — здесь на это вряд ли кто-то обратит внимание.

Ли Шаша просто умирала от скуки, а ходить в Парк ей не нравилось. Вот она и создавала иллюзию косметики, чтобы хоть как-то убить время за имитацией макияжа.

Сидевшая напротив Чэнь Мэйюэ закивала:

— Чистая правда! Прямо у Парка на девяносто девятом этаже. Уж не знаю, кто там хозяин, но сотворенная им еда не только пахнет, но и на вкус абсолютно как настоящая! Я как вспомню эти острые крылышки — слюнки текут.

Девушки легко находили общий язык и частенько собирались вместе, чтобы поиграться с иллюзорной косметикой.

Однако заниматься одним и тем же десятки лет тоже надоедает. Чэнь Мэйюэ, по правде говоря, Парк тоже недолюбливала, но в тот день скука одолела её настолько, что она поддалась на уговоры знакомых и отправилась в кинотеатр на девяносто девятом этаже.

Фильм не вызвал у неё особых эмоций, а где-то на середине сеанса в зал ввалилась четверка с контейнерами навынос в руках.

Стоило им появиться, как увлеченные сюжетом зрители мгновенно отвлеклись.

А уж когда один из вошедших открыл свой контейнер, в зале словно взорвалась бомба из специй. До всех донесся одуряющий пряный аромат, от которого во рту моментально скопилась слюна.

На огромном экране как раз разворачивалась самая напряженная сцена — в любой другой день публика сходила бы с ума от восторга.

Но сейчас всё внимание было приковано к дымящейся еде в руках четвёрки на заднем ряду. До фильма никому не было дела.

Кто-то поинтересовался, где они это купили. Один из жующих бросил, что прямо у входа в кинотеатр, и вскоре несколько человек сорвались с мест и вышли.

Изначально Чэнь Мэйюэ не собиралась поддаваться всеобщему ажиотажу. Иллюзорная еда — фальшивка чистой воды, и чем реалистичнее она выглядит, тем острее чувство пустоты: ведь на неё можно только смотреть, а насытиться нельзя.

Но эта четверка невыносимо раздражала! Они жевали иллюзию, при этом уплетая её со слезами на глазах, будто это и впрямь было пищей богов.

Спустя некоторое время зрители, покинувшие зал, вернулись с такими же коробочками. Угнездившись в креслах, они вгрызались в острые крылышки, тяжело дышали от жгучих специй, утирая слезы и сопли, а расправившись с порцией — тут же вскакивали и снова неслись к выходу.

Постепенно ряды пустели — всё больше людей выходило наружу и возвращалось с едой.

Спутник Чэнь Мэйюэ тоже не удержался: сходив на разведку, он купил себе две пары крылышек и сладкий суп, а заодно прихватил порцию крылышек для подруги.

Откусив кусочек, девушка обомлела.

Она уже и не помнила, сколько лет во рту маковой росинки не было, но текстура этого мяса в точности повторяла забытые ощущения из прошлого.

Нежная, чуть подгоревшая кожица, сочное тающее мясо… Перец, который раньше казался несъедобным, превратился в самую изысканную приправу, обжигающую рецепторы и заставляющую вгрызаться в крылышко всё с большей жадностью. Остановиться было невозможно.

Расправившись с порцией, она тут же вскочила и выбежала из зала.

Увы, опоздала — заведение уже закрылось, а у входа топталось несколько таких же разочарованных бедолаг, которым ничего не досталось.

Чэнь Мэйюэ в красках расписала Ли Шаше испытанный ею спектр вкусов и предложила:

— Давай завтра сходим туда вместе?

Ли Шаша нахмурилась. Верилось с трудом:

— В голове не укладывается, что у иллюзии может быть вкус. Может, это очередной трюк? Вдруг в кинотеатре перед тобой просто разыграли спектакль?

