Второй Мастер возвращается
«Я очень благодарна бабушке за то, что она обо мне думает, но мне невыносимо видеть, как она так много работает». В глазах Лин Жовань мелькнула нотка сарказма. «Кроме того, у бабушки в последнее время слишком много дел, и боюсь, вы с ними не справитесь. Поэтому лучше мне самой взять все на себя».
Если старушка так и не поняла смысла слов Лин Жовань, то она действительно была бы глупой. Смысл слов Лин Жовань был ясен: пока она будет настаивать на регистрации Лин Шуцзе на имя Чжоу, она вернет себе все магазины, оставленные Чжоу Ши. Если же она готова уступить, то все останется как прежде.
Столкнувшись с откровенной угрозой Лин Жовань, старушка пришла в ярость, но не нашла способа выплеснуть свой гнев. Ее лицо покраснело, и казалось, что у нее вот-вот случится инсульт.
Однако, несмотря на гнев, старушка начала размышлять, что важнее: ежегодный доход в десятки тысяч таэлей серебра или же право Лин Шуцзе стать законным наследником. Эти два вопроса сильно тяготили старушку.
Видя нерешительность старушки, Лин Жовань была к этому готова. Десятки тысяч таэлей серебра в год — не такая уж большая сумма для старушки, но и не маленькая; потерять её, безусловно, будет больно. Однако Лин Шуцзе был её самым любимым внуком, и если он станет законным наследником, то, несомненно, добьётся ещё больших успехов в будущем.
«Бабушка, вам стоит хорошенько всё обдумать», — улыбнулась Лин Жовань. «Однако, как бы то ни было, я не могу согласиться на регистрацию моего старшего брата на имя матери, потому что это было бы оскорблением для неё. Кроме того, если бы бабушка так поступила, это было бы оскорблением для будущей жены отца. Было бы ужасно, если бы с этим браком что-то пошло не так».
«Что ты имеешь в виду?» Услышав, как Лин Жовань упомянула о свадьбе Лин Биня, старуха сердито посмотрела на нее. «Не говори глупостей. В этом браке ничего не измениться».
«Неужели?» — губы Лин Жовань изогнулись в саркастической улыбке. — «Бабушка действительно так думает?»
«Что именно ты пытаешься сказать?» — пожилая женщина настороженно посмотрела на Лин Жовань. — «Или ты снова что-то замышляешь?»
«Хе-хе, бабушка, вы слишком высокого мнения обо мне!» — пожала плечами Лин Жовань, притворяясь невинной. — «Отец собирается жениться во второй раз, а вы так много говорите о регистрации сына на имя его покойной законной жены. Разве это не говорит всем в широких деталях, что даже если новая жена родит ребенка, он никогда не будет иметь такой же статус, как сын, рожденный от наложницы в их доме?»
Услышав слова Лин Жовань, старушка вздрогнула, ее глаза расширились. Все это время она думала о том, чтобы уладить все дела с Шуцзе еще до прихода Лю Цзиньэр в семью, чтобы избежать будущих трудностей. Но она никогда не задумывалась, не является ли это провокацией против семьи Лю.
При мысли об этом старушка невольно покрылась холодным потом. Если семья Лю действительно так думает, то этот брак определенно будет полон неожиданных поворотов.
«Кхм!» — прокашлялась старушка, в ее глазах на Лин Жовань читалось раздражение, но лицо её было полно нежности. — «Жовань, я всегда очень тебя любила. Ты моя единственная внучка и, естественно, самая уважаемая молодая леди в поместье. Что касается регистрации Шуцзе на имя твоей матери, поскольку ты категорически не согласна, то я больше ничего не могу сказать».
Увидев ее безразличное выражение лица, словно ничего не произошло, презрение Лин Жовань усилилось. Старуха заговорила слащавыми словами, утверждая, что больше не настаивает на этом, потому что любит свою внучку. На самом деле, она просто боялась, что это повлияет на брак Лин Биня. И эти высокопарные слова были лишь попыткой сохранить лицо.
