Агенты (3)

— Всё именно так, как вы и предполагали. С восточного контрольно-пропускного пункта перестали поступать регулярные отчеты.

— Значит, всё-таки…

Центральный холл поместья.

Лицо Присциллы медленно окаменело, стоило ей услышать весть, принесенную гонцом.

Культ открыл на меня охоту.

Как и предупреждала Мириам, по всему Райнланду начали проявляться тревожные знамения.

— Какова была численность охраны?

— Три рыцаря и три взвода стражников. На всякий случай мы подготовили пути отхода и каналы связи, но…

— Вы хотите сказать, что их уничтожили в одно мгновение, даже не дав воспользоваться этими мерами?

Услышав доклад одного из администраторов, Присцилла поднесла руку к губам.

— Рыцари, размещенные на восточном КПП, — элита ордена Красной телеги. Если даже они не смогли оказать достойного сопротивления, это означает лишь одно: противник обладает чудовищной силой.

— Неужели Священная Церковь отправила карательный отряд?

Один из адъютантов задал этот вопрос, но Присцилла лишь покачала головой.

— На севере слишком много глаз. Если бы КПП атаковали открыто, весть об этом так или иначе дошла бы до главной усадьбы.

Для такой огромной организации, как Священная Церковь, захватить один пост не составляет труда.

Но Присциллу беспокоил именно метод.

Тот факт, что троих рыцарей, гарнизон и даже резервные силы устранили одновременно, без единого звука и в одно мгновение — вот что было важно.

— Значит, приближающийся враг — это малая группа, состоящая из одного или двух элитных бойцов.

Сделав такой вывод, Присцилла тут же добавила:

— И при этом мы должны считать их мастерами, способными в одиночку сокрушить троих элитных рыцарей Райнланда.

Ее взгляд переместился на Гаррисона.

— Настолько сильными, что они равны вам или даже превосходят вас.

— …

На этих словах Гаррисон нахмурился.

— Вы полагаете, что Церковь знает, где я скрываюсь?

— Да.

Присцилла ответила без тени сомнения, глядя на детей, играющих во дворе.

— Вы ведь сбежали не в одиночку, а вместе с этими детьми, не так ли?

Чем больше сопровождающих, тем сложнее замести следы.

Особенно если это не обученные бойцы, а дети.

— Но я не мог просто бросить их на произвол Церкви.

— Разумеется. «Если бы вы пришли в Райнланд один, я бы вас даже не приняла», — с мягкой улыбкой произнесла Присцилла, и на лице Гаррисона промелькнуло едва заметное изменение.

— Что ж, так или иначе, Культ знает, что вы здесь.

Не успел он осознать, что именно скрывалось за этой переменой, как Присцилла продолжила допрос.

— Они отправили людей с полной уверенностью, зная, что здесь находится лучшее «человеческое оружие» Церкви.

— …

— Кто приходит вам на ум, если говорить о бойцах такого уровня в рядах Церкви? Отец Гаррисон.

Это был не вопрос, требующий ответа.

Гаррисон — Агент.

Величайшая боевая мощь Церкви, подчиняющаяся лишь Папе, и в то же время живое человеческое оружие.

В Церкви существовал лишь один тип противников, способных сравниться с ним по силе.

— Вы хотите сказать, что… Агенты направляются сюда?

— Верно.

Стоило ей это произнести, как окружающие рыцари судорожно вздохнули.

— Агенты…

— Разве это не те священнослужители, что обладают величайшей силой в Церкви?!

Агенты.

С момента основания Священной Церкви Керсиас прошло несколько сотен лет.

За это долгое время Церкви приходилось противостоять бесчисленным вызовам еретиков.

Культ Грома, поклоняющийся божеству Перуну, провозглашенному на центральных равнинах.

Культ Левиафана, возникший среди пиратов и почитающий море и водовороты.

И даже Культ Архимонда, созданный с использованием моего имени после моей смерти.

Все эти многочисленные верования укрепляли свои позиции в собственных оплотах и постоянно угрожали положению Священной Церкви.

