Рыцарь Смерти (4)

18. Рыцарь смерти (4)

— Молодой господин, вы точно в порядке?

— Да... в порядке, всё хорошо...

Отвечая на голос Арин, я попытался подняться, но тело тут же накрыла волна изнуряющей слабости.

— Какое там «в порядке», вы же третий день едва ноги волочите!

— Просто... спал плохо. Немного отдохну, и всё пройдёт.

Я с трудом заставил себя сесть; Арин, наблюдая за моими мучениями, озадаченно склонила голову набок.

— И что же такого важного вы делали на рассвете, что лишились сна?

— А? Ну, это... нужно было кое-что изучить допоздна...

Я попытался отвести взгляд, но Арин была не из тех, кого можно провести так просто.

— Лжёте! Стопка книг и открытые страницы — всё осталось ровно в том же виде, что и вчера.

— Кх!..

Плохо дело.

Стоит первой лжи рассыпаться, как подозрения начинают расти с удвоенной силой.

Арин, прищурившись, сверлила меня взглядом и продолжала допрос.

— Чем же вы занимались в одиночестве до самой зари?

— Нет, ну... видишь ли...

— Да ещё и втайне от меня и господина Дюнкела?

— Это...!

С ума сойти можно.

Больше я не мог придумать ни одной достойной отговорки.

— Хм...

Пока я мямлил, я заметил, как между бровей Дюнкела, наблюдавшего за мной, пролегла глубокая складка.

«Черт, неужели он всё-таки догадался?»

Посмотрев на меня с предельно серьезным выражением лица, Дюнкел медленно шагнул вперед.

— ...Молодой господин.

— Ик?!

От его голоса мои плечи невольно вздрогнули.

То ли совесть была нечиста, то ли тело из-за усталости двигалось куда более скованно, чем обычно.

«Позор! Великий Архимонд не может найти банального оправдания и дрожит, точно лист на ветру...!»

Я отчаянно пытался сообразить, что сказать, но мозг, одурманенный усталостью, наотрез отказывался работать.

— Всё в порядке. Не стоит этого стыдиться.

С этими словами Дюнкел, сохраняя невозмутимый вид, положил руку мне на плечо.

«Пронесло? Ну и слава богу...»

Я уже готов был облегченно выдохнуть, как вдруг в голове мелькнула тревожная мысль.

...Не стоит стыдиться? О чём это он?

— Госпожа Арин?

Дюнкел обратился к девушке своим самым веским тоном.

— Да!

Арин уставилась на него, округлив глаза, а рыцарь изрек с глубочайшей серьезностью:

— Молодой господин сейчас проходит через крайне важный жизненный этап.

— Важный этап?

«Важный... этап?»

«Что он, черт возьми, несет?»

Я скорчил недоуменную мину, но Дюнкел, глядя на меня, лишь уверенно кивнул.

С таким видом, будто призывал меня полностью на него положиться.

«Нет, серьезно, что этот придурок себе вообразил?»

— Подобное будет случаться и впредь.

— Э? Он и дальше будет так изнывать?

— Именно. Но это совершенно естественное явление.

«???»

Кивнув озадаченной Арин, Дюнкел перевел взгляд на меня и добавил:

— В период полового созревания юношеская энергия бьет ключом.

«...Ах ты ж сумасшедший».

Теперь я понял.

С чем именно этот идиот перепутал мое состояние.

Этот безумный рыцарь... за кого он меня принимает?!

— Послушай, Дюнкел. Я прекрасно понимаю, о чем ты подумал, но это не то! На самом деле я...!

С этими словами я вскочил со своего места.

Заметив, как вспыхнуло мое лицо, Дюнкел снова сжал мои плечи и произнес примирительно:

— Не волнуйтесь, молодой господин. Каждый мужчина проходит через это.

— Я же сказал, нет! Это правда не то...!

Но всё было тщетно.

Дюнкел уже пришел к собственным выводам и совершенно не желал слушать мои оправдания.

— Тут нечего стесняться, молодой господин.

— Да нет же, нет, нет!

С чего бы мне, по-вашему, заниматься подобным в одиночку по ночам...!

Сказав это, я замолчал, а Дюнкел, будто внезапно о чем-то вспомнив, поднялся и направился к выходу.

— Эй, стой! Я еще не договорил, ты куда?!

Услышав мой отчаянный крик, Дюнкел обернулся:

— Я иду доложить Его Светлости герцогу.

Глядя на его серьезную физиономию, изрекающую подобную нелепицу, я почувствовал, как голова начинает раскалываться.