Далеко не все горели желанием горбатиться в Парке. Находились и те, кто искал иные способы заработать «время» — например, лепили иллюзии вещей из своих воспоминаний и продавали их. Интересные безделушки расходились быстро, а вот прочие особым спросом не пользовались.

Вот тогда-то торговцы и нанимали подставных лиц, чтобы те устраивали представления и завлекали прохожих.

Даже в другом мире подобные мошеннические схемы процветали буйным цветом.

Ли Шаша и сама однажды попалась на эту удочку.

Какой-то пройдоха уверял, что его иллюзорная косметика обладает реальным эффектом и преображает лицо. Так он выманил у неё целую сотню лет.

Чэнь Мэйюэ покачала головой:

— Я точно чувствовала вкус, это не обман. К тому же там безумно дешево: одно крылышко стоит всего шесть часов. Мы ничего не потеряем, если просто попробуем.

После этих слов сомнения Ли Шаши только усилились.

Если бы еда и впрямь имела вкус, разве продавали бы её за бесценок?

Наверняка это приманка для жирных овец, которых потом обдерут как липку.

Девушке совершенно не хотелось добровольно лезть в ловушку, но подруга была столь настойчива, что в конце концов она нехотя согласилась сходить на разведку, взяв слово, что они сбегут при малейшем подозрении.

В то же самое время по всему Сектору А разворачивались похожие беседы: счастливчики, отведавшие стряпню из новой закусочной, рьяно расхваливали её знакомым, а те, в свою очередь, слушали их с изрядной долей скепсиса.

За многие годы развития этого мира местным жителям удалось запустить иллюзорное метро, которое исправно функционировало, и даже иллюзорные самолеты, успешно поднимавшие пассажиров в небеса.

Но создать иллюзию еды со вкусом и запахом?

Такое просто немыслимо!

***

Тем временем Лу Яо замариновала два огромных таза куриных крылышек, прикупила новый вместительный котел, собираясь сварить двойную порцию сладкого супа, и загрузила в морозилку четыре ящика молока.

Такого количества продуктов должно было с лихвой хватить на целый день торговли.

Однако, толкнув дверь заведения, она остолбенела.

Снаружи уже выстроилась длинная очередь. Первым переминался с ноги на ногу Чи — тот самый парень, которому вчера не досталось крылышек. Сразу за ним стоял Цин.

Увидев Лу Яо, Чи радостно захлопал ресницами. Угощение, которое вчера дала ему хозяйка, оказалось сладким, и парень мгновенно проникся к ней симпатией. С порога он выдал грандиозный заказ:

— Хозяйка, мне десять пар адски острых крылышек и миску сладкого супа!

Из-за его спины тут же высунулся Цин:

— Мне тоже десять пар адски острых крылышек, миску супа и пять коробок ледяного молока.

По толпе пронесся ропот, особенно возмущались те, кто стоял в самом конце:

— Эй, вы чего так лютуете? А нам что-нибудь останется?

— Имейте совесть! Мы с самого утра тут торчим. Если каждый будет брать по десять порций, у хозяйки вообще запасов хватит?

— Хозяйка, я смертельно болен: если не съем острых крылышек — помру на месте! Умоляю, дай хотя бы одну... нет, две порции!

У Лу Яо имелось незаконченное задание «Обслужить сотню посетителей», а выполнено оно было лишь наполовину. Куда разумнее было растянуть торговлю и обслужить больше людей.

Немного поразмыслив, девушка выставила перед прилавком табличку: «В одни руки — максимум две пары острых крылышек, одна порция супа и одна коробка ледяного молока».

Чи сдулся, как проколотый мяч. Две пары? Да этим даже на зуб не положишь!

Но поделать было нечего: товар в этой закусочной разлетался как горячие пирожки.

А то, что выдают строго по лимиту, всегда кажется вкуснее. Поначалу Чи не собирался брать молоко, но теперь тоже приплюсовал его к заказу.

Стоявшие за ним покупатели почти все как один брали максимальный набор: две пары крылышек, суп и коробку ледяного молока.

Чэнь Мэйюэ с Ли Шашей тоже отстояли очередь. Когда подошел их черед, Чэнь Мэйюэ, не отставая от остальных, заказала полный комплект.

А вот Ли Шаша всё ещё сомневалась в подлинности закусочной, поэтому ограничилась одной парой крылышек и порцией сладкого супа.

Чэнь Мэйюэ тут же окликнула Лу Яо, сверкая умоляющими глазами-звездочками:

— Хозяйка, а можно мне забрать ту порцию крылышек, от которой она отказалась?

Лу Яо категорично покачала головой:

— Нельзя.

Разочарованная покупательница поникла:

— Ну ладно.

Затем она принялась горячо уговаривать подругу докупить ещё пару, чтобы полностью выбрать свой лимит.

Но Ли Шаше казалось, что всё это — коварные происки владелицы. Установить искусственные ограничения, разжечь ажиотаж и через «голодный маркетинг» всучить клиентам свои острые крылышки, незаметно сбывая огромные объемы. А на деле-то продаётся сплошной воздух! Хозяйка в любом случае остаётся в колоссальном плюсе.

Подруга уже угодила в ловушку, но ей самой следовало сохранять ясность рассудка.

К тому же, даже если крылышки окажутся такими же бесподобными, как ей расписывали, всегда можно будет купить ещё. Незачем набирать впрок.

Чэнь Мэйюэ едва не расплакалась от обиды.

Типичный синдром: «обжегшись на молоке, дует на воду». Вот попробует Ли Шаша, и точно пожалеет о своём упрямстве!

Девушки решили перекусить на месте. Четыре-пять складных столиков у входа были битком набиты. Свободные места оставались лишь за одним — там, где сидели Цин и Чи.

От этой парочки исходила столь подавляющая аура, что любой мало-мальски проницательный человек сразу признал бы в них Стражей Парка.

Завсегдатаи кинотеатра и Парка испытывали перед Стражами инстинктивный трепет, поэтому подсаживаться к ним никто не горел желанием.

Однако Чэнь Мэйюэ и Ли Шаша бывали здесь нечасто и не осознавали всей серьезности ситуации. Заметив свободные места, они, ничтоже сумняшеся, плюхнулись за стол.

Чэнь Мэйюэ не терпелось приступить к трапезе. Вцепившись зубами в острое крылышко, она от удовольствия зажмурилась: всё тот же обжигающе-пряный, божественный вкус!

Наблюдая за её неподдельным блаженством, Ли Шаша недоумевала: «Неужели и впрямь так вкусно?»

До её носа действительно доносился аппетитный аромат, но разум по-прежнему отказывался верить, что сотворенная из ничего иллюзия может быть горячей и сытной, как настоящая еда.

Девушка не стала сразу браться за мясо, а перевела взгляд на дымящуюся миску со сладким супом.

Рисовые шарики в ферментированном сладком вине были приготовлены мастерски: пухлые, белоснежные клецки размером с большой палец покоились на дне вместе с кусочками рисовой закваски, яркими ягодами годжи и красными финиками. Одно лишь созерцание этого блюда приносило умиротворение, а в сладком аромате отчетливо улавливались пьянящие нотки ферментации. Ли Шаше очень нравился этот запах.

Зачерпнув пару клецок вместе с бульоном, она отправила их в рот. Нежный, согревающий вкус скользнул по языку и приятным теплом разлился в животе.

На мгновение оторопев, Ли Шаша низко склонилась над миской и принялась жадно хлебать суп ложку за ложкой.

Не прошло и двух минут, как посудина опустела, оставив на дне лишь жалкие капли.

Девушка приподняла миску и выскребла всё дочиста, съев даже осевшие крошки измельченного имбиря.

Опустив посуду, она поймала на себе пристальный взгляд Чэнь Мэйюэ. Смущенно потупившись, Ли Шаша выдернула салфетку и промокнула губы, пытаясь скрыть неловкость:

— Чего уставилась?

Та лишь рассмеялась:

— Говорила же, я тебя не обманываю!

Красная как рак Ли Шаша кивнула. В глубине души она уже рвала на себе волосы: раз суп оказался настолько изумительным, то и крылышки наверняка выше всяких похвал.

Отведав кусочек мяса, она подняла голову. Очередь к прилавку уже растянулась до самых лифтов и завернула налево, в сторону Парка. Как же ей хотелось повернуть время вспять минут на десять назад! Уж тогда бы она непременно послушала подругу и хозяйку, и без лишних споров взяла свои законные две порции!

Когда первый таз замаринованных крылышек опустел, Лу Яо пришлось вернуться на кухню за вторым.

Выйдя наружу, она обнаружила, что и котел с супом вычерпан досуха. Разложив мясо на решетке гриля, девушка снова метнулась вглубь лавки за добавкой.

[Успешно обслужено сто посетителей. Задание выполнено. Награда: сто очков популярности.]

[Популярность «Закусочной Лу Яо» стремительно растет! Заведение повышено до двух звезд, доступно новых блюд: 3.]

[У вас новое задание! Обслужите тысячу посетителей. Награда: тысяча очков популярности.]

[За пятьдесят очков популярности можно нанять одного сотрудника. Открыть вакансию?]

Стоило Лу Яо войти внутрь, как в голове один за другим зазвенели оповещения Системы.

Едва держась на ногах от усталости, девушка налила себе стакан воды и тяжело опустилась на стул, чтобы просмотреть сообщения.

Задание выполнено — этого следовало ожидать.

Новые блюда — об этом она подумает вечером.

Новое задание — приступит к нему немедленно.

Лишь последний пункт заставил её задуматься. Рабочие руки в закусочной сейчас и впрямь не помешали бы.

Вот только с наймом могли возникнуть трудности: вся здешняя еда создавалась из иллюзий, так что отыскать подходящего кандидата будет ох как непросто.

Однако в одиночку она уже не справлялась. Последние несколько дней Лу Яо толком не спала.

Нагрузка росла, поток посетителей увеличивался, да еще и меню требовалось обновлять.

Гул недовольных голосов за дверью подстегивал к действиям. Допив воду, девушка поднялась и мысленно подтвердила наём сотрудника.

[Списано пятьдесят очков популярности. В закусочной открыта одна вакансия. Объявление о найме опубликовано.]

Когда Лу Яо выкатила тележку с супом, толпа снаружи уже изнывала от нетерпения.

Утерев испарину со лба, хозяйка вновь принялась переворачивать шкворчащие на гриле крылышки и паковать заказы.

Спустя два часа дно показалось и во втором тазу, а от супа остались лишь жалкие капли. Лу Яо протяжно выдохнула:

— Всё распродано! Лавка закрывается. Приходите завтра.

До этого момента она была так поглощена работой, что не замечала ничего вокруг. И лишь подняв голову, обнаружила, что очередь рассеялась. У прилавка застыл только один человек.

Это был юноша с дерзкой копной серебристых волос, словно сошедший со страниц комикса — неописуемо красивый главный герой. В его багровых глазах мерцали озорные искорки. Широко улыбаясь, он посмотрел на Лу Яо:

— Мне миску сладкого супа.

Девушка поскребла половником по дну котла, нацедив чуть больше половины порции, и смущенно произнесла:

— Остались только остатки, к тому же совсем остывшие.

— Ничего страшного, — отозвался незнакомец.

«Ну, как знаешь», — подумала Лу Яо.

Она уже было протянула ему посуду, но внезапно осеклась:

— Присядь-ка на минутку. Я сейчас подогрею.

Кормить клиента остывшей едой ей не позволяла совесть.

Вернувшись на кухню, она прихватила крошечный ковшик и пару яиц.

Перелив остатки супа в ковшик, Лу Яо водрузила его на всё ещё раскаленную решетку гриля, разбила туда яйца и добавила щепотку сахара.

Через пару минут горячий суп с рисовыми шариками, винной закваской и яйцом был готов.

В лавке уже никого не осталось, так что юноша вольготно расположился за первым попавшимся столиком.

Лу Яо подала ему обновленное блюдо:

— Я добавила сюда яйцо, так что рецепт немного отличается от стандартного. Это за счёт заведения.

Сереброволосый гость снял пробу, и его глаза превратились в довольные щелочки:

— Очень сладко.

Девушка кивнула и, потеряв к нему интерес, вернулась к уборке.

Бай Мин неспешно хлебал суп, не отрывая от хозяйки пристального взгляда.

Как раз к тому моменту, когда она закончила наводить порядок, его миска опустела.

Отодвинув посуду в сторону, юноша окликнул Лу Яо:

— Хозяйка, я пришел на собеседование.

«Ничего себе эффективность у этих объявлений! И пяти минут не прошло, а кандидат уже тут как тут».

Присев напротив него, девушка поинтересовалась:

— И где же ты наткнулся на нашу вакансию?

Бай Мин неопределенно махнул рукой куда-то влево:

— Висела на входе в Парк. Увидел и сразу пришел.

Разумеется, он скромно умолчал, что сорвал листок, так что объявление больше никто не увидит.

«Как-то всё подозрительно гладко», — пронеслось в голове у Лу Яо. Впрочем, помощник ей требовался позарез, поэтому она решила не придираться к мелочам и перешла к стандартным вопросам:

— Как тебя зовут? Сколько лет? Опыт работы имеется? Труд здесь нехитрый, но пахать придется от рассвета до заката.

Она ещё понятия не имела, как в этом мире выплачивают жалованье. Наверное, тоже расплачиваются «временем»?

Надо будет потом расспросить Синцзы.

У Бай Мина, похоже, ответы были заготовлены заранее:

— Меня зовут Бай Мин. Возраст... двадцать два года. До этого трудился в Парке, но недавно уволился.

— А кем ты там работал? — полюбопытствовала Лу Яо.

— Стражем, — небрежно бросил юноша.

Девушка нахмурилась. «Страж» — это вроде охранника? Или швейцара на входе?

— Бай Мин, твою ж мать! Какого хрена ты прохлаждаешься здесь, вместо того чтобы охранять Парк?! — Громоподобный рык стремительно приближался. Ещё секунду назад незнакомец находился в десятках метров от лавки, а в следующее мгновение уже материализовался прямо перед ними.

Перекошенный от ярости Бай Цзянь скользнул взглядом по Лу Яо, а затем впился испепеляющим взором в сереброволосого парня.

Цин и Чи только что вышли из Парка вместе с ним.

Окинув Бай Мина оценивающим взглядом, Чи спросил:

— Так это и есть наш новенький?

«Уж больно зелёный для Стража», — подумал он. Впрочем, раз этот юнец умудрился занять пост на девяносто девятом этаже, сила в нём крылась немалая.

Бай Цзянь кивнул:

— Ага. Только-только заступил на должность, ещё ветер в голове гуляет. Но ничего, в ближайшее время я выбью из него эту дурь!

Слегка опешившая Лу Яо вопросительно уставилась на кандидата, всем своим видом говоря: «Это что ещё за цирк? Ты же сказал, что уволился!»

Бай Мин невозмутимо поднялся и шагнул к разгневанному командиру:

— Капитан Стражи, я принял решение покинуть пост. Заявление об уходе уже лежит у вас на столе.

Лицо Бай Цзяня вытянулось. На нём ясно читалось: «Ты, блядь, издеваешься?».

— Повтори-ка... я, кажется, ослышался?