Дом по материнской линии

142. Дом по материнской линии

— Топ-топ.

— Топ-топ.

В отличие от Центральной стены, где дорожные условия были относительно сносными, путь к Западной стене представлял собой извилистую горную тропу.

— Фу-у!

Горная дорога, местами припорошенная снегом.

Наслаждаясь прохладным воздухом раннего утра, мы с маркграфом Кранцем молча шагали вперед.

— А ты неплохо ходишь.

Может, потому что рядом не было лишних глаз, а может, из-за того, что мы достигли его владений, голос маркграфа Кранца звучал куда свободнее.

— Даже дети, живущие у стены, вечно ноют, что этот перевал слишком тяжелый.

— Мне просто приходилось много ходить в последнее время.

Это не было пустой лестью.

В отличие от нынешнего момента, когда я сопровождал рыцарей ордена Красного ворона, раньше я задыхался от усталости уже через пару миль.

— Пришли.

В конце пути по заснеженной тропе передо мной предстала знакомая громада Северной Великой стены.

А у самой стены примостилась крепость из частокола.

Пьи-и-и!

Стоило часовому узнать Кранца и свистнуть, как ворота из бревен разошлись в стороны.

— Отец!

Едва ворота открылись, как оттуда высыпала группа мужчин, облаченных, подобно Кранцу, в медвежьи шкуры.

«Отец?»

Эта фраза, прозвучавшая среди шумной толпы, привлекла мое внимание.

— Терин, Зайф.

Как только граф Кранц назвал их имена, двое мужчин, кривя губы, скрестили руки на груди.

Один из них производил впечатление остро отточенного клинка, другой же напоминал свирепого горного разбойника.

«Совсем не похожи на тех Красных воронов».

Я разглядывал рунические татуировки, покрывавшие их мощные, шрамированные предплечья.

Топоры, висевшие у них на поясах, казалось, все еще источали холодную жажду крови, словно ими только что пользовались.

— Вы сильно опоздали.

— Мы уж думали, не приключилось ли чего с вами по вине ублюдков из главной ветви! Ха-ха-ха!

«...Похоже, обида на главную ветвь у них немалая».

Если разобраться, это было вполне естественно.

Род Райнланд был слишком занят отражением посягательств империи и боковых ветвей, и в этой суматохе дискриминация местных землевладельцев продолжалась бесконечно.

Раз тот, кто называет себя сюзереном Севера, не может защитить людей Севера, отношение к главной ветви неизбежно портится.

«И теперь мне предстоит убедить этих людей».

Перспективы казались мрачными, но что поделать?

Раз уж я затеял переворот в империи, нужно показать достойный результат.

— Я же говорил. Ситуация была сложной, но Райнланды нас не бросали.

К счастью, маркграф Кранц, будучи главой пограничья, разделял взгляды Райнландов.

— В любом случае, отец, в этом-то и проблема!

На слова Кранца мужчина с лицом разбойника выпустил из ноздрей струю пара, издав фырканье.

— Не смогли даже защитить честь семьи, позволили убить драгоценную дочь... и после этого вы их еще и выгораживаете?!

— Зайф, придержи язык.

— Что, старший брат, ты тоже на стороне отца?!

Проклятия в адрес главной ветви переросли в семейную перепалку.

«Высокий и статный — это Терин, а тот, что похож на разбойника — Зайф».

Пока я размышлял об этом, слушая их перебранку, раздался голос:

— Оба, прекратите.

Маркграф Кранц с невозмутимым лицом обратился к ним:

— Собираетесь позориться перед племянником?

— ...!

— Ч-что?!

Только услышав это, они перевели взгляды на меня.

— ...

— ...

Они застыли, словно время остановилось, впившись в меня глазами.

— Поздоровайтесь.

Я внимательно изучал их лица.

Такие же серебристые волосы, как у меня, и синие глаза.

То ли от времени, то ли от природы, но их цвет был куда тусклее моего.

«Значит, это мои дяди».

Факт, который я вывел из их недавнего разговора.

