Приятного аппетита!
168. Приятного аппетита!
Ссссс…!
В темном, зловонном канализационном стоке что-то ползло.
Огромная тварь, размером с человеческое предплечье.
Перебирая десятками лапок, она пробиралась всё дальше по сточным трубам, спускаясь вглубь, в самую преисподнюю подземелий.
Хлюп!
Наконец, это чудовище достигло цели — огромной лаборатории.
Заваленное хирургическими инструментами и останками жутких экспериментов, это место стало конечной точкой пути, и насекомое тут же юркнуло в дальний угол.
Кур-р-р-р…!
Стоило твари подать сигнал, как дверь каменной камеры отворилась, являя взору аккуратно разложенные «предметы».
Там, на каменных плитах, покоились трупы.
Идеально сохранившиеся тела — его новые сосуды.
Пхук!
Насекомое — нет, Деймон — выбрал одно из них и ввинтился прямо в область сердца.
Крак! Кр-р-рак!
Стоило огромной твари, проникшей в грудную клетку, свернуться кольцом внутри, как безжизненное тело начало дергаться, суставы с хрустом выворачивались десятки раз.
— Агх… а… у-у-у…!
После нескольких судорожных движений челюстью и гортанью, труп медленно поднялся.
— Не мо… не может быть…!
В отличие от прошлого раза, когда он вынужден был ютиться в теле дряхлого старика, теперь он обрел облик молодого парня.
Однако, несмотря на юную плоть, Деймон тяжело дышал, а его тело сотрясала мелкая дрожь.
— Это и есть Архимонд… Тогда что же я изучал всё это время?!
Это была безупречная расстановка.
Идеальный состав нежити, совершенство Рыцарей смерти и даже резервы на случай провала операции — всё было предусмотрено.
Венец его трудов, дело всей жизни.
Но сейчас всё это обратилось в прах.
Кхе!
Не успел он даже как следует прочувствовать ярость, как тело Деймона обмякло.
Острая боль в груди.
— Сейчас… сейчас не время для этого…!
Времени не осталось.
Это тело было лишь запасным вариантом, не способным вместить и капли магической энергии.
— Нужно снова собрать ману, создать новый легион.
Найти подходящие души, отыскать новые трупы, провести реанимацию.
Восстановить разорванные контракты, отточить заклинания — он обязан вернуть свою армию нежити.
Иначе, когда они встретятся в следующий раз…!
— Проклятье!
Бах!
Не в силах сдержать гнев, он ударил по столу, и тот разлетелся в щепки.
Если бы он просто проиграл в бою — это было бы полбеды.
Если бы он потерпел поражение из-за просчета в стратегии — это было бы даже к лучшему!
Он бы просто собрался с силами и попробовал снова!
Но что это было?
Его лишили всего.
Армию, которую он собирал всю жизнь, отобрали одним-единственным заклинанием!
— Архимонд.
Вспомнилось лицо Клайна, который наблюдал за его побегом из предыдущего тела через канализационный люк.
— Посмел… посмел смотреть на меня ТАК…!
Клайн мог убить его.
Он мастер и некромантии, и фехтования. Он не мог не заметить, как враг ускользает.
Но он не стал этого делать.
Он лишь смотрел сверху вниз — холодным взглядом, каким смотрят на ничтожное насекомое.
Словно он — лишь копошащаяся в грязи тварь.
Бах! Бах!
Кулаки, которыми он колотил по столу, дрожали, а сам он продолжал выкрикивать проклятия.
Гнев на того, кто его победил?
Нет, скорее наоборот.
— Еще не конец. Я создам нежить еще сильнее… и в следующий раз…!
Он так неистовствовал не из-за ярости, а чтобы скрыть охвативший его ужас.
Он отчаянно пытался вырваться из оков беспомощности, которую ощутил в недавней битве.
И пока Деймон, бледный как смерть, безумно кричал в пустоту…
Кур-р-р-р…
Словно откликаясь на его голос, в центре лаборатории что-то зашевелилось.
