Сильнейший рыцарь континента.

71. Сильнейший рыцарь континента.

Ка-га-га-га-гак!

Лишь спустя мгновение после того, как он разрубил рыцарей и нежить, раздался грохот.

Крииии…!

Не выдержав последствий его техники, один за другим начали рушиться сторожевые вышки и дома.

Деревянные балки, каменные стены и даже стальные каркасы в разных местах.

Все здания, разрубленные Хайнкелем, демонстрировали идеально ровные срезы под углом.

Кунг!

«Невероятно, просто слов нет».

Я впервые видел его мастерство в реальном бою.

Даже среди рушащихся зданий тот путь, который мы планировали изначально, остался нетронутым.

Это значит, что, разрубая врагов, он заранее просчитывал траекторию падения каждого здания.

— Поторопимся.

Сказав это, Хайнкель устремился к внутреннему замку, где находилась Хеллиан.

Хотя одним ударом он сразил десяток рыцарей, на его лице не было ни тени усталости.

— Хайнкель Райнланд!

— Перехватить его! Не дайте ему приблизиться к Её Высочеству…!

Рыцари и нежить, подоспевшие с опозданием, попытались преградить ему путь.

Сор-рок!

Не успели они даже выставить защиту, как их конечности были отсечены, орошая каменные стены кровью.

— А-а-аргх?!

— Что за… Я ведь точно активировал ману…!

Ужасающее зрелище: конечности отлетают прежде, чем они успевают осознать происходящее.

А тех, кто впал в панику, добивали следовавшие за нами Дюнкел и его отряд Красных повозок.

«Иан, этот чертов старик… И где он тут увидел посредственность?»

Меч Делайна — это квинтэссенция силы, сокрушающая противника объемом маны.

Поэтому его стиль специализируется на разрушении строя и прокладывании пути.

В то же время меч Хайнкеля — это квинтэссенция сжатия.

Он сжимает ману в клинке сверх всякого предела, превращая его в божественное оружие, способное разрезать всё, к чему прикоснется.

На спаррингах, дуэлях или показательных выступлениях люди не могут сдержать восхищения, глядя на его технику.

Его напор подобен яростному потоку, траектория клинка безупречна, а танец меча — настоящее произведение искусства.

И всё же в глубине души многие из них думают: «Но в реальном бою…»

«Но на войне…»

Если бы опытные рыцари выступили против него сообща, они могли бы его подавить.

Но те, кто так думает, просто не понимают, какой вес несет в себе имя Райнланд.

Райнланд — меч Империи.

Следуя воле Империи, они всегда оказываются на самых безнадежных полях сражений.

Монстры, заполонившие Великий Восточный лес.

Нежить, прорывающаяся сквозь Барьер.

Рейнджеры Галаму, обороняющие юг континента.

И бесчисленные злодеи, что с каждым днем набирают силу, угрожая Империи.

Когда они начинали действовать, в авангарде Империи всегда стояли Райнланды.

И когда битва заканчивалась, последними, кто оставался на ногах, тоже были Райнланды.

Один из трех великих герцогов Империи, Хайнкель Райнланд, возглавляет этот род.

Даже сейчас, когда всё погрязло в политических распрях и интригах.

Он по-прежнему остается сильнейшим рыцарем континента.

— Не ожидал, что Его Высочество пойдет на такой риск, — произнес Дюнкел, вонзая меч в горло одного из рыцарей.

— Разве он обычно так не делает?

Он говорил, что в бытность простым рыцарем сражался бок о бок с Хайнкелем.

Услышав мой вопрос, Дюнкел покачал головой.

— В большинстве случаев он доверяет это нам. Ведь нам нужно набираться боевого опыта.

Другие рыцари тоже выглядели напряженными, словно происходящее было для них в новинку.

«Гнев или сомнение? Или и то, и другое?»

Заслуги дома, глава боковой ветви, политический противник, с которым они враждовали десятилетиями.

Как бы то ни было, для Хайнкеля Хеллиан — родная кровь.

Путь, ведущий к убийству сестры, не мог быть легким.

«Он сказал мне довериться ему… но я не могу быть спокоен».

Хайнкель, Делайн.

Общая слабость моей семьи — это привязанность.

Сострадание, которое неизбежно присуще благородным и возвышенным героям.

Если он заколеблется, мне придется вмешаться самому.

Ка-ка-как!

Огромные железные ворота, ведущие внутрь цитадели Полвайверн.

Стоило клинку Хайнкеля коснуться их, как толстое железо разлетелось на десятки кусков и рухнуло.