Несмотря на эти мысли в глубине души, лицо Лин Жовань всё ещё выражало благодарность. «Тогда ваша внучка заранее благодарит вас, бабушка».
«Хм». Старушка кивнула и продолжила: «Жовань, я знаю, что из-за этого инцидента у тебя могут быть негативные чувства ко мне, но я все же хочу сказать тебе, что все, что я делала, было ради твоего же блага. Изначально я просто хотела найти того, на кого ты сможешь положиться в будущем».
«Я знаю, что всё, что делала бабушка, было мне на пользу», — с волнением сказала Лин Жовань. «Честно говоря, на этот раз я тоже была виновата. Моё отношение к бабушке тоже было не очень хорошим. Надеюсь, бабушка меня простит».
«Ты моя внучка, как я могу тебя винить?» — старушка умоляюще покачала головой. — «Отныне ты останешься моей доброй внучкой».
Если бы эту сцену увидел посторонний человек, он бы наверняка вздохнул и сказал: «Какая трогательная картина бабушки и внучки!» Однако только сами участники событий знают, о чём они на самом деле думают в этот момент.
Вопрос был улажен, и Лин Жовань больше не поднимала тему магазинов. Однако это не означало, что она позволит старушке продолжать в том же духе. Дело было не в том, что она не заберет их обратно, а в том, что она найдет подходящую возможность.
После ухода Лин Жовань старушка велела: «Момо Лю, пусть кто-нибудь позовет Шуцзе».
«Госпожа, вы собираетесь рассказать об этом старшему молодому господину?» Момо Лю сразу поняла, что имела в виду старушка. Она выглядела обеспокоенной и спросила: «Не лучше ли нам найти другое подходящее время, чтобы рассказать старшему молодому господину?»
Увидев, что старушка отказалась от этой идеи, момо Лю наконец вздохнула с облегчением. Но разве не было бы неуместно рассказывать об этом старшему молодому господину прямо сейчас? В конце концов, старшая мисс только что покинула двор Шоу Кан. Если бы она рассказала старшему молодому господину сейчас, разве это не было бы явным свидетельством того, что это дело связано со старшей мисс?
«А какое еще подходящее время?» — нахмурилась старушка и нетерпеливо сказала: «Поскольку сейчас это невозможно, давай скажем ему как можно скорее, чтобы он поскорее сдался».
Увидев поведение старушки, момо Лю больше ничего не могла сказать и могла лишь отослать кого-нибудь прочь.
Между тем, Лин Жовань не знала о действиях старушки, но даже если бы знала, ей было бы все равно. Они с Лин Шуцзе уже поссорились из-за этого, поэтому она не возражала против того, что Лин Шуцзе обвинил ее.
После похода Лин Шуцзе во двор Шоу Кан, по возвращении, его лицо помрачнело, а привычная нежная улыбка полностью исчезла. Цинь Инян и Лин Жожоу, увидев это, не осмелились ничего больше сказать.
Лин Шуцзе вернулся в свою комнату один, сел на стул, и в его глазах читалась ненависть.
Одна только мысль о том, что только что произошло во дворе Шоу Кан, вызвала в нем неудержимый прилив ненависти. Хотя слова бабушки звучали правдоподобно — что она верила в его способность достичь великих свершений собственными силами, — это был всего лишь способ помешать ему быть зарегистрированным на имя семьи Чжоу.
Даже не спрашивая, он знал причину: всё дело было во вмешательстве Лин Жовань. Он не ожидал, что у Лин Жовань окажется такая власть; похоже, он недооценил её. Лин Жовань лишила его шанса, и он ни за что не позволит ей так легко отпустить ситуацию.
При этих мыслях в глазах Лин Шуцзе мелькнул безжалостный блеск.
Вопрос о том, станет ли Лин Шуцзе законным наследником, быстро утих в семье Лин. После этого инцидента все стали еще более настороженно относиться к Лин Жовань. Она даже смогла изменить решение старушки; она была не обычной женщиной!
На мгновение все почувствовали немного больше сочувствия к Лин Шуцзе. У него был шанс стать законным сыном, но в итоге все сорвалось.
