Дедушка по материнской линии?
139. Дедушка по материнской линии?
«……»
Я поднялся с постели, всё ещё пребывая в полусонном, дурманном состоянии.
Моя комната, в которую я вернулся спустя несколько месяцев, книги и письменные принадлежности, сваленные в углу.
Добавьте к этому пронизывающий холод, характерный для северных земель, и только тогда пришло осознание: я наконец-то дома.
— Дом… значит.
Теперь я действительно считаю это место своим домом.
Домом семьи моего заклятого врага, лишившего меня жизни.
Я горько усмехнулся и поднялся с кровати.
Делайн и остальные устроили настоящий переполох, требуя, чтобы я вышел к ним: «Мы должны проверить, насколько ты вырос в мастерстве!»
— Никакого покоя, ни минуты покоя…
Пробормотав это, я открыл дверцу шкафа, чтобы достать тренировочную форму.
— А, ты уже проснулся?
Внутри шкафа сидела Стелла.……
Подождите.
Кто сидел где?
— …Стелла?
— Да. Это я.
Я стоял, открыв рот и не зная, что сказать, а монахиня склонила голову набок, глядя на меня.
Придя в себя лишь спустя долгое время, я спросил:
— Что вы здесь делаете?
— Осуществляю плотную охрану.
— Вы не задумывались, что это вторжение в частную жизнь?
— А!
«А!» — да чтоб тебя!
Я как раз пытался вытащить Стеллу из шкафа, хватаясь за ноющую голову, когда раздалось:
Тук-тук.
— !
От стука в дверь плечи Стеллы вздрогнули.
— Молодой господин Клайн.
Дверь открылась, и вошел Беркман, дворецкий моего отца.
Воплощение этикета и безупречных манер.
Его взгляд сразу же устремился на Стеллу, которая с самого начала застыла на месте.
— О, сестра Стелла. Так вы всё-таки здесь.
— Ик?!
Беркман, произносящий это, и Стелла, которая в испуге подпрыгнула.
Переводя взгляд с одного на другого, я наконец догадался, в чем дело.
«Сбежала, потому что не хотела учиться работать».
Думала, что в мою комнату дворецкий не посмеет войти?
Ха-ха! Как жаль!
В этом доме мой статус — самый низкий!
Даже Гаррисон не стучался, когда заходил ко мне!…
От этих мыслей меня снова охватила ярость, но, впрочем.
— Священник Гаррисон вернулся в Теократию, и администраторам пришлось нелегко, так что благодаря вам они смогут вздохнуть с облегчением. Прежде всего…
— П-подождите!
Стелла подняла обе руки, пытаясь остановить Беркмана, и отчаянно запротестовала:
— Я… я теперь наполовину изгнанница из Церкви, и дела, связанные с ней, мне недоступны…
— Молодой господин уже ввел меня в курс дела.
Беркман, словно ожидавший этого, ответил без колебаний:
— Поэтому начнем с малого: с базовой административной помощи, шаг за шагом.
Кто не работает, тот не ест.
Один из железных принципов нашей семьи.
— Но я же монахиня, почему я должна заниматься бумагами…?
— Священник Гаррисон тоже этим занимался.
Стелла обернулась ко мне, словно спрашивая, что за бред он несет.
— Почему отец занимается административными делами Райнландов? Разве личный священник не должен просто охранять молодого господина?
Ох, посмотрите на неё.
Неужели она думала, что в этом мире всё будет так просто?
Я закрыл глаза и покачал головой.
— Если не считать регулярных отчетов Церкви, всё остальное было нашей работой.
— Эк…
— К тому же, тот человек справлялся чертовски хорошо.
Это была чистая правда.
Настолько хорошо, что некоторые администраторы даже перешли в веру Керсиаса!
Если бы он стал администратором, а не священником, он бы добился грандиозного успеха.
— Итак, времени на промедление нет. Вам нужно как можно скорее влиться в работу и начать отрабатывать свой хлеб.
Произнеся это вежливо, Беркман улыбнулся.
А если этот дворецкий улыбается…
Значит, ты попала в немилость по-крупному.
— У-у-у-у…!
Стелла застонала, но, к несчастью, этот дворецкий не из тех, на кого действуют такие приемы.
— Если снова сбежите — я вас вышвырну.