Священнослужители Церкви всегда стояли в авангарде, защищая веру и уничтожая всех еретиков, посягавших на её авторитет.

Агенты — это те, кто стоял на вершине этой иерархии.

Наследуя снаряжение Гаула, священника, некогда победившего трех чудовищ, они были главной ударной силой, защищавшей Церковь от многотысячных армий иноверцев.

И теперь эти Агенты идут сюда.

Идут за мной.

— На вашем месте я бы отправила двоих. Один сковал бы вас боем, а второй в это же время уничтожил бы нас всех.

— В-ваша светлость…!

Могущественный враг жаждет их крови.

Но даже говоря об этом, Присцилла оставалась пугающе спокойной.

— Вы говорите об этом так, будто совсем не боитесь.

Гаррисон, удивленный её реакцией, спросил:

— Двое Агентов направляются сюда… Надеюсь, вы понимаете, что это значит.

— Понимаю. Сюда движется «человеческое оружие», способное в одиночку стереть с лица земли целое графство.

И не один, а двое.

Когда она добавила это, адъютанты поспешили к ней:

— Ситуация критическая! Оставшихся в поместье сил совершенно недостаточно, чтобы противостоять им…

— Давайте хотя бы сейчас переместимся в замок Букенхайм. Если подготовиться скрытно, мы сможем ускользнуть от их глаз…

Услышав слово «Агенты», они говорили так, будто смерть всех присутствующих была уже предрешена.

— Нет.

Но это длилось недолго.

Присцилла подняла руку, прерывая их мольбы.

— Я не могу покинуть это место.

— Ваша светлость…!

Несмотря на уговоры адъютантов, решение Присциллы осталось непоколебимым.

— Вся информация с фронта стекается сюда. Если я оставлю свой пост, на фронте Райнланда воцарится хаос.

— Н-но это же…!

— И еще кое-что.

Взгляд Присциллы упал на груды припасов, заполнявших поместье.

— Эти запасы — жизненно важная артерия для тех, кто сражается на передовой. Как я могу бросить всё это и сбежать?

Адъютанты были ошеломлены.

— Д-да при чем тут припасы в такой момент?!

— Верно! Если вы останетесь здесь и с вами что-то случится…!

— И что? Мы проиграем войну?

На их отчаянные выкрики Присцилла лишь нахмурилась.

— С тех пор как началась война с Империей, я больше не знатная дама и не аристократка. Я всего лишь женщина, вставшая на сторону предателя.

— …!

— И я не считаю, что жизнь одной такой женщины ценнее, чем жизни рыцарей, сражающихся на передовой.

Стратегия — это умение отдать одно, чтобы получить другое.

А стратегия Присциллы, стоящей передо мной, превыше всего ставила эффективность.

Расчет, позволяющий получить максимальную выгоду при минимальных потерях.

И сейчас Присцилла завершила этот расчет, поставив на кон собственную жизнь.

— В-ваша светлость…!

— Кх…!

Услышав это, рыцари сжали кулаки до побелевших костяшек. «Хрупкая женщина проявляет такую решимость, а мы дрожим от страха!»…

Наверняка они сейчас занимаются именно таким самобичеванием.

Вижу их насквозь, придурки.

— …И, кстати, я вовсе не собираюсь просто приносить себя в жертву.

Присцилла, словно уловив эту атмосферу, смягчила выражение лица и обратилась к остальным:

— Помимо того, что к нам идут два Агента, люди, собравшиеся здесь, тоже не лыком шиты, верно?

Она перевела взгляд с меня на Гаррисона.

— Гаррисон Беркман, священник, которого называли лучшим среди Агентов Церкви.

— …

— И Клайн Райнланд, несравненный некромант, в одиночку перевернувший Империю.

О, боже мой!

Что это за приторные эпитеты?

Я поежился от её лести, а Присцилла, забавляясь, прикрыла рот рукой и тихо рассмеялась.

— Ситуация такова, что победа не гарантирована, но с такой силой… если всё сделать правильно, можно превратить кризис в возможность.

От её слов плечи Гаррисона напряглись.