Однако этот вопрос ненадолго вызвал волнение в семье Лин, поскольку новость о том, что наложница Сяо собирается устроить банкет по случаю своего дня рождения, уже распространилась.
Все прекрасно понимали, что, хотя формально это был праздничный банкет, все догадывались, что наложница Сяо на самом деле выбирает жену для принца Нина. Наследный принц собирался жениться, у третьего принца (Темного Принца) уже была невеста, а четвертый принц в последнее время много времени проводил со старшей дочерью генерала Линя. Только у второго принца, принца Нина (Лун Юй), еще не было главной жены — это был прекрасный шанс.
Вы должны понимать, что принц Нин — самый могущественный претендент на трон, помимо наследного принца. Если бы девушка вышла замуж за принца Нина, став его главной женой, у неё, возможно, появился бы шанс стать императрицей, матерью нации, в будущем.
Даже если бы ей не выпал шанс достичь этого высшего положения, замужество за принца Нина все равно сделало бы ее принцессой.
Естественно, эта история дошла до семьи Лин, но в семье было всего три молодые девушки. Старшая уже была помолвлена с Темным Принцем, вторая собиралась выйти замуж за наследного принца в качестве наложницы, и только третья девушка еще не была замужем. К сожалению, из-за своего положения третья девушка даже не имела возможности присутствовать на дворцовом банкете.
Шоу Кан Юань ——
«Госпожа, второй мастер прислал письмо». Момо Лю вбежала в комнату с письмом в руках, на её лице мелькнула радость.
«Правда?» Услышав слова момо Лю, старушка, казалось, очень обрадовалась. «Он действительно написал письмо? Скорее, покажите мне его».
Лин Ю был младшим братом Лин Биня, рожденным от той же матери, то есть родным сыном старушки. Однако он не занимал никакой должности в столице, а был направлен на службу в Цзяннань. За прошедшие годы он почти не возвращался домой. Старушка очень скучала по своему младшему сыну, так как он никогда не был рядом.
Когда старушка взяла письмо из рук момо Лю, ее улыбка становилась все шире и шире, когда она смотрела на него.
«Госпожа, есть какие-нибудь хорошие новости?» — с улыбкой спросила момо Лю, глядя на выражение лица пожилой женщины. — «Вы так обрадовались, как только увидели это письмо».
«Это поистине чудесная новость, невероятно чудесная новость!» Голос старушки дрожал от радости. «Он возвращается!»
«Правда?» Услышав слова старушки, момо Лю тоже обрадовалась за неё. «Неудивительно, что вы так рады, госпожа. Оказывается, второй мастер вернется».
Однако она тут же немного растерялась: «Почему Второй Мастер возвращается именно сейчас? До конца года еще далеко!»
«Его переводят обратно в столицу», — взволнованно сказала старушка. «После этого возвращения он больше никуда не уедет, а останется в столице. Разве это не замечательная новость?»
«Поздравляю, госпожа! Поздравляю!» — тут же поздравила момо Лю. — «Теперь ваше заветное желание наконец-то может сбыться. Это поистине чудесная новость!»
Как старая служанка, ухаживавшая за пожилой женщиной, момо Лю прекрасно знала, что на протяжении многих лет старушка постоянно думала о втором мастере, который был в отъезде. Теперь, когда второй мастер наконец вернулся, неудивительно, что старушка была так счастлива.
«Ах да, немедленно пришли кого-нибудь подготовить двор», — поспешно приказала старушка. — «В этот раз возвращается не только Юэр, но и Шуао с Жолань. Кстати, я давно их не видела».
«Госпожа, можете не волноваться. Теперь у вас будет множество возможностей увидеть молодого господина Шуао и юную госпожу Жолань», — сказала момо Лю с лучезарной улыбкой. «Вы даже сможете увидеть, как они женятся и заведут детей!»
«Хм!» — внезапно глаза старушки загорелись. — «Верно, разве принц Нин не собирается выбрать себе жену? Жолань действительно счастливица. Ее возвращение как раз вовремя».
«Мисс Жолань настолько выдающаяся, что её обязательно выберут», — сказала момо Лю, выражая ей свои комплименты.