Я сказал это, глядя, как Беркман уводит Стеллу, но ненадолго.
Я поспешно схватил деревянный меч и направился на тренировочную площадку.
***
Ка-ка-ка-как!
Я пропустил меч Делайна мимо себя и одновременно нанес удар ногой снизу вверх.
— Кх?!
Чистое состязание в мастерстве без использования маны.
Из-за того, что атака пришла с неожиданного направления, напор Делайна ослаб.
«Шанс!»
Тот краткий миг, когда его траектория меча дрогнула.
Я воспользовался этим и мгновенно сократил дистанцию.
В одно мгновение я оказался прямо перед ним.
Делайн, видимо, тоже посчитал это шансом и взмахнул мечом в сторону моего плеча.
Даже без маны, с его физической силой, принять удар было невозможно.
Если попытаюсь уклониться, меч всё равно достанет меня, так что поражение было неизбежно.
Но!
Шурх!
Оттолкнувшись от земли и взмыв в воздух, я обвил шею Делайна левой ногой, нарушая его равновесие.
— Что?!
Когда мой вес добавился к его плечу, которым он замахивался, Делайн на мгновение пошатнулся, а мой меч, оказавшийся в воздухе, устремился к его горлу.
Это было применение техники копья, которую я использовал, когда ловил «бешеного пса» в инквизиции Крипеля — «Орган».
— Кх!
Но была одна разница: Делайн был на несколько голов выше того идиота.
Ква-как!
Рука Делайна в латной перчатке перехватила мой деревянный меч.
Он уклонился от пары выпадов и, похоже, предугадал следующий ход.
Ухмылка.
— …?
Делайн оскалился, глядя на меня.
Я успел лишь на мгновение удивиться этому.
— Хра-а-а-а!
Делайн сжал руку, державшую мой меч, и с силой швырнул меня в сторону земли.
— Ты что, псих?!
Такого я не ожидал.
Нет, как можно одной рукой поднять и швырнуть человека, который находится в воздухе?
Он что, на самом деле использует ману?!
Ву-у-ун!
Даже летя по траектории, заданной Делайном, я поспешно выровнял положение.
Как и ожидалось, Делайн бросился следом, словно преследуя меня, и приготовил меч.
Пока я в воздухе, уклониться невозможно.
Если он нанесет удар сейчас, это будет победа Делайна.
— С этим покончено!
— Еще не конец!
Но в тот самый момент.
Ки-ри-ри-рик!
Находясь в перевернутом состоянии, я взмахнул мечом в сторону Делайна.
Мой удар сверху вниз против его прямого выпада.
Ка-а-а-анг!
От столкновения деревянных мечей полетели искры, а я, сделав в воздухе пару оборотов, приземлился на ноги.
— Ха… ха…!
— Фу-у…!
Мы с Делайном тяжело дышали.
Рыцари, наблюдавшие за этим, не могли закрыть рты от изумления.
— Это что, молодой господин Клайн?
— На равных с молодым господином Делайном…
— И выносливость у него невероятная. Теперь его просто так не подденешь.
Конечно, не только рыцари были поражены моим выросшим мастерством.
— Потрясающе, Клайн.
Улыбка Делайна стала шире.
— Ты будто совсем другой человек, не тот, что был до паломничества.
— Мне пришлось через многое пройти.
Все эти похвалы были невероятно приятны, но спарринг еще не закончился.
Я выпрямил меч, и Делайн, отвечая, принял стойку.
«Стойка, которую я вижу впервые».
Меч опущен по диагонали, поза для рывка, готовая сорваться в любую секунду.
Мои глаза сузились.
«Это фехтование Райнландов, но я такого не видел. Что это?»
В тот момент, когда я об этом подумал.
Ту-ун!
Фигура Делайна, рванувшаяся вперед, в мгновение ока оказалась у меня перед носом.
— Вот это да?!
Скорость, на которую я не смог бы среагировать, если бы не подготовился заранее.
Как я уже говорил, поразительно, что он достиг такого уровня, не используя ману.
У-у-ун!
С горячим ощущением в глазах зрение окрасилось в черно-белые тона.
Цветными оставались лишь угрозы: сам Делайн и меч в его руке.
Ссс…
Синие остаточные образы колыхались, двигаясь, словно живые.
Они будто подсказывали следующее движение Делайна.