— У-у-ух?!

Видимо, из-за неожиданно быстрого прорыва, мы обнаружили одну из целей — графа Пенсту.

— Кто это?

— Главнокомандующий имперскими войсками.

— В таком случае, обращайтесь с ним вежливо.

По словам Хайнкеля, я тут же активировал врата призыва.

Чва-ры-рык!

— …!

Десять рыцарей смерти, появившихся вокруг него, в едином порыве направили мечи ему в горло.

— Не убивайте его. Это важная персона.

Стоило мне это сказать, как рыцари смерти дружно кивнули.

— Слышал? Скажи спасибо своему контрактору, что остался жив.

— Может, отсечем ему хотя бы одну конечность?

Черный дым струился из-под их доспехов.

Встретившись взглядом с горящими глазами рыцарей смерти, граф Пенста лишь дрожал от ужаса и звал меня.

— Т-ты, как ты смеешь…!

— Давно не виделись, граф Пенста.

Но ненадолго.

От ледяного голоса Хайнкеля он вздрогнул и замолчал.

— Г-герцог Хайнкель…!

В его глазах читался явный страх.

Он никак не ожидал, что придет сам Хайнкель, а не кто-то другой.

— Я не видел вас со времен битвы на Южном фронте…!

— Империя ясно дала понять, что не будет напрямую вмешиваться в эту гражданскую войну.

Хайнкель прорычал это, не обращая внимания на его лепет.

Не убирая меча, он подошел вплотную и наклонился к его лицу.

— Почему ты, главнокомандующий имперскими войсками, сотрудничаешь с Хеллиан?

— Э-это…!

С меча Хайнкеля капала кровь.

Пенста, чьи боевые навыки едва дотягивали до уровня рядового рыцаря, мог умереть от одного лишь щелчка пальцев.

— Отвечай, граф Пенста Лэндон.

— Х-хнык…!

Убийственная аура, исходящая от сильнейшего рыцаря континента.

Хайнкель снова задал вопрос графу Пенсте, который дрожал всем телом, словно вот-вот лишится чувств.

— Это воля Его Величества Императора? Или твоя собственная?

— В-Ваше Высочество, я, это…!

Как раз в тот момент, когда Хайнкель продолжал свои допросы:

— Чья бы это ни была воля, конечно же, моя.

Её характерный высокомерный голос заполнил всё пространство зала.

Топ, топ.

Вместе со звуком шагов, спускающихся по лестнице, она медленно показала себя.

Красное платье и аксессуары, словно она собралась на званый вечер.

— Хеллиан…?

Глаза Хайнкеля и рыцарей расширились при виде её облика.

— Неужели ты решил больше не называть меня сестрой, Хайнкель?

— …!

Хеллиан, которая должна была быть старше Хайнкеля, выглядела такой молодой.

Они смотрели на неё так, будто видели перед собой не человека, а настоящего монстра.

И вдобавок к этому.

Чва-ры-рык!

По обе стороны от Хеллиан, у неё за спиной.

И даже из тех дверей, через которые мы только что прорвались, хлынули рыцари.

— Эти рыцари…!

— Это же те самые, которых мы только что прикончили?!

Чва-анг!

Рыцари, тут же обнажившие мечи, окружили Хайнкеля.

— Кр-р-р-р…!

Те самые десятки рыцарей, которых Хайнкель разрубил, когда мы ворвались в замок.

И множество других, встреченных нами по пути.

— Не надейтесь умереть легко, отбросы Райнландов…!

С утробным рыком, подобным звериному, они направили на нас свои клинки.

У кого-то было две правых руки.

У кого-то из рук торчали клыки.

Их тела были чудовищно искажены.

Насколько я знал, был лишь один способ так изменить человеческое тело.

— Ввели Святую кровь для регенерации, значит.

— …!

Существование Святой крови было секретной информацией.

Стоило мне произнести это, как Хеллиан поморщилась.

— Откуда ты…?!

— Как думаешь, почему?

Сказав это, я достал из-за пазухи стеклянный флакон и показал ей.

— Ты…!

— Не задумывалась, почему доставка иногда задерживается?

Я насмешливо приподнял бровь, и Хеллиан, скрипнув зубами, закричала:

— Убить их всех! Не оставляйте никого в живых!

С этими словами рыцари, окружившие нас со всех сторон, бросились в атаку.

Бессмертные рыцари.

Чудовища, изуродованные до неузнаваемости.

Обычный человек на их месте давно бы лишился чувств.

— Рыцарский орден, приготовиться к бою!

