Перевернутая магическая башня (2)

— Ха…! Кха-а-а-а!

Темный переулок.

Пытаясь оторваться от преследующих его десятков теней, Челег Ран задыхался все сильнее.

— Как же так…! Как все дошло до этого!..

Все происходящее казалось кошмарным сном.

Он ведь был молодым и талантливым магом.

Его отец — главой магической башни.

Впереди его ждал легкий и светлый путь.

Но все, что его окружало, рухнуло в одно мгновение, превратив его в затравленную дичь.

Гр-р-ра-а-ах!

Бу-у-ум!

Вместе с диким ревом прогремел взрыв, преграждая ему путь.

Фш-ш-ух!

Из клубов дыма вырвался уродливый, неестественно мускулистый гигант.

Лязг! Лязг!

На его mертвой, почерневшей коже поблескивали золотые кандалы.

Высеченные на них багровые рунические символы служили клеймом, удерживающим душу покойника.

Нежить.

Те, кто сейчас охотился за ним, были некромантами.

— Убирайтесь! Прочь от меня!

Он уже испробовал все заклинания из своего арсенала.

Собрал всю ману до последней капли и обрушил на них сильнейшее волшебство, на которое был способен.

Гр-р-р…

Но все впустую. Даже после прямого попадания заклинания пятого круга на чудовище осталось лишь несколько царапин.

Десятки мутантов преследовали его, не зная усталости.

— А-а, нет!..

Наконец, когда он в панике свернул за угол,

и увидел преградивших дорогу монстров, лицо Челега Рана исказилось отчаянием.

— Челег Ран. Сын предателя.

Из темноты, источая ярость, выступила фигура в черной мантии.

От нее исходила зловещая, леденящая душу аура смерти, с которой не шло в сравнение его собственное нелепое маскировочное облачение.

Еще до того, как в дело вступила нежить, одна лишь жажда убийства заставила его колени задрожать.

— Из-за вашего предательства наши планы пошли прахом.

— Вы обязаны заплатить за это.

— Я убью сынка и швырну его голову к ногам отца.

Под эти леденящие душу угрозы фигуры в черных мантиях протянули руки вперед.

— Убейте его. Можете сожрать все, кроме головы.

Гр-р-ра-а-ах!

Словно радуясь дозволению хозяина, монстры принялись неистово бить себя в грудь и издавать дикие вопли.

Шлеп!

Не имея больше ни капли маны, ни сил бежать,

Челег Ран рухнул на землю и разрыдался, точно напуганный ребенок.

— Кто-нибудь… Пожалуйста, спасите меня!..

Такова была плата за сделку с теми, к кому ни в коем случае нельзя было протягивать руки ради обретения силы.

Теперь, когда пришло время платить по счетам, он был абсолютно беспомощен.

Гр-р-ра-ах!

В тот самый миг, когда монстры ринулись к парализованному страхом Челегу Рану,

— И ради какого великого дела меня сюда прислали? Чтобы я защищал этого сопляка?

Раздался ворчливый голос, и чья-то широкая спина заслонила его от опасности.

— Что?!

— Кто это?! Откуда он взялся!..

Некроманты, упустившие приближение незнакомца, поспешно попытались сменить цель.

Однако клинок мужчины оказался куда быстрее их мыслей.

— Пригни голову, сопляк.

Стоило Челегу Рану испуганно обхватить голову руками, повинуясь незнакомому голосу,

В-в-ви-и-инг!

Ослепительная вспышка чистой маны залила все вокруг белым светом.

— Кха-а-ак?!

— Он не рыцарь Флисиана! Неужели это…

Покрытый зазубринами старый меч рассек воздух, и тончайшая светящаяся линия прочертила тела преследователей пополам.

Хрусь!

Под жуткий треск во все стороны брызнула черная кровь.

— Х-хи-и-ик!..

Некроманты, монстры —

все эти жуткие твари, рассеченные надвое, рухнули на мостовую, заливая ее гнилью.

