О, Боже мой (4)

39. О, Боже мой (4)

Армия нежити Архимонда, захлестнувшая некогда весь континент. Пятимиллионный легион, чьей главной гордостью были неутомимые и бессмертные солдаты.

Мертвецы, не знающие нужды в пище, сне или отдыхе.

Истинная их мощь крылась не в ратной доблести, а в созидательном труде.

Крепость, на возведение которой требовался месяц, они воздвигали за три дня; гору, преграждавшую путь, сравнивали с землей за двое суток — такова была их сокрушительная скорость.

Бесчисленные ледяные замки и ледниковые цитадели в полярных широтах континента также были делом их рук.

— Подземные ходы?..

— Путь, ведущий с севера прямиком в тыл заставы? Не несите околесицы.

Однако рыцари, выслушав меня, лишь отмахнулись, сочтя мои слова бредом.

Архимонд и его воинство давно канули в пучину двухсотлетней истории, превратившись в старые сказки.

Теперь не осталось ни тех, кто помнил бы их величие, ни тех, кто верил бы в их силу.

«Неужели всё забыто... неужели не осталось гарантий, что подобный мне не явится вновь?!»

Я вновь остро ощутил, насколько тщательно Империя и Союз пытались стереть само упоминание о моем существовании.

Тактика Архимонда, которую когда-то анализировали лучшие стратеги континента.

Но сейчас, похоже, я остался единственным, кто хранил эти знания в памяти.

— Сейчас не время стягивать все силы к Стене. Одну роту, нет, целый батальон нужно немедленно перебросить в тыл!

Я говорил, указывая на карту, парящую в центре комнаты, но рыцари оставались непреклонны.

То ли таков был строгий приказ Коракса, то ли сказывалась их природная косность.

Они наотрез отказывались слушать.

— Учитывая численность врага, мы не можем ослаблять оборону тыловыми маневрами.

— Так я и говорю, что пойду сам! Немедленно откройте!

Я взывал к ним со всем пылом, но они лишь качали головами.

— Скоро прибудут распоряжения командира. До тех пор...

— Ждать ответа в бездействии? Вы хоть понимаете, насколько это сейчас нелепо?

— Куда более разумно, чем ваше желание самовольно покинуть пост, молодой господин.

— Ах ты!..

Дыхание перехватило от ярости.

«Мы не можем перераспределять войска, полагаясь лишь на слова безвестного чужака».

— Честь защиты этого места принадлежит нам. А вы...

— К черту ваш долг, к черту ваше деление на чужаков и к черту эту вашу проклятую честь!

Я почувствовал, как последняя нить моего терпения натянулась и с треском лопнула.

— Если я окажусь прав хоть на долю процента, вы готовы принести в жертву мирных жителей, оставшихся в тылу?

При этих словах на бесстрастных лицах рыцарей проступила тень сомнения.

— Подумайте хорошенько. Что вы защищаете? Стену? Или жизни тех, кто живет за ней?

Это был мой последний вопрос.

И мое последнее предупреждение.

Лица двух рыцарей исказились в мучительном раздумье.

Однако последовавший ответ был настолько удручающим, что у меня опустились руки.

«Как рыцари, мы не имеем права на опрометчивые действия, основанные на сомнительных слухах».

«Мы охраняли эту Стену долгие годы. Не вмешивайтесь более в наши дела».

...

Что ж, довольно.

Времени на пустые разговоры больше не осталось.

«Да уж, дипломатия, убеждение... сам не заметил, как набрался этой дряни от Беркеля».

Я не то чтобы не понимал их мотивов.

Но сейчас не время для подобных церемоний.

Вражеский летучий отряд с каждой секундой всё ближе, а я трачу время на бесполезные препирательства.

В конце концов, это не в моем стиле.

— Гектор!

Я воззвал к нему, вплетая в голос магическую силу.

По ту сторону двери, прямо перед которой я стоял, из сгустившихся теней соткался рыцарь.

— Рыцарь смерти?!

— Молодой господин Кляйн! Что вы творите!

Моя внезапная выходка привела их в замешательство; я видел, как они поспешно схватились за рукояти мечей.

