Герой возвращается.

Герой возвращается.

— Ты пришел, Архимонд.

Он не назвал меня Клайном.

Спиной к чудовищной, раздувшейся до невероятных размеров плоти, на троне высокомерно восседал юноша.

Облаченный в тело наследного принца, он был тем самым человеком, что противостоял мне двести лет назад.

— Иронично. Не думал, что мы встретимся вновь при таких обстоятельствах.

— Понятия не имею, о чем ты болтаешь.

Тем не менее, я безучастно поднял взгляд и посмотрел на него.

Император медленно приближался ко мне, сжимая в руке «Эксельсиор» — легендарный меч, передаваемый в императорской семье.

— Кр-р-р-р…!

Рядом с ним один за другим начали проявляться причудливо искаженные фигуры нежити.

Лязг!

Рыцари смерти обнажили клинки, уставившись на меня.

Огромные големы, ударяя кулаками друг о друга, рычали в мою сторону.

А позади них лич, уже сотворивший множество заклинаний, смотрел на меня так, будто готов был убить на месте.

И наконец.

Ква-а-а-ар!

С оглушительным ревом из-за спины императора что-то поднялось.

Огромная масса плоти, извивавшаяся у него за спиной.

Две головы, вырвавшиеся из этого месива, сверкали клыками, впиваясь в меня взглядом.

«Костяной дракон».

Магическое создание, сотканное из плоти и крови живых существ на основе скелетной структуры древних драконов.

Результаты исследований Эльфрана Айласиса, вживлявшего драконьи гены в тело Сиэль, привели именно к этому.

— Знакомое построение.

— Рад, что ты оценил.

Слишком уж знакомая расстановка сил и дизайн нежити.

Как и этот замок, в котором он стоял, было очевидно, на кого он равнялся, создавая этих тварей.

— Я бы с радостью предложил тебе чашечку чая… но, как видишь, мои слуги сейчас не в лучшей форме.

Множество кусков плоти стояло позади выстроенных в боевой порядок войск императора.

Лишь обрывки одежды и украшения, местами вросшие в тела, напоминали о том, кем они были раньше.

— Похоже, нам обоим некогда тянуть время, так что начнем.

Как только император, сказав это, щелкнул пальцами —

Ка-анг!

Искры брызнули в стороны, когда я отбил меч рыцаря смерти, едва не достигший моего лица.

— Невозмутимо парируешь? А ведь я пытался застать тебя врасплох.

— Какая к черту внезапность? Сначала научись скрывать свою жажду убийства, прежде чем молоть языком.

Па-а-а!

Вместе с коротким ругательством из сияющих голубых врат контракта показалась моя нежить.

— Значит, это те самые легионы, с которыми сражался Беркель?

При упоминании имени Беркеля мои веки невольно дрогнули, но лишь на мгновение.

— Навевает воспоминания. Наш отряд больше всего хотел убить не Архимонда, а именно тебя.

С этими словами вперед вышел рыцарь в черных доспехах и заговорил:

— Не смей осквернять имя моего друга своей грязной пастью, император.

Первый из двенадцати рыцарей, сопровождавших Беркеля.

Рейвен, рыцарь ордена Красного ворона, направил свой меч в горло императора.

— Это не то имя, которое может произносить такой мусор, как ты.

— Ха, вот как?

На слова рыцаря Беркеля император лишь рассмеялся, словно это было забавно, и бросил нежить в атаку.

— Ква-а-а-ар!

Рыцари смерти бросились вперед, оглашая зал жуткими воплями, а небо заполнили заклинания всех стихий.

Однако, не успев добраться до меня, они были остановлены тенями, вырвавшимися из врат контракта.

Кги-ги-ги-гик!

Путь рыцарям императора преградили воины Рыцарей Небесного Крыла во главе с Киесом.

— Наконец-то мы обнажили мечи против тебя, император!

— М? Этот голос…

Я нахмурился, узнав знакомый тон.

— Ха-ха, вот это да!

