Шумовое загрязнение
154. Шумовое загрязнение
— Эй, стоять.
Имперская столица, городской контрольно-пропускной пункт.
Стражник с придирчивым выражением лица преградил путь группе мужчин и женщин, пытавшихся войти в город.
— Цель визита? И покажите свои лица.
— Пропуск… мы же предъявили его…
Юноша, стоявший во главе группы, тихо возразил.
— Императорский указ гласит: проявлять особую бдительность в отношении северян.
— Н-но другие проходят без проблем, почему только мы…
Щелк!
Прищурившись, капитан стражи не стал отвечать на вопрос, а лишь слегка коснулся рукояти меча на поясе.
— В случае неповиновения арестую. Покажите лица. Немедленно.
— …
Даже услышав об императорском указе, они смеют пререкаться?
Вот почему северян здесь не жалуют.
Подумав так, он сделал предупреждение, и юноша, скрывавший лицо под капюшоном, медленно обнажил его.
Взлохмаченные черные волосы, спрятанные под капюшоном.
В то же время показались глаза, скрытые в тени.
«Черные волосы и черные глаза…»
Думал, они с Севера, а оказалось — с Востока?
Подумав так, капитан стражи цокнул языком.
— Как видите, мы странствующие торговцы. Проезжали через северные леса, вот и…
В тот момент, когда он увидел лицо юноши, капитан стражи брезгливо поморщился.
«Что за черт с его лицом…!»
Ужасные шрамы от ожогов, покрывавшие всю область вокруг глаз.
Говорят, там были междоусобицы и гражданская война, должно быть, попал в замес.
Какая у него история, его не интересовало.
Просто не хотелось больше видеть эту уродливую гримасу.
К тому же, его раздражало кое-что еще.
— Мы привезли на продажу шкуры соболей, пойманных в северных лесах. Из-за войны в северных городах их никто не принимает…
Когда юноша, продолжавший что-то бубнить, развязал свой тюк, оттуда ударил резкий запах зверя.
— Ох! Что за вонь…!
— Фу…! И это, по-вашему, элитная ткань?
Стражники, которые было проявили интерес к собольим шкурам, тут же зажали носы.
Это был секрет желез, который снежные соболи, обитающие на Севере, выделяют, чтобы отпугивать хищников.
Если не удалить их, шкура снежного соболя — ценнейший мех — превращается в вонючие нечистоты.
— Довольно! Живо убирайте это!
Капитан стражи, полностью отбросив подозрения, махнул рукой, показывая, что понял.
Больше, чем что-либо другое, было невыносимо терпеть запах зверя, исходящий от тюков и самих путников.
— Пропустить!
По команде капитана солдаты, преграждавшие путь, расступились.
Словно стыдясь своего изуродованного лица, юноша поспешно натянул капюшон и вместе с остальными бросился в город.
— Тц, в столице становится всё больше нищих.
Гражданская война Полвайвернов, последовавшая за ней междоусобица Райнландов.
Вдобавок ко всему — завоевательная война, которую Империя ведет на Юге.
Из-за бесконечных войн в столицу Империи потоком хлынули беженцы.
А после того как произошло покушение на императора, ситуация с безопасностью в нижних слоях столицы стала просто хаотичной.
— Наверное, опять будут побираться в подворотнях?
— Сказали же, торговцы. Скорее всего, их обчистят бандиты и вышвырнут вон.
— Или пойдут в услужение.
Наблюдая за тем, как те скрываются в трущобах, солдаты стражи перешептывались.
Мало того что они были по горло заняты подготовкой к публичной казни, так еще и на них повесили контроль за входом в город.
— Псы собачьи.
Не договаривая, кому именно адресованы эти слова, капитан стражи крикнул толпе чужаков, собравшихся у ворот:
— Следующий!
***
— У-у… может, уже можно это снять?
— Мы еще не пришли. Потерпи еще немного.
Ответив так на ворчание Стеллы, я зашагал по переулкам столицы.
На мне была обычная дорожная одежда и темно-коричневый плащ.