— Немедленно отзовите нежить! Это явное нарушение субординации!..

— Плевать я хотел на вашу субординацию. Жить хотите — прочь с дороги!

Оборвав панический возглас рыцаря, я отдал приказ Гектору.

*К-и-и-и-инг!*

Молниеносный восходящий удар.

Техника Меча Метеора, которой я лично обучил его, воплотилась в руках рыцаря смерти.

Это не был куцый прием, лишенный маны, — это был истинный удар мастера.

*К-у-а-а-анг!*

С громоподобным треском дверь, преграждавшая мне путь, разлетелась в щепки.

Густая пыль и гарь заволокли проем.

Рыцари, явно не ожидавшие от меня такой дерзости, поспешно обнажили клинки и бросились на перехват.

— Проклятье, взять его! Не дайте ему уйти!..

Но рыцарь не успел договорить.

*Хрусть!*

Взор некроманта зрит не плоть, но самую суть души.

— Гха-а?!

Мой удар ногой, нанесенный сквозь завесу дыма точно в челюсть, отправил одного из них в глубокое беспамятство.

— Я ведь предупреждал.

— Беркен! Дьявол!..

Видя падение товарища, второй рыцарь в панике взмахнул мечом.

Но в тот же миг.

— На этом и закончим.

Иан, блокировав запястье рыцаря обычной бутылкой из-под спиртного, расплылся в лукавой усмешке.

— Вы!..

— Вам же говорят, ситуация серьезная. Всё равно ничего не теряете, так доверьтесь ему.

С этими словами Иан, не теряя улыбки, точным ударом в шею вырубил противника.

На то, чтобы усмирить двоих рыцарей, ушло не более минуты.

Действовали мы быстро, но мне всё равно казалось, что мы безнадежно медлим.

— Черт, нужно было сразу так сделать!

Бросив это, я устремился вглубь Стены вслед за призрачным указанием банши.

— У обходного отряда, похоже, внушительные силы. Может, мне стоит пойти с тобой?

Я покачал головой на вопрос следовавшего за мной Иана.

— Если судить по масштабам, то Стена сейчас в большей опасности.

Нежить карабкалась на укрепления ежесекундно.

Тех сил, что были на Стене, едва ли хватило бы, чтобы сдержать этот напор.

— Ступайте туда, уничтожьте мертвецов и приведите Коракса.

Если в попытке остановить диверсантов мы оставим без защиты Стену, это станет роковой ошибкой.

Выслушав мои объяснения, Иан переспросил:

— Собираешься остановить летучий отряд в одиночку? Ты уверен, что справишься?

В его голосе слышалось то ли беспокойство, то ли недоверие, но я лишь кивнул.

— Я насквозь вижу структуру их некромантии. Идите и не беспокойтесь!

Коротко цокнув языком, Иан развернулся.

Он и сам, благодаря техникам восприятия, осознавал численность врага, а потому не нашел причин для спора.

— Если посмеешь сдохнуть, я тебя из-под земли достану. Понял?!

Бросил напоследок ворчливый слепец.

Подавив невольную улыбку, я ответил:

— Я не умру.

***

*Топ... топ...*

Подземелья Стены.

Секретный проход Архимонда, заброшенный на столетия, во многих местах обвалился и представлял собой смертельную ловушку.

Но это касалось лишь обычных армий.

Укрепляя своды телами и пробивая завалы силой нежити, они продвигались вперед, не встречая препятствий.

— Как только прибудем, первым делом обратите в нежить тех мирных жителей, что не могут оказать сопротивления.

— Чтобы подорвать боевой дух врага, верно?

— Именно.

На губах некроманта, излагавшего план, заиграла жестокая усмешка.

— Когда эти рыцари увидят своих родных и близких, ставшими монстрами, они хоть на миг, но заколеблются.

— И в этот миг мы захватим весь этот сектор!

— Тела множества рыцарей, припасы и, что важнее, забытые знания.

— Ха-ха-ха-ха!

Здесь собралось около двухсот некромантов.

Их план был прост: бросить накопленную в северных пустошах нежить на штурм Стены, а самим ударить с тыла, взяв защитников в кольцо.