Император, похоже, понял, кто перед ним, и, широко улыбнувшись, приподнял уголки губ.

— Значит, вы решили предать меня даже после смерти?

Рыцари, потерявшие всё за то, что увидели тайну императора.

Император намеренно провоцировал их смехом, но воины Небесного Крыла не поддались на уловку.

— Какое там предательство. Мы с самого начала этого хотели.

— Твоя башка станет отличным подарком нашему командиру к выходу на пенсию. Разве нет?

Иан Райнланд.

При звуке этого имени на лице императора, до того сохранявшего невозмутимость, промелькнула легкая дрожь.

— Ты так старался подготовить эту сцену, но что будешь делать, когда маска уже готова упасть, юноша?

Следом за ним вышла нежить — Анхель, последний придворный маг Айсиньгиоро, и безголовые всадники, когда-то бороздившие пустыни.

Щелк!

Стоило ему щелкнуть костяными пальцами, как плечо лича императора, парящего в воздухе, мгновенно взорвалось.

— Ки-и-и-и-ек?!

— Привести в качестве лича третьесортного мага, который даже не может отразить простейшее взрывное заклинание… Ты слишком недооцениваешь магов павшей страны.

Опыт, знания и магическая сила, накопленные за время, что я прожил личом, превосходили всё, что мог имитировать этот скороспелый маг-некромант.

Ку-кунг!

С големами императора, бросившимися в атаку, чтобы прорвать строй, ситуация была не лучше.

— Прорыв. Запрещен.

Преградой им стал Титан, теневой голем, авангард легиона Архимонда и страж Ледяного замка, заставивший отступить немало рыцарей.

Ква-а-а-ар!

И наконец, появился Сахарк, костяной дракон, охранявший Ледяной замок на протяжении двухсот лет.

— До чего же жалко, человек. Создать такую игрушку, подражая моему роду.

— …!

При виде дракона, снесшего потолок императорского дворца, лицо императора начало меняться.

— Да…

С того спокойного лица, что сохраняло невозмутимость,

— Именно это мне и нужно…!

Оно исказилось в безумном, восторженном смехе.

— Это и есть мощь Архимонда, некроманта, победившего меня двести лет назад! Сила, за которой я гнался всё это время!

— …!

Вид императора, ликующего при виде моей нежити.

От того, как он улыбался, словно ребенок, меня внезапно затошнило.

«Воскресить господина Архимонда!»

«Исполнить его волю и принести гибель континенту…!»

Те, кто сеял смерть, выкрикивая мое имя.

Отвратительные черви, которые попирали жизни невинных под предлогом поклонения мне.

Разве глаза императора сейчас не пугающе похожи на те, что были у них?

Па-ат!

— Клайн?!

— Опасно! Некромант бросается в лобовую атаку…!

Сзади донеслись предостережения двух моих подчиненных, но мое тело уже двигалось само.

— Все вы, до единого…!

Ц-ц-ц-ц-ц…!

Хрустальный меч в моей руке уже испускал холодное сияние.

Меч, обладающий большей мощью, чем любой другой, против тех, кто владеет магической энергией и духами мертвых, устремился к его горлу.

— И Культ Архимонда, и Крипель, и ты сам, император!

Возможно, я больше не мог терпеть.

Гаррисон, у которого всё отняли мои последователи.

Сиэль, потерявшая человечность в качестве подопытной для моих исследований.

Лайя, лишившаяся семьи из-за женщины, одержимой Святой кровью.

Стелла, страдавшая от потери близких в Крипеле.

И даже Райнланд, который двести лет терпел муки, чтобы я мог стоять здесь.

— Почему всё, что я оставил после себя, — это лишь подобный мусор?!

Я не мог смириться с тем, что семя всех несчастий, окружавших моих людей, — это я сам.

Меня до тошноты отвращала мысль о том, что те самые подонки, породившие все эти беды, восхищались мной.

Мне хотелось вонзить этот меч не в них, а в собственное горло.

Сви-и-и-и-и!

Я приблизился к императору вплотную.