«Хорошо, хватит», — махнула старушка рукой и поспешно продолжила: «Они уже должны быть в пути и прибудут через несколько дней. Следует поторопиться и попросить кого-нибудь собрать вещи, чтобы они могли остановиться здесь, как только вернутся. А ещё, пришли кого-нибудь рассказать об этом Биньэру; он будет очень рад».
«Я сейчас же уйду».
Двор Жовань…
Момо Цю вошла с приглашением, украшенным золотым тиснением, и передала его Лин Жовань. «Госпожа, это из дворца. Это приглашение на банкет по случаю дня рождения наложницы Сяо».
«О, правда?» Поскольку Лун И уже рассказал ей об этом, Лин Жовань не удивилась. Она протянула руку, взяла приглашение у момо Лю, взглянула на него и небрежно положила на стол. «Понимаю».
«Госпожа, какой подарок нам следует приготовить?» — спросила момо Цю. «К этому праздничному банкету нельзя относиться легкомысленно; мы должны подготовить его тщательно».
«Хе-хе, какой именно подарок, совершенно не имеет значения», — загадочно улыбнулась Лин Жовань. «Ты что, не понимаешь, зачем этот банкет? Наверное, ей всё равно, какие подарки ей дарят другие!»
«Госпожа, вы имеете в виду выбор жены принцем Нином?» — нахмурилась Ло Шуан. «Госпожа, вы уже помолвлены, почему же наложница Сяо пригласила вас?»
«Хотя это и банкет по случаю выбора принцем Нином жены, это все равно праздничный ужин!» — с улыбкой объяснила момо Цю. «Естественно, они должны пригласить и других гостей. Госпожа — не только невеста Темного Принца, но и принцесса, дарованная императором. Было бы неправильно не пригласить ее».
«Вздох, некоторые хотят пойти, но не могут», — невольно вздохнула Лин Жовань. «Некоторые не хотят идти, но им все равно нужно прийти на назначенную встречу».
«Госпожа, нам еще нужно как следует подготовиться!» — сказала момо Цю. «В любом случае, наложница Сяо занимает высокое положение во дворце. Поскольку вы собираетесь присутствовать на ее праздничном банкете по случаю дня рождения, мы не можем позволить себе небрежность».
«Понимаю». Хотя она это сказала, в тоне Лин Жовань всё ещё чувствовалась некоторая формальность. «Момо Цю, готовься, как считаешь нужным! Не спеши, ещё около двух месяцев! Готовься постепенно».
Увидев выражение лица Лин Жовань, момо Цю не знала, что сказать, и могла лишь беспомощно вздохнуть.
В этот момент вошла Хань Ин, поклонилась Лин Жовань и сказала: «Госпожа, я слышала кое-какие новости».
«О? Какие новости?» — Лин Жовань подняла бровь. Если Хань Ин сообщила об этом, то это не могло быть чем-то незначительным.
«Я слышала, что второй мастер скоро вернется. Говорят, его перевели обратно в столицу, и он больше не уедет», — сказала Хань Ин. «Старушка уже послала людей навести порядок в павильоне Линъюнь».
«Второй мастер?» — Лин Жовань нахмурилась, а затем, немного подумав, наконец вспомнила: «Ты имеешь в виду моего второго дядю?»
В воспоминаниях Лин Жовань действительно существовал некий человек, о существовании которого она смутно догадывалась. Однако, поскольку она никогда не видела его в особняке семьи Лин и не слышала ни от кого упоминания о нем, она постепенно забыла о его существовании.
«Мисс, вы разве не помните?» — спросила момо Цю, а затем хлопнула себя по лбу. «Я была в замешательстве».
Момо Цю быстро вспомнила, что Лин Жовань раньше была умственно отсталой. Хотя она и пришла в себя, многие события из её прошлого всё ещё были смутными в её памяти. Из-за того, насколько умной стала её юная госпожа, она часто забывала, какой была раньше.
«Момо Цю, расскажи мне об этом втором дяде!» — Лин Жовань пренебрежительно махнула рукой. — «Ты ведь его знаешь, правда?»
