Принудительный аборт

Поскольку брак между Лун Мэем и Ли Цяньжу был лично организован императором, задержек не было. Вскоре после издания императорского указа свадебные приготовления начались полным ходом.

Хотя она была всего лишь наложницей, она все же носила титул Цэфэй и была выбрана императором. Поэтому свадьба все равно была пышным событием. На свадебном банкете присутствовало множество министров. Все поздравляли ее, но что именно они думали, оставалось неизвестным.

Теперь всем известна вся история романа наследного принца с Ли Цяньжу. И происхождение этого свадебного банкета — это то, в чём все молчаливо сходятся.

Однако все не могли не восхищаться хитростью Ли Цяньжу. Изначально она намеревалась заручиться поддержкой Тёмного Принца, но после неудачи немедленно перешла на сторону Наследного принца. Такие интриги были поистине впечатляющими.

Несмотря на радостное событие, Лун Мэй не чувствовал никакой праздничной атмосферы; даже улыбка на его лице казалась натянутой. У него совершенно не было желания жениться на Ли Цяньжу, этой презренной женщине. Если бы не указ отца, он бы никогда даже не подумал о Ли Цяньжу как об обычной наложнице, не говоря уже о статусе Цэфэй!

Тем более что Ли Цяньжу и раньше была объектом многочисленных спекуляций, ходили слухи, что она станет наложницей Лун И. Теперь же Ли Цяньжу стала его Цэфэй, хотя он знал, что между Ли Цяньжу и Лун И не было никаких отношений. Но он все равно чувствовал себя очень неловко, словно подобрал что-то, что Лун И выбросил.

Нынешняя ситуация – целиком и полностью вина Ли Цяньжу. И всё же он долен жениться на такой женщине и стать её мужем.

Несмотря на нежелание Лун Мэя, свадьба состоялась. Поскольку это был брак с наложницей, формальной свадебной церемонии не было; Ли Цяньжу сразу же отправили обратно в брачную комнату.

Сидя в брачном покое, Ли Цяньжу чувствовала себя так, словно видит сон. Она была готова пожертвовать собой ради наследного принца и выйти замуж за Темного принца. Но теперь все резко изменилось; ее желание исполнилось, и она вышла замуж за наследного принца, став его наложницей.

Размышляя обо всем этом, Ли Цяньжу положила руку на живот, и ее улыбка стала еще слаще. Хотя она слышала, что другая наложница в резиденции наследного принца беременна, она тоже была беременна. Она верила, что с любовью наследного принца ее будущее обязательно будет очень счастливым.

В тот самый момент, когда Ли Цяньжу еще предавалась мечтам о прекрасных днях, которые еще предстоят, дверь распахнулась.

Услышав, как открылась дверь, Ли Цяньжу застенчиво опустила голову. Хотя вуаль закрывала ее лицо, ей все равно было очень неловко. Особенно когда она услышала приближающиеся шаги, у нее чуть сердце не выскочило из груди.

Вуаль была приподнята, и Ли Цяньжу, собравшись с духом, посмотрела на мужчину, которого любила больше всего, на мужчину, ставшего её мужем. Она ожидала увидеть красивое, улыбающееся лицо. Но, к её удивлению, перед её глазами предстало знакомое лицо, хотя выражение на нём было незнакомым.

Она всегда считала наследного принца мягким и утонченным, всегда говорящим с ней тихо и нежно. Но мужчина перед ней, хотя и со знакомым лицом, не улыбался, в его глазах читалась лишь холодность, и даже иногда при взгляде на нее мелькала нотка отвращения.

Увидев незнакомого Лун Мэя, Ли Цяньжу невольно вздрогнула. Она не понимала, что произошло, как Его Высочество наследный принц мог дойти до такого состояния.

«Что? Ты боишься?» Увидев проблеск страха в глазах Ли Цяньжу, губы Лун Мэя изогнулись в насмешливой улыбке. «Разве ты не пыталась всеми способами добиться замужества со мной? Теперь, когда твоё желание исполнилось, разве ты не счастлива?»

