Первая лавка

Бай Цзянь съел ту пиалу лапши с говядиной еще утром, но весь день не находил себе места.

Упругая, шелковистая лапша пропиталась наваристым костным бульоном с острым красным маслом — стоило втянуть её в рот, как язык обволакивали пряная жгучесть и невероятный аромат. А говядина! Идеальные пропорции мяса и жира, сварено так мастерски, что мякоть таяла во рту, не будучи сухой. Кусочки с прожилками оказались нежными, но не приторными, упругими при жевании и оставляли после себя роскошное послевкусие.

«Закусочная Лу Яо» открылась у входа в Парк так давно, а он лишь сегодня узнал, насколько потрясающе там готовят.

Как назло, между ними уже пробежала черная кошка (пусть и исключительно по его инициативе). Капитану Стражи до одури хотелось заглянуть в заведение, но гордость не позволяла пойти туда по доброй воле.

Если уж обычная лапша оказалась такой восхитительной, то каково же остальное меню? Он частенько замечал, как Паопао, её дружки и прочие работники Парка тайком бегали туда за едой, возвращаясь с коробочками всех мастей и размеров. Страшно даже представить, какая вкуснотища в них пряталась.

Рабочий стол Бай Цзяня был плотно уставлен иллюзиями лапши с говядиной: плоская, круглая, в огромных чашах и крохотных пиалах, даже сухая лапша с мясом на тарелках... Яркие цвета, поразительная детализация — плоды его трудов за всё утро.

Жаль только, еда эта не грела. Стоило надкусить, как иллюзия рассыпалась искрами: ни вкуса, ни запаха, ни текстуры.

Бай Цзянь расхаживал по кабинету, заложив руки за спину. Ему позарез требовался повод наведаться в закусочную, он уже сходил с ума от гастрономического вожделения.

Внезапно за дверью послышались приглушенные голоса. Духовная сила Капитана Стражи была велика, а его чувства обострены куда сильнее, чем у рядовых подчиненных.

Он подошел к двери, припал к ней ухом и прислушался.

— Сегодня ночная смена. Как закончим, сразу пойдем занимать очередь в закусочную.

— У них новинки появились! И десерты, вау! Как же хочется попробовать.

— Когда успели? Какие еще десерты?

— Сливочные профитроли и кофейный пудинг. Я только что видела, как Страж Цин тайком уплетал их в кабинете. Аромат стоял такой, что даже в коридоре сладко пахло!

«!!!» — мысленно поперхнулся Бай Цзянь.

Сливочные профитроли, кофейный пудинг... Звучит безумно вкусно! А Цин, мерзавец, ест в одиночку!

Терпение Капитана Стражи лопнуло. Повернув ручку, он высунулся из кабинета и молча уставился на троицу в конце коридора.

Паопао, Дуду и Дундун, услышав тихий щелчок, обернулись и тут же почтительно вытянулись:

— Капитан Стражи.

Бай Цзянь вышел в коридор, расправил нахмуренные брови и постарался придать лицу максимально дружелюбное выражение:

— Вы тут обсуждали закусоч...

— Простите, простите, господин Капитан, мы виноваты!

— Мы как раз говорили, что в ночную смену нужно быть бдительнее и задать хорошую трепку этим Испытателям!

— А эта закусочная — такая дрянь, кто вообще в здравом уме станет стоять туда в очереди?!

Троица НИПов, кланяясь на каждом шагу и вжимаясь в стену, обогнула начальство и без оглядки рванула вниз по лестнице.

— Ой, пора на работу! Капитан, мы побежали!

Бай Цзянь потерял дар речи.

А ведь он всего-то хотел поддержать беседу, перекинуться парой слов о еде и увязаться за ними за компанию...

В этот день Капитан Стражи терпел фиаско за фиаско. Стоило ему появиться в дверях любого кабинета, как сотрудники, только что с жаром обсуждавшие лавку, в панике разбегались, не давая ему и рта раскрыть.

Бай Цзянь впал в уныние. Раньше он гордился своим суровым авторитетом, а теперь понял, что сам загнал себя в ловушку.

