Степь запомнит нас навек (1)

104. Степь запомнит нас навек (1)

— Сбежал?

Кабинет правителя.

Выслушав доклад гонца, маркграф Терейн переспросил.

— Да, господин. Согласно донесению стражи, два часа назад ворота покинули два верблюда...

— Значит, эти ублюдки из «Опавших листьев» провалились.

Вспомнив самоуверенное лицо того наемника, маркграф Терейн спросил:

— Что с Туменом?

Стоило ему назвать имя отправленного на подмогу рыцаря, как лицо гонца помрачнело.

— Жизни ничего не угрожает, но в его состоянии он больше не сможет...

— Значит, с рыцарским долгом покончено.

Маркграф ненадолго задумался, а затем произнес:

— Нужно отправить письмо в столицу. Там как раз пустовало место инструктора в рыцарской академии, для него это будет в самый раз.

Умение платить за верность и преданность — истинная добродетель аристократа.

Он был жаден, но не лишен благородства.

— Изумительно. Просто поразительно.

В отличие от прочего сброда империи, Тумен был рыцарем, которого он обучил лично.

И все же какой-то пятнадцатилетний малец сумел одолеть его.

И ладно бы это был другой рыцарь, но ведь обычный некромант!

— Неужели эти хваленые убийцы, провалившие покушение, настолько бездарны?

Пробормотав это под нос, маркграф Терейн посмотрел в окно.

— Или же способности молодого господина Кляйна превосходят все ожидания?

Ответ он уже знал.

Пятнадцать лет.

Возраст, когда в лучшем случае лишь впервые пробуют свои силы на турнирах.

То, что столь юный отрок сумел вырваться из когтей кровожадных убийц, уже выходило за рамки нормального.

«И это еще не все».

Сразу после нападения юноша покинул город.

Он отправился прямиком в пустыню, кишащую призраками и чудовищами, причем посреди глубокой ночи.

«Он бежал не от страха. Это был четкий, холодный расчет».

Ни тени паники, словно он заранее предвидел подобный исход.

Убедившись в этом, маркграф Терейн окончательно уверился в своей догадке.

Этот мальчишка — далеко не простой ребенок.

«Я собирался лишь выведать, что творится у него в голове, но дело приняло совсем иной оборот».

Первоначальная цель в виде раскопок императорской гробницы уже вылетела у него из головы.

Теперь все его внимание было приковано исключительно к молодому господину Кляйну.

Его действия, слишком уверенные и дерзкие для юношеского безрассудства, завораживали.

— Ха-ха-ха-ха!

Молча созерцавший пейзаж за окном маркграф вдруг разразился громогласным хохотом.

— В-ваша милость?..

Всегда скучающий и бесстрастный правитель вдруг смеется.

Ошеломленный гонец не знал, что и сказать, когда маркграф вновь заговорил:

— Забавно. Как же это забавно!

Он испытывал искренний восторг.

Что произойдет, когда этот мальчик вырастет?

Что, если он займет не шаткое положение второго сына, а станет реальной силой в семье?

От одной этой мысли по спине пробежал приятный холодок.

Впервые за долгое время его кровь по-настоящему закипела.

— Гонец!

— Да, господин!

Услышав зычный окрик, вестник тут же вытянулся по струнке.

— Поднимай рыцарский орден. Приведите молодого господина Кляйна ко мне!

— Будет исполнено!

Повод для этого был более чем весомый.

Ведь юноша первым поднял руку на его рыцаря.

То, что это была самооборона после нападения?

Смехотворно.

Свидетелей нет, так кто сможет это доказать?

— И еще кое-что.

Словно этого было мало, маркграф Терейн добавил:

— Отправляйся к племени Синего Моста.

— ...!

При упоминании этого имени гонец судорожно сглотнул.

Племя Синего Моста.

Коренные жители, избравшие своим домом кишащую нежитью и монстрами восточную пустыню.

И в то же время — наемники, которых тайно спонсировал сам Терейн.

— К этому моменту их новый вождь уже должен был прийти в себя.

Пробормотав это под нос, маркграф Терейн обратился к гонцу:

— Передай ему: если они схватят и доставят мне молодого господина Кляйна, я осыплю их золотом.

***

Дорога во Флисиан.

Солнце, заливавшее полуденную восточную пустыню, светило невыносимо ярко.

— Фух...

Разумеется, словом «ярко» этот знои описать было невозможно.

Изнывая от жары, которая не просто парила, а буквально поджаривала заживо, мое и без того слабое тело стремительно теряло последние силы.