«Ваше Высочество, что именно вы имеете в виду? Я совершенно ничего не понимаю!» Хотя Ли Цяньжу не поняла смысла слов Лун Мэя, она инстинктивно почувствовала страх. «Что именно произошло?»

«Хе-хе, ты разве не знаешь, что случилось?» — Лун Мэй, казалось, услышал шутку, и его насмешка усилилась. — «Ли Цяньжу, похоже, я тебя сильно недооценил. Я всегда считал тебя нежной и очаровательной женщиной. Никогда не думал, что ты просто умеешь скрывать все лучше всех».

«Ваше Высочество, о чём вы говорите?» Услышав сарказм Лун Мэя, Ли Цяньжу почувствовала себя обиженной. «Я действительно очень рада выйти за вас замуж. Но я ничего плохого не сделала».

Хотя Ли Цяньжу не знала истинного смысла слов Лун Мэя, она всё же почувствовала, что наследный принц, похоже, что-то неправильно понял в её словах. В противном случае Его Высочество не стал бы так с ней обращаться. Его Высочество когда-то говорил, что она его любимица.

«Ты ничего не сделала?» — Лун Мэй не поверил ни единому слову Ли Цяньжу. «Ты всё ещё смеешь говорить, что ничего не сделала. Если бы не твои интриги, стала бы ты сегодня моей наложницей? Изначально я думал, что ты действительно так сильно меня любишь, что готова выйти замуж за Лун И и стать моим информатором. Но правда в том, что ты только и думаешь о том, как сговориться против меня, чтобы у меня не осталось другого выбора, кроме как жениться на тебе. А та инсценировка с поимкой с поличным на банкете в доме министра — разве не ты ее устроила?»

«Нет, я ничего не делала». Услышав это обвинение, Ли Цяньжу немедленно выступила в свою защиту: «Ваше Высочество, вы должны мне поверить, я бы никогда не сделала ничего подобного. Хотя я очень хотела выйти за вас замуж, я бы никогда не прибегла к таким грязным методам».

«Думаешь, я всё ещё поверил бы тебе?» — усмехнулся Лун Мэй, глядя на Ли Цяньжу, сидевшую на краю кровати. — «Если бы не твои коварные планы, думаешь, я бы женился на тебе? Я всё спланировал, но никак не ожидал, что в итоге попаду в твою ловушку».

«Ваше Высочество, как вы могли так несправедливо поступить со мной?» Услышав эти слова, Ли Цяньжу была убита горем. Она никогда не могла представить, что человек, которого она любила больше всего, может так ее обидеть.

«Несправедливо?» — фыркнул Лун Мэй. — «Ты думаешь, заслуживаешь произносить слово „несправедливость“? Я уже провел тщательное расследование. Причина, по которой все „застали нас на месте преступления“, заключалась в том, что твоя мать кричала и искала тебя. Ли Цяньжу, ты хочешь сказать, что абсолютно ничего не знаешь о поступках своей матери?!»

После того как императрица пришла к выводу, что Ли Цяньжу всё спланировала, Лун Мэй отправил людей на повторное расследование. Они обнаружили, что человек, который так громко требовал найти кого-то, был не кто иной, как мать Ли Цяньжу. Именно поэтому так много людей стали свидетелями его романа с Ли Цяньжу. Зная это, он ещё больше убедился, что всё это было заговором Ли Цяньжу.

«Это не так», — с тревогой объяснила Ли Цяньжу. «Моя мать просто беспокоилась о моей безопасности, поэтому она так и поступила».

«Беспокоилась о твоей безопасности? Это же смешно», — усмехнулся Лун Мэй. «Твоя мать разве не знала, что это за место? Это резиденция премьер-министра. Что там может произойти такого, что поставит под угрозу твою безопасность?»

Ли Цяньжу поняла, что, что бы она ни говорила, Его Высочество наследный принц ей больше не поверит. Она хотела заступиться за себя, но не знала, с чего начать. Поэтому ей оставалось лишь попытаться выразить свои истинные чувства.