— Скоро здесь будут люди, иди с ними. В Центральном управлении эти ублюдки до тебя не дотянутся.

Сила совершенно иного уровня.

Ошеломленный этим запредельным могуществом, Челег Ран мог лишь беззвучно кивать.

— К-кто… кто вы такой?..

Все же он должен был узнать имя своего спасителя.

На его дрожащий вопрос мужчина в коричневом плаще спокойно ответил:

— Я? Да никто особенный.

Выбившиеся из-под капюшона седые пряди выдавали в нем человека весьма преклонного возраста.

— Всего лишь разыскиваемый преступник, которого прислал молодой господин Кляйн.

Этим человеком был Иан Райнланд.

Бросив это туманное представление, он мгновенно растворился в ночных тенях.

— Сюда!

— Проклятье, неужели они уже успели?!

— Найдите Челега! Живее!

Стоило Иану Райнланду исчезнуть, как на место происшествия ворвались рыцари Центрального управления.

— Отлично, он жив!

— Он совсем не в себе. Что здесь произошло?

Статус сына главы магической башни больше ничего не значил.

Рыцари грубо вздернули Челега Рана на ноги и осмотрели его лицо.

— Жизни ничего не угрожает. Доставить его в Центральное управление.

Когда рыцарь с командирским знаком отдал приказ, один из его подчиненных цокнул языком:

— Да уж, когда глава башни Галонд Ран увидит своего сына, он точно заговорит…

От этих слов глаза шедшего впереди рыцаря-капитана яростно сверкнули.

Бум!

Он с силой ударил древком копья о мостовую, заставив болтливых подчиненных мгновенно умолкнуть.

— Он тот, кто связался с запретным искусством некромантии!

— Кх!..

Этот человек был одним из немногих рыцарей ранга капитана во всем Флисиане.

Под его грозным взглядом провинившийся рыцарь тут же поспешно склонил голову.

— Прошу прощения. Я сглупил.

— Хм!

Избавиться от привычки называть его прежним титулом было непросто.

Объявив, что прощает эту оплошность в первый и последний раз, капитан строго обратился к своему отряду:

— Слушайте меня внимательно. Галонд Ран и его семья больше не имеют отношения ни к руководству магической башни, ни к самой башне!

Они предали законы башни, осквернили имя истины и тайно копили нечестивую силу.

Враждебность, которую питали к ним узнавшие правду рыцари, была безграничной.

— Если я еще хоть раз услышу подобную оговорку, простым предупреждением вы не отделаетесь. Всем ясно?!

— Так точно!

На грозный окрик командира тут же последовал дружный и громкий ответ.

Поскольку впереди их ждал настоящий бой, отчитывать их дольше не имело смысла.

Закончив с наставлениями, капитан поспешил к Центральному управлению.

«Нужно выяснить местонахождение культа Архимонда и первыми добраться до Эльфрана».

Под давлением леди Сиэль ла Айласис они не могли просто отмахнуться от этой угрозы.

А значит, им во что бы то ни стало требовалось опередить культистов и первыми захватить Эльфрана Айласиса.

— Готовьте допросную! И отправьте запрос о поддержке в корпус боевых магов!

Его шаги становились все более быстрыми и нетерпеливыми.

— Передайте им, чтобы мобилизовали все доступные силы!

В эту самую минуту леди Сиэль ла Айласис, уже обладавшая нужными сведениями, наверняка направлялась к их логову.

Отныне все решало время.

***

Сиэль.

Имя, которое в переводе означало просто «женщина».

Как и следовало из этого небрежного имени, ее появление на свет было не рождением, а лишь результатом производства.

Слово, которым ее нарекли, являлось не именем, а обычной классификацией.

— Хм, этот ребенок — брак.

Таков был вердикт ее отца, Эльфрана Айласиса, вынесенный после осмотра семилетней дочери.

— Ее магические цепи деформированы. Не только у сердца, но и в каналах, ведущих к мозгу.

