Первая лавка

Посмотрев присланный заранее рекламный ролик, Лу Яо пришла лишь к одному выводу: никакого мастерства, сплошные эмоции.

На всё — от утверждения концепции до съёмок и релиза — ушла ровно неделя. Три дня на монтаж, три на запуск, а сами съёмки заняли от силы полдня.

В её родном мире подобное было бы попросту невозможно.

Видео получилось длинным. При монтаже вырезали лишь самые затянутые и скучные моменты, оставив яркие кадры того, как все с аппетитом уплетают еду.

Строго говоря, это походило не на рекламу, а на видеоблог, в котором друзья делятся моментами своей беззаботной жизни: едят, пьют и веселятся.

Впрочем, Синцзы, Сяо Це и Цюань Шэнцзюю ролик безумно понравился. Во время перерывов эта троица собиралась на кухне и пересматривала его раз за разом.

На следующий день в Закусочную Лу Яо заглянули Ли Шаша и Чэнь Мэйюэ. Лу Яо показала им видео, и девушки пришли в полнейший восторг. Они заказали кофе и, уютно устроившись рядышком, просидели за просмотром целую половину дня, а уходя, даже попросили копию ролика себе.

Изначально Лу Яо немного волновалась, но, увидев их искреннюю реакцию, наконец-то успокоилась.

В день полномасштабного запуска рекламы ингредиентов заготовили в три раза больше обычного, да и сотрудники пришли пораньше.

Лу Яо ожидала наплыва посетителей, но, распахнув двери и увидев темную толпу, заполонившую площадь, всё же вздрогнула и отступила на шаг.

Дежурившие у входа люди тут же повернули головы на звук открывающейся двери.

— Открылось! Хозяйка, я хочу сделать заказ! — тут же во всё горло завопил кто-то из толпы.

Лу Яо привычным движением достала из-за двери огромную вывеску, созданную с помощью иллюзии, и повесила её на входе. На ней были расписаны правила очереди и заказа.

Не лезть без очереди, не больше трёх порций в одни руки, можно поесть внутри или взять навынос.

У дверей стоял невообразимый гвалт.

На улицу вышел Бай Мин. Он велел Лу Яо отправляться на кухню, взяв встречу гостей на себя. При виде него возбужденная толпа мигом притихла и послушно выстроилась в очередь.

Первые вошедшие клиенты, сделав заказ, сразу же занимали места у окон и завороженно смотрели на улицу.

За прошедшую неделю деревья пышно расцвели. Цветочные гроздья тянулись на многие мили, словно розовая звездная река, раскинувшаяся вдоль изумрудного берега.

Сяо Це разносил еду. Один из посетителей, указав на маленький суккулент на подоконнике, с надеждой спросил:

— А можно купить у вас этот горшочек? Он такой пухленький и милый.

— Это маленькое растение создано хозяйкой с помощью иллюзии, оно не продается, — ответил Сяо Це.

Глаза гостя округлились. На его лице ясно читалось: «Ты издеваешься?».

— Да как такое можно сотворить из иллюзии?

Сяо Це опустил поднос на стол, обнажив ряд мелких острых зубов:

— Это действительно создала наша хозяйка. Ваш заказ, приятного аппетита.

Посетитель невольно содрогнулся и не посмел задавать лишних вопросов, хотя в душе у него затаилось легкое возмущение.

Однако, стоило ему отведать шкварчащие, исходящие маслом адские невероятно острые жареные крылышки, маленькие вонтоны с тонким тестом и щедрой начинкой, а также горячие рисовые шарики в сладком вине, как от недовольства не осталось и следа.

Это заведение просто потрясающее, а еда — божественна!

Реклама в поездах произвела эффект разорвавшейся бомбы. Благо, лавка подготовилась основательно, а все работники трудились не покладая рук. К полудню ингредиенты для первого этажа были полностью распроданы, и всё прошло без сучка без задоринки.

Мэн Цинь, крепко сжимая руку Нин Юнь, с тревогой подсчитывал, сколько человек осталось перед ними.

На первом этаже уже висела табличка о закрытии на перерыв. Внутри находилось несколько сотрудников, чья духовная сила не уступала мощи Стражей, так что никто не смел устраивать беспорядки.

Работала лишь кофейня на втором этаже, и Мэн Цинь боялся, что их очередь так и не подойдёт.

Один, два, три... Осталось всего три человека.