— Зачем докладывать об этом отцу?! И вообще, я же сказал — это не то!

— Не смущайтесь. Молодой господин Делайн тоже через это прошел.

Что, и Делайн тоже?

Рыцарь подверг сексуальному домогательству наследника герцогского рода?

Почему рыцари этого семейства один краше другого?!

«Надо было не Руделя, а этого гада превращать в рыцаря смерти!»

Глядя на лицо Дюнкела, сияющее небывалым чувством долга, я лишь укрепился в этой мысли.

— По традиции рыцарского ордена Райнланда, о подобном должен извещать первый свидетель.

— Какая еще традиция, это же форменное издевательство!

— Раз вы часть ордена, вам придется смириться.

Всё кончено.

Эти сумасшедшие вояки напрочь лишены способности слушать.

Какой безумец вообще выдумал столь дикую традицию?

На мой полный негодования вопрос последовал сокрушительный ответ: «Эту традицию заложил первый герцог».

— Как ваш личный рыцарь, я не могу утаить столь радостное событие. А теперь прошу меня извинить!..

— Эй, эй! Дюнкел! Стой! Слышишь?!

Я выскочил в коридор следом за Дюнкелом, который пулей вылетел из комнаты.

Однако тот уже вовсю мчался в сторону покоев Хайнкеля.

— Это оскорбление чести дворянина, ты, проклятый псих!..

Я прокричал это в порыве полнейшего отчаяния.

— Молодой господин Кляйн?

Услышав свое имя, я резко обернулся.

Это был управляющий Беркман.

— А... да... Что такое?

Голова всё еще шла кругом от недавнего урагана по имени Дюнкел, и я с трудом соображал.

— Скоро время назначенной встречи... Желаете перенести график?

Его слова помогли моему затуманенному сознанию наконец вернуться в норму.

— Нет, я уже готов.

Я позвал Арин, которая ждала в комнате.

— Арин, идем.

— Слушаюсь!

Хеллаин пригласила меня и одного слугу для сопровождения.

Услышав свое имя, Арин подошла ко мне с заранее собранным багажом.

— Прошу за мной.

Убедившись, что всё готово, Беркман кивнул и повел нас к выходу из особняка.

Перед домом уже ждала запряженная четверкой карета под охраной двоих рыцарей герцогства Корнуолл.

— Молодой господин Кляйн.

— Мы заждались вас.

Окинув взглядом уже знакомые лица, я медленно поднялся в роскошный экипаж.

— Ой, какие мягкие сиденья!

— Постарайся, чтобы в этот раз тебя не укачало, лучше поспи заранее.

Арин, явно довольная комфортом, предназначенным для высшей знати, расплылась в улыбке.

— ...Неужели юный господин Райнланда собирается ехать в одной карете со служанкой?

— А что, есть какие-то проблемы?

Я переадресовал вопрос рыцарю, чей голос звучал крайне озадаченно.

— Нет, ни в коем случае.

Почувствовав мой взгляд, рыцарь покачал головой и вскочил в седло.

— Мы не знаем, что ждет впереди. Будьте осторожны.

— Я знаю. Не беспокойся.

— Ах, и еще...

Прямо перед отправлением Беркман подошел к карете и, будто что-то вспомнив, прошептал мне на ухо:

— ...Я понимаю, что в вашем возрасте кровь кипит, но постарайтесь соблюдать некую... периодичность.

— ......

Я почувствовал, как едва обретенный рассудок снова покидает меня.

Ну конечно, он ведь стоял у дверей — как он мог не слышать!

— Иначе кости истончатся.

Верно, Беркман ведь тоже в прошлом был рыцарем Райнланда.

Глядя на управляющего, который с непроницаемым лицом нес эту чушь, я ощутил, что у меня не осталось сил даже на возражения.

— Да не так всё было, психи проклятые...

— Но-о!

Пока я беззвучно кричал в пустоту, карета тронулась и покинула поместье Райнланда.

***

Топ, топ.

Влажная горная тропа, на которой едва успели высохнуть следы недавнего дождя.

Крупный мужчина в черном облачении священника медленно шагал по ней.

— Кх-и-и-и...

— Гр-х-х-а...

Священник делал шаг за шагом.

По обе стороны от него лежали тела, изуродованные до полной неузнаваемости.

Гнилая плоть, обломки костей и разбросанные повсюду печати Империи.

Те, кто напал на священника, были имперскими некромантами.

— По-пощади! Пожалуйста!..

Последний выживший некромант лепетал это, пятясь назад.

