Нордвинт (3)
Гур-гур.
Джин Кларк, глава Имперского гвардейского ордена и величайший рыцарь императорского дворца.
От того человека, что некогда купался в уважении и зависти всех имперцев, не осталось и следа — теперь напротив меня стояло лишь чудовище.
— Ты всё еще не устал подниматься, командир Иан?
— Приходится. Уж поверь, выбора у меня нет.
И я ведь просил не называть меня командиром.
Ублюдок ты этакий.
Я пробормотал это про себя, не ожидая ответа.
В конце концов, один из нас здесь сегодня умрет.
С этой мыслью Иан вновь выровнял стойку.
— Даже в таком состоянии я намерен исполнить свой долг дяди до конца.
— …
— Я ведь наговорил тебе кучу пафосных слов, мол, «иди вперед, я сам справлюсь», так что было бы позорно вот так просто свалиться.
Ка-ан!
От внезапного удара тело Иана качнулось.
Даже пытаясь отбить атаку, выжимая остатки маны, я чувствовал, как зрение мутнеет, а ноги вот-вот подкосятся.
— До чего же прискорбно, командир Иан. Кто бы мог подумать, что глава Рыцарей Небесного Крыла станет настолько слаб.
— Хе-хе, сколько мне лет? Разве это не естественно?
— …Естественно?
На это равнодушное замечание Иана Джин впервые отреагировал.
А в следующее мгновение.
Ка-ан!
Джин оттолкнулся от земли и бросился в лобовую атаку.
— Почему ты считаешь это естественным?
В его мече, до этого бездушно рассекавшем воздух, впервые проступили эмоции.
Не насмешка и не провокация — в его тоне слышалось искреннее непонимание.
Столь резкая перемена заставила Иана приподнять бровь.
Кири-рик!
— Стареть — значит ржаветь.
Разорвав сцепление клинков, Иан отступил, увеличивая дистанцию.
Но прежде чем он успел воспользоваться преимуществом расстояния, Джин вновь рванул вперед.
Используя Святую кровь, чтобы остановить старение, он довел силу ног до предела.
Именно это позволяло ему совершать столь неестественные движения.
— Тело, переставшее расти, с годами покрывается ржавчиной, а некогда стремительное мастерство застаивается и увядает.
Опыт, заложенный в самой сути Иана, сработал быстрее, чем он успел удивиться неожиданному выпаду.
— Черт…!
Установив меч вертикально, он нацелился на сустав правой руки Джина, одновременно отступая, чтобы минимизировать урон.
Только опытный фехтовальщик мог совершить такой маневр, и в большинстве случаев этого хватило бы, чтобы блокировать атаку и перейти в контратаку.
Однако.
Ка-как!
Крошечная брешь, возникшая в движениях Иана.
Джин, заметив ее, мгновенно вклинился в этот просвет.
Для Иана десятилетней давности такая ошибка была немыслима.
— Мышцы, что раньше двигались молниеносно, теперь запаздывают, а глаза, что читали ходы противника, застилает туман.
— Читать нотации слепому — вот уж действительно верх наглости!
Ка-ан!
Иан отбил клинок вверх, но это было ошибкой.
Меч Джина прошелся по плечу Иана, оставляя глубокий порез.
И без того помутившееся от кровопотери сознание поплыло, когда из раны хлынула кровь, и тело Иана пошатнулось.
— Посмотрите на себя, командир Иан. Старость — это такая трагедия.
Сказав это, Джин взглянул на свое тело, которое не менялось с молодых лет.
Ни сила, ни рефлексы, ни зрение, ни суждения.
Ничто в нем не притупилось.
Его меч продолжал расти, становясь сильнее даже в этот самый момент, пока он скрещивал клинки с Ианом.
А что же старик, стоящий напротив?
Руки, что когда-то уверенно держали меч, иссохли и вот-вот сломаются от пары ударов.
Глаза, что некогда светились умом, пытаясь разгадать его тактику, ослепли — он не видел даже того, что творится прямо перед ним.
Ноги, что всегда стремились обогнать его, окончательно одряхлели, и теперь он едва мог стоять без трости.
Величайший самородок Имперского ордена превратился в подобие уличного бродяги.
Даже с учетом накопленной маны, то, что он до сих пор держался против него, было чудом.
— В тот день я ясно сказал тебе: прими Святую кровь и давай увидим предел мастерства вместе.
— …
— Брось эту никчемную месть и позволь таланту, что дремлет в твоем теле, расцвести.
В его глазах Иан был гением, постигшим все техники рода Райнланд еще до того, как взял в руки настоящий меч. Воплощение меча, освоившее все стили континента до двадцати и создавшее свою школу до тридцати.