«Неужели я и правда такой страшный?»

Бесцельно блуждая по коридорам, Бай Цзянь очутился у кабинета Цина. Дверь была приоткрыта, но он всё же постучал.

Цин, даже не подняв головы, отозвался:

— Войдите.

«А этот парень невозмутим, — подумал начальник. — Если закрыть глаза на его маниакальную одержимость закусочной, то это невероятно сильный и ответственный сотрудник. Редкий талант».

Бай Цзянь вошел внутрь. Душа противилась тому, что он собирался сделать, но воспоминания о божественном вкусе говяжьего бульона оказались сильнее. Слегка запинаясь, он выдавил:

— Цин, после работы в закусочную не собираешься?

Капитан устал от намеков. Опасаясь, что и этот подчиненный сбежит, он решил бить прямо в цель.

Цин вскинул голову. В его глазах мелькнуло неприкрытое изумление. Он замер на секунду, словно пытаясь осознать услышанное, а затем ответил:

— Не собираюсь.

Бай Цзянь молча подцепил ногой стул, уселся напротив и спросил:

— Почему?

«Ты же души не чаешь в этом заведении!»

«Разве настоящий фанат не должен просиживать там штаны целыми днями?»

Цин с легкой обреченностью в голосе неспешно пояснил:

— Закусочная обычно закрывается во второй половине дня. По вечерам они не работают.

Бай Цзянь вновь онемел.

«Тогда что имели в виду Паопао со своей компашкой, когда говорили про очередь после ночной смены?»

Снаружи заведения толпа дежурила почти круглые сутки. Он-то думал, лавка работает без перерывов и выходных!

Видимо, стоило лишь раз попробовать их стряпню, и спастись от гастрономического искушения было уже невозможно.

Цин опустил голову, пряча лукавую улыбку, и предельно серьезно произнес:

— Если Капитан Стражи желает посетить закусочную, действительно лучше прийти пораньше. К тому же сегодня Бай Мин по секрету шепнул мне, что хозяйка готовит новые блюда. Я бы тоже хотел попытать удачу. Зайти за вами попозже?

В душе Бай Цзяня заплясали фанфары, но на лицо он нацепил снисходительную маску: мол, раз уж ты так настаиваешь, окажу тебе услугу.

— Ну хорошо.

Глубокой ночью в дверь кабинета Капитана Стражи постучали. Бай Цзянь встрепенулся в кресле:

— Войдите.

Цин не стал заходить. Оставшись на пороге, он тихо произнес:

— Капитан, пора выдвигаться.

Бай Цзянь бросил взгляд на часы. Три часа ночи. Разве заведение не закрыто в такое время?

Когда они покинули Парк и узрели растянувшуюся снаружи длиннющую очередь, Капитан сохранил невозмутимый вид, но про себя судорожно вздохнул. Неужели вся эта толпа ждет открытия?!

Это уже ни в какие ворота! Даже в самые лучшие дни Парк не собирал столько посетителей.

Цин уверенно провел начальство в хвост очереди. Чтобы скрасить томительное ожидание, он принялся читать Капитану лекцию об истории развития «Закусочной Лу Яо».

Являясь её самым первым клиентом, Цин явно гордился своим статусом. Он поведал, как однажды прибыл в Парк на тренировку, вышел из лифта и с первого же взгляда понял: эта лавка — особенная.

Он в красках расписал обжигающую остроту жареных крылышек и запеченных свиных ножек, тягучую сладость рисовых шариков в вине. Упомянул пирожки с зеленым луком и яйцом, кофе, а затем плавно перешел к утренней лапше, сливочным профитролям и кофейному пудингу. В довершение Цин рассказал о том, как начальник поезда Гао Ян лично сделал заведению рекламу.

Бай Цзянь в жизни не слышал от Цина столь длинных речей. Страж рассуждал о еде с видом истинного гурмана, заставляя своего начальника то и дело тайком сглатывать слюну. Благо, под покровом густой ночи этого никто не замечал.

К слову, рассказом Цина увлекся не только Капитан: стоящие впереди и позади люди тоже невольно прислушивались и судорожно глотали слюнки.