«Честно говоря, я тоже не очень хорошо его знаю», — сказала момо Цю, немного подумав. «Когда я служила рядом с госпожой, я видела его несколько раз. После смерти госпожи я вернулась в резиденцию премьер-министра и больше его не видела.
Однако я слышала о нём. Этот второй мастер всегда служил чиновником в Цзяннане и редко возвращался в столицу. Старая госпожа всегда хотела, чтобы его перевели обратно в столицу, но это было невозможно. Теперь, когда его наконец перевели, госпожа, должно быть, очень счастлива!»
"Цзяннань?" В глазах Лин Жовань мелькнул огонек. "Ты имеешь в виду, что он все это время работал в Цзяннане?"
Услышав, как момо Цю упомянула Цзяннань, Лин Жовань невольно подумала о приданом Лин Жожоу. Если она правильно помнила, приданое Лин Жожоу было перевезено из Цзяннаня. Она задавалась вопросом, не связано ли это с её вторым дядей.
«Да», — кивнула момо Цю. «Госпожа, что-то случилось?»
«Ничего особенного», — покачала головой Лин Жовань. — «Я просто спросила из любопытства. Теперь, когда мой второй дядя вернулся, в поместье, должно быть, будет довольно оживленно!»
«Раз уж второго мастера перевели обратно, то и вторая госпожа (вторая невестка, жена второго мастера) с остальными должны вернуться вместе, верно?» — с улыбкой сказала момо Цю. «Если это так, то в особняке действительно станет оживленнее».
«О, момо Цю, расскажи мне о них!» — Лин Жовань подняла бровь и продолжила: «Иначе я не буду знать, как к ним обращаться при встрече, а это будет нехорошо».
«Хорошо», — кивнула момо Цю. «Честно говоря, второй мастер — хороший человек. У него всего одна жена, вторая госпожа, и нет других наложниц».
«Что?» — Лин Жовань была искренне потрясена словами момо Цю. «Как это возможно?»
Неудивительно, что она так удивилась; в древние времена у мужчин обычно было несколько жен и наложниц. Даже у ее так называемого отца, который утверждал, что глубоко предан ее матери, все равно было несколько наложниц и других детей, рожденных вне брака. Как же у этого второго дяди могла быть только одна жена!
«Это правда», — кивнула момо Цю. «Все завидуют Второй госпоже! Девичья фамилия Второй госпожи — Е. Она родила сына и дочь от Второго мастера. Сына зовут Лин Шуао, он всего на несколько месяцев младше старшего молодого господина. А дочь зовут Лин Жолань, она немного старше юной госпожи».
«Лин Шуао и Лин Жолань, верно?» — кивнула Лин Жовань. «Похоже, они тоже переедут сюда. Но должна сказать, совпадение по времени с возвращением моего второго дяди просто поразительно!»
«Мисс, вы имеете в виду…» — недоуменно спросила Ло Шуан.
Хань Ин тоже выглядела озадаченной.
Лин Жовань поджала губы, бросив краем глаза взгляд на приглашение с золотым тиснением на столе. «Разве ты не видела? Банкет в честь дня рождения наложницы Сяо через два месяца. Разве это не как раз вовремя, чтобы они смогли вернуться?»
«Это правда. Кстати, мисс Жолань достигла брачного возраста». Момо Цю кивнула. «Госпожа Жовань моложе ее, но она уже помолвлена, а та остается незамужней».
«Однако, вероятно, Второму Дяде будет нелегко добиться отбора своей дочери!» — Лин Жовань взяла приглашение со стола и холодно улыбнулась. — «В конце концов, его совсем недавно перевели обратно в столицу».
Поскольку его только что перевели обратно в столицу, у него там нет никакого влияния, и наложница Сяо может даже не счесть его подходящим кандидатом. В конце концов, Лун Мэй женился на внучке премьер-министра. Если наложница Сяо хочет, чтобы Лун Юй мог конкурировать с Лун Мэй, она должна выбрать знатную даму высокого происхождения с влиятельной поддержкой! А Лин Жолань явно не соответствует этим требованиям.