Наконец, стоявшие впереди зашли внутрь. Мэн Цинь с облегчением выдохнул — скоро их черед.

Если только удастся поесть в этом заведении, синдром потери души у Нин Юнь пройдет.

Внезапно на лестнице показался Сяо Це:

— Сестрица Синцзы, десерты почти закончились, второму этажу тоже пора закрываться.

Мэн Цинь побледнел и шагнул вперед:

— Мы еще можем войти? Моя девушка больна, она просто хочет немного поесть. Подойдет что угодно!

Синцзы повернулась к Сяо Це, тот в замешательстве замялся.

Заготовленные сладости были распроданы, на кухне оставалось лишь несколько порций новинок, отложенных для персонала.

Ци Чэнь только вчера ночью вывел идеальные пропорции для нового десерта. Пока его пробовала лишь Лу Яо, а остальные работники еще даже не успели оценить.

Лу Яо, составлявшая накладную на кухне первого этажа, услышала голоса, выглянула и громко сказала:

— Впустите их, а после закрываемся.

Мэн Цинь с благодарностью посмотрел на хозяйку и повел Нин Юнь наверх.

Сделав заказ поставщикам по телефону, Лу Яо вышла из кухни:

— Влюбленная пара... Впервые такое здесь вижу.

Синцзы кивнула:

— И правда, большая редкость. Местные в большинстве своем равнодушны, мало кто способен на чувства. Но... мне вот очень нравится наша хозяйка.

Увидев поднимающихся гостей, Ци Чэнь нахмурился и посмотрел на Сяо Це:

— В чем дело?

— Хозяйка разрешила им войти, — невинно отозвался юноша.

— Значит, отдашь им свой десерт.

Сяо Це замер, словно пораженный громом:

— ...За что? Неужели нельзя приготовить еще порцию?

— Ингредиентов нет, — отрезал Ци Чэнь.

Перебросившись парой слов с Синцзы, Лу Яо поднялась на второй этаж как раз в тот момент, когда Ци Чэнь отчитывал Сяо Це. Довольно необычное зрелище.

Оказывается, Ци Чэнь больше не боится этого паренька.

Она похлопала сокрушенно обхватившего голову Сяо Це по плечу и сказала шеф-повару:

— Отдай мою порцию. Я ела вчера вечером, это было очень вкусно.

— Обожаю хозяйку! — Сяо Це бросился обнимать Лу Яо.

Ци Чэнь лишь покачал головой и повернулся к гостям.

На втором этаже оставалось всего несколько занятых столиков. Мэн Цинь и Нин Юнь устроились у окна.

Зная, что заведение вот-вот закроется, они не выбирали по меню, а просто ждали, что им принесут.

Вскоре перед ними поставили порцию сливочных профитролей, сливочно-кофейный пудинг и два латте с кокосовым молоком.

Лицо Нин Юнь озарилось восторгом. Она прикоснулась пальцем к стеклу стакана и почувствовала холод:

— Вау, какой ледяной! Это просто чудесно!

Она-то думала, что им подадут какие-нибудь объедки, но перед ней лежали два пышных профитроля и кофейный пудинг, вздрагивающий от малейшего прикосновения ложечки, украшенный по краям взбитыми сливками. Всё выглядело куда лучше, чем она ожидала.

Мэн Цинь же ощущал легкое беспокойство. Десерты смотрелись аппетитно, но это совсем не походило на ту еду, которую ел больной в рекламе.

Ему хотелось, чтобы Нин Юнь отведала горячей пищи — возможно, исцеляющий эффект был бы сильнее. Оставалось винить лишь себя за опоздание.

Нин Юнь взяла профитроль. Светло-коричневое заварное тесто оказалось таким нежным, что при малейшем нажатии разошлось, выпуская наружу легкий, шелковистый крем. Девушка откусила кусочек и, прищурившись, посмотрела на Мэн Циня:

— Как сладко!

Оболочка профитроля была мягкой и чуть упругой, а воздушная кремовая начинка — не приторной. К её удивлению, внутри скрывались крупные кусочки ананаса, пропитанные сладким сиропом, с плотной мякотью и сочным вкусом. Переход от пресного теста к нежному крему, а затем к взрывающимся сладостью фруктам создавал восхитительную гармонию текстур.

Съев половину, Нин Юнь заметила, что Мэн Цинь даже не притронулся к своей порции. Она придвинула к нему тарелку с оставшимся профитролем и поторопила:

— Попробуй, это безумно вкусно!