Мать, подарившая ей жизнь, относилась к ней точно так же.

В этом месте врожденный объем маны определял абсолютно все.

Место, где доказать свое право на существование можно было лишь талантом и силой.

Законы герцогского дома Айласис оставались незыблемыми.

Именно поэтому они и правили этими землями как один из трех великих герцогских родов империи.

— Я пытался использовать ее для политического союза, но и из этого ничего путного не вышло.

Бесполезная пустышка, обделенная магическим даром.

Ее пытались выгодно выдать замуж, но герцог Райнланд лишь бесконечно откладывал помолвку под разными предлогами.

«А ведь я всего лишь хотел посмотреть, как уживутся два бракованных уродца».

С этим ледяным, насмешливым напутствием Сиэль ла Айласис была выброшена на обочину жизни.

Формально она оставалась дочерью герцога, но обращались с ней хуже, чем с последней служанкой.

Это было наглядным уроком от герцога Эльфрана: без силы даже собственная плоть и кровь превращается в ничто.

— Ах ты, тупая девка! Даже с этим справиться не можешь?!

Шлеп!

Раздался звонкий звук пощечины, и голова маленькой Сиэль резко дернулась в сторону.

Облаченная в поношенное платье служанки, с пылающей багровым следом щекой.

Прежде она никогда не плакала и не выказывала недовольства, безропотно снося побои старшей экономки.

— Идиотка! Ничтожество! Бесполезная тварь!..

Закрыла ли она свое сердце из-за постоянных издевательств?

Нет, все было иначе.

Уродство, с которым она пришла в этот мир, не ограничивалось дефектом магических цепей.

Ее разум оставался холодным и безжизненным, словно у фарфоровой куклы.

Сиэль ла Айласис с самого рождения была лишена способности сопереживать или испытывать человеческие чувства.

— Но теперь все изменилось.

В глазах Сиэль ла Айласис вспыхнул странный огонек.

Перед ее мысленным взором предстал образ мальчика, которого она недавно встретила впервые в жизни.

Она вспомнила своего жениха, Кляйна Райнланда.

«Куда-куда? Да куда угодно!»

Его теплая ладонь, крепко сжимающая ее руку.

Первое испытанное ею чувство глубокого удовлетворения.

Единственное существо в мире, заполнившее пустоту внутри нее, бракованной куклы.

«Мы идем веселиться!»

От этих воспоминаний ее сердце сладостно сжималось.

Врожденное равнодушие к людям.

Неспособность к эмпатии.

Вечная, удушающая скука.

Но только рядом с ним.

Только по отношению к своему жениху она могла проявлять невероятно яркие, живые эмоции.

Словно сама судьба шептала ей, что этот человек — ее предназначение, пробуждая в ней чувства, о существовании которых она и не подозревала.

— Мы обязательно встретимся снова.

С этими словами Сиэль ла Айласис протянула руку вперед, концентрируя ману.

Глядя на брызжущую слюной экономку, она испытывала лишь холодное отвращение.

Впрочем, все остальные люди вокруг нее ничем не отличались от этой жалкой женщины.

— Прощайте, госпожа экономка.

Стоило Сиэль ла Айласис произнести эти слова, как на кончиках ее пальцев вспыхнул яркий свет.

Хрусь!

Предплечье экономки переломилось с сухим, отчетливым треском.

— А-а-а-а-ах?!

Предсмертный, полный дикой боли вопль огласил весь особняк.

— Что там происходит?

— Полегче, госпожа экономка. Как-никак, она все же дочь герцога. Если вы оставите на ней следы, ее нельзя будет вывести в свет…

Стражники приближались неторопливо, уверенные, что это очередная обыденная сцена наказания.

Однако, когда они заглянули в комнату, лица их мгновенно побелели от ужаса.

— Ч-что за безумие!..

— …

— С-срочно доложите Его Светлости! Зовите магов! Быстрее!

Посреди залитого кровью покоя стояла лишь одна фигура.