«Ваше Высочество, мои чувства к вам очевидны. Иначе я бы никогда не согласилась выйти замуж за Тёмного Принца, чтобы собирать для вас информацию. Всё, что я сделала, — ради вас! Почему вы не можете понять?»

В этот момент Ли Цяньжу, казалось, что-то вспомнила. Она тут же погладила свой живот и продолжила: «К тому же, я уже ношу вашего ребенка. Вы разве не верите в мои чувства к вам?»

«Если бы ты мне не сказала, я бы почти забыл». Глядя на живот Ли Цяньжу, в глазах Лун Мэя мелькнул холодок. «Неужели из-за этого ребенка ты решила все это спланировать?»

Увидев холодный блеск в глазах Лун Мэя, Ли Цяньжу почувствовала, как по её телу пробежал холодок, и она невольно отшатнулась. Она не знала почему, но всякий раз, когда видела выражение лица наследного принца, ей становилось страшно, словно вот-вот должно было произойти что-то ужасное.

«Что, разве ты не была полна решимости выйти за меня замуж? — Губы Лун Мэя изогнулись в жестокой улыбке. — Теперь ты достигла своей цели. Но знаешь ли ты? В этом мире, чтобы чего-то добиться, нужно чем-то пожертвовать. Ты получила положение Цэфэй, но ребенка в твоем чреве никогда не удастся сохранить».

«Что вы сказали?» Ли Цяньжу почти подумала, что ослышалась, но, увидев полное отсутствие шутки на лице Лун Мэя, испугалась. «Ваше Высочество, что вы делаете?»

«Что я хочу сделать? — спросил Лун Мэй с насмешливой улыбкой. — Даже сейчас ты не знаешь, что я собираюсь сделать? Я хочу, чтобы ребенок в твоем животе исчез».

«Нет». Ли Цяньжу рефлексивно прикрыла живот руками в защитном жесте. Она посмотрела на Лун Мэя, в ее глазах читалось недоверие. «Ваше Высочество, это ваш ребенок!»

«Верно, это мой ребенок, но это также и твой ребенок», — холодно сказал Лун Мэй. «После того, как ты строила против меня козни, ты думаешь, я все еще позволю тебе родить этого ребенка?»

«Ваше Высочество, даже тигры не едят своих детенышей, как вы могли так поступить?» — слезы текли по лицу Ли Цяньжу. — «Это ваша родная кровь».

«Мой ребёнок сейчас находится в утробе наложницы Мо, и скоро он родится». Лун Мэй, глядя на Ли Цяньжу, холодно сказал: «Что касается ребёнка в твоей утробе, то он не может родиться. Если этот ребёнок родится, как я буду смотреть в глаза этим людям за пределами дома? Что, если кто-то использует ребёнка, чтобы проследить наше прошлое и узнать, что мы уже были вместе, когда отец-император планировал выдать тебя замуж за Лун И? Как, по-твоему, отец-император будет ко мне относиться?»

«Нет, этого не произойдет». Ли Цяньжу резко опустилась на колени, вцепившись в одежду Лун Мэя и умоляя: «Ваше Высочество, пожалуйста, не причиняйте вреда моему ребенку. Я сделаю все, что вы попросите, лишь бы вы позволили мне оставить этого ребенка».

Столкнувшись с мольбами Ли Цяньжу, Лун Мэй не проявил ни малейшего смягчения. Он оттолкнул Ли Цяньжу и жестоко заявил: «Если бы ты тогда послушно выполнила требование этого принца, вышла замуж за Лун И и служила принцу, то этот принц не стал бы с тобой так жестоко обращаться. Жаль, что ты слишком амбициозна. Ты осмелилась замышлять заговор против меня. Если я продолжу потакать тебе, разве я не буду совершенно бесполезен? Раз уж ты это сделала, не вини меня в безжалостности. Ты сама во всем этом виновата».

После этого Лун Мэй громко приказала: «Кто-нибудь, идите сюда!»