— Раз вкусно, ешь сама, — Мэн Цинь отодвинул тарелку обратно.

Нин Юнь в три укуса прикончила пирожное, слизала с пальцев капельки крема и, проигнорировав жест спутника, взяла серебряную ложечку. Она зачерпнула кофейный пудинг — темно-коричневое полупрозрачное желе, укрытое белоснежными, как облако, сливками — и протянула ему:

— А-а...

— ...

Мэн Цинь потерял дар речи. После недолгого молчания он сдался под её упрямым взглядом и послушно открыл рот.

Сначала на языке растаяли сливки, затем раскрылась глубокая кофейная горечь. Невесомая текстура крема и упругое желе неожиданно идеально дополнили друг друга. Слияние горечи и сладости достигло неописуемого баланса. Мэн Цинь удивленно приподнял брови — это и впрямь было восхитительно.

Нин Юнь тут же попробовала сама. Подперев щеку рукой и забавно болтая ножками, она зажмурилась от удовольствия:

— Это тоже очень-очень вкусно!

Хмурое выражение лица Мэн Циня наконец-то смягчилось. Это действительно работало: мрачная аура, окутывавшая Нин Юнь, рассеялась.

Доев пудинг, он взял оставшийся сливочный профитроль, разломил его пополам и протянул девушке половину. В его глазах мелькнул теплый свет:

— Половина тебе, половина мне.

Взяв угощение, Нин Юнь обнаружила внутри кусочки клубники, отчего её радость лишь удвоилась.

Они оказались последними посетителями. Доев десерты, пара еще долго сидела за столиком, потягивая латте.

Когда пришло время расплачиваться, Нин Юнь заметила Лу Яо за барной стойкой:

— Вы хозяйка?

Лу Яо поднялась:

— Да, здравствуйте. Меня зовут Лу Яо.

— Скажите, если я захочу приобрести такие же цветы, как на улице, вы сможете мне помочь? — указав за окно, спросила девушка.

— ...Прошу прощения, но эти цветы — всего лишь мираж, созданный иллюзией.

Нин Юнь улыбнулась:

— Вот оно как. Десерты были восхитительны, и вид из окна прекрасен. Мы обязательно придем еще.

Лу Яо тихонько вздохнула. В последнее время всё больше гостей расспрашивали о цветущих деревьях за окном, и отговорка про «мастера иллюзий» начинала трещать по швам.

Ей казалось, что местные жители уже о чем-то догадываются.

«Слава о Закусочной Лу Яо разнеслась по всем Тринадцати районам Страны Снов. Поздравляем, вы получили достижение «Широкая известность»!»

«Открыто финальное задание! Приглашение для Бога-Демона отправлено в ваш инвентарь. Пожалуйста, завершите задание в течение семи дней!»

«!!!»

Финальное задание получено.

Вот только что за «Приглашение для Бога-Демона»?

Лу Яо немедленно проверила склад. И правда, в одной из ячеек, сразу за летающим дроном для трансляций, лежал новый предмет — черное приглашение с золотыми буквами.

Она извлекла его. На обложке значилось: «Лично в руки Господину Богу-Демону». Открыть конверт и прочитать содержимое было невозможно.

Выходит, первый шаг задания — передать это письмо адресату?

Лу Яо мысленно обратилась к Системе:

— И что будет, если я не уложусь в семь дней?

«Жизнь хозяйки подойдет к концу».

— ...

Снова эти угрозы. Система с самого начала заставляла её открыть заведение подобными методами.

Ежедневные предупреждения о смерти, и это вовсе не шутки.

— Поняла. Есть какие-нибудь подсказки насчет этого Бога-Демона?

«Бог-Демон — первоисточник существования этого мира. Вы должны найти Его, выполнить задание и получить Его признание, чтобы открыть путь в следующий мир».

— ...Ясно.

Найти божество за неделю, да еще и выполнить задание... Времени катастрофически не хватало.

«Хозяйка, возникла проблема».

— ???

Вот это новости. У Системы тоже бывают проблемы?

«Время переполнило хранилище».

Услышав это, Лу Яо заглянула на склад. В первой ячейке хранился доход от лавки в этом мире — время.

По правилам, в каждом слоте помещалось ровно две тысячи одинаковых предметов. Сейчас первая ячейка была заполнена до отказа, а единицей измерения служили «годы».

— ...А нельзя занять вторую ячейку? — поразилась Лу Яо.

Сколько же она продала, раз накопила две тысячи лет?