Под утро НИПы, работавшие в Парке, наконец-то сдали смену и выбежали наружу, чтобы занять очередь. Заметив в толпе Капитана Стражи, они впали в панику.

«Неужели господин Капитан явился лично разгромить закусочную?!»

В конце концов, раньше у него проскальзывали подобные намерения.

Ожидание растянулось на несколько часов. Утром двери лавки распахнулись, и вереница посетителей медленно поползла вперед. Когда черед дошел до Капитана и Цина, время близилось к одиннадцати.

Синцзы, завидев начальство Парка, изумленно моргнула и лишь спустя мгновение взяла себя в руки.

Бай Цзянь с каменным лицом сделал заказ по всем правилам — ровно три позиции: порцию лапши с говядиной, пару невероятно острых жареных крылышек и пиалу рисовых шариков в сладком вине.

Им повезло: стоило войти, как посетители за крайним левым столиком у окна начали собираться. Цин тут же усадил туда начальника.

Взгляд Бай Цзяня упал на горшочек с суккулентом, стоявший на подоконнике. Глаза мужчины дрогнули, и он, не удержавшись, осторожно коснулся растения кончиком пальца.

Круглый, сочно-зеленый листочек на глазах почернел, съежился и осыпался пеплом прямо в землю.

Глазастый посетитель за соседним столиком тут же вскинул руку и на весь зал возвестил:

— Ух ты! Этот тип затрогал суккулент до смерти!

Все жующие гости обернулись. Сотрудники на первом этаже тоже застыли в немом созерцании. Тонкий слой пепла на подоконнике говорил сам за себя.

Бай Цзянь мысленно застонал.

Он ведь не хотел ничего дурного. Простое любопытство! Кто ж знал, что это крошечное создание окажется таким хрупким.

Синцзы впервые столкнулась с подобным казусом. Будь на его месте обычный клиент, проблему уладили бы в два счета, но Капитан Стражи — гость специфический.

Растение погибло лишь потому, что духовная сила Капитана была подавляюще огромной. Она попросту раздавила жизненную энергию суккулента, поглотив её без остатка.

В лавке повисла зловещая тишина. Многие посетители начали торопливо доедать порции и уходить. Особо пугливые, даже не притронувшись к еде, с помощью иллюзий сотворили контейнеры, сгребли обед и бросились наутек.

«Этот человек слишком опасен!»

Синцзы поспешно отыскала Лу Яо и обрисовала ситуацию.

Хозяйка вышла в зал с подносом, на котором дымились лапша и острые крылышки. Окинув взглядом опустевший горшок на подоконнике, она поставила еду на стол. Легким движением руки девушка создала иллюзию нового пухлого суккулента, поместила его на место прежнего, чуть примяла землю и с неизменной улыбкой обратилась к опешившему Бай Цзяню:

— Приношу свои извинения. Прошлый суккулент я слепила не очень удачно. Надеюсь, вы не сильно испугались.

Вновь прибывшие гости, услышав столь логичное объяснение, перестали пялиться на начальника Стражи и со спокойной душой принялись заказывать еду.

Бай Цзянь не сводил глаз с Лу Яо, пока та не скрылась на кухне. Лишь тогда он опустил взгляд на расставленные перед ним блюда.

Цин, сидевший рядом, тихо заметил:

— Вам невероятно повезло. Эту порцию приготовила сама хозяйка.

Бай Цзянь встрепенулся:

— А в чем разница между её стряпней и тем, что готовят другие?

Цин не стал вдаваться в подробности, ответив коротко:

— Если однажды попробуете блюда из-под ножа других сотрудников, сами всё поймете.

Стоило прийти сюда несколько раз, и контраст между кулинарными навыками Лу Яо и её помощников становился очевиден. Но владелица физически не могла разорваться, чтобы обслуживать всех лично.

Для большинства посетителей главным было одно: чтобы это крохотное заведение продолжало работать.

А на такие мелкие недочеты все с готовностью закрывали глаза.

Прежде чем приступить к трапезе, Бай Цзянь вновь покосился на свежевылепленный суккулент. В его глазах мелькнула тень эмоций, и он едва слышно спросил:

— К чему она это сказала?