Вскоре вошли несколько служанок, одна из которых держала в руке чашу с темным лекарством на подносе.

Увидев входящую служанку, Ли Цяньжу невольно отшатнулась. Она продолжала отступать, словно только так она могла почувствовать себя в большей безопасности.

Лун Мэй, даже не взглянув на лежащую на земле Ли Цяньжу, приказала: «Залейте это лекарство ей в рот».

Услышав указания Лун Мэя, несколько служанок бесстрастно шагнули вперед. Две из них тут же схватили Ли Цяньжу за подбородок, а третья схватила ее за рот, заставив открыть его, после чего насильно влила ей лекарство.

Когда служанки приблизились, Ли Цяньжу продолжала отступать, но её тут же усмирили. Вскоре её заставили открыть рот, и горькое лекарство вылили прямо в горло. Она отчаянно боролась, но безрезультатно, и большая часть лекарства попала ей внутрь.

После того как ей влили все лекарство, служанки отпустили ее. Затем она почувствовала приступы боли в животе. Теплый поток воды стекал по ее бедрам, и ей показалось, что ребенок вот-вот покинет ее.

Увидев корчащуюся на земле от боли Ли Цяньжу, Лун Мэй не почувствовал ни малейшей жалости. Он холодно приказал: «Пошлите кого-нибудь за императорским врачом. Во что бы то ни стало, мы не можем допустить её смерти».

Сказав это, он повернулся и покинул брачную комнату.

Лун Мэй не испытывал к Ли Цяньжу никаких чувств. Единственная причина, по которой он послал за императорским врачом, заключалась в том, чтобы предотвратить любые неприятности с Ли Цяньжу в этот критический момент. Если бы Ли Цяньжу умерла в день своей свадьбы, его отец пришел бы в ярость. Более того, объяснить это семье Ли было бы невозможно.

Поэтому Ли Цяньжу не может умереть, по крайней мере, сейчас.

После ухода Лун Мэя служанки поспешно отнесли Ли Цяньжу обратно в постель. К этому времени на полу оставалось немало крови, что придавало брачному покою зловещую атмосферу.

Лежа на кровати, Ли Цяньжу почувствовала приступы мучительной боли в животе. Боль чуть не лишила ее сознания. Но ее рассудок был сильнее, чем когда-либо.

Глядя на брачный зал, наполненный праздничной атмосферой, Ли Цяньжу испытывала лишь иронию. Она вышла замуж за любимого человека, полная предвкушения, но реальность ударила ее по лицу. Сегодня был день ее свадьбы, но именно в этот день она потеряла ребенка. И виновником этой потери оказался не кто иной, как ее муж. Какая ирония.

Она действительно не понимала, что сделала не так и почему ей пришлось понести такое наказание. События, произошедшие между ней и наследным принцем, были совершенно не по ее вине. Но она знала, что ничто из того, что она скажет сейчас, не изменит ситуацию. Его Высочество наследный принц уже решил, что это она виновата.

Почувствовав, что её ребёнок вот-вот навсегда покинет её, Ли Цяньжу охватила волна горя. Это был только первый день, а она уже потеряла своего ребёнка. Как ей теперь жить?

Непонимание наследного принца очень глубоко укоренилось, и ничто не сможет это исправить. Без любви мужа и без поддержки влиятельной семьи, как она сможет утвердиться в резиденции наследного принца?

Думая обо всем этом, Ли Цяньжу почувствовала глубокую скорбь. Она плакала из-за потерянного ребенка, из-за себя и, особенно, из-за своего будущего.

Особняк Тёмного Принца —

Лун И и Лин Жовань быстро узнали о том, что произошло в резиденции наследного принца. Они не присутствовали на сегодняшнем свадебном банкете. В конце концов, речь шла всего лишь о взятии наложницы; никто ничего не скажет, даже если они не придут.

Несмотря на свое отсутствие, они всё же тайно послали людей следить за резиденцией наследного принца.