— Вы хотите сказать, что мы должны одолеть здесь двух Агентов?

— Если быть точной, одного.

Глаза Присциллы сузились, когда она ответила Гаррисону:

— Будучи сами Агентом, вы ведь сможете справиться хотя бы с одним из них, не так ли?

— …

Когда Присцилла это произнесла, Мириам, молча слушавшая до этого, вставила слово:

— То есть, ты хочешь, чтобы мы отработали хлеб, которым ты нас кормишь?

Раз уж вы здесь, отрабатывайте.

На это заявление хозяйки дома Мириам лишь усмехнулась:

— А ведь она права. Раз уж мы в спешке сбежали из Церкви, у нас не было возможности прокормить столько ртов.

«Ваа~!»

Присцилла лишь пожала плечами, услышав детские голоса, доносящиеся со двора.

— Но одно дело — победить Агента, а при чем тут «возможность»?

На вопрос Мириам Присцилла ответила ровным голосом:

— Отец Гаррисон останется здесь, и если двое Агентов исчезнут… величайшая боевая мощь Церкви будет уничтожена в одночасье. Разве не так?

Речь шла не об Империи, с которой они воевали, а о самой Церкви.

Мириам спросила, ошеломленная её дерзостью:

— Что, Райнланд собирается еще и с Церковью потягаться?

— Кто знает.

Присцилла отвела взгляд.

— Благодаря активному сотрудничеству с Империей, Церковь слишком много всего забрала себе на севере.

Она не говорила прямо, что собирается воевать с Церковью, но её намерения были очевидны.

— Если они победят Империю и добьются независимости, то наверняка думают, что им будет что предъявить и Церкви.

— Ого…

Мириам издала недоверчивый смешок.

В отличие от прямолинейного Хайнкеля, Присцилла была опытным политиком.

Раз уж она поймала волну, то постарается забрать всё, что только можно.

Если они победят в войне с Империей, у Райнланда будет достаточно и сил, и оснований.

— Неудивительно, что военных припасов оказалось так много…

Война с Империей не продлится дольше года.

Если за это время они возьмут столицу — это победа Райнланда, а если не прорвутся — всё равно погибнут.

Раз уж всё началось, пути назад нет.

Райнланд решил вложить все свои ресурсы в эту войну.

— «Благополучие всего рода зависит от твоих действий»… Тяжелая ноша, не так ли? — пробормотал Рейвен, словно это его уже не касалось, ведь он был мертв.

— И не говори. Оступишься — и отправишься в ад вместе с потомками Беркеля.

Весь Райнланд пришел в движение.

Не как падшие аристократы с окраин, а чтобы встать в полный рост как хозяева Севера.

И исход этого действия зависел от меня.

Я стиснул зубы от давления, но бежать от него не собирался.

— К черту всё, попробуем.

План есть.

Средства и методы тоже.

Осталось лишь выполнить условия.

Как только я собрался с мыслями, раздался голос:

— Ого~ как жарко! Прямо как в героическом романе, ха-ха-ха!

У входа в поместье стоял незнакомец, и все взгляды устремились туда.

— Кейрон… Леонор…!

Худощавый блондин и огромный детина с угольно-черной кожей.

Гаррисон тихо произнес их имена.

— Впрочем, хорошо, что вы не дрожите от страха, думая, что проиграли еще до начала. Иначе убивать вас было бы не так интересно.

Говоря это, мужчина вытащил из-под полы мантии посох.

Деревянный посох, сияющий золотым светом.

Гаррисон принял боевую стойку, увидев это, а черный гигант шагнул вперед, словно принимая вызов.

— Раз уж мы не в тех отношениях, чтобы обмениваться любезностями, давайте сразу начнем.

Блондин по имени Кейрон направил посох в мою сторону.

— Пожалуйста, дрыгайтесь как можно усерднее, прежде чем сдохнуть, Архимонд.

Вжух!

С этими словами из посоха вырвались десятки золотых игл.

Два Агента Церкви.

Против них — некромант и отлученный от церкви священник.

Дзынь!

Со звоном металла началась битва в поместье.