К заснеженной стене (2)

— …

— …!

Стоило мне, облаченному в мундир, произнести эти слова, как в лазарете воцарилась затяжная тишина.

Скрип!

Впрочем, едва ли это можно было назвать тишиной.

Взоры Борана и остальных рыцарей, устремленные на меня, были полны такой свирепости, словно перед ними стоял заклятый враг.

«Пусть говорят о падении и упадке, но величие герцогского рода так просто не вытравить».

Ситуация зашла слишком далеко — теперь ни одна из сторон не могла позволить себе малодушное отступление.

И все же в этом противостоянии преимущество было на моей стороне, ведь за моей спиной стояло имя Райнландов.

«Разумеется, когда Хайнкель получит рапорт, он мне этого не спустит».

Я подавил дрожь, пробежавшую вдоль позвоночника.

«Прибыв на Барьер, чти местную иерархию».

Наставление, которое Хайнкель дал мне перед отъездом, было в пух и прах разбито всего через три дня.

Я даже не представлял, как буду расхлебывать последствия.

«Пусть делает что хочет. Они первые начали, так что мне терять?»

В тот момент, когда я, подавляя растущую тревогу, встретился взглядом с Бораном, раздался голос.

— П-простите…!

Тишину, натянутую до предела и готовую взорваться от малейшего касания, нарушил робкий голос целительницы по имени Фион.

— Раны молодого господина глубоки. Пожалуйста, визиты… позже…

Воцарилось еще одно мгновение безмолвия.

Однако, услышав слова Фион, Боран внимательно всмотрелся в мое лицо.

«Должно быть, он и сам хочет на этом закончить».

Боран, стоящий сейчас передо мной, был вице-капитаном.

Хоть он и принадлежал к закрытому ордену Ворона, его положение не позволяло открыто пренебрегать титулами и сословной иерархией.

— …Будем считать, что я не слышал ваших слов.

Стоило Борану сухо бросить эту фразу и сделать знак рукой, как окружившие меня рыцари мгновенно отступили.

— Прошу прощения за беспокойство. Позвольте откланяться.

С этими словами рыцари покинули лазарет.

Когда их шаги, звучавшие куда тяжелее, чем по прибытии, окончательно затихли вдали.

— Фу-ух!

Напряжение схлынуло, и я с тяжелым вздохом облегчения опустился на кровать.

— Ха-ха, похоже, благодаря этой девчушке тебе удалось избежать худшего?

Иан, с явным удовольствием наблюдавший за этой сценой, подал голос, и я, расслабившись, ответил ему в тон.

— И не говорите. Я уже всерьез подумывал, не обнажить ли клинок.

Сказав это, я с улыбкой обратился к целительнице Фион, которая все еще не сводила с меня глаз.

— Благодаря вам все закончилось миром. Спасибо.

— А… да…?

Увидев, что недавняя свирепость бесследно исчезла, Фион вздрогнула.

«Ну не на нее же мне срываться, в самом деле».

Ссориться с целителями на Барьере — всё равно что подписать себе смертный приговор.

Это было бы чистым самоубийством.

К тому же эта девушка ухаживала за мной целую неделю, так что у меня не было ни малейшей причины враждовать с ней, как с теми рыцарями.

— Ох, поглядите-ка, как голос-то переменился перед дамой. Ты что, страдаешь раздвоением личности?

Однако Иан, судя по всему, моих доводов не разделял и лишь с досадой поморщился.

— Не мелите чепухи, дядя. И вообще…

Я пропустил его колкость мимо ушей и продолжил.

— Встреть вы того, кто действительно страдает раздвоением, вы бы так не шутили.

Сквернословящая принцесса из Полвайверна.

Я вспомнил о Лайе, но Иан лишь недоуменно склонил голову, не понимая, о ком речь.

— Как бы то ни было, что ты намерен делать дальше?

Впрочем, его любопытство быстро сменилось серьезностью.

Прекратив пустую болтовню, Иан обратился ко мне с предельно строгим видом.