«Приношу извинения, но «время» — крайне специфическая валюта. Даже Система не может распоряжаться им по своему усмотрению».

— Тогда почему жители Страны Снов могут распоряжаться своей продолжительностью жизни?

«Попав сюда, они получили дар Бога-Демона».

Дар Бога-Демона?

Видимо, речь о способности свободно управлять отпущенными годами.

Оказывается, помимо магии иллюзий здесь существует столь могущественная сила.

Возможно, отыскав божество, она тоже ею овладеет.

— Есть ли другой способ сохранить это время, пока я Его не найду?

«Система может единовременно перевести накопленное на складе время в продолжительность жизни хозяйки. Функция доступна раз в месяц».

— ...

Ну вот, проблема решена.

Правда, мысль о том, что её жизнь внезапно продлится на две тысячи лет, казалась абсурдной.

Время — штука эфемерная, Лу Яо совершенно не ощущала его материальности, зато ей стало искренне жаль свой кошелек.

Две тысячи лет... Неудивительно, что он так похудел.

После того как Система выполнила операцию, ячейка освободилась, и лавка снова могла получать прибыль.

Пока Лу Яо общалась с Системой, работники быстро привели зал в порядок и теперь болтали на кухне.

— Вы сегодня славно потрудились, идите отдыхать, — Лу Яо достала из шкафчика несколько коробок для бенто, созданных с помощью иллюзии. — Я заранее приготовила ужин, возьмите с собой.

— Хозяйка, вы приготовили для нас бенто?! — ахнул Сяо Це.

Остальные выглядели не менее потрясенными. Вчера Лу Яо весь день хлопотала в лавке, вместе с ними подготавливая ингредиенты для сегодняшних продаж. Никто и представить не мог, когда она успела выкроить минутку на готовку.

— Сделала глубокой ночью. Ничего особенного, просто чтобы перекусить, — отмахнулась она.

— Хозяйка-а-а! — Синцзы с разбегу бросилась ей на шею.

Пошутив с ребятами и раздав бенто, Лу Яо отпустила всех домой.

Бай Мин уходил последним, и Лу Яо окликнула его.

— Бай Мин, постой-ка.

Юноша остановился и обернулся:

— М?

— Тебе что-нибудь известно о Боге-Демоне?

Он кивнул:

— Да.

Лу Яо обрадовалась. На Бай Мина всегда можно положиться, он знает абсолютно всё. Она шагнула к нему:

— А где Он находится, знаешь?

Бай Мин покачал головой:

— Мы существуем здесь лишь благодаря Его силе, но никто не ведает, где Он скрывается.

Заметив разочарование на её лице, Бай Мин задумался и добавил:

— Стражи Парка могут знать. Если хочешь, я найду случай расспросить их.

!

Лу Яо мысленно в очередной раз похвалила юношу за надежность и с благодарностью кивнула:

— Было бы здорово. Завтра принесу тебе десерт.

Уголки губ Бай Мина дрогнули в легкой улыбке:

— Договорились.

Вскоре после ухода персонала с рынка доставили продукты.

Лу Яо в одиночку перетащила коробки внутрь и еще два часа провозилась на кухне, подготавливая ингредиенты на завтра.

К началу восьмого всё было готово. Она сняла фартук, вымыла руки и уже собиралась идти домой.

«Хозяйка, снаружи вас кое-кто ждет».

— Кто?

«Чжуан Лян».

Лу Яо потребовалось время, чтобы выудить это имя из глубин памяти:

— И что ему от меня нужно?

«Неизвестно. Но есть один нюанс, на который стоит обратить внимание».

— Какой?

«Эта лавка — особое место. Посторонним сюда входить нельзя».

— Если войдет, то умрет?

«Вы знали?»

Лу Яо покачала головой:

— Догадалась.

Узнав историю Ци Чэня, она поняла, что Страна Снов — это не тот мир, куда легко попасть обычному человеку.

Сейчас её закусочная находилась в пространстве, где пересекались два измерения. Но поскольку эта дверь вела в мир мертвых, любой простой смертный, переступивший порог, шагнул бы в загробный мир. Исход вполне закономерен.

Размышляя об этом, она осознала: если её нет на месте, а кто-то попытается вломиться внутрь, последствия будут катастрофическими.

Как же хорошо, что эта улица заброшена и сюда почти никто не забредает.