Чавк! Чавк!
Огромная груда плоти, из которой сочились гной и кровь.
В самом центре этой массы, медленно выползавшей наружу, виднелось человеческое лицо.
— А-а… а-а-а…!
— Тц, не дождалась своего часа?
Глядя на раздувшуюся массу плоти, Деймон назвал имя существа, которое подошло к нему.
— Хеллиан.
Хеллиан Райнланд.
Женщина, поглотившая герцогство Полвайверн и курировавшая одну из ветвей поставок Святой крови.
Правая рука императора, отвечавшая за северо-западное побережье, теперь превратилась в нечто подобное.
— Кх-э-э-э…!
В ее перекошенном лице с высунутым языком не осталось ни следа былой гордости или разума.
Тело, мутировавшее от передозировки Святой крови.
Она превратилась в монстра, самостоятельно производящего Святую кровь, и теперь стала центральным ядром, поддерживающим армию нежити Деймона.
— …Да, ты говорила, что проблема в слабости контракта?
Деймон криво усмехнулся, глядя на Хеллиан.
— Что армия, созданная на одолженной силе, ни на что не годна. Что ее отберут, как и в прошлый раз. Ты ведь так говорила.
Испытывая гнев, Деймон в то же время восхищался.
Первая в его жизни битва между некромантами.
Битва не столкновением армий, а за право контроля над ними.
Перетягивание каната с помощью маны.
Молодой господин Клайн.
Нет, та некромантия, что показал ему Архимонд, выведет его собственное, застывшее в развитии искусство на новый уровень.
Пхук!
Рука Деймона вонзилась в раздувшуюся плоть.
Крак, кр-р-рак.
— Ну же, ешь, Хеллиан. Время обеда.
— А… а-а-а…!
Он чувствовал, как десятки зубов вгрызаются в его руку, но Деймону было плевать.
Хватит держать этого монстра на привязи ради исследований.
Он собирался скормить свою сущность Хеллиан, чтобы самому стать частью этого огромного резервуара Святой крови.
— Даже одна доза Святой крови позволила мне на мгновение подавить его.
Прокручивая в голове недавний бой, Деймон был уверен.
Если извлечь урок из этого поражения и укрепить силы.
Если использовать еще больше Святой крови, он сможет победить Архимонда.
— А если я завладею телом Архимонда, я смогу отправиться туда…
Земля мертвецов на самом краю севера.
Крепость кошмаров, возвышающаяся посреди темных, ледяных пустошей.
Последний оплот Архимонда — Ледяной замок.
— Если я достигну его, если завладею этой колоссальной силой…!
В тот самый момент, когда Деймон, полный предвкушения, выкрикнул это…
— Ого~! Какая огромная!
— ?!
Невинный, а потому еще более чужеродный голос ударил по ушам, и Деймон поспешно обернулся.
— Ты… кто…?
В центре лаборатории стояла маленькая девочка.
Девочка с каштановыми волосами и в больших очках.
Ее аккуратная форма горничной так контрастировала с залитым кровью и трупами помещением, что казалось, будто она существует в ином пространстве.
— Наш господин ведь такой сильный, правда?
— Гос… поддин…?
— Ага!
На мгновение Деймон растерялся, но тут же в памяти всплыла информация о молодом господине Клайне, предоставленная разведкой: [Сопровождающие: двое. Стелла Рафталия, бывшая боевая монахиня Священной Церкви. Арин, горничная из дома Райнланд. Личность неизвестна.]
Личность неизвестна.
Что означала эта пометка от имперской разведки, следящей за всем континентом?
То, что она ничем не отличается от уличных сирот-беженцев?
Или то, что она настолько обычна, что не стоит даже записи в архивах?
— Благодаря ему я снова встретилась с учителем!
— !!!
Учителем.
От того, как Арин назвала его, лицо Деймона окаменело. «Нет, не может быть. Это ошибка…!»