— Твоя и без того скверная репутация теперь пробьет дно, и всё пребывание на Барьере превратится для тебя в пытку.

Иан был прав: бросив вызов вице-капитану, я нанес сокрушительный удар по их гордости.

Но я ни о чем не жалел.

Чем пытаться заслужить их доверие жалкими уговорами, было куда проще и быстрее самому перешагнуть через Барьер и выйти наружу.

К тому же, недавняя словесная перепалка принесла и свои плоды.

— Уж лучше прослыть безумцем, чем торчать здесь в роли обузы.

Я ответил, вспоминая лица рыцарей, что смотрели на меня.

Поначалу в их глазах читалось лишь пренебрежение или безразличие.

Теперь же их взгляды сменились враждебностью и, что важнее, настороженностью.

— По крайней мере, теперь они видят во мне врага, а не никчемного слабака, верно?

С этими словами я распаковал свои вещи и принялся записывать некромантские формулы в пустую тетрадь.

— Только прибыл, успел со всеми пересобачиться, а теперь за что взялся?

— У меня впереди три дня на восстановление. Вместо того чтобы бездельничать, лучше займусь подготовкой.

Белоснежные страницы стремительно заполнялись рунами, символами и связующими их геометрическими линиями.

Увидев это, Иан в изнеможении покачал головой.

— Я-то думал, мы здесь будем мечами махать, но, похоже, покоя нам не видать.

***

— Здесь?

— Следы ведут сюда. Сомнений нет.

За пределами Барьера.

В лесах северо-восточной тундры.

Двое мужчин пробирались через бесплодные земли, где не выживали даже лесные насекомые.

Арбалеты за спинами, короткие копья в руках.

Закутанные в меха и обутые в снегоступы, они были Дозорными, охранявшими Барьер.

Не обращая внимания на пронизывающий до костей холод, они исполняли свой долг.

— Рыцари небось в тепле на постах прохлаждаются, пока наши ребята тут вконец выматываются.

— Рыцари — это те, кто уничтожает монстров, которых мы находим. Не стоит так о них отзываться.

В ответ на замечание товарища ворчливый напарник лишь примирительно махнул рукой.

— Ну а что там с тем молодым господином? Слышал при смене караула, что он с вице-капитаном схлестнулся.

Впрочем, кто откажется от возможности скоротать время за разговорами во время задания.

Мужчина усмехнулся, услышав этот вкрадчивый вопрос.

— Придержи язык. Он всё-таки сын герцога.

— Пфе, какой он там господин.

Несмотря на предостережение, напарник лишь презрительно хмыкнул.

— Говорят, натворил дел в столице и сбежал сюда. Барьер им что, свалка для отбросов?

— Кто знает. Поговаривают, он много чем промышляет.

Хотя в адрес Райнландов летели проклятия, мужчина не спешил затыкать товарища.

В отличие от рыцарей ордена Ворона, выходцев из рода Райнланд, Дозорные были местными, из поселений у Барьера.

Для них «главная ветвь» была лишь историей из далеких земель.

— Много чем, ага. Говорят, этот сопляк балуется некромантией?

— Это всего лишь слухи. Смотри не ляпни такого, когда вернемся.

Хоть мужчина и старался соблюдать приличия, незваный гость на Барьере и ему был не по душе.

В отличие от господина Делайна, славившегося своим мастерством и благородством, о Кляйне ходили самые зловещие толки.

Реинкарнация Архимонда, вторая жена, одержимая черной магией, и прочее в том же духе.

Потому, когда пришла весть о его прибытии, едва ли нашелся хоть кто-то, кто был бы этому рад.

За разговорами они незаметно достигли цели.

Небольшая прогалина, затерянная в самой чаще леса.

Повсюду виднелись следы человеческого пребывания и обглоданные туши животных.

— Стой.

Шедший первым подал знак, и его напарник тут же присел, настороженно озираясь.

— Экскременты. Свежие.

Мужчина ощупал примятую траву и развороченные кусты.

Разбросанные повсюду остатки еды и обгоревшие поленья свидетельствовали о том, что здесь кто-то разбивал лагерь.