«Траектория — удар снизу, затем прямой».
Я обдумывал движение, подсказанное призрачным образом.
Это был честный меч.
Без единой капли хитрости или обмана.
Властный меч, вложивший в себя лишь остроту и силу.
Поняв это, я мгновенно осознал суть.
Это не «Призрачный Меч» Руделя и не «Юстиция меча» Хайнкеля.
Это была техника, которую Делайн создал сам.
«Он уже достиг уровня, когда создает собственное фехтование».
Добиться такого в столь юном возрасте, когда даже главе дома потребовались десятилетия…
Не зря говорят, что он гений.
Думая об этом, я уже видел, как разрушить его технику.
Ка-а-а-анг!
С громким звоном металла полетели искры.
В небо взлетела половина моего сломанного деревянного меча.
Меч Делайна, наносивший удар сверху, остановился прямо перед моим лицом.
— Отлично, Клайн. Поистине…!
Делайн, собиравшийся договорить, запнулся.
Вторая половина сломанного меча.
Мой меч, превратившийся из длинного в короткий, целился в горло Делайна.
— Ничья.
Голос, раздавшийся из-за спины, принадлежал не мне и не Делайну.
— Отец.
Обернувшись, я увидел, что к нам приближается Хайнкель.
Похоже, он наблюдал за этим спаррингом с самого начала.
— Превосходно. Оба.
Хайнкель, сказав это, описал способ, которым я только что отразил атаку Делайна.
— Вместо того чтобы противостоять удару снизу, ты взмахнул в том же направлении, усилив мощь. Ты довел её до уровня неконтролируемой стихии.
— Верно.
Я кивнул на слова Хайнкеля.
Принять или отвести такой удар невозможно.
Значит, нужно сделать наоборот: заставить противника вложить еще больше силы, чтобы он потерял контроль.
Если ударить в образовавшуюся крошечную брешь, можно загнать его в ситуацию, подобную этой.
«Другими словами, это мой предел».
Ничья была лишь потому, что мы сражались без маны.
В тот момент, когда в этот меч вдохнут ману, о подобном отражении не может быть и речи — невозможно будет даже среагировать.
Даже просто приблизиться к нему — меч начнет жечь, как его остановить?
«В тот краткий миг проанализировать впервые увиденную технику и придумать способ её разрушить…»
Когда я подбирал сломанный меч, бормоча это про себя, из-за спины Хайнкеля раздался незнакомый голос.
— Дети действительно… растут с пугающей скоростью.
К нам подошел старик, опирающийся на большой посох.
Старик с серебряными волосами, закутанный в плащ из медвежьей шкуры.
Его голубые глаза, смотревшие на меня, излучали нечто знакомое.
— …!
Глаза Хайнкеля расширились, словно он не ожидал появления этого человека.
«Вторженец?»
Я подумал так, но ни от Хайнкеля, ни от других рыцарей не исходило ощущения угрозы.
Напротив, Хайнкель, прежде чем проявить враждебность, напрягся, словно к нему пожаловал кто-то очень высокопоставленный.
…Подождите, напрягся?
Человек, который сохранял спокойствие даже перед императором?
— Отец, кто это…?
Делайн, похоже, был в том же смятении, что и я, и задал вопрос неловким голосом.
— Естественно, что дети этого не знают.
Старик, переведя взгляд с одного на другого, кивнул и обратился к Хайнкелю:
— Мне лучше представиться самому? Ваше Светлейшество Герцог.
Глядя на старика, который произнес это с легкой улыбкой, Хайнкель покачал головой.
— Нет, не нужно.
Хотя в его тоне чувствовалось соблюдение формальностей, старик обращался с Хайнкелем, герцогом, без всякого стеснения.
Хайнкель же, казалось, считал это само собой разумеющимся.
Граф и герцог разговаривают на равных?
Как бы Райнланды ни были свободны от условностей, здесь что-то было не так.
— Поприветствуйте его.
Однако после следующих слов Хайнкеля я мгновенно понял ситуацию.
— Это человек, охраняющий западный барьер Райнландов, маркграф Кранц Юстиа.
Юстиа.
Фамилия моей матери, герцогини Клэр.
Хайнкель, назвав имя старика, сделал паузу и добавил:
— Ваш… дедушка по материнской линии.
[