Одаренный безграничным талантом, он всегда следовал за ним, полный жизни.
Именно Джин принял Иана в ученики, когда тот ушел из дома, уступив титул брату.
— Почему же ты отверг мое предложение?
— …
— Неужели ты не боялся превратиться в дряхлую развалину? Неужели тебе не было противно гнить заживо?
Тон, которым он обращался к нему, изменился, и в голосе зазвучали чувства.
Рыцари, знавшие его обычного, были бы крайне удивлены.
Но Иан пропустил эти слова мимо ушей, не испытав особых эмоций.
Джин Кларк.
Его учитель никогда не был таким бесчувственным, как думали остальные.
— Я боялся. И мне было противно.
Иан усмехнулся и крепче сжал рукоять меча.
Когда-то он восхищался этим человеком.
Его широкой спиной, защищавшей Империю, и мечом, который, как казалось, невозможно догнать.
И даже тем, как он наслаждался каждым поединком с ним.
Но.
— Я до смерти боялся стать таким, как ты.
Теперь — нет.
Тот образ, когда он, стоя на телах преданных товарищей, просил меня стать таким же чудовищем, как он сам.
— Бояться времени, которое проходит для всех без исключения, и извиваться, пытаясь выжить любой ценой… это было до тошноты отвратительно.
Вся эта уродливая психология, эта жажда силы.
Мой учитель был монстром.
— Но сейчас… я даже не знаю, что и сказать, старик Джин.
Сказав это, Иан поднял полные усталости глаза на врага, стоявшего напротив.
— Ты выглядишь настолько жалко, что мне даже смотреть на тебя больно.
— …!
Что ты несешь?
Ты, дряхлый и больной старик.
Ты, чей талант и потенциал давно сгнили, смеешь смотреть на меня с таким видом, будто постиг истину?
— …Хорошо же ты болтаешь.
Этот его вид невыносимо раздражал.
Если оставить его в покое, казалось, что все, чего я достиг, будет обесценено.
Убийство товарищей, господина, целого королевства.
Вся моя жизнь, отсекавшая всё ради силы, словно теряла смысл.
Ки-и-и-и!
Слова были больше не нужны.
Вложив всю доступную ману, я бросился вперед.
Защита открыта, глаза Иана смотрят куда-то в сторону…
Смотрят в сторону? «Иан Райнланд в такой ситуации отвлекается?» В тот момент, когда этот вопрос промелькнул в голове.
Срык!
Перед глазами возникла фигура, которой там быть не должно.
Размытый силуэт, похожий на призрака.
— …!
Сгустившись, он поднял меч и преградил мне путь.
Ку-ква-а-а-анг!
Раздался взрыв, сотрясший округу, но тела Иана, на которое он рассчитывал, там не оказалось.
Перед ним стоял рыцарь в доспехах и плаще рода Райнланд.
Взглянув на лицо Иана, Джин мгновенно осознал: тот вовсе не отвлекался.
Скег!
В тот момент, когда его прямой выпад был заблокирован, он почувствовал резкую боль в спине.
Нет, не только в спине.
Плечи, бедра, лодыжки, позвоночник.
Все части тела, необходимые для владения мечом, отсекались с точностью, словно измеренной по линейке.
Всесторонняя атака, проведенная одновременно, без малейшей задержки.
В его памяти, охватывающей сотни лет жизни рядом с императором, был лишь один фехтовальщик, владевший такой техникой.
— Призрачный… Меч?
Секретная техника предыдущего герцога Райнланд, Руделя Райнланда.
Техника, утраченная после его смерти и считавшаяся невозможной к воспроизведению.
Сейчас она в совершенстве расчленяла его тело.
Тер-р-р!
Словно все его прежнее превосходство было ложью, огромное тело Джина бессильно рухнуло.
С трудом подняв голову, он увидел Иана, а перед ним — того самого рыцаря, заслонившего его.
— Как…!
Рудель Райнланд.
Создатель Призрачного Меча и шестой герцог Райнланд.
Тот, кто погиб на поле боя десятки лет назад, смотрел на него с тем же лицом, что и при жизни.
***
— Что, как…?!
Мельдир, полностью слившийся с грудой плоти за троном.
Он недоуменно оглядывался, видя окруживших его рыцарей.
— Наконец-то этот день настал, император.
Второй герцог Райнланд.
Величайший фехтовальщик, Белкерс Райнланд, закинул свой огромный меч на плечо и скривил губы.
— Думал, мы, Райнланды, будем молча терпеть твои козни? Как же ты ошибался.
Третий герцог Райнланд.
Самый прекрасный фехтовальщик, Сильвия Райнланд, направила на него рапиру, пропитанную чистым ветром.
— Если ты двести лет собирал людскую кровь, то мы, Райнланды, все это время собирали мечи.