«За десять тысяч очков популярности можно накрыть лавку «Вуалью чаровницы». Когда хозяйки нет на месте, она будет автоматически скрывать заведение. Срок действия — один месяц».

«За пять тысяч очков популярности можно укрепить Звездные врата. Никто, кроме хозяйки, не сможет взломать дверь. Срок действия — навсегда».

Магазин, открывший пространственный разлом, превращался в обособленную зону, войти в которую можно было только через дверь. И как бы ни была разрушена окружающая постройка, проникнуть внутрь иными путями не удастся.

Система называла эти пространственные врата «Звездными вратами».

Лу Яо немного подумала и решила:

— Списывай пятнадцать тысяч, беру и то, и другое.

Приняв меры безопасности, она распахнула дверь. Чжуан Лян действительно стоял снаружи.

Услышав скрип, он обернулся и окинул девушку цепким, оценивающим взглядом:

— Снова здравствуйте, госпожа Лу.

Лу Яо застыла на пороге, не спеша выходить:

— Господин Чжуан, у вас какое-то дело?

— Да, есть кое-что. Мы можем зайти внутрь и поговорить?

Чжуан Лян хотел пробраться в лавку и осмотреться. Судя по отчетам, Лу Яо и Ци Чэня ничего не связывало.

Но в поведении девушки было слишком много странностей.

Взять хотя бы то, что накануне выпуска из университета она вдруг унаследовала заброшенную торговую улицу.

Место глухое, клиентов нет и в помине, но она открыла здесь закусочную и регулярно закупала огромные партии продуктов.

Даже курьер с рынка считал это подозрительным: хозяйка никогда не пускала его внутрь, заставляя выгружать товар у двери, а потом сама всё перетаскивала.

Люди Чжуан Ляна наблюдали за этим местом не один день. Лу Яо делала заказы почти через день, но никто ни разу не видел, чтобы в лавку входили посетители. Куда исчезали все эти продукты — загадка.

Лу Яо сохраняла ледяное спокойствие и приоткрыла дверь чуть шире:

— Вы уверены, что хотите войти?

Чжуан Лян заглянул внутрь. Чистое, ничем не примечательное помещение. И всё же по его телу пробежал холодок, инстинкты завопили об опасности.

С этой закусочной явно было что-то не так.

Да и сама девушка вела себя подозрительно спокойно, что лишь усиливало чувство угрозы.

Чжуан Лян сделал шаг назад, и его улыбка слегка поблекла:

— Пожалуй, лучше поговорим на улице.

Лу Яо не стала возражать. Развернувшись, она взяла сумку, заперла дверь и последовала за ним.

Стоило им отойти от лавки, как жуткое, давящее чувство растворилось. Чжуан Лян глубоко выдохнул и после долгого молчания спросил:

— Как идет бизнес, госпожа Лу?

Лу Яо сочла этот вопрос до крайности нелепым:

— Вы приехали только ради того, чтобы спросить об этом? Какое вам дело до моей выручки?

Чжуан Лян лишился дара речи. Он действительно сгорал от любопытства, а расследование зашло в тупик, вот он и решил явиться лично.

Но если вдуматься, её действия казались странными лишь на первый взгляд. Она никому не мешала и не представляла угрозы.

Все товары с рынка были проверены — обычная еда.

То, что она периодически наведывалась в кондитерскую в центре города, объяснялось банальной любовью к сладкому.

Да, она покупала те же кофейные зерна, что любил Ци Чэнь, но этот сорт производился не только для него, у него были и другие покупатели.

За время этой короткой прогулки Чжуан Лян сам себя запутал в собственных размышлениях.

— Прошу прощения, простое любопытство, — выдавил он.

— ...Извините, но вы ведете себя крайне нелепо.

Уши Чжуан Ляна слегка покраснели. Уже много лет никто не смел разговаривать с ним в таком тоне. Особенно после появления Парка, когда к нему то и дело обращались за услугами, почтительно называя «господин Чжуан».

Эта девчонка была так молода, но совершенно его не боялась.

Впервые за долгое время он почувствовал неловкость, граничащую со жгучим стыдом.

— Простите за беспокойство.

Лу Яо было совершенно плевать на истинные мотивы его визита. Она вымоталась до предела. Вернувшись домой, она приняла еще двух клиенток на маникюр, сходила в душ и, едва добравшись до кровати, провалилась в сон.

Посреди ночи Лу Яо вздрогнула и резко открыла глаза, поспешно включив ночник.