— Молодой господин! Посмотрите сюда! Тут так просторно!

— Надо же...

Арин весело резвилась под палящим солнцем, когда температура перевалила за пятьдесят градусов.

Вновь осознав, что она далеко не человек, я перевел взгляд на верблюда, на котором ехала Стелла.

— Бээ-э-э...

Зажатая между двумя горбами монахиня безжизненно свисала вниз.

Вид у нее был скорее как у бесформенного тюка, нежели у живого человека.

— Не раскисайте. Нам осталось совсем немного.

Пока я говорил, звук шагов верблюда, мерно ступавшего по пустыне, изменился.

Топ. Топ.

Вместо мягкого шуршания песка послышался отчетливый стук копыт о каменные плиты.

Услышав это, я тут же развернул карту и сверился с положением солнца.

— Отлично. Мы на месте.

С этими словами я спешился.

— Опасно так беспечно ступать на песок.

— Не беспокойтесь. Здесь под ногами не песок.

Сложив пальцы в печать, я призвал врата призыва.

Гр-р-р...

Вскоре передо мной предстали около двух десятков скелетов.

— Зачем вам вдруг понадобилась нежить?

— Как зачем? Работы невпроворот.

Отвечая Стелле, я сменил экипировку скелетов.

Оружие, знакомое каждому, с широким лезвием и прочным черенком.

Вечный спутник любого солдата.

Лопата.

— Видите каменный пол внизу? Раскопайте его так, чтобы проступили очертания.

...

Кви-ик?

Скелеты замерли в безмолвии, а затем уставились на меня, словно требуя объяснений.

Квии-и-и-и!

Вслед за этим раздался протяжный скрежещущий стон.

Это был своего рода протест в духе: «Я и после смерти должен махать лопатой?»

— Разве в контракте был пункт, запрещающий земляные работы? Живее шевелитесь.

Скелеты пытались взывать к справедливости, но тщетно.

Сколько лет я уже практикую некромантию?

Покорившись воле хозяина, они принялись разгребать пустынные барханы.

— Дожили. Нежить уже права рабочих качает.

Надо было внимательнее читать условия, когда ставили свои печати на контракте.

Смерть еще не гарантирует, что вас никто не обведет вокруг пальца.

— Молодой господин! Я знаю людей, которые занимаются тем же, чем и вы!

— И кем же?

Наблюдая за тем, как я помыкаю скелетами, Арин высоко подняла руку.

— Эм... Коррумпированные чиновники! И еще злые, алчные дворяне!

— ...

Кто тебя научил таким плохим словам?

— Друзья из приюта!

Я погладил по голове Арин, которая лучезарно улыбалась, явно гордясь своими познаниями.

«Алчный дворянин» — это уж слишком сурово.

Кто бы ни научил ее этому, когда вернемся, оставлю его без подарка.

— Что все это значит?

Тем временем Стелла, кажется, окончательно пришла в себя.

Она медленно побрела в мою сторону.

— Могли бы и дальше валяться на верблюде.

— Я бы с радостью, да только солнце нещадно печет спину.

С этими словами Стелла с любопытством спросила:

— Каменные плиты посреди пустыни...

— Это не просто плиты.

Ответив ей, я устремил взор на каменный пол, который усердно раскапывали скелеты.

— Это врата.

Гу-у-у-у...

Из-под толщи песка показалась колоссальная каменная платформа.

Черные плиты резко контрастировали с белоснежным песком.

— Помните, я говорил, что в пустыне сокрыта императорская гробница древней империи?

— Хотите сказать, эти плиты — вход в нее?

— Именно так.

Сказав это, я направился к самому центру платформы.

«То, что источник наводнившей пустыню нежити находится именно здесь — неоспоримый факт...»

Моя цель — подчинить своему легиону нежить, покоящуюся под этими вратами.

А значит, для начала нужно проникнуть внутрь.

«Прорываться силой и настраивать против себя местных обитателей не хочется. Нужно войти через парадный вход, соблюдая все условности...»

Погруженный в эти думы, я ощупывал каменную поверхность, как вдруг...

— О?

Мои пальцы наткнулись на странную неровность и замерли.

— Тц.

Прямо посередине гладкой черной плиты виднелось небольшое углубление.

Взглянув на него, я досадливо цокнул языком.

— Будь это магическая формула или плетение маны, я бы что-нибудь придумал.

Но ключом к этим вратам служила кровь.

И не абы какая, а кровь потомков империи Айсиньгиоро, воздвигшей эту усыпальницу.