Сиэль ла Айласис, чье платье было сплошь забрызгано кровью экономки, взирала на них с абсолютно невинным, безмятежным лицом.

— Ого, какая неожиданность…

Эльфран Айласис медленно подошел к дочери, задумчиво потирая подбородок.

Кто бы мог подумать, что его бесполезная дочь втайне сумеет накопить такое количество маны.

Более того, она умудрилась самостоятельно восстановить свои деформированные с рождения магические цепи.

— Хм, поразительно.

В глазах Эльфрана Айласиса, разглядывающего Сиэль, вспыхнул неподдельный интерес.

Тщательность, с которой она скрывала свою силу, упорство в перестройке собственных каналов.

И полное отсутствие эмоций, позволяющее ей без малейших колебаний забрать чужую жизнь.

Для обычного человека это было бы признаком безумия, но для мага дома Айласис?

Это был идеальный, безупречный талант.

— Похоже, даже в куче мусора порой можно отыскать нечто ценное.

Эльфран Айласис не назвал ее по имени, словно забыв, кем она ему приходится.

— Раз уж ты сумела доказать свою полезность, я сделаю тебе одно предложение.

Сиэль ла Айласис перевела на него взгляд.

Ее глаза смотрели на него так, словно перед ней стоял абсолютно чужой человек.

Впрочем, именно так и должен был смотреть истинный маг дома Айласис.

— Какое?

Как и ожидал отец, она проявила интерес.

— У меня есть один предмет, над которым я втайне провожу исследования. Древний артефакт, хранящий магию, что старше самой империи.

Начав издалека, Эльфран Айласис пристально посмотрел на дочь.

— Рано или поздно я подчиню его себе, но пока процесс идет слишком медленно.

Он сделал паузу, а затем озвучил свое истинное намерение:

— Поэтому я хочу имплантировать копию этого артефакта в твое тело.

Стань подопытной для неизученного магического оружия.

Довольно улыбнувшись, Эльфран Айласис склонился к ее уху и прошептал:

— На время эксперимента к тебе будут относиться как к полноправному члену герцогской семьи. А если все пройдет успешно…

Он намеренно замолчал, выдерживая театральную паузу.

Но это длилось лишь мгновение.

— …ты обретешь магию, которой не способен овладеть больше ни один человек в мире. Ну, что скажешь?

Для великого мага это объяснение звучало слишком туманно и неопределенно.

Однако Сиэль ла Айласис это нисколько не смутило, и она спокойно кивнула:

— Хорошо, я согласна.

Получив ее согласие, Эльфран Айласис улыбнулся еще шире.

Двадцать его учеников уже погибли, не выдержав перегрузки при имплантации.

Он как раз ломал голову над тем, где найти подходящий материал, и тут ему в руки сам пришел такой великолепный экземпляр.

— Слабые всегда служат лишь пищей для роста сильных.

В этих словах крылась сама суть высокомерия, укоренившегося в роду Айласис.

— Что ж, я буду наблюдать за тобой.

Произнеся это, Эльфран Айласис увлек Сиэль за собой.

— Посмотрим, сгинешь ли ты, став обычным удобрением, или превратишься в невиданного хищника.

С этими словами он повел девочку вниз, в глубокие подвалы.

«Слабые — это пища. Пища для сильных».

Повторяя про себя слова отца, маленькая Сиэль ла Айласис покорно шла следом за ним.

Сильнейший маг империи.

Человек, повелевающий полями сражений своей безграничной маной.

Однако Сиэль ла Айласис не испытывала к нему ни страха, ни благоговения.

«А значит, Эльфран, именно ты станешь моей пищей».

На ее лице расцвела предвкушающая, жуткая улыбка.

Она грезила о том дне, когда отнимет у него все до последней капли и займет его трон.

«А когда я поглощу тебя…»

Она вернется туда.

К тому, кто заполнил пустоту в ее израненной душе.

Вернется, чтобы…

…сделать его своей собственностью.