Однако в глазах тех, кто окружал меня и Хайнкеля, не было ни капли замешательства.

«Я тоже не могу стоять в стороне».

Подумав так, я выпустил ману и активировал врата призыва.

— Ки-и-и-и!

Скелеты, возникшие из пустоты, выстроились в ряд, подняв щиты.

— Ха! Смешно!

— Думаешь, такими отбросами нас остановишь?!

Рыцари Хеллиан бросились на скелетов.

Ку-ква-анг!

Пусть они и были усилены тяжелой броней, скелет остается скелетом.

Им не под силу сдержать сотни рыцарей, нападающих единым фронтом.

«Но, по крайней мере, задержать их движение я смогу».

В тот самый момент, когда я это подумал:

— Скелеты молодого господина сковали их движения.

— Этого достаточно!

Поняв мой замысел, рыцари тут же перешли в наступление.

— К-а-а-аргх?!

— Райнланды, вы, сукины дети!

Обзор перекрыт щитами скелетов.

В просветах между ними мелькали мечи наших рыцарей, и конечности врагов летели в воздух.

Гу-рук! Гу-ру-рук!

Но ненадолго.

— Что за безумие…!

Стоило им подобрать отсеченную руку и приложить к ране, как проросшие сосуды тут же прирастали обратно.

— Да, именно так!

Хеллиан рассмеялась, словно это зрелище доставляло ей невыразимое удовольствие.

— Мы получили Святую кровь и обрели вечную жизнь! Теперь эти никчемные люди…!

Хеллиан болтала, словно возомнила себя богом.

А рыцари, купившись на сказки о вечной жизни, облизывались в предвкушении.

Глядя на это…

Жалкое зрелище.

— Вечная жизнь? Не думаю.

Обратившись к ним, я медленно вытащил меч, висевший у меня на поясе.

С-с-с-с…

Это был не Нордвинд, а новый клинок, взятый из главного поместья.

Я выковал его, придав форму меча, из Снежного кристалла, что дремал в подземельях ледяного замка.

Ква-джик!

Тем временем один из рыцарей, прорвавшись сквозь защиту скелетов, бросился на меня.

— Кляйн Райнланд! Я первым вырву твою глотку…!

Хайнкель и остальные рыцари были заняты бесконечно регенерирующими врагами.

Я взмахнул клинком навстречу рыцарю, который беспрепятственно подобрался ко мне.

— Меч из стекла?! Ты что, шутишь?!

Рыцарь, увидев мой клинок, расхохотался.

То, чем я взмахнул, больше походило на стеклянное украшение в форме меча.

Стоило мне попытаться пробить его стальной доспех, как оно должно было разлететься вдребезги.

— Принцип Святой крови — расходовать душу для ускорения регенерации плоти.

Но я продолжал двигать мечом.

Сменив траекторию удара, я направил его прямо в центр.

С-су-ук!

Словно доспехов не существовало вовсе, стеклянное лезвие пронзило его тело.

— Ч-что?! Почему клинок…!

Его глаза расширились от невиданного, жуткого явления.

— А что будет, если срезать саму душу — источник регенерации?

С этими словами я поднял вонзенный в него кристальный меч вверх.

С-сок!

Клинок пронзил тело и прошел насквозь.

Однако на теле рыцаря не осталось ни единой царапины.

Но в тот же миг.

Тор-р-р!

Рыцарь, бросившийся на меня, рухнул на землю, словно марионетка, у которой перерезали нити.

— Х-х-у-у-у-у…?

Рыцарь, схватившись за грудь, словно от невыносимой боли, издал хриплый стон.

Цэ-джэк! Цэ-джэ-джэк!

Его волосы поседели, кожа высохла и сморщилась, и он перестал двигаться.

И в конце концов…

Пэр-сок!

Подобно статуе, упавшей на землю, он рассыпался в прах.

— Что это было…?

— О, о-о…!

Рыцари Хеллиан, ставшие свидетелями смерти товарища, замерли.

Глаза Хеллиан тоже расширились.

— Т-ты…!

Впервые в её глазах промелькнуло чувство — страх.

Смерть, настигшая того, кому была обещана вечная жизнь, должна была быть страшнее любой другой.

— Р-рыцари! Что вы стоите?!

— Всем рыцарям, слушайте мой приказ!

В тот момент, когда Хеллиан закричала это, Хайнкель тоже подал голос.

Оба они смотрели на меня, отдавая противоположные приказы.

— Остановите Кляйна! Отберите у него этот меч и разбейте его-!

— Защищайте Кляйна! Этот меч — ключ к нашей победе-!

— --

###