Четвертый магазин
— Номер 1042, ешь быстрее!
— Волосы мешают учебе, нечего их отращивать. Остричь выше ушей.
— Какие еще игры на микрокомпьютере? Пора учиться.
— Откуда у тебя эти книги? Сжечь их все до единой!
…
— Результат теста на интеллект у номера 1042 — 195 баллов, физическая подготовка — ранг F.
— Неужели 195? Но она выглядит такой тупой, будто вообще не умеет думать.
— Не пойдет, ее личность неполноценна. Она не сможет адаптироваться к последующим экспериментам.
— Вердикт для номера 1042: де-фект-на-я.
Цзюхуа резко проснулась, раздраженно взлохматила волосы и поняла, что уснула на диване, а ее плечи укрыты светло-серым пледом.
В квартире стояла тишина. В прихожей аккуратно стояли две пары тапочек — Лу Яо и Гарольд ушли. Должно быть, отправились в больницу навестить Цинмэй.
Цзюхуа подняла руку и мягко потерла переносицу. Последнее время выдалось слишком шумным, и она умудрилась обзавестись дурной привычкой.
Они приходили к ней всего пару раз, но стоило им уйти, как жилище показалось необъяснимо пустым. Очень странно.
Мрачные эмоции, словно сырой мох или проступившая на коже испарина, капля за каплей пропитывали одежду, оставляя липкое, неприятное ощущение.
Цзюхуа встала, выпила стакан воды, босиком дошлепала до прихожей, сунула ноги в тапочки и вышла за дверь.
Серые кучевые облака, словно тяжелое зимнее одеяло, наглухо накрыли полнеба.
Девушка лежала на крыше жилого комплекса, устремив в пустоту расфокусированный взгляд.
Вдалеке пролетела редкая стайка воробьев. Облака опустились еще ниже.
Сегодня будет ливень.
Цзюхуа медленно прикрыла глаза. Холодный ветер овевал кожу, принося приятную прохладу, и мысли постепенно приходили в порядок.
— Ты что тут делаешь? — раздался озадаченный юношеский голос.
Цзюхуа распахнула глаза и, встретившись с нахмуренным взглядом Гарольда, опешила:
— Вы почему вернулись?
Судя по прошлому разу, она полагала, что они пробудут в больнице до обеда, а оттуда направятся прямиком в морские глубины.
Гарольд одним махом вздернул ее на ноги:
— Собирается дождь. Лу Яо сказала, что мы переждем его здесь и только потом вернемся в магазин. Давай, спускайся и открывай дверь.
Он, конечно, мог бы и сам ее выломать, но Лу Яо запретила.
Внизу Лу Яо, держа в руках два пакета с продуктами, с воодушевлением топталась у порога:
— Кажется, сейчас ливанет. Я купила кое-какой еды, а еще захватила из моря свежих морепродуктов. Сейчас сварим хого!
Цзюхуа с каменным лицом ввела пароль, распахнула дверь и тихо проворчала:
— Хого… Сплошная морока.
Услышав это, Гарольд гордо заявил:
— Лу Яо готовит потрясающий хого! От тебя требуется только помыть овощи.
Цзюхуа лишь обреченно промолчала.
Квартира у Цзюхуа была огромной, располагалась на высоком этаже и отличалась прекрасными условиями.
Одну из стен в гостиной полностью снесли, заменив ее гигантским панорамным окном с односторонней видимостью.
Разобрав покупки, троица устроилась за низким стеклянным столиком у окна.
Как только бульон в котелке закипел, хлынул ливень.
Цзюхуа отрешенно смотрела на улицу. Лу Яо положила ей в пиалу кусок вареного омара:
— Только-только сварился, мясо нежнейшее. А если макнуть в мой фирменный соус — просто пальчики оближешь!
— Спасибо, — девушка ела аккуратно, тщательно пережевывая пищу, никуда не торопясь.
Гарольд же метал еду как не в себя, и вскоре возле него выросла целая гора объедков.
Для настоящего дракона панцири омаров и крабов не представляли никакой преграды, однако они портили вкус.
— Со здоровьем Цинмэй все в порядке, просто ей нужно еще немного времени на восстановление, — произнесла Лу Яо. — Она сегодня сказала мне, что должность в её прежней компании все еще закреплена за ней. Как только поправится, сразу выйдет на работу.
Она без остановки закидывала в бульон новые порции. В основном это были свежие морепродукты и тонко нарезанные ломтики мяса, которые доходили до готовности за пару секунд кипения. Выуживая их, Лу Яо делила порции между человеком и драконом.