До вчерашнего дня он люто ненавидел эту закусочную, а заодно и её владелицу.

Капитан не раз вынашивал планы по уничтожению лавки. И хотя Лу Яо ничего об этом не знала, её благородный поступок потряс его до глубины души.

На этом фоне тот факт, что она владела искусством иллюзий, уже не казался чем-то удивительным.

Цин покачал головой:

— Понятия не имею. Если Капитану так любопытно, отчего бы не спросить её саму?

Бай Цзянь выразительно промолчал.

У него закралось подозрение, что подчиненный над ним откровенно издевается.

Капитан Стражи долго молчал. Лишь когда Цин тактично напомнил, что остывшая лапша потеряет вкус, Бай Цзянь отмер и взялся за палочки.

Сделав первый глоток, он мгновенно осознал смысл недавних слов.

Утреннюю порцию явно стряпала не Лу Яо. Внешне блюда ничем не отличались, но лапша от хозяйки обладала более глубоким ароматом, грела изнутри и словно исцеляла саму душу.

— Ах, если бы Бай Цзюэ тоже мог отведать эту лапшу... — произнес Бай Цзянь, глядя в окно после непривычно молчаливой трапезы.

Пальцы Цина на мгновение замерли, но он тут же вновь склонился над чашей.

Бай Цзюэ — предыдущий Страж Парка на девяносто девятом этаже.

Дойдя до поздней стадии синдрома потери души, он вступил в игру наивысшего уровня. Там он принял решение сдаться, позволил Испытателям изрубить себя в куски и навсегда остался в игровой реальности.

Пространство Парка имело для них особое значение. Здесь Стражи обретали физическую оболочку, отращивали настоящие сердца и получали уязвимости — всё ради того, чтобы познать иллюзию подлинной жизни.

Как правило, Испытателям было не под силу добраться до их слабых мест. Разве что Страж сам открывал свои болевые точки.

Именно так тогда и поступил Бай Цзюэ, выбрав самый жестокий способ покончить со всем.

После его гибели Капитан Стражи надолго впал в депрессию и с тех пор почти не покидал Парк.

Его последний выход в свет, вероятно, был связан с поисками новой замены.

Тот самый молодой Страж, которого он нашел, теперь со спокойной душой трудился официантом в закусочной.

Бай Мин подошел к их столику и поставил перед Бай Цзянем белую фарфоровую тарелочку:

— Хозяйка приготовила новые десерты. Угощайтесь.

В свое время Бай Мин уволился без малейших колебаний, но в глубине души продолжал искренне уважать Капитана. Тот превосходил по силе их всех.

На ослепительно-белом блюдце покоились четыре нанизанных на бамбуковые шпажки пухлых желе. Их округлые очертания подозрительно напоминали суккулент, который Капитан только что замучил.

Цин первым потянулся за угощением. Откусив половину, он с блестящими от восторга глазами спросил:

— Вкуснотища! Как это называется?

— Хозяйка назвала это пудингом в пиале, — ответил Бай Мин.

Бай Цзянь выбрал желе со вкусом красных бобов и надкусил. С виду мягкое, на деле оно оказалось упругим и вязким, с легкой, совершенно не приторной сладостью. Действительно, потрясающе.

В этот момент со второго этажа спустился Гао Ян. Найдя взглядом Лу Яо, он подошел к ней:

— Ты искала меня? Что-то случилось?

Его личный столик находился наверху. Лу Яо даже повесила там специальную табличку, подчеркивающую высокий статус гостя.

Последние несколько дней Гао Ян регулярно выкраивал минутку, чтобы зайти посидеть в заведении.

Раньше никто из его коллег по офису и слышать не хотел о проекте закусочной, а теперь все дрались за право урвать кусочек эксклюзивных привилегий начальника поезда. Но Гао Ян никого с собой не брал, даже Сяо Ци и Жэнь Минь получили от ворот поворот.

Лу Яо пододвинула ему тарелочку с пудингом и усадила за стол:

— Господин начальник, вы человек бывалый. Не подскажете ли, где можно найти Бога-Демона?