— Рад знакомству, дяди.

Напомнив себе об этом, я склонил голову.

— Меня зовут Клайн.

— ...!

— Кх...!

От моих слов кулаки обоих мужчин сжались.

Они смотрели на меня, стиснув зубы, словно пытаясь сдержать нахлынувшие чувства.

— ...

Воцарилась самая неловкая тишина в мире.

Родственники по материнской линии, которую я никогда не видел, и которую они тоже никогда не видели.

Это была встреча, на которой нам предстояло познакомиться.

— Вот значит как. Этот ребенок...

Если моим первым впечатлением от них была неловкость, то каково было их?

— Фу-у...!

Высокий мужчина с короткой бородкой, Терин, запнулся на полуслове и прикрыл глаза рукой.

Я не мог понять, какие мысли скрываются за этим нахмуренным выражением лица.

— Значит, ты... ты...

В отличие от него, реакция Зайфа была куда более прямолинейной.

Хвать!

Опустив корпус, он протянул ко мне свою огромную ладонь.

— У-у-у-а-а-а!

Зайф, чьи руки напоминали медвежьи лапы, обхватил меня за плечи и зарыдал.

— Так похож, так похож! Вылитая Клэр! У-у-у-а-а-а!

По крепости разнесся дикий вой, и было неясно, плачет он или ревет.

— Эм, послушайте...

Я был ошеломлен внезапной ситуацией, но все же огляделся, чтобы увидеть реакцию остальных.

— Это сын госпожи Клэр?!

— И правда, копия госпожи...

Кто-то опустил голову с печальным лицом, кто-то вытирал слезы краем одежды.

«Похоже, ее здесь очень любили».

Герцогиня Клэр скончалась сразу после моих родов, значит, это было пятнадцать лет назад.

Столько времени прошло, а реакция все еще такая острая.

Казалось, мое существование для этих людей значило гораздо больше, чем я предполагал.

***

— К-к-как, сын госпожи Клэр?!

Услышав слова маркграфа Кранца, старшая горничная вскрикнула от изумления.

— С-скорее, проводите его внутрь! Скорее!

— Что у нас есть из сегодняшних припасов? Н-несите все, что есть! Все!

То ли от шока, то ли от радости, горничные начали суетливо бегать по всему дому.

«К чему такая суета из-за гостя...»

Следуя за горничными в столовую, я осматривал убранство особняка.

Внутри крепости, в резиденции маркграфа Кранца, трехэтажный деревянный дом выглядел совсем иначе, чем особняки Райнландов или других дворянских семей.

Вместо свечей — факелы.

Вместо ковров — шкуры диких зверей.

Вместо мечей и щитов — топоры и латные рукавицы.

Но все эти экзотические виды померкли по сравнению с тем, что предстало передо мной дальше.

— ...

Да.

По сравнению с этим количеством еды, конца которой было не видно.

— Похоже, приветственная церемония намечается грандиозная.

— И даже приборы стоят только для одного. Похоже, все это предназначается тебе одному?

Нет.

Этого не может быть.

— Послушайте, это что...

Пытаясь отринуть слова Анхель, я перевел взгляд на горничную, которая нарезала мясо рядом со мной.

— Прошу прощения, молодой господин. Мы готовили в спешке, поэтому смогли собрать только это.

Горничная с виноватым видом склонила голову, и у меня дернулся глаз.

Что я сейчас услышал?

Только это?

Только это?!

— Ешьте, сначала попробуйте это.

— Нет, просто оставьте, я сам, м-м-м?!

Тщательно приготовленный сэндвич оказался у меня во рту.

— А потом есть еще закуски, если будет мало, обязательно скажите! Понятно?!

— М-м-м? М-м-м-м-м!

Я пытался жевать набитый едой рот и отрицательно качать головой.

Приветствие — это хорошо, но не слишком ли это?

— Фух!

Проглотив кусок хлеба, я тут же открыл рот:

— Нет, правда, спасибо! Как я могу съесть столько... м-м-м?!