Это стало возможным лишь благодаря древнему подземному ходу, созданному когда-то самим Архимондом.

— Воистину, господин Архимонд предвидел всё до нынешних дней!..

— Проход, не пригодившийся в великой священной войне! Но не беспокойтесь, господин Архимонд!..

При каждом упоминании этого имени их лица озарялись неописуемым восторгом.

Благодаря этой битве они, наконец, обретут его мудрость.

Легендарный некромант, в одиночку повелевавший миллионами мертвецов, — Архимонд.

Эта легенда возродится в их руках.

Как тут не радоваться!

— Стоять.

В разгар мечтаний о грядущем триумфе предводитель некромантов подал знак. Двадцать его последователей замерли на месте.

— Впереди кто-то есть.

От былой расслабленности не осталось и следа.

*Гр-р-р!*

Они немедленно выставили вперед одного мертвеца, заставив его медленно разведывать путь.

*Хлюп! Хлюп!*

Гниющая плоть волочилась по полу, пока впереди не показался силуэт незваного гостя.

— Это же?..

Когда впереди возникла фигура юноши, глаза предводителя расширились.

Серебристые волосы, иссиня-черные глаза.

И меч на поясе.

Цель, которую они так долго и упорно искали, сама явилась к ним.

— Молодой господин Кляйн!

Стоило ему выкрикнуть имя, как юноша с бесстрастным лицом шагнул вперед.

— Не думал, что вы знаете об этом древнем туннеле.

Начав разговор таким образом, Кляйн с брезгливостью окинул их взглядом.

— Мы сами собирались навестить вас, но не ожидали такой скорой встречи, молодой господин Кляйн.

Предводитель некромантов обратился к нему с нарочито театральным жестом.

— Вы меня знаете?

Когда юноша ответил холодным голосом, некромант кивнул и продолжил:

— Разумеется. Ведь мы прибыли к этой Стене именно ради встречи с вами.

— Ради меня?

Кляйн нахмурился.

— Если точнее — ради некромантии, которой вы владеете. Ради знаний, что герцогиня Клэр украла у нас.

— ...

Кляйн молчал.

Было ли это для него новостью? Вполне возможно.

Он мог обучаться этим искусствам, даже не подозревая об их истоках.

Но это не имело значения.

Важен был лишь тот факт, что он стоял прямо перед ними.

— Вас наняла Империя? Чтобы вернуть меня?

— Ха! Империя?! Что за вздор!

Услышав догадку Кляйна, мужчина презрительно фыркнул.

— С чего бы нам подчиняться отступникам, которые не способны узнать своего истинного бога?

— Отступникам?

Лицо Кляйна стало еще более странным после того, как некромант так назвал Империю.

— Именно! Отступникам!

Мужчина, не обращая внимания на реакцию собеседника, продолжал осыпать Империю оскорблениями.

— Тогда кто вы? Церковь? Или иная организация?

— Ха-ха-ха-ха! Нет! Вовсе нет!

Мужчина, будто только и ждавший этого вопроса, широко развел руки, и его голос эхом разнесся по пещере.

— Мы — Культ Архимонда!

При этом имени глаза Кляйна широко распахнулись.

— Мы — авангард божества, поднявшийся, дабы воскресить истинного бога, Архимонда, решившего покарать этот мир!

Мужчина кричал, захлебываясь от экстаза.

Его последователи пребывали в схожем состоянии; многих била дрожь от фанатичного восторга.

Некоторые даже не могли сдержать слез, настолько их переполняли чувства.

Кто-то назвал бы это безумием.

Ну и пусть.

Разве можно не лишиться рассудка, служа богу, сошедшему на землю?!

С этой мыслью некромант взглянул на молодого господина Кляйна.

Онемел ли тот от ужаса или, подобно им, проникся благоговением? Юноша лишь безмолвно смотрел на них.

Воцарилась тишина.

Лицо Кляйна отразило целую гамму чувств: от изумления до крайнего отвращения, пока, наконец...

— Ха... ха-ха! Ха-ха-ха-ха!

Глядя на них, он разразился безудержным смехом.

***