— Вот же дерьмо. Дохлый номер.

Я разочарованно вздохнул и поднялся на ноги.

Империя Айсиньгиоро канула в лету и упоминалась лишь в исторических хрониках еще в те времена, когда я был Архимондом.

Отыскать их потомков сейчас было задачей абсолютно невыполнимой.

— Думал проверить по дороге, но, похоже, ничего не выйдет.

Пока я в раздумьях чесал затылок...

А-а-а-а-а!

Пронзительный крик парящей в небе банши эхом отозвался в моих ушах.

— Хм?

— Что она говорит?

Услышав донесшийся с небес потусторонний вопль, Стелла повернулась ко мне.

— Сюда кто-то приближается. Несколько сотен всадников.

— Преследователи маркграфа?

— Вполне возможно.

Я знал, что за нами отправят погоню, но не думал, что они настигнут нас так быстро.

Слегка напрягшись, я синхронизировал свое зрение со взором банши.

Глухой топот копыт...

В широком поле зрения банши на самом краю горизонта взметнулось облако пыли.

Всадники мчались во весь опор, уверенно управляя лошадьми, словно пустыня была их родным домом.

«...

Постойте-ка».

Глаза банши виднят не физическую оболочку живых, а их души.

Вглядевшись в их души, в корне отличавшиеся от душ жителей империи, я прищурился.

А в следующий миг...

— Ха-ха-ха!

Я просто не смог сдержать внезапный порыв смеха.

— Вы что? Перегрелись на солнце?

— Сама только что едва живая валялась, а еще на меня ворчишь, — беззлобно огрызнулся я, но улыбка так и не сошла с моего лица.

— Я тут ломал голову, где достать ключ, а он сам бежит ко мне в руки.

— ...

Что?

Стелла недоуменно наклонила голову, явно не понимая, о чем я говорю.

— Аул!

Я позвал черную сову, сидевшую на голове у Арин.

Момент был как нельзя более подходящим.

Самое время проверить, на что способна эта птица.

Угук!

Аул тут же подлетел ко мне и опустился на выставленный палец.

— Раз уж ты теперь со мной, пора бы и пользу приносить.

— ...?

Стелла удивленно спросила:

— Но ведь это просто почтовая сова. Что еще она может сделать?

— О, поверьте, может.

Вспомнив истинный облик этого существа, который я узрел в подземельях исправительного дома, я подбросил его высоко в воздух.

Воскресив в памяти тот образ, я подбросил птицу высоко в небо.

И в то же мгновение...

Вспышка!

Крошечная сова размером с кулак начала стремительно раздуваться, превращаясь в исполинского монстра, превосходящего меня ростом.

— Ой... Ой-ой!

Изумленная Стелла только открыла рот, чтобы что-то сказать, как вдруг...

Квии-и-и-и!

Оглушительный, пронзительный клекот, от которого закладывало уши, разнесся над бескрайними песками.

— Видишь тех парней, что мчатся сюда?

Спросил я, обращаясь к принявшему истинный облик Аулу.

— Разгони их хорошенько. А как именно — решай сам.

Стоило мне отдать приказ...

Взмах!

Аул взмахнул могучими крыльями и устремился навстречу приближающемуся облаку пыли.

— Э-эм... Значит, эта сова...

— Для почтовой птицы она великовата, верно?

С этими словами я тут же сложил пальцы в новую печать.

— Что ж, время мы выиграли. Теперь пора разобраться с остальным сбродом.

Собрав сочащуюся из сердца ману смерти, я заговорил замогильным голосом:

— Вы ведь только что ворчали, что я заставляю вас попусту махать лопатами?

Гу-у-у-н!

На белоснежном песке разверзлись исполинские врата призыва.

— Как вы и хотели, пришло время для настоящей работы.

С этими словами из врат хлынули мои легионы нежити.

Лязг. Лязг.

Скелеты маршировали, выстраиваясь в безупречные шеренги.

Первый ряд ощетинился ростовыми щитами и глефами.

А следом за ними бесконечным строем шли многочисленные скелеты-щитоносцы.

— Всем занять позиции.

Стоило мне поднять руку и отдать команду...

Шурх!

Стена щитов мгновенно сомкнулась передо мной единым монолитом.

И-и-и-го-го!

И как только сквозь клубы пыли показался авангард вражеской конницы...

— Лучники. Залп.

Фью-ю-ю-ить!

По моему приказу из-за стены щитов в небо взмыл смертоносный дождь из сотен арбалетных болтов.