Но не тут-то было.

Хорошо прожаренная оленина заткнула мне рот, не дав закончить протест.

Бесполезно.

Эти люди, похоже, и не думали меня слушать.

— Здесь не нужно так церемониться! Госпожа обычно съедала в два раза больше!

Обычно съедала в два раза больше?

Моя мать была человеком или каким-то огромным оугром?

— Вы совсем исхудали!

— И правда. Сколько же вам пришлось пережить в главной ветви...

Что за чушь они несут?

Разве вы не видите меня впервые?

Не знаю, сколько еще продолжался этот пищевой террор.

— Хватит. Если продолжите, вы его загоняете.

Бесконечная пытка едой прекратилась лишь благодаря вмешательству моих дядей.

— Ха-ха-ха! А ты оказался не таким уж прожорливым, как казалось!

Зайф громко рассмеялся, а ко мне подошел Терин.

— Пойми их. Они просто растерялись, ведь гость приехал спустя столько лет.

В его руках была чашка с соком лесных ягод, в который добавили колотый лед.

— У меня уже места нет, чтобы это влезло.

— Поэтому я и принес. Пей.

Ладно, хуже не будет.

Я сделал глоток, решив довериться ему.

— О-о.

Тяжесть в желудке заметно утихла.

Это было лучшее, что мне предлагали здесь до сих пор.

— Вы сказали, что мать съедала в два раза больше...?

— Зайф и Клэр были... немного особенными. Здесь не все такие.

Терин сказал это, глядя, как Зайф снова набросился на еду.

«Значит, она все-таки съедала все это».

Я вспомнил портрет герцогини Клэр.

В отличие от прекрасной герцогини Присциллы, она была женщиной с мягкими и добрыми чертами лица.

Но ее земляки — с татуировками и топорами, да и сама мать, оказывается, проводила время в такой компании.

Я никак не мог привыкнуть к этой картине.

— Я наслышан о новостях из главной ветви, — сказал Терин, присев рядом.

— Твоя роль в гражданской войне была весьма значимой.

— Да.

Я не стал отрицать.

Это правда, что мы победили благодаря мне.

Терин тяжело вздохнул и продолжил:

— И теперь ты здесь, чтобы заручиться нашей поддержкой.

Стоило ему это произнести, как Зайф, занятый едой, вмешался:

— Ха! И вот теперь они выставляют вперед ребенка!

В его голосе звучал гнев.

— Где они были, когда орды монстров прорывались через стену?! А?!

— Зайф...

Маркграф Кранц, сидевший во главе стола, попытался его остановить, но тот не собирался униматься.

— Эта их гражданская война, эти их семейные разборки!

— ...

— А теперь они приходят и говорят: «Мы дадим Северу независимость, помогите нам»?! Смех да и только!

Его слова заставили меня снова вздохнуть.

«Прежде чем встречаться с другими племенами, нужно убедить хотя бы этих...»

Владения Юстиа были наиболее лояльными к главной ветви среди всех нейтральных землевладельцев.

Если даже здесь говорят такое, то мысли остальных были очевидны.

— Зайф выразился грубо, но я думаю так же, — сказал Терин, глядя мне в глаза.

— То, что хаос в Райнланде закончился — это хорошо, но это не значит, что мы их признали.

Это был не всплеск эмоций, а глубоко затаенный гнев.

Мне казалось, что убедить его будет куда сложнее, чем Зайфа.

Но.

— Я знаю.

На мой ответ все сидящие за столом уставились на меня.

— Именно поэтому Райнланд доказал вам свою состоятельность, уничтожив боковую ветвь.

— ...Доказал?

На вопрос Терина я ответил спокойно:

— Райнланд не склонился перед империей и не встал перед ними на колени.

Они не отвернулись от них.

Сказав это, я добавил еще кое-что:

— И теперь я докажу это вам лично.

Они защищали меня.

Теперь пришла моя очередь защищать их.

Только и всего.

— Райнланд станет сюзереном Севера.

— --