В рюкзаке за спиной — полно шкур соболей, специалитета северных регионов.
«Где-то здесь должно быть, но где именно?»
Лицо само собой скривилось от кислого запаха, исходящего из тюка, но ради маскировки приходилось терпеть.
— У-у-у…
— А тебе-то что, ты ведь не должна так мучиться, как я?
Сказав это, я машинально коснулся своих волос. Не серебристых, к которым я привык за пятнадцать лет, а черных как смоль.
Вдобавок, чтобы никто не узнал, пришлось покрыть половину лица эктоплазмой.
В таком виде я прошагал целых полмесяца.
Тело и душа отчаянно жаждали отдыха.
— Эй, вы, сопляки.
Пока я шел по переулку, сзади послышался голос.
Обернувшись, я увидел, как к нам уверенно приближаются пятеро или шестеро здоровяков.
— …Это они?
— Похоже на то, но надо проверить.
Мой взгляд был устремлен в другую сторону.
Группа головорезов, вооруженных дубинами и топорами.
И мужчина, который ими командовал.
Татуировка на его теле.
«О, точно».
Увидев на татуировке символ Опавших листьев, я сделал вывод.
Крысы из подворотни почуяли запах.
— Думаю, вы и сами понимаете, что я хочу сказать?
Мужчина, чье тело было покрыто дешевыми татуировками, ехидно ухмыльнулся.
Здоровяки уже окружили нашу группу.
Глядя на их наглые рожи, я почувствовал не страх, а раздражение.
— Не понимаю.
— А?
— Похоже, этот ублюдок не догоняет, в какой он ситуации?
Здоровяки начали поддакивать один за другим.
Одни хихикали, другие угрожающе размахивали дубинами в воздухе.
Поправка.
После того как я сражался с инквизиторами и монстрами, встреча с уличными бандитами…
Теперь это вызывало скорее умиление, чем раздражение.
Видать, я и правда устал.
— Повторять не буду. Всё, что на спине, всё, что при себе — отдавайте и валите.
Сказав это, татуированный боров облизнулся, глядя на двух девушек, стоявших за моей спиной.
— И этих двух баб тоже.
— Фу.
Стелла высунула язык, словно ее стошнило.
Судя по тому, как мастерски он учуял «женский дух», он не зря промышлял в подворотнях.
«Но мне нужно совсем не это».
Пока я размышлял:
— Этот ублюдок что, оглох? Почему молчит?
Один из нетерпеливых здоровяков уставился на меня, сверкая глазами.
— Старшой, что делать?
Когда здоровяк повернулся к нему, татуированный боров тяжело вздохнул и открыл рот:
— Парня прикончить. Остальных отмыть и продать.
Услышав это, здоровяк передо мной без колебаний взмахнул дубиной.
Вжух!
Судя по тому, как легко он это сделал, для него это было привычное дело.
«И так тошно, еще и вы…»
В тот же миг в моих почерневших глазах вспыхнул синий свет.
Движение дубины, летящей мне в голову.
Это была не сама атака, а траектория, предсказанная моими глазами.
Тук.
— Тупая, грубая атака, основанная только на силе.
Даже не хотелось тратить силы на технику.
— А?
Я ударил локтем, сбивая направление атаки, и подсек его, выбивая почву из-под ног.
При таких габаритах этого было достаточно, чтобы нейтрализовать его.
Хрусть!
Здоровяк, потерявший равновесие, некрасиво рухнул на землю.
— Ах ты, гад!
В тот же миг на меня бросился другой.
Я скосил глаза и слегка уклонился, и дубина, которой он размахивал, врезалась в затылок его упавшего товарища.
Бах!
— Угх…!
Не знаю, как насчет остального, но в силе удара ему не откажешь: здоровяк, получивший по затылку, обмяк.
— Ч-что, чего?!
Получается, он сам вырубил своего напарника.
Пока он был ошеломлен неожиданным поворотом, я ударил его рукоятью меча по виску.
Хрясь!
В тот момент, когда удар отозвался в голове, лишая его сознания…
Хрусть!