Четвертый герцог Райнланд.
Самый быстрый фехтовальщик, Зикхарт Райнланд, смотрел на него, опустив два своих любимых клинка.
— И вот теперь. Мечи, хранившиеся в мавзолее, и их владельцы прибыли на поле боя.
Пятый герцог Райнланд.
Самый сияющий фехтовальщик, Рейпольд Райнланд, наполнил маной рукоять без лезвия.
У-унг!
Световой меч, состоящий из чистой маны, вспыхнул, готовый к удару.
— Итак, где же нынешний герцог Райнланд? Хотел взглянуть на личико милого внучка, раз уж мы выбрались.
— Шестой сейчас воссоединяется с семьей. А седьмой малец вместе с другими рыцарями перемалывает монстров.
— Все предки собрались, а двое младших отсутствуют! Райнланды совсем с ума посходили?! Ха-ха-ха!
— А еще далекий потомок умудрился снести голову самому основателю, вот почему я не хожу к гадалкам.
Все они были выдающимися фехтовальщиками своего времени, и характеры, и манера речи у них были под стать.
Но когда я увидел тех, кто появился следом, напряжение в плечах мгновенно исчезло.
— До последнего не верил, но мы действительно стоим на одном поле боя с этим парнем.
Те, кто вышел вперед, произнося это, были мне куда ближе.
— Вы…
— Что, забыл наши лица за 200 лет, Архимонд?
Рыцарь Красной телеги, Родрик.
Рыцарь Черного щита, Дерик.
И одиннадцать рыцарей, что вместе с Беркелем штурмовали Ледяной замок.
— Ты даже не представляешь, как мы тебя проклинали, когда увидели твою рожу в мавзолее!
— Творил всякую дичь, а нашего старшего и вовсе превратил в Рыцаря смерти.
— Пу-ха-ха! Рейвен, что это за доспехи? Ничуть не изменились с тех пор, как ты был жив!
— С кем поведешься, от того и наберешься, он всегда был мрачным типом.
— Удивительно, как ты сдружился с этим чурбаном. Рейвен ведь до встречи с нами и друзей-то не имел.
Отряд Беркеля, шагающий так, будто они вышли на прогулку, сжимая в руках свои мечи.
— Вы, ребята… даже спустя 200 лет такие же шумные.
Рейвен, первый рыцарь, на мгновение переведя дыхание, вышел вперед, чтобы поприветствовать их.
Рыцари, воссоединившиеся спустя 200 лет.
Нордвинт, пропитанный волей Беркеля, отозвался звоном, словно отвечая на их приветствие.
— Что, как они все оказались в одном месте…!
— Вот в чем заключался истинный план Беркеля Райнланда.
Цва-анг!
Когда я поднял ярко сияющий Нордвинт, призванные рыцари разом подняли свои мечи.
Мастерство, признанное в Мавзолее мечей.
Навыки некроманта, управляющего душами мертвых.
И вычислительные мощности Ледяного замка, позволившие призвать их всех сюда.
Беркель не зря распорядился моей душой — все было ради этого момента.
— Вперед.
Я поднял Нордвинт, и все остальные рыцари приняли боевые стойки.
— Архимонд, что ты, черт возьми…!
— Есть лишь один способ убить бессмертное существо, способное к бесконечной регенерации.
Глаза императора расширились, когда он услышал мои слова.
Способ убить бессмертного.
Простой, если вдуматься, но в нынешних условиях — практически невозможный.
— Уничтожить все части тела одним единственным ударом.
— А-а-а! А-а-а-а-а!
Он запоздало попытался собрать всю свою силу для защиты, но сам прекрасно понимал.
Здесь собралась квинтэссенция рода Райнланд, накопленная за 200 лет.
Даже если он вытянет всю силу из замка, император не сможет блокировать эту атаку.
Ку-о-о-о-о!
Их воля, прошедшая через Ледяной замок, влилась в меня.
Синхронизировав разные частоты, я направил атаки более чем двадцати фехтовальщиков по оптимальной траектории.
— Направление — фронт, техника — Юстиция меча.
Секретная техника Юстиции меча, пропущенная через мой разум, пропитала мечи множества рыцарей.
Сияние маны, синхронизированное в десятки слоев, ярко вспыхнуло, медленно растворяя грязную кровь и плоть, окружавшую императора.
— На этом все кончено.
С короткими словами я опустил меч, поднятый высоко в небо.
Десятки ударов, нанесенных десятками героев, слились в единый поток, и ослепительный свет залил все вокруг.
Па-а-а-ат!
Ослепительно белый свет, стерший звуки и даже чувства.
Чувствуя, как исчезает существование императора, я тихо закрыл глаза.
— --