Но в тот миг, когда он развернулся, чтобы бежать, грубая рука Гэррисона уже сомкнулась на его горле.

— Кх... кха!..

— Покайся и принеси искупление. Славь и превозноси. Ибо дарую я вам обитель, дабы пребывали вы в ней вечно, души, принявшие святые дары...

Священник, словно заклинание, читал строки из писания, всё сильнее сжимая пальцы.

В этот миг он походил одновременно и на раненого зверя, и на святого, несущего свой крест.

— По... почему?! Почему каратель Святой Церкви преследует нас?!

Некромант отчаянно бился в его хватке, не в силах постичь происходящее, но всё было напрасно.

Стоило священнику приложить чуть больше усилий, как лицо несчастного, зажатое в стальных тисках, лопнуло, точно перезрелый плод.

Хруст!

Убийство произошло в одно мгновение.

Это был уже двенадцатый некромант, павший от его руки.

Продолжая свой путь по усеянной трупами тропе, священник почувствовал легкое прикосновение к своему плечу и обернулся.

— Ой-ёй.

Раздался низкий, вибрирующий голос.

Судя по звуку, незнакомец едва доставал Гэррисону до подбородка.

Тем, кто коснулся руки священника, оказался старик в поношенных дорожных одеждах.

— Хо-хо, прошу прощения, неловко вышло.

Несмотря на старческий голос, старик обладал на редкость крепким телосложением.

Седые волосы были убраны в хвост, а на лице играла добродушная улыбка.

— .......

Его глаза были пусты и лишены фокуса.

Священник тут же понял, что встреченный им путник слеп.

«Некромант? Или же...»

Гэррисон на мгновение задумался, пораженный тем, насколько безмятежно вел себя старик.

Однако в поведении слепца не чувствовалось и тени коварства или намерения нанести удар в спину.

«Не враг».

Если он не был приспешником некромантов или врагом Церкви, причин для вражды не оставалось.

Придя к такому выводу, Гэррисон обратился к старику.

— Как человек, лишенный зрения, решился на столь долгое странствие в одиночку?

Его голос звучал ровно, без единой интонации.

Старик, будто только сейчас определив, где находится собеседник, повернул к нему лицо и улыбнулся:

— Да вот, младший братец прислал письмо. Решил навестить его, сто лет не виделись.

— Вот как.

Кратко ответив, священник развернулся и ускорил шаг.

Все еретики, преграждавшие путь, были уничтожены.

Он рассудил, что теперь этому путнику ничто не угрожает.

— Постой, мил человек.

Гэррисон снова обернулся на зов старика.

— Что вам угодно?

Старик некоторое время молча «разглядывал» его, а затем, согласно кивнув своим мыслям, произнес:

— Раз не сумел убить в этот раз, то не убьешь и в будущем.

На мгновение дыхание Гэррисона перехватило.

Тот единственный, кого он не смог сразить.

Мгновенно осознав, что именно имел в виду старик, Гэррисон хищно оскалился.

Путь, по которому он шел, был единственным.

И вел он прямиком к поместью герцога Райнланда.

Этого было более чем достаточно, чтобы священник преисполнился враждебности.

— Хочешь, чтобы я прикончил тебя прямо сейчас?

Голос «Карателя», живого оружия Святой Церкви, прозвучал леденящей душу угрозой.

Любой обычный человек лишился бы чувств на месте.

Однако седовласый старик лишь добродушно рассмеялся, не выказав ни капли волнения.

В его спокойствии сквозила отрешенность того, кто давно познал истинную суть вещей.

— Я же сказал: тебе его не убить.

В то мгновение, когда старик вскинул голову, Гэррисон уже оказался прямо перед ним.

Всё произошло в мгновение ока.

— С чего ты это взял?

В его голосе, прозвучавшем над самым ухом старика, клокотала ярость.

— Узы, взращенные в сердце, должно обрывать в тот самый миг, когда принято решение.

— Коль не сразил одним ударом — вовек тебе эту нить не перерезать.

Кулак Гэррисона сжался с такой силой, что затрещали суставы.

Его тяжелый кулак уже почти коснулся лица старика.

Еще мгновение — и от плоти этого безумца не должно было остаться и следа.

В-в-вух!

Жуткий свист рассекаемого воздуха разорвал тишину.

Удар был столь мощен, что пространство на миг исказилось.

Однако священник Гэррисон лишь болезненно поморщился.

— Скоро свидимся вновь. Тогда и договорим.

Вместе с этими словами силуэт старика бесследно растаял в воздухе.

***