Удар ноги Стеллы пришелся прямо в лицо, полностью вдавив его внутрь.
— Ого.
Столько чувств и силы в одном ударе, видимо, она тоже была не в восторге от разговоров о продаже.
Грох!
Двое здоровяков мгновенно оказались на земле.
Трое оставшихся, включая татуированного борова, наконец поняли, что что-то пошло не так.
— Б-блядь…!
Хотя он и изрыгал проклятия, в его глазах больше не было прежней уверенности.
Увидев, как легко я расправился с двумя, он понял, что перед ним не обычный торговец.
В тот момент, когда трое оставшихся начали пятиться назад:
Квадык!
— ?!
— Ч-что это такое!
Густая тень, порожденная подворотней, схватила их за ноги и прижала к земле.
— Того, что посередине, не ешь. Поняла?
— Да!
С энергичным ответом тень Арин накрыла двух оставшихся бандитов.
— П-подожди!
— Н-не убивай…!
Прежде чем они успели издать предсмертный крик…
Хрусть!
Тень Арин без колебаний поглотила их.
— В этот раз нежить какая-то… жутковатая.
Стелла добавила это, глядя на сцену.
Хрум, хрум.
Зубы, выросшие из черного тела, жадно пожирали трупы здоровяков.
Видимо, из-за того, что тень покрыла весь переулок, Стелла не догадывалась, что это исходит от Арин.
— Блядь…! Что это?!
Последний оставшийся татуированный боров мотал головой, не в силах принять происходящее.
— Куда делись эти ублюдки?! Нет, что это за бред…!
Увидев это, я украдкой погладил Арин по голове, подошел к нему и присел на корточки.
— Ну, теперь ты точно не сбежишь.
Когда я сказал это, он перевел на меня взгляд.
В отличие от первой встречи, теперь в его глазах читался чистый ужас.
— Т-ты, ты, ублюдок…!
— Теперь доходит, в какой ты ситуации?
Вернув ему его же слова, я усмехнулся.
— Знаешь, вы, ребята, вызываете жалость. Не находишь?
— …?
На моем лице, когда я начал, играла насмешка.
— Великие Опавшие листья теперь опустились до того, что сосут кровь у людей в трущобах.
— Ч-что…!
Опавшие листья.
Подпольная организация, которая преследовала меня с самой встречи с Хеллианом до паломничества.
— Твой дохлый босс был бы очень рад увидеть это. Разве нет?
Если подумать, этот босс теперь в животе у Арин, так что, может, он уже видел.
Как его звали?
Совсем не помню.
— Т-ты, кто ты такой?
В его голосе, когда он спрашивал, дрожь была нескрываемой.
— Как ты можешь… Опавшие листья, нет, это…!
— Кого вы преследовали, прежде чем вас разнесли в щепки?
От этих слов лицо татуированного борова стало белее мела.
— Н-неужели…?
— Верно.
Сказав это, я снял маскировку с лица и показал свой истинный облик.
Серебряные волосы и голубые глаза.
И густая магия, скрытая внутри тела.
— Клайн Райнланд…!
— Если даже после этого нет помех, значит, отдел разведки сюда не суется?
От моих слов татуированный боров вздрогнул.
Покушение на императора, перевернувшее всю Империю.
И тот факт, что Райнланд, семья преступника, объявилась в столице Империи.
Он понял, в какое огромное дело ввязался.
— И-имперская армия! Нужно позвать имперскую армию…! Угх?!
В тот момент, когда он, обезумев от страха, попытался закричать, тень Арин намертво зажала ему рот.
— Угх! У-угх-!
— Эй, хватит орать. Весь район перебудишь.
Пробормотав это, я схватил его за волосы.
— Ну, выбирай. Либо покорно ведешь меня к своему начальству, либо становишься закуской.
— Хр…! Хр-р-р…!
Глядя на то, как он плачет с зажатым ртом, я удовлетворенно кивнул.
Ах, это родное чувство.
Все-таки мне спокойнее всего среди злодеев.