Ей приснился кошмар. Во сне к ней приходила Чжао Юйцин, та самая девушка, которой она недавно делала маникюр.

На её лице застыл неподдельный ужас, словно она пряталась от чего-то страшного и без конца молила о помощи.

На часах было всего три ночи. Лу Яо встала, налила стакан воды, выпила его и снова легла.

-

На следующее утро Закусочная Лу Яо открылась вновь. Очередь оказалась в несколько раз больше вчерашней, огромная пустая площадь Девяносто девятого этажа была забита битком.

Капитан Стражи Бай Цзянь стоял у окна своего кабинета, его взгляд был мрачен.

Что за чертовщина творится в этой лавке?

С чего вдруг все так по ней с ума сходят? Неужели там интереснее, чем в Парке?

Это же просто забегаловка!

Внезапно взгляд Бай Цзяня замер. Внизу, в неприметном уголке, Бай Мин передавал пакет Цину.

Цин взял его, несколько секунд разглядывал содержимое, и, судя по всему, остался весьма доволен. Перебросившись с Бай Мином парой слов, он неспешно направился обратно в Парк.

Бай Цзянь от ярости готов был рвать и метать, меряя шагами кабинет.

Спустя пару минут раздался стук в дверь. Капитан Стражи опустился в кресло, изо всех сил пытаясь унять гнев:

— Войдите.

Дверь распахнулась, и на пороге возник Цин с тем самым пакетом в руках.

Бай Цзянь напустил на себя суровый вид, делая вид, что не замечает ношу:

— Что случилось?

Цин подошел к столу, вытащил из пакета контейнер и придвинул его к капитану:

— Капитан Стражи, ешь.

— ...

Да ты просто хочешь свести меня в могилу!

Видя, что начальник не реагирует, Цин подвинул коробку еще ближе:

— Капитан Стражи, это вкусно.

Бай Цзянь отвернулся:

— Не буду. Убери.

Да он, Бай Цзянь, скорее умрет прямо здесь, сбросится с крыши Парка, но в рот не возьмет ни крошки из этой мерзкой забегаловки!

Изящные брови Цина сошлись на переносице. В его глазах читалось непонимание.

Почему капитан отказывается от такой вкуснотищи?

Какой же он странный.

Неудивительно, что остальные сотрудники Парка избегают его и никогда не зовут с собой в закусочную.

Бай Цзянь уже открыл было рот, чтобы произнести какую-нибудь суровую фразу и подчеркнуть свою непреклонность, но тут Цин снял крышку с контейнера.

Насыщенный, сводящий с ума аромат лапши с говядиной ударил в лицо, словно невидимый крючок, цепляясь прямо за обоняние Бай Цзяня.

Его узкие глаза расширились. Он несколько секунд неотрывно пялился на исходящую паром лапшу, прежде чем поднять взгляд на Цина и невнятно пробормотать:

— Я... ты...

Цин едва заметно кивнул:

— Вкусно.

Вручив еду, Цин развернулся и ушел к себе в кабинет наслаждаться десертами, не проронив больше ни слова.

В пакете оставались новинки, которые принес Бай Мин — сливочные профитроли и сливочно-кофейный пудинг. Судя по названиям, это было что-то невероятное, так что Цин пожалел отдавать их капитану.

Бай Цзянь остался один в пустом кабинете. Его спина напряглась, а взгляд, словно примагниченный, прикипел к лапше.

И это еда из той самой закусочной?

Горячая... и такая ароматная.

Совершенно не похоже на пресную иллюзорную стряпню.

И почему никто ему раньше об этом не рассказывал?

Бай Цзянь благополучно забыл о том, что никогда не скрывал своей ненависти к лавке Лу Яо.

В первый раз он послал троицу во главе с Паопао устроить там погром. По возвращении они доложили, что еда там восхитительная, но он пропустил это мимо ушей.

Во второй раз он отправил туда Бай Лу и Бай Хэ. Эти двое были слишком умны и наверняка сразу раскусили истинную природу заведения, вот и умолчали.

А затем несколько сотрудников Парка и вовсе уволились, чтобы устроиться в закусочную, и его обида переросла в настоящую ненависть. После этого никто не осмеливался упоминать при нём эту забегаловку.

До тех пор, пока не появился Цин.

Капитан Стражи боролся с собой добрую половину дня. Когда пар над тарелкой почти рассеялся, он всё-таки протянул руку и взял палочки.

Ладно, он попробует всего один кусочек.

Всего один.