Цзюхуа кивнула:
— Я так и думала. И это здорово для него.
Цинмэй потратила десять лет, чтобы получить нынешнюю должность. К тому же он уже обзавелась официальным статусом резидента Егуана. Если она продолжит жить с умом, её дальнейший путь будет ровным и спокойным.
Девушка опустила голову, откусила кусочек морского ушка, с усилием прожевала его и, проглотив, спросила:
— Вы ведь больше не приедете в Егуан?
В сети бурно обсуждали «Магазинчик пушистиков». Жители этого мира издревле поклонялись Богине Глубинных Морей, а слухи о магазине тесно переплетались с Морем Богов, где обитала божественная покровительница. Неудивительно, что сплетни разлетались по интернету с невероятной скоростью.
Некоторые относились к ним со скепсисом, но большинство, начитавшись сотен отзывов от так называемых очевидцев об их личном опыте, в один голос заявляли, что хотят туда попасть.
Лу Яо кивнула:
— Я бы с удовольствием изучила этот город получше, но в ближайшее время нам точно будет не до поездок. Как только Цинмэй уволится, рабочих рук станет еще меньше. Мы просто зашьемся.
— Да, логично, — Цзюхуа вновь кивнула, казалось, совершенно не уловив скрытого намека.
Лу Яо подложила ей еще еды. К тому моменту, когда с трапезой было покончено, ливень сменился моросящим дождем.
Убравшись на кухне, хозяйка достала книгу и с головой ушла в чтение, уютно устроившись на диване и совершенно позабыв о гостях.
Гарольд, помыв посуду, завалился на ковер и тут же уснул.
Лу Яо, чья цель все еще не была достигнута, бесцельно слонялась по квартире.
Больше всего в жилище Цзюхуа было книг и разнообразной электроники. Повсюду валялись густо исписанные заметки о прочитанном.
Спросив разрешения, Лу Яо принялась изучать содержимое книжных полок.
История, география, естественные науки… Достаточно было позволить Системе провести сканирование, чтобы сохранить у себя полные копии текстов.
Оказалось, что вокруг Егуана располагались еще восемь похожих мегаполисов, известных как Звездные города. Правда, уровень их развития и близко не стоял с Егуаном.
Восемьдесят процентов их территорий отводилось под посевы и животноводство, причем у каждого Звездного города была своя специализация.
Связь и грузоперевозки между населенными пунктами осуществлялись с помощью торговых флотилий.
Отсчет мировой истории велся от сошествия на землю богини-матери Цуйхуансин. По легенде, изначально всю поверхность этого мира покрывали бескрайние воды. Суши не существовало вовсе, и именно богиня-мать своей божественной силой воздвигла для человечества безопасную гавань.
…
Получив базовое представление об Ином мире, Лу Яо продолжила осматривать полки и наткнулась на два стеллажа, содержимое которых разительно отличалось от остальной коллекции.
Цзюхуа читала самую разную литературу: от легкого чтива до крайне сложных, узкоспециализированных трудов.
Однако у этих книг были слишком яркие обложки, а названия отдавали душком дешевых сетевых романов. Лу Яо из любопытства раскрыла один томик, пробежалась глазами по первым строчкам и незаметно для себя уселась на пол по-турецки.
Она очнулась, лишь когда прочитала добрую треть книги. Затекшая шея заставила ее откинуть голову назад. Девушка с удивлением осознала, что сюжет увлек ее с головой.
Это оказался весьма занимательный роман. Но главное — легкий, забавный сюжет позволял отлично расслабиться.
Даже она, гостья из Иного мира, читала местную прозу с огромным удовольствием.
Поднявшись на ноги, Лу Яо скользнула взглядом по полкам, надеясь найти еще что-нибудь интересное. Вдруг она замерла и быстро перевернула обложку книги в своих руках.
Автор: Девять Воробьев.
Все книги на этих двух полках, так выделявшиеся на общем фоне, принадлежали перу некоего писателя под псевдонимом «Девять Воробьев».
Лу Яо повернула голову в сторону дивана. Цзюхуа так и лежала там, накрыв лицо раскрытой книгой, которая мерно вздымалась в такт ее дыханию.
На журнальном столике лежал микрокомпьютер. Лу Яо уже довелось повертеть его в руках во время прошлых визитов — по функционалу он мало чем отличался от планшета.