— Ты хочешь встретиться с Богом-Демоном? — изумился Гао Ян. Поразительная дерзость!

Лу Яо кивнула:

— Угу.

Обостренные чувства Бай Цзяня и тот факт, что девушка стояла к нему лицом, позволили ему прочитать слова по губам. Она расспрашивает о Боге-Демоне?!

Гао Ян остался невозмутим:

— И зачем же?

Лу Яо не могла выдать правду про системное задание. Вспомнив о приглашении, она на ходу сочинила предлог:

— Хочу пригласить Его Высочество на обед в мое заведение.

— На обед? — Гао Ян никак не ожидал такого ответа и не удержался от смешка. — Уж прости, но мне неведомо его местонахождение. Насколько я знаю, в этих краях Бога-Демона нет.

Он исколесил Страну Снов вдоль и поперек, но ни в одном из её уголков не ощутил присутствия божества.

Девушка опешила:

— Как это нет? Неужели Бог-Демон не является первоисточником этого мира?

— Так и есть, — подтвердил Гао Ян. — И всё же его здесь нет. Если кто и знает, куда он подевался, так это Стражи Парка.

Стражи Парка изначально служили личной охраной Бога-Демона.

Когда же божество скрылось, оставив после себя Парк, стража разбрелась по секторам, превратившись в рядовых охранников игровых зон.

Бай Мин уже пытался прощупать почву: как минимум Цин ничего об этом не ведал.

Утром она столкнулась с Ду Чэнем, и тот тоже заявил, что следы Бога-Демона ему неизвестны.

Лу Яо осознала, что задание оказалось с подвохом. Не найдя божество, она не сможет вручить пригласительный. А без этого не откроется следующий этап квеста. И как назло, время поджимало.

Не добившись от Гао Яна ничего путного, она перекинулась с ним еще парой фраз и вернулась к работе.

Ци Чэнь спустился на первый этаж и отыскал глубоко задумавшуюся Лу Яо на кухне. Заметно нервничая, он произнес:

— Хозяйка, мне нужно попросить тебя об одной услуге.

— О какой?

— В последние дни я пытался подобрать пропорции для блинного торта с матчей, но всё равно получается не то. Не могла бы ты купить образец? Я хочу еще раз распробовать оригинальный вкус.

Мысли Лу Яо совсем спутались. Раз уж быстро отыскать Бога-Демона не выходит, почему бы не развеяться и не сменить обстановку?

Она поднялась, сунула телефон в карман и направилась к выходу:

— Договорились, сейчас куплю.

У самых дверей путь ей преградил Бай Мин и протянул какой-то предмет.

— Откуда это? — Лу Яо с замиранием сердца уставилась на черное-пречерное кольцо на его ладони.

Чжао Юйцин говорила, что подобные артефакты видят лишь те, кто стоит одной ногой в могиле. Почему Бай Мин передает ей это? Намекает на её скорую смерть?

Но она же только что продлила себе жизнь на две тысячи лет! Не может быть, чтобы система оказалась такой фальшивкой.

Бай Мин нахмурился:

— Капитан Стражи велел передать это тебе.

«Капитан Стражи?»

Ситуация стала еще запутаннее. Она с ним даже не знакома, с чего бы ему делать такие подарки?

Лу Яо уже слышала о Кольцах Иллюзий от Ци Чэня.

Черные кольца считались самыми жуткими. Они не только затягивали владельца в игру наивысшего уровня, но и гарантировали: в случае проигрыша смерть будет мучительной.

Ци Чэнь упоминал, что его кольцо тоже было черным. Вспомнив из новостей, чем всё закончилось для парня, Лу Яо почувствовала, как по спине пробежал холодок.

«Неужели мне и вправду конец?»

Бай Мин, похоже, разгадал её страхи и поспешил успокоить:

— Не бойся, с тобой ничего не случится. Если бы кольцо предназначалось тебе, оно бы не передавалось через нас, а само появилось в поле твоего зрения.

Эти слова прозвучали как прямое признание: Стражи обо всем догадывались, просто не подавали виду.

Лу Яо потеряла дар речи.