— Даже следы не замели, и запах еды стоит на весь лес. Полные дилетанты.

Мужчина стянул с лица капюшон и зажал в зубах карандаш.

— Карту.

— Держи.

Приняв карту, он отметил на ней местоположение стоянки.

— Так и есть, это чужаки.

Мужчина процедил сквозь зубы, кривя рот в усмешке.

Подобные следы его товарищи находили на протяжении всей последней недели.

Если соединить их линиями, вырисовывался четкий маршрут.

— Быть не может, это же территория монстров!

Его напарник, прикрывавший тыл, недоверчиво переспросил.

Линия на карте пролегала аккурат через логово чудовищ.

Когда даже переход по заснеженной равнине был смертельно опасен, они шли напролом через земли тварей?

— Это не обычные люди. И их явно больше пары-тройки.

Свернув карту, мужчина устремил взор вглубь леса.

Судя по маршруту, мест, куда могла направляться эта таинственная группа, было совсем немного.

Теперь оставалось лишь вернуться к Барьеру и доложить рыцарям…

Шорох!

— Что это?!

Услышав шум в кустах, мужчина мгновенно вскинул арбалет.

Щелк!

Его напарник тут же развернулся в противоположную сторону, перекрывая слепую зону.

Движения были отточены и слаженны.

Однако мгновение спустя.

Фырк!

Из зарослей выскочил обыкновенный белый кролик.

— Черт, напугал-то как!

Увидев зверька, один из Дозорных с облегчением опустил лук.

— Пойдем, командир. Нам двоим там всё равно делать нече…!

— Твою мать!

В тот миг, когда он обращался к напарнику, за его спиной раздалось яростное ругательство.

Рывок!

— А-а?!

У него не было времени даже на испуг.

Тот, кого звали командиром, схватил его за шиворот и со всех ног бросился прочь.

— Да что случилось?! Зачем мы бежим?!

— Ты правда не понимаешь?!

Командир, чье лицо стало мертвенно-бледным, прокричал в ответ на бегу.

— Сейчас октябрь! Какого черта кролик, который должен быть в спячке, делает здесь, в этих промерзших землях?!

Услышав это, напарник, еще недавно недоумевавший, в ужасе расширил глаза.

— П-погоди. Значит, этот кролик…?

Охваченный ледяным страхом, он оглянулся.

Хр-р-р! Г-р-ра-а-а!!

Тот самый белоснежный зверек неумолимо преследовал их.

— Да это же… безумие…!

Теперь он бежал даже быстрее своего командира.

Топот!

Тело кролика раздулось в десятки раз, но не это было самым страшным.

Ужас внушала его голова.

На раздутой туше, словно наросты, теснились бесчисленные кроличьи головы.

— Это монстр?!

— Нет, хуже!

Полный отчаяния крик командира опроверг его догадку.

Тварь, разбрызгивающая гнилую кровь и нечистоты, была не монстром, а нежитью.

Омерзительное чудовище, сшитое из трупов лесных зверей.

— Беги к Барьеру! Нужно предупредить рыцарей…!

— Я не могу этого позволить.

На отчаянный возглас ответил чей-то чужой, незнакомый голос.

Свист!

В сторону беглецов метнулась черная стрела.

Командир успел уклониться, но его товарищу повезло меньше.

— А-ах!

В тот миг, когда он споткнулся, пытаясь уйти от удара.

Преследовавшее их чудовище на полном ходу врезалось в него.

Хруст!

— Кха-а…!

Тело мужчины было смято прежде, чем он успел вскрикнуть.

И в то же мгновение перед бегущим командиром возникло множество теней.

— …!

Мужчины и женщины в черных мантиях.

Их окружали всевозможные трупы, стоявшие подле них, словно верные стражи.

Это походило на жуткую выставку мертвецов.

— Кх…!

Поняв, что бежать некуда, Дозорный вскинул арбалет.

Даже перед лицом неминуемой гибели он оставался Дозорным.

И даже если ему суждено было умереть, он не собирался сдаваться без боя.

***