— Хи-хи!
— …!
Нет, это была не ошибка.
В тот момент, когда на этом маленьком личике расцвела чистая улыбка, Деймон почувствовал, как кровь, кипевшая от ярости, мгновенно остыла.
«Не… может… быть…!»
Побелевшие глаза Деймона обшарили пол.
Пол, покрытый запекшейся кровью, инструментами и обломками, теперь был залит чернильной тьмой.
Ш-ш-ш…
И не только пол.
Стены, потолок и даже части тела Хеллиан, с которой он сливался — всё это чернело под воздействием тени, выползавшей из-под юбки горничной по имени Арин.
— Почему… почему ты всё еще жива…!
Тот, кто видел эту тень впервые, принял бы ее за простую иллюзию.
Тот, кто не знал, что это такое, счел бы ее просто нежитью или духом.
— Почему ты…!
Но только не Деймон.
Он был некромантом высшего ранга в Империи.
Он курировал все исследования, проводимые в Империи: от некромантии до производства Святой крови и совместных с Церковью проектов.
— Исследования, проводившиеся в Крипеле, были прекращены давным-давно.
Поэтому он знал, что это такое.
Знал, чем на самом деле является эта девочка — или, вернее, это чудовище, притворяющееся девочкой!
И именно поэтому он не мог понять.
То черное нечто, что спало в глубинах Крипеля, ведь оно…!
— Ведь тот агент… он уничтожил всех подопытных и все записи до единой…!
Крипель.
При упоминании этого имени глаза Деймона расширились.
— Неужели?
Первый полигон для призыва главного божества Керсиаса.
Множество «нечистых», доставленных туда в качестве материала для экспериментов.
В списке расходного материала, который собирались утилизировать, Деймон смог вспомнить лишь одно имя: [Клайн Райнланд.]
В то же время он вспомнил имя агента Церкви, который разрушил Крипель и вытащил оттуда молодого господина Клайна: [Гаррисон Беркман.]
Реинкарнация Архимонда, запертая в Крипеле.
Агент, который разрушил Крипель и сорвал их первый план.
Когда два фрагмента пазла сошлись, Деймон мгновенно осознал всю картину произошедшего.
— Значит, это не агент всё спланировал… а молодой господин Клайн?
Девочка улыбалась, не двигаясь, словно ожидая, пока он всё осознает.
Голос Деймона, бормотавшего это, был полон не ярости, а почти полного смирения.
— Завербовать агента, предотвратить первое пришествие, похитить «то самое», что было центром плана…
В теле семилетнего ребенка он провернул всё это.
План, который Империя и Церковь вынашивали десятилетиями, был разбит вдребезги руками семилетнего ребенка.
Империя, Церковь, Культ.
Все они были лишь игрушками в его руках.
Клайн Райнланд.
Нет, в руках Архимонда!
— Ты всё обдумал?
Видя, как у Деймона дрожит подбородок, Арин сделала шаг вперед, не переставая улыбаться.
— И-и-ик?!
Его тело было почти полностью слито с плотью Хеллиан.
Наверное, если бы он захотел, он мог бы прямо сейчас создать пару Рыцарей смерти.
— Не подходи, не подходи…!
Но Деймон не сделал этого.
Его разум, еще мгновение назад пылавший жаждой борьбы, теперь был заполнен лишь беспомощностью и ужасом.
Будь у него два Рыцаря смерти, десятки или тысячи — это бы ничего не изменило.
Разве не очевидно?
Это чудовище, которое сожрало бога, сошедшего в этот мир!
— Хи~!
Рот Арин распахнулся, и в тот же миг всё пространство вокруг него превратилось в одну сплошную пасть.
Десятки ртов, тысячи зубов, истекая слюной, тянулись к нему.
— Умоляю… прошу, прошу…!
Не успел его молящий крик стихнуть…
— Приятного аппетита-а-а!
С возгласом Арин волна теней полностью поглотила тело Деймона.