«Я не ожидала, что Лун Мэй окажется таким безжалостным», — Лин Жовань невольно вздохнула, услышав доклад охранника. «Эта Ли Цяньжу поистине жалкая. Сомневаюсь, что какая-либо женщина позволила бы мужу заставить ее сделать аборт в день свадьбы!»

На самом деле, она предполагала, что императрица и Лун Мэй, возможно, не смогут принять ребенка Ли Цяньжу. У Лун Мэя никогда и не было чувств к Ли Цяньжу. Теперь, когда его вынудили жениться на Ли Цяньжу, он, безусловно, будет очень обижен, поэтому он не простит ей этого.

Кроме того, даже без ребенка Ли Цяньжу это не имело бы никакого значения. Мо Цяоюнь вот-вот родит, и это старший сын Лун Мэя.

Однако она никак не ожидала, что Лун Мэй окажется настолько жестоким, чтобы вызвать аборт Ли Цяньжу в день их свадьбы. Изначально она думала, что Лун Мэй воспользуется наркотиками или каким-либо другим случайным способом, чтобы избавиться от ребенка в утробе Ли Цяньжу.

«В этом нет ничего удивительного», — сказал Лун И, сохраняя спокойствие. «Лун Мэй всегда просто использовал Ли Цяньжу. Теперь, когда он думает, что Ли Цяньжу его подставила, он, естественно, в ярости. Поэтому он ни за что не проявит к Ли Цяньжу никакой пощады».

«Жизнь Ли Цяньжу разрушена», — спокойно сказала Лин Жовань. «Отныне дни, проведенные ею в резиденции наследного принца, будут казаться вечностью».

«Разве ей не нравится Лун Мэй?» — губы Лун И изогнулись в саркастической улыбке. — «Раз он ей нравится, значит, её жизнь не должна быть слишком сложной! По крайней мере, она всё ещё может быть рядом с тем, кто ей нравится, верно?»

«Думаю, она уже должна понять, что Лун Мэй просто использовал её!» — Лин Жовань подняла бровь и сказала: «Однако, даже если она поймет, многое не изменится. Интересно, превратит ли она свою любовь в ненависть! Знаешь, женские сердца могут быть очень безжалостными».

«Это дело Лун Мэя», — небрежно заметил Лун И. — «Лучше не проявляй излишнего любопытства».

«Знаю», — Лин Жовань пожала плечами и небрежно сказала: «Я просто упомянула об этом».

«Кстати, разве Лун Мэй не присвоил много денег из-за инцидента с поддельным оружием?» — внезапно спросил Лун И. «После расследования я выяснил, что Лун Мэй тайно перевел эти деньги в Цзяннань на покупку еды и одежды».

«Еда и одежда?» — Лин Жовань удивилась словам Лун И. — «Что задумал Лун Мэй? Знаешь, он тогда присвоил кучу денег! Если он потратит все на еду и одежду, это будет огромная сумма! Что он задумал? Если бы ты не знал, подумал бы, что вот-вот случится какая-то катастрофа!»

«Мы пока ничего об этом не выяснили», — Лун И слегка покачал головой. «Хотя мы и выяснили, что он сделал с этими деньгами, мы до сих пор не знаем, куда делись еда и одежда после покупки. Я отправил людей продолжить расследование».

«Не знаю почему, но мне кажется, что за всем этим кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд». Лин Жовань невольно нахмурилась. «Лун Мэй никогда бы не купил столько еды и одежды просто так. Здесь явно что-то нечисто».

«Не волнуйся!» — сказал Лун И, слегка посмеиваясь. — «Пока мы продолжаем расследование, скоро все выяснится. Какими бы ни были намерения Лун Мэя, у него, вероятно, сейчас нет сил ни на что другое. После всего случившегося он все еще пытается восстановить свою репутацию!»

«Я уже слышала, что в последнее время он активно контактирует с этими министрами», — кивнула Лин Жовань. «Но всё это происходит в частном порядке, вероятно, потому что он опасается императора и не хочет вызвать подозрения».

«Сейчас самое подходящее время, чтобы воспользоваться этой возможностью и провести тщательное расследование».