Даже тогда он, казалось, не замечал моего приближения, продолжая смотреть в небо с безумной улыбкой.

— Я сражался не для того, чтобы создавать таких, как вы…!

В момент, когда я, захлебываясь от ярости, замахнулся мечом на его шею,

— Но что поделать. Всё уже случилось.

Треск!

Неизвестная тень отразила мой удар, и по лезвию хрустального меча побежали трещины.

— Что…?

При виде расползающихся трещин в голове пронеслось множество мыслей.

Осталась еще нежить?

Но как?

Разве нежить могла отразить хрустальный меч?

Почему мои глаза не предвидели этого?

Неужели это существо, которого не должно существовать?

Тогда кто?

Как он смог отразить мой меч…?

Предположения, гипотезы, догадки.

В тот миг, когда я перебирал все возможности,

Па-чанг!

Вместе с разлетевшимися вдребезги осколками хрустального меча мое тело отбросило назад, и я покатился по полу.

— Кха…!

От удара при падении в глазах на мгновение потемнело.

Это был простой сдерживающий удар, без вливания магической силы.

Но даже этого хватило, чтобы хрустальный меч, который я считал своим козырем, разлетелся вдребезги.

«Это не нежить. Тогда что же это…?»

У-ун!

Не успел я об этом подумать, как глаза предсказали следующую атаку.

Направление — прямо, чистейшая энергия меча без единого изъяна.

И эта волна магической силы, которую невозможно встретить у нынешних Райнландов.

— Не может быть…

Я не мог забыть этот меч.

Я не мог его забыть.

Это искусство фехтования, которое предсказали мои глаза.

Ку-ква-а-а-анг!

С грохотом всё вокруг заволокло вспышкой, и в тронном зале, где кипела битва, воцарилась тишина.

— …!

Я изо всех сил пытался удержать сознание, готовое вот-вот провалиться в тьму, но в голове всё еще царил хаос.

— Ха, ха-ха…! Ха-ха-ха…!

Вздрогнув от смеха императора, насмехающегося надо мной, я оглядел поле боя.

Один-единственный взмах меча.

Этого хватило, чтобы вся нежить на его пути испарилась.

— Неужели…

В тронном зале императорской столицы воцарилась тишина.

Глядя на императора, который всё еще не перестал улыбаться, я почувствовал, как пазл в моей голове начал складываться.

«…Когда я заключил контракт с Руделем».

В тот момент, когда я ступил в мавзолей герцогства Райнланд, чтобы свергнуть Хеллиана.

«Я отчетливо видел его могилу среди множества захоронений предков рода Райнланд».

Я тогда убедился, что его тела в той гробнице нет.

«Ни в родовых землях, ни у Великой стены, воздвигнутой в память о его воле, ни в Ледяном замке, где произошла последняя битва…»

Его тела не существовало.

Тело, которое должно было быть где-то, отсутствовало везде.

— Да! Именно так! Я двести лет не мог дождаться, чтобы увидеть это лицо, Архимонд! Ха-ха-ха-ха-ха!

Вместе с потоком смеха императора послышались приближающиеся шаги.

— Клайн. Приди в себя.

Даже в голосе Рейвена, заслонившего меня собой, не было прежнего спокойствия.

Топ.

— Топ.

Рыцарь, появившийся в красном плаще, с высоко поднятым роскошным мечом.

Живая плоть, в которой не чувствовалось ауры мертвеца, присущей нежити.

Дзынь!

Глядя на него, преградившего путь императору с обнаженным золотым клинком, я выронил рукоять разбитого хрустального меча.

— Бер-кель…?

Рыцарь, вонзивший меч в мое падшее сердце двести лет назад.

Герой, спасший континент от некроманта Архимонда.

Человек, который противостоял мне, разделяя мою боль, и давший мне, пропитанному ненавистью, новую цель.

Первый герцог Райнланд, Беркель Райнланд.

Герой, вернувшийся спустя двести лет, с тем же лицом, что и прежде, поднял меч против меня, стоявшего напротив.

***