Она взяла гаджет и вбила в поиск имя «Девять Воробьев». Поисковик мгновенно выдал тысячи результатов.
«Девять Воробьев — гениальный автор романов.
С момента своего дебюта выпустил десятки произведений. Его фирменный легкий и юмористический стиль неизменно дарит читателям хорошее настроение…»
…
Изучив биографию писателя, Лу Яо зашла на платформу, где публиковались его книги. В комментариях под последним онгоингом бушевала настоящая война: мнения разделились на два радикальных лагеря.
«История просто супер! Обожаю этого автора!»
«Шедевр! Мой любимый писатель.»
…
«Столько лет пишет, а все те же заезженные штампы. Слог вообще не развивается.»
«Текст — мусор, сюжет — мусор, автор — мусор.»
…
Лу Яо листала ленту отзывов, и ее настроение скакало вслед за их тональностью.
Внезапно микрокомпьютер выхватили у нее из рук. Проснувшаяся Цзюхуа потерла глаза и мельком взглянула на экран:
— И зачем ты это читаешь?
Лу Яо смущенно почесала кончик носа и осторожно спросила:
— Ты так часто погружаешься в Мусорное море из-за этих комментариев?
Цзюхуа. Девять Воробьев.
Тут и спрашивать было нечего: это один и тот же человек.
Поначалу Лу Яо казалось, что литературный стиль Цзюхуа должен быть таким же, как в статье, которую она написала для Цинмэй: серьезным, с выверенными формулировками и легким уклоном в драму.
Да и книги в ее квартире по большей части посвящались социологии и психологии. Однако в сети писатель под псевдонимом «Девять Воробьев» славился как признанный мастер комедии абсурда, а его произведения обрели популярность именно благодаря легкому и забавному стилю.
Цзюхуа покачала головой:
— Причина, по которой я попадаю в Мусорное море, кроется в другом.
— И в чем же? Мне безумно любопытно! — не выдержала Лу Яо.
Цзюхуа некоторое время молча смотрела на собеседницу, а затем спросила:
— Знаешь ли ты, что является предвестником смерти истории?
Лу Яо отрицательно мотнула головой, но, немного подумав, предположила:
— Когда автора постоянно критикуют?
— Лично для меня — это момент, когда я теряю веру в созданный мной мир, — отмахнулась Цзюхуа. — У лишенного веры творца замирает рука, державшая перо, которое некогда казалось волшебным и способным сотворить всё что угодно. Писатель, утративший уверенность в себе, превращается в ничтожество. Любой, даже малейший эмоциональный всплеск способен его сломить. Каждый раз, когда я оказывалась в «Магазинчике пушистиков», мой разум был расслаблен, и я чувствовала себя именно таким ничтожеством.
У Лу Яо округлились глаза:
— …Ну зачем же так жестоко к себе? Возможно, ты просто устала. Хороший отдых все исправит.
Неожиданно Цзюхуа кивнула:
— Да, я уже привыкла к тому, что могу сорваться в любой момент. Обычно достаточно просто выспаться, но визиты в твой магазин работают гораздо лучше сна. В том море я чувствую себя всемогущей. Побывав там дважды, я захотела вернуться и перепробовала кучу способов. В конце концов я поняла: стоит мне усомниться в собственном мире и размыть границу между реальностью и вымыслом — переход удается.
— …Что за монстры эти писатели? — поразилась Лу Яо.
— Всё действительно так просто, — пожала плечами Цзюхуа.
Лу Яо и подумать не могла, что причина частых визитов девушки кроется именно в этом. Впрочем, для нее самой исход был вполне благоприятным.
— Ты будешь приходить к нам в будущем?
Цзюхуа кивнула:
— Угу. Как появится время — загляну. Я начала писать книги из-за социофобии. Но, став настоящим автором, осознала: истинный социофоб не способен написать хороший роман.
Вот почему у нее было столько книг — она постоянно компенсировала нехватку жизненного опыта чужими знаниями.
Глаза Лу Яо вспыхнули. Вот он, идеальный момент, которого она так ждала!
— Цзюхуа, у меня есть предложение. Не хочешь стать сотрудницей в моем магазине? Ты же понимаешь его специфику — я не могу нанимать персонал из числа обычных клиентов. Но ты — особенная. В море ты не так уж сильно боишься людей, к тому же тебе не придется постоянно контактировать с посетителями. А еще ты сможешь собрать там уйму отличного материала для сюжетов!
Цзюхуа моргнула